home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава первая. Наваждение

Лёгкий ветерок, изредка врывающийся в комнату через открытое настежь окно, покачивал кристально белый тюль из стороны в сторону, и стучавшая о стену створка окна заставляла Ангелину вздрагивать. Но и сквозняк, хозяином гуляющий по комнате, не спасал от жары, которая захватила в плен столицу и вот уже третий день измывалась над жителями первопрестольной, заставляя самых бесшабашных лезть в городские фонтаны в парках, а служителей порядка изрядно нервничать. Зато продавцы мороженого и холодной минеральной воды потирали руки, перевыполнив план по продаже спасительных средств на несколько дней вперёд.

Из динамиков ноутбука звучал завораживающий, не похожий на остальные голос Макса Покровского. «…Рисует вечер день султана, про век напомнив золотой. В гареме плачет Роксолана, и с нею месяц молодой…» — вещал певец об известной всем истории любви османского падишаха и славянской наложницы.

Ангелина сидела в комнате на небольшом диване, покрытым плюшевым пледом и, перелистывая пожелтевшие страницы изрядно потрепавшейся книги, потягивала зелёный чай из высокой жёлтой кружки с надписью «Липтон», стоявшей на журнальном столике рядом. Волна свежего воздуха вновь ворвалась в комнату. Пока девушка убирала за уши светлые локоны растрепавшихся от ветра волос, нарушитель покоя переключился на книгу, перелистывая страницы одну за другой. Закончив с локонами, Ангелина вернулась к объекту своего внимания. Закрыв ладонью, успокоила разбушевавшиеся страницы и попыталась найти ту, на которой остановилась. Перелистнув несколько из них, рука девушки застыла. Её привлекла хоть и чёрно-белая, но очень правдоподобная картинка, похожая больше на старую фотографию, чем на творение иллюстратора.

Помнится, ей было лет десять, когда она гостила у прабабки в деревне и, играя на чердаке, наткнулась на шкатулку со старыми снимками. Эта история из детства одна из немногих, которая осталась в её памяти. И хотя прошло больше семнадцати лет, Ангелина помнила все фотографии из шкатулки, которые в тот день пересматривала снова и снова. На снимках были изображены незнакомые ей люди. На одном — мужчина с аккуратно-забранными на левый пробор светлыми волосами, небольшой бородкой и бакенбардами. Он в камзоле и в высоких чёрных сапогах со шпорами восседал на высоком стуле. Позади, положив руку на его правое плечо, стояла молодая красивая женщина в платье пушкинских времён и шляпке на тонких завязках.

С другой фотографии её сверлила взглядом пожилая женщина с каменным лицом, без какого-либо проявления эмоций, свойственных человеку. Маленькие как угольки чёрные глазки под пенсне, казалось, бегали из стороны в сторону, как и седые волосы старушки, выглядывающие из-под чепца, — они будто шевелились от дуновения ветра.

Мужчины и женщины, девочки в кукольных атласных платьях с кружевными оборками и старики в давно вышедших из моды костюмах менялись, словно листы на численнике. На вопрос Лины: «Что это за снимки?», прабабка, улыбнувшись и впав в ностальгию, перебирая фотографии, ответила, что это своего рода летопись этого дома, построенного ещё до революции её дедом — тем самым седовласым мужчиной в камзоле.

Летопись была это или просто старые фотографии, на Ангелину эта находка произвела неизгладимое впечатление, оставшееся на всю жизнь.

И эта чёрно-белая картинка из книги напомнила ей те старые снимки в шкатулке, вновь оживив воспоминания из детства. Девушка не могла оторвать глаз, изучая каждый сантиметр лица молодого мужчины, казалось, улыбающегося ей с пожелтевшей страницы: серьёзное, покрытое лёгкой щетиной, прибавлявшей ему ещё большей мужественности. Черты его были благородны: прямой, немного с горбинкой «породистый» нос, густые, красивой формы брови, приветствующие друг друга над переносицей, и огромные глаза, в омуте которых было в пору утонуть. И даже на бумаге они неимоверно притягивали, вызывая желание в них раствориться.

Ангелина закрыла глаза, желая хоть на минуту представить себя рядом с падишахом, восседавшим на троне в высокой чалме и светлой, расшитой золотом длинной накидке, отделанной мехом на манжетах и воротнике.

Но это ей, увы, не удалось. В ту самую минуту, когда её губы приблизились к манящим устам султана, заскрипел ключ в дверном замке, и в дверях появилась Майя — её подруга и соседка по комнате.

— Привет, — стягивая с ног кроссовки, поприветствовала она Лину с порога.

— Привет, — вздохнула та, закрыв книгу и огорчившись, что подруга появилась не вовремя, и сладостные мечты о султане испарились в один миг.

— Так и знала, что застану тебя дома, — надев тапочки, Майя прошла в единственную комнату их съёмной квартиры. — Всё сходишь с ума?

— И тебе добрый день.

— Скорее, добрый вечер, — заметила та. — Опять просидела целый день в интернете, читая всякую муть? И это в свой единственный выходной.

— Это вовсе не муть! — обиделась Ангелина.

— Ну, да, конечно! — Майя скрылась на кухне и через минуту вернулась с бутылкой пива. — Пошла бы прогулялась. Погода какая хорошая. Между прочим, на Поклонке концерт какой-то.

— Настроения нет.

— Хочешь? — запах пива из открытой бутылки, сунутой соседкой прямо под нос, заставил Ангелину поморщиться.

— Нет. Спасибо.

— Да у тебя его уже две недели нет, — вернулась она к предыдущему вопросу, — как только вернулась из той злосчастной командировки. Выпала из жизни совсем.

Ангелина ничего не ответила.

— Боже мой, какой кайф! — отглотнув пенящегося напитка, Майя плюхнулась в кресло и откинулась на спинку. — В такую жару самое оно!

— Как съездила?

— К предкам? Да никак! Лучше бы вообще не ездила. Протащиться в такую жару двести километров туда и обратно в душной электричке с вонючими потными соседями, чтобы услышать лекцию маман о правильной жизни и «Ой, Мороз, Мороз» раз сто от пьяного отца, обрадовавшегося поводу выпить! Это того не стоило! — разочарованно закончила Майя.

— Почему «Мороз, Мороз»?

— Без понятия, — продолжала подруга, сделав ещё один глоток прохлаждающего напитка, — но как напьётся, это у него шлягер.

— Ясно.

— А ты к своим когда последний раз ездила?

— Я тебя умоляю! Что мне там делать? Выслушивать нытьё мачехи и подколки сестры? Нет уж, — Ангелина тяжело вздохнула — этот разговор приятным назвать было нельзя.

— Я вообще не понимаю тебя: коренная москвичка, есть квартира, а ты снимаешь частную, отдавая ползарплаты.

— Да лучше разориться, чем рано или поздно быть отравленной этой гарпией, — попыталась улыбнуться Ангелина.

— Но это твоя квартира. Она там никто! Ты можешь просто вышвырнуть её оттуда.

— Ох, Майя, твоими бы устами… Если бы было всё так просто!

Грустные воспоминания нахлынули тут же. Жизнь Ангелины не была такой уж и счастливой, как казалось бы. Да, в свои неполных двадцать девять лет она достигла многого. Любая девушка её возраста позавидовала бы такому успеху: должность арт-директора в известной на мировом рынке компании «Уанхандрет дэйс», «Ниссан Джук», автомобиль пусть и не представительского класса, зато новенький, квартира, пусть и съёмная, но всё же не в Бутово, а почти в центре столицы. Внешностью Бог тоже не обделил: высокая, стройная, не худая конечно, но ничего лишнего, густая копна светлых вьющихся волос, голубые глаза, очаровательная улыбка, заставляющая представителей противоположного пола терять голову и дар речи.

Но Ангелине всего этого было не нужно. Единственное, о чём она мечтала, — о семье, настоящей, любящей, какой у неё, к сожалению, не было. Мама умерла, когда ей едва исполнилось двенадцать. Через год отец женился на другой. Сначала как в сказке было всё чинно и благородно. Но как ни старалась мачеха Ольга Николаевна заменить мать — ничего у неё не вышло. Жизнь девушки в её собственной квартире превратилась в ад. Масла в огонь подливала родная дочка мачехи, а ей — сводная сестра Настя, её ровесница. Закончив, наконец, школу и поступив в престижный университет, Ангелина ушла из дома, да так и не вернулась.

— Отец на этой неделе не заходил? — голос Майи вернул её в реальность.

— Нет.

— Видать, деньги ещё не кончились, — с сарказмом в голосе продолжала подруга.

— Майя, прошу тебя, — Ангелине не хотелось говорить о наболевшем, — давай не будем об этом.

— Ладно, как хочешь. Слушай, — девушка приподнялась с кресла, — а что это у тебя такое?

— Где? — Ангелина попыталась отшутиться, убрав книгу за спину.

— В руках за спиной.

— Ничего.

— Да ладно. Покажи, чего прячешь?

Поняв, что скрыть от подруги ничего не удастся, девушка сдалась, вытащив книгу.

— Книга? — протянула каждый слог Майя, встала с кресла и выхватила книгу из рук Ангелины. — «Тайны Османской империи» — прочитала она.

Громкий раскатистый смех наполнил комнату.

— Да, подруга, у тебя точно крыша поехала. Перелопатила весь интернет, принялась за макулатуру. Кстати, — скривив лицо, переворачивая книгу туда-сюда, продолжала Майя, — где ты взяла этот антиквариат?

— На блошином рынке.

— Что? А зачем ты туда попёрлась? Только не говори, что…

— Не смейся, ладно, — перебила подругу Ангелина.

— Постараюсь, — еле сдерживая улыбку, пообещала Майя.

— Подумала, вдруг найду какую-нибудь вещь…

— С плеча турецкого султана? — не смогла она сдержать улыбки.

— Ты обещала! — пригрозила Ангелина пальцем.

— Всё. Молчу. Молчу, — легонько ударила Майя себя по губам. — Только знаешь, что? Это бесполезно. Сколько уже, лет пятьсот прошло? Всё уже давно в музеях. И за сколько ты купила эту книгу?

— Ни за сколько.

— В смысле?

— Бабулька какая-то подарила.

— Да ладно! — Майя открыла книгу на первой странице. — Ничего себе! — воскликнула она. — Да это действительно антиквариат! Тысяча девятьсот двадцатого года выпуска. Да её можно загнать и нехилых денег срубить!

— Отдай! Слышишь! — Ангелина вскочила с места и попыталась выхватить книгу у подруги, решившей поиграть с ней в собачку.

— Попробуй, отними! — вошла та в роль. Но увидев обиду в глазах Лины сдалась, протянув книгу девушке. — Ладно, шучу!

— Ну, у тебя и шутки, — всё же обида появилась.

— Кстати, — поспешила Майя перевести разговор на другую тему. — В следующую субботу нас с тобой пригласили в шикарный ресторан.

— Ты опять? Может, хватит меня уже сватать?

— Не помню названия, — не обращала внимания на слова подруги Майя, — но это один из ресторанов Новикова. Круто! Правда?

— Ничего крутого не вижу! И сразу говорю: я не пойду.

— Даже не спросишь, кто пригласил?

— Знаешь, не хочется опять наступать на те же грабли. Наверняка, дружок твоего Алика, — проговаривала каждое слово Ангелина.

— Ну, и что в этом плохого?

— Ничего. Но и хорошего мало! Помнится, был Петя, Миша, Виталик. Кто там ещё? Со счёту сбилась.

— Ну да. Козлы попадались, согласна. Но этот — достойный экземпляр, точно тебе говорю. Я всё проверила — он тот, кто тебе нужен.

— Майя, с таким аналитическим умом тебе надо было в адвокаты податься, а не в офисе штаны протирать.

— Кирилл Печорин — всего тридцать два, — не слушала подруга. — У него цветочный бизнес в Москве. И довольно прибыльный.

— Ну, да. Очередной герой нашего времени!

— Ты что-то имеешь против цветочников?

— Флористов.

— Какая к чёрту разница! — Майя подошла к подруге, взяла её за обе руки, решив всё же уломать.

— Май, правда, кончай меня сватать. Я сама как-нибудь, ладно? — умоляюще взглянула Лина на подругу.

— Сама? — отошла та в сторону, всплеснув руками. — Каким боком? Где ты бываешь? Вот сколько лет в «Уанхандрет дэйс» работаешь? Кажется, пять или больше?

— Семь.

— Тем более. Ну, и за семь лет много кого нашла? — подруга разошлась. — Одного придурка.

— Прошу, давай закончим этот бессмысленный разговор, — сделал Ангелина ударение на предпоследнем слове.

— Слава Богу, что я всё-таки вправила тебе мозги послать этого засранца.

— Я закрываю уши, — нараспев произнесла Ангелина, поднеся руки к вискам.

— Нет! Скажешь, я не права? Тебе скоро тридцатник. И что ты имеешь? Сама же говорила, все подруги замужем, у всех дети. А ты? Что у тебя? Синяки под глазами от безлимитного интернета и тараканы в голове от отсутствия секса.

— А ты? — бросила Ангелина укорительный взгляд на соседку.

— А что я? У меня есть Алик.

— А три месяца назад был Макс, а до него Глеб.

— Ну и что? Я в поиске. А ты в пролёте.

— Знаешь, лучше быть одной, чем с кем попало.

— А я и не ищу тебе кого попало. Говорю же Печорин — отличная кандидатура! — не упустила Майя шанса пропиарить кандидата в ухажёры.

— Знаю я твоих отличных кандидатов: бабники и недоумки.

— Ты про Петю вспомнила, — попыталась Майя оправдаться. — Да пойми: все мужики изменяют. Это нормально. Понимаешь? Настоящие самцы… — подбирала она слова — … у них инстинкт… животный. Понимаешь?

— Ты себя слышишь? Что за чушь?

— А твой Самохвалов?

— Самохин!

— Какая к чёрту разница! Одно слово — кобель. Разве не такой? Что ж ты прилипла к нему как банный лист.

— Здесь другое! — спрятала Ангелина глаза.

— Что ты говоришь? А эти султаны твои, — Майя ткнула пальцем в книгу. — Ты знаешь, сколько у них жён было. А любовниц? Целый гарем! И все были довольны.

— Не говори о том, чего не знаешь!

— Аааа! Ты теперь просвещённая! — язвила Майя.

— Они были заложниками того времени. Понимаешь? И не у всех было желаемое счастье.

— Ладно! Как об стенку горох! С тобой разговаривать бесполезно! — Майя посмотрела на часы. — Блин, через десять минут Алик заедет. А ещё душ хотела принять, — последние слова её доносились из ванной. — Мы в кино. Хочешь с нами?

— В другой раз, — Ангелина вновь открыла книгу. — Я лучше почитаю.

— Ну да, — высунула Майя голову из-за двери ванной. — Так и проведёшь последние дни молодости в мечтах о султане, последний представитель которого исчез с лица земли несколько веков назад.

— Приятно провести время, — улыбнулась Ангелина подруге.

— И тебе! — подмигнула та и хлопнула дверью. Через минуту раздался шум воды с вокальным сопровождением Майи.

Вот так заканчивалась любая их ссора. Ангелина знала подругу как облупленную. Майя заведётся, обвиняя её во всех смертных грехах, а потом отойдёт. Как и сейчас. В голубом махровом халате с ромашками, обмотав голову полотенцем, она вышла из ванной, прошмыгнула в кухню и вернулась в комнату с толстенным бутербродом в руках.

— А кто-то хотел сесть на диету, — усмехнулась Ангелина. — Сначала пиво, теперь ещё калорий двести.

— Не боись, — отмахнулась подруга, — сегодня за ночь уйдёт пятьсот. Кстати, я останусь ночевать у Алика. Так что меня не жди — ложись спать.

Ангелина посмотрела на подругу — та, широко открыв рот, казалось, пыталась всунуть бутерброд туда целиком. Улыбка проскользнула по лицу Лины. На самом деле она была благодарна Майе за то, что та беспокоится о ней.

Девушки дружили с первого курса университета.

Майя была полной противоположностью Ангелины. Как внешне, так и по характеру. Невысокая с аппетитными формами жгучая брюнетка со светло-карими глазами и большими амбициями. В отличие от рассудительной и целеустремленной Ангелины девушка жила одним днем, предпочитая не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Родилась и выросла в небольшом городке под Владимиром, где остались жить ее родители, которых Майя раз в месяц навещала. С чем в жизни девушке не везло, так это с работой и представителями противоположного пола. Как первую, так и последних она меняла с завидной регулярностью, на все домыслы подруги оправдываясь поиском идеала. Но поиск успешным назвать было трудно. Все же с работой везло чуть больше. Попробовав себя в туристическом бизнесе, в рекламном и даже в статистическом, девушка остановилась на страховании. Последний год Майя занимала должность менеджера в небольшой страховой компании. На личном же фронте стаж был поменьше. Три месяца назад познакомилась в ночном клубе с восточным красавцем Аликом и полностью отдалась чувствам. Несмотря на то, что Ангелина не одобряла этого выбора, ссылаясь на темное прошлое, настоящее и будущее ее кавалера, Майя подругу не слушала. Да и как девушка, у которой и у самой не складывается личная жизнь, может давать советы.


Ангелина Мэй Султан её сердца | Султан её сердца | * * *