home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 25

Горячее дыхание опалило мое лицо, а щеку облизал чей-то длинный и влажный язык. Что удивило меня, когда я села, и поняла: а) я лежу в кровати, б) кровать находится в доме Менчереса.

Только у него были двухсотфутовые английские мастиффы, рыскающие вокруг, словно они владели этим местом.

– Не надо меня больше облизывать, – сказала моему посетителю палевого цвета, похлопывая по его огромной голове. Он проигнорировал и завилял хвостом, потираясь об мою руку.

Я огляделась, узнавая янтарно-кремовую комнату, в которой мы с Кости останавливались в последний раз. Он ушел, но, судя по углублению рядом, отсутствовал не так долго.

Так как я все еще была грязной и окровавленной под моей позаимствованной одеждой, то первым делом приняла душ. Если бы я могла остаться под блаженными струями горячей воды несколько часов, то так и сделала бы, но когда оттерла себя, то вышла и начала рыскать в поисках какой-нибудь одежды.

Менчерес всегда держал свои гостевые комнаты полными вещей. Одевшись, я вышла из комнаты и удивилась, увидев лунный свет, пробивающийся сквозь одно из окон на этом этаже. Я спала намного дольше, чем думала.

– Спускайся вниз, Котёнок.

Я последовала за голосом Кости на второй этаж. Он был в отделанном темными деревянными панелями кабинете – одной из комнат, которые богатые люди называют дополнительными и редко ими пользуются.

Он принял душ и переоделся в новый комплект одежды. Цвет его лица выглядел лучше, показывая, что Кости недавно кормился, но облегчение принесла мне его аура.Она не выглядела разрушенной от истощения, как было раньше.

Кости еще не мог полностью восстановить силы, но по крайней мере не чувствовал себя на грани обморока.

Менчерес сидел здесь же, его волосы цвета воронова крыла были собраны в хвост. Не удивило, что другой мастифф свернулся возле его ног. Очевидно, никто не сказал ему, что египтяне из его эпохи должны быть неравнодушны к кошкам.

– Как Купер? – был мой первый вопрос. Пожалуйста, пусть ничего не пойдет неправильно с его трансформацией...

– Он в порядке, дорогая. Надежно спрятан в подвале.

Одной проблемой меньше. Я села рядом с ним на диване, рассеяно отметив, что кожа, которого была мягкой как масло.

– Какие-нибудь новости о Кейти?

– Ян звонил несколько часов назад, сказал, что они ее еще не нашли. – Кости погладил мою руку, с задумчивым видом. – Тейт не удивился. Сказал, она будет избегать людей и прятаться, пока в полной мере не оценит ситуацию.

Прозвучало так, словно он цитировал Тейта. И снова гнев вспыхнул во мне, когда я подумала обо всем, что с ней сделали. Кейти не должна быть одна и эксплуатироваться военными словно диковинка.

В таком возрасте, ее самой большой проблемой должна быть игра в куклы против солдатиков.

Я почти не хотела спрашивать, но мне пришлось.

– Мэдиган?

От этого вопроса черты лица Кости напряглись.

– Также.

Второе поражение. Я с надеждой затаила дыхание.

– Есть шанс вытащить что-то с жестких дисков, которые мы привезли?

На это ответил Менчерес.

– Мои люди работают с ними, но до сих пор не смогли восстановить какие-либо данные.

Третье поражение. Я разочарованно выдохнула.

– Итак, мы еще далеки от того, чтобы выяснить, чем занимался Мэдиган все эти годы.

И все, вероятно, в состоянии повышенной готовности сейчас, после того как услышали, что произошло в убежище Мак-Клинток. Короче говоря, мы вернулись к исходной точке.

Может быть даже нас отбросило назад, поскольку мы понятия не имеем сколько таких как Кейти есть на других объектах.

Иногда это не стоило того, чтобы выползти из кровати.

– У Менчереса есть теория на этот счет.

Если нервозность в его голосе не была достаточной подсказкой, то затем прекратилось успокаивающее поглаживание по моей руке. Очевидно, Кости не фанат этой идеи.

– Что? – Спросила я, глядя в бездонные обсидиановые глаза Менчереса.

– Вампиры и гули, как Мэдиган, часто ничего не помнят о своих человеческих жизнях. Некоторые, однако, вспоминают отрывки из прошлого, если их правильно простимулировать.

– Кости стимулировал, избив его до чертиков, когда он восстал, – отрезала я. – Не сработало.

Изящное пожатие плечами.

– Не такого рода нужна стимуляция. Наиболее успешным станет взаимодействие с давним сослуживцем.

– Ты имеешь ввиду, чтобы Мэдиган потусовался со старым другом? – я не смогла сдержать смешок. – Это невозможно. Его единственным другом была его больная, извращенная работа...

Я замолчала, когда до меня дошло. Сейчас я поняла, почему Кости не нравилась эта мысль.

– Дон.

Кости почти выплюнул имя моего дяди, словно съел гнилое.

– Хотя они и не были друзьями, Менчерес верит, что их отношения длились достаточно долго и оказались достаточно крепкими, чтобы вызвать воспоминания.

Не знаю, могла ли я вечно злиться на своего дядю, но уверена, что не готова видеть его так скоро. С другой стороны, когда "готовы" учтено ли что-нибудь?

– Стоит попытаться, – наконец ответила я.

Теперь мы должны посмотреть, согласиться ли Дон сделать это.

Менчерес предоставил нам свой вертолет, так как поездка на машине до Вашингтона заняла бы слишком много времени. Пришлось бы останавливаться на заправках, затем еще за пределами города, потому что это зона идентификации противовоздушной обороны.

Мы не собирались объявлять о нашем присутствии каждому заинтересованному правительственному чиновнику.

Поэтому через пять часов после того как решили привлечь моего дядю, мы припарковались позади дома Тайлера на бульваре МакАртура. Была середина ночи, но в его квартире горел свет.

В этот раз, мы вначале позвонили. Тайлер оказался не в восторге от идеи вызова призрака в такой час, но встреча с Мари Лаво, казалось, сыграла в нашу пользу.

Он открыл дверь после первого стука, хотя и не потрудился скрыть зевоту.

– Входите. Хочу покончить с этим и вернуться в постель.

По его пижаме это было очевидно.

Декстер приветствовал нас с большим энтузиазмом. Он кружился у моих ног, нюхая, как сумасшедший в тех местах, где мастиффы Менчереса прикасались ко мне.

Я погладила его, снова заскучав по своей кошке. Хельсинг остался с одним из людей Кости, поскольку ему не нравилось находиться рядом с Декстером.

Потом мы сели на пол с доской для спиритических сеансов, которую положили на кофейный столик.

Как и большинство городских квартир, у Тайлера была квартира-студия с кухней, спальней и гостиной, которые занимали немного места.

– Жаль, что я не могу научить вас делать это самостоятельно, – сказал Тайлер и положил руки на доску. – Так плохо, что у тебя закончились твои призрачные чары.

Иногда, я жалела об этом. В большинстве случаев, нет.

– Все заканчивается в конце концов.

Затем стрелка начала со свистом проноситься по доске, пока Тайлер вызывал духа. Поскольку в этот раз я с собой не взяла никаких личных вещей дяди, нам пришлось избавиться от нескольких случайных призраков, прежде чем Дон появился в комнате.

Когда он понял, кто вызвал его, то сильно удивился. Затем начал оглядываться в страхе, и я почувствовала вину за это.

– Здесь нет Остатков, нет Мари, – сказала я монотонно. – Только мы, Дон.

Его очертания дрогнули, расплываясь по краям. Теперь, когда он знал, что у нас нет средств, чтобы остановить его, он уйдет?

Затем его облик приобрел четкость, показывая его безупречно зачесанные волосы и утонченный при этом сдержанный деловой костюм.

Узел внутри меня ослаб. По многим причинам я не хотела, чтобы Дон исчез, как только увидит нас.

Я все еще сердилась на него и не понимала, когда его действия стали мешать нашим отношениям, но, похоже, это не мешало мне скучать по нему.

– Чего ты хочешь, Кэт? – спросил он настороженным голосом.

Дон даже не посмотрел на Кости, хорошо, поскольку его холодным взглядом можно мгновенно заморозить даже пар. Я перестала прикасаться пальцами к стрелке и начала барабанить по спиритической доске.

– Мэдиган сжег свои жесткие диски и убил себя, когда мы проникли в его секретный объект, – я поспешно подвела итог. – Кости вернул его как гуля, но что-то пошло не так. Его мозг стал словно овощной суп, и мы надеемся вытащить немного мяса из него.

Тайлер открыл рот от удивления, услышав это. Возможно, он думал, что я хотела вызвать моего дядю, только чтобы измываться над ним снова. Выражение лица Дона не изменилось, хотя его очертания дрогнули на мгновение.

– Зачем? – спросил он наконец. – Вы закрыли его работы, как и хотели, и сейчас он – ваш пленник. Что еще осталось?

– Остановить того, кто стоит за ним, – ответила я, специально не упоминая Кейти. Не хотела, чтобы Мари узнала о ней, а она была одной из немногих людей в мире, кто мог успешно допрашивать призраков. – Кто-то вложил бесчисленные миллионы, чтобы финансировать действия Мэдигана, не говоря уже о деньгах, которые потратили, чтобы не дать просочиться этой информации.

Я ткнула его носом с гордостью последним комментарием.

Когда Дон был жив, его допуск был выше Совершенно секретного, но он не знал, что Мэдиган продолжает свои эксперименты с полного одобрения Дяди Сэма [8].

 Между тем, Мэдиган все знал о работе Дона и возглавил ее после его смерти. Поэтому пришлось издеваться.

– Если мы не остановим его, то этот человек сможет найти кого-то еще на замену Мэдигану, – продолжила я. – Нельзя этого допустить.

– Что если сторонник занимает слишком высокий пост? – поинтересовался Дон.

Голос Кости звучал также как низкий, зловещий гром.

– Для этого не существует слишком высокого ранга.

Дон застыл, глядя только на Кости, прежде чем его взгляд вернулся ко мне.

– Эта страна никогда не была его, но она твоя, Кэт. Ты действительно убьешь того, кто стоит за этим, независимо кто он?

Даже мертвый Дон продолжал оставаться верным своей нации, качество достойное восхищения. Если бы только он проявлял ту же лояльность к своей семье.

– Ты управлял тайной организацией, защищающей американских граждан от опасностей, о которых они даже не подозревали, – ответила я, выдерживая его стальной взгляд. – Тот, кто стоит за Мэдиганом сознательно похищал, пытал и убивал тысячи американцев, делая все это с целью генетических экспериментов. Уже это достойно порицания, но что хуже, это может вызвать войну, если об этом узнают неправильные представители нежити.

Затем я встала и подошла к нему, почти рискуя тем, что он может исчезнуть, когда решила сказать следующую часть тирады.

– Ты до сих пор любишь свою страну, Дон? Докажи это.

Тогда он улыбнулся. Печальный, измученный и такой усталый, что чувство вины снова затопило меня. Люди, вампиры и гули могли немного отдохнуть во время сна, но могли ли призраки? Или их существование один бесконечный день, который растягивается в вечность?

Даже если это не так, когда я смотрела на Дона, симпатия начинала перевешивать гнев.

Он лгал, манипулировал и позволил безжалостному бюрократу использовать мою ДНК для тайных экспериментов, все же в нем было больше чем это.

Дон защищал солдат, которые работали на него, а не экспериментировал на них или убивал, как делал Мэдиган.

Когда изобрели Брамс, Дон отказался от многомиллионных фармацевтических патентов, поскольку отказался выпускать лекарство для общества.

Когда Мэдиган озвучил идею скрещивания насильственным методом, Дон уволил его и держал подальше от меня. Годы спустя, когда я влюбилась в вампира, Дон разрешил Кости присоединиться к команде.

Затем он солгал своему начальству о сроках моего соглашения, чтобы я смогла уйти, когда моя жизнь приняла другое направление, не говоря уже сколько раз он использовал свое влияние, когда конфликты между вампирами заставляли меня нарушать закон.

Его добрые дела не могли перевесить злые, но самые ужасные преступления Дон совершил, когда еще верил в заблуждение, что все вампиры воплощение зла.

Когда я была подростком и уже молодой девушкой, я совершила несколько ужасных вещей из-за такого же заблуждения. За эти годы, я попыталась восполнить это, и также по-своему это делал Дон.

Даже если он этого не сделал, то не заслужил такой судьбы. Однажды я уйду, но он застрянет между мирами и никогда не сможет проникнуть ни в один или вернуться. По случайности или нет, я тому причина... и наказание значительно превышает преступление.

Прежде всего Дон – семья. Испорченный практически до точки не возврата, но все же семья. Я не могла простить его сегодня, но в конце концов сделаю это. Семья слишком ценна, чтобы отбросить ее, если есть хоть один шанс для примирения.

Дон доказал это, когда наконец-то ответил.

– Не смей играть с моим патриотизмом, Кэт. Моя страна потеряна для меня сейчас, но если это поможет вам с тем, что вы полны решимости сделать так или иначе... хорошо, отведите меня к нему. Посмотрим, что можно сделать.


Глава 24 | Подняться из могилы (ЛП) | Глава 26