home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА ПЯТАЯ

Антея неотрывно смотрелась в зеркало. Никогда еще она не была так очаровательна — почти красива.

Она с трудом верила, что видит в зеркале свое отражение.

Прелестное и чрезвычайно изысканное свадебное платье, которое крестная прислала из Лондона, без сомнения, было идеальным нарядом для такого важного события, и любая невеста могла бы только мечтать о таком туалете.

Голову Антеи украшала тонкая кружевная вуаль, передававшаяся в семье герцога из поколения в поколение. Вуаль была прикреплена к бриллиантовой тиаре, выполненной в виде венка из цветов, которые сверкали и переливались при каждом ее движении.

— Никогда не видела ничего красивее! — с благоговением сказала Таис, которая собиралась в церковь с матерью и сестрами.

Антее казалось, что вся семья с того момента, как она неожиданно сказала им, что выходит замуж за герцога Эксминстера, пребывала в состоянии восторга.

Когда она сообщила матери, вернувшейся из Данкастера, о предложении герцога, на некоторое время все лишились дара речи.

Затем раздался взрыв восторгов, в котором потонул голос Антеи.

— Герцог Эксминстер! Но ты даже не упоминала о нем в письмах!

— Почему ты нам ничего не рассказывала?

— Как ты могла быть такой скрытной!

Письмо герцога прибыло, действительно, на следующий день. Но к этому времени герцог уже познакомился со всем семейством Фортингдейл.

Антея ожидала, что он не понравится матери и сестрам, но, к ее удивлению, он всех буквально очаровал.

— Он такой красивый! Настоящий герцог! — воскликнула Хлоя.

Таис нашла его более романтичным, чем герои, о которых она читала в романах.

— Он говорил такие лестные и добрые слова о вашем отце, — сказала леди Фортингдейл с легкой дрожью в голосе. — Я уверена, Антея, что именно такого мужа пожелал бы тебе отец, будь он жив.

Временами Антее было трудно удержаться, чтобы не крикнуть, что все это ложь, что она безразлична герцогу, что, будь у нее возможность выбора, она никогда бы не вышла за него замуж.

Но чувство вины и страх перед тем, что герцог может обнаружить ее предательство, заставляли Антею играть и дальше отведенную ей роль.

Герцог был не только чрезвычайно добр к ее матери и сестрам, но и, неожиданно для Антеи, оказался очень предупредительным человеком.

Заметив, что в доме нет слуг, он всякий раз, как приезжал к ним на обед, привозил с собой всевозможные деликатесы, не требующие особого приготовления. Кроме того, герцог настоял на том, чтобы его лакеи накрывали на стол и прислуживали за обедом.

Таис, Хлоя и Феба впервые в жизни ели паштет из печени, кабанью голову [13], сочную ветчину и дичь, приготовленную особым способом, совершенно не похожим на простые рецепты из меню их старой няни.

Герцог привозил экзотические фрукты из оранжереи лорда Данкастера, дорогой шоколад и конфеты, которые девочки никогда прежде не пробовали.

Кроме того, узнав, что его будущая теща увлекается поэзией, герцог привез ей из самого дорогого книжного магазина в Данкастере несколько томов стихотворений в роскошных кожаных переплетах, чем сразу завоевал ее сердце.

«Он старается подкупить всю семью! — с презрением отметила Антея. — Моя крестная тоже подкупала меня нарядами и шляпками, когда узнала, что мне известна ее тайна».

Девушка старалась не придавать особого значения щедрым подаркам герцога. Однако она не могла не понимать, что ему нет необходимости так стараться, чтобы завоевать расположение семьи, если она уже дала свое согласие на брак с ним.

Как бы то ни было, восторги сестер не могли оставить ее совсем равнодушной.

— Он необыкновенный человек! Такой великодушный, так все понимает! — говорила Таис.

— Он запомнил, что я люблю миндаль в сахаре, — радовалась Феба. — Когда вырасту, я надеюсь, у меня будет муж такой же добрый, как герцог.

Хлоя была ошеломлена, когда герцог сказал, что подарит ей лошадь, чтобы она могла ездить на охоту с гончими, и будет платить конюху, который будет ухаживать за лошадью.

Обрадованная тем, что сбывается ее самая большая мечта, Хлоя бросилась герцогу на шею и поцеловала его. — Спасибо! Огромное спасибо! — восторженно воскликнула она. — Это самое счастливое событие в моей жизни!

Антее показалось, что герцог на мгновение остолбенел от такого бурного и искреннего проявления чувств. Потом он спросил:

— Если вы так благодарны за то, что вам дарят всего одну лошадь для охоты, то что вы будете делать, если вам подарят бриллиантовое ожерелье?

— Да кому нужно это ожерелье! — презрительно сказала Хлоя. — Я бы предпочла лучше целый табун лошадей!

Герцог засмеялся.

— Думаю, повзрослев, вы измените свое мнение. Все женщины обожают бриллианты.

Из сказанного герцогом Антея сделала вывод, что он намерен подарить ей обручальное кольцо с бриллиантом, которое наверняка будет из числа фамильных драгоценностей Эксминстеров.

Но вместо этого он подарил ей совсем другое кольцо. Это показывало, что он не совсем безразлично отнесся к свадебному подарку, считая это пустой формальностью. После того как герцог и Антея объявили о своей помолвке и сообщение о ней было отправлено в «Лондон газетт» [14], герцог вернулся в столицу.

Хотя Антея была рада его отъезду, ей было трудно переносить любопытство соседей, вызванное предстоящей свадьбой.

Удивительно, сколько людей стали искать ее дружбы с тех пор, как стало известно, что она выходит замуж за герцога Эксминстера.

Люди, о существовании которых она раньше и не подозревала, навещали леди Фортингдейл, приглашения на балы и приемы поступали каждый день из разных частей Йоркшира.

— Как люди добры! — воскликнула леди Фортингдейл, разбирая конверты, сложенные на серебряном подносе.

— Добры? — возразила Антея. — Они не добры, мама, они просто липнут к нам, потому что я выхожу замуж за герцога Эксминстера! Прежде они о нас и не вспоминали.

— Думаю, они считали, что мы все еще в трауре по отцу, — наивно заметила леди Фортингдейл.

— Мама, ты нашла бы оправдание даже для черта! — сказала Антея. — Лично я выбросила бы все эти приглашения в огонь и не потрудилась на них ответить!

— Это было бы крайне неучтиво, дорогая. Даже если ты и его светлость не собираетесь воспользоваться их гостеприимством, следовало подумать о том, чтобы Таис, а потом и Хлоя, были включены в их пригласительные списки.

— Не сомневайся, в будущем их непременно включат в эти списки, — предрекла Антея холодным тоном.

В то же время трудно было оставаться равнодушной, когда все старались проявить свои дружеские чувства и присылали свадебные подарки.

— Кто такие эти Лейтоны, мама? — спросила Антея, открыв посылку, в которой лежала пара великолепных подсвечников.

— Не могу вспомнить, — ответила леди Фортингдейл — Может быть, это друзья герцога?

— Посылка адресована мне и отправлена из Йоркшира.

— Ну, значит, их непременно нужно пригласить на свадьбу, — сказала леди Фортингдейл.

— В церковь столько народу не поместится, — заметила Антея.

Говоря это, она уже знала, что мать все равно пригласит Лейтонов на свадьбу и отговорить ее не удастся.

Девушка хотела бы надеяться, что герцог не будет слишком торопиться со свадьбой.

Но, хотя герцог и не говорил об этом, она догадывалась, что графиня настаивает на том, чтобы церемония состоялась как можно скорее. Только после свадьбы граф Шелдон поверит, что его подозрения в неверности жены были беспочвенны.

Свадьба была назначена на вторую неделю июля. Графиня Шелдон написала леди Фортингдейл, что она не только подарит крестнице подвенечное платье и все приданое полностью, но пришлет платья для Таис, Хлои и Фебы, которые будут подружками невесты во время свадебной церемонии.

Девочки были вне себя от восторга и не могли говорить ни о чем другом, как только о предстоящем радостном событии.

Сообщение о необыкновенно великодушном поступке графини привез из Лондона герцог, прибывший в Йоркшир с визитом во второй раз.

Он появился в доме Фортингдейлов ближе к вечеру. Вся семья собралась в гостиной, девочки приготовились слушать стихотворение, которое леди Фортингдейл специально написала к свадьбе Антеи.

Только она начала читать его, как в дверь дома постучали. Стук был такой властный и уверенный, что Антея сразу догадалась, кто прибыл к ним с визитом.

— Кто это может быть? — удивилась леди Фортингдейл, прервав чтение своего сочинения.

— Пойду посмотрю, — быстро сказала Хлоя. — Мама, подожди меня, не читай. Я не хочу пропустить ни строчки!

Она выбежала в холл и, как и ожидала Антея, радостно вскрикнула, увидев, кто приехал:

— Герцог! Герцог приехал! Он вернулся! Как здорово!

Действительно, жениха ожидали в ближайшее время, но не было известно, когда точно он приедет.

Герцог вошел в гостиную. В комнате с низким потолком он показался Антее особенно величественным, а при виде его безукоризненно элегантной одежды она поняла, насколько убога вся обстановка гостиной.

Поцеловав руку графине, он повернулся к Антее.

Опустив глаза, девушка сделала реверанс. Антея опасалась, что по выражению ее лица герцог поймет, что она единственная в этой комнате не рада его приезду.

Однако, если он и догадался о ее чувствах, то виду не подал.

Герцог передал леди Фортингдейл письмо от графини Шелдон, в котором та сообщала, какие подарки пришлет семейству Фортингдейл, и держался совершенно непринужденно.

— Как она добра! Как великодушна! — сказала леди Фортингдейл, прочитав письмо своей подруги.

— Я тоже привез подарки, — заметил герцог. Он слегка улыбнулся, увидев, как загорелись от любопытства глаза Таис, Хлои и Фебы.

— Миндаль в сахаре! — восторженно прошептала Феба.

— Да, миндаль в сахаре, — подтвердил герцог. — И кое-что еще!

— А где это все? — спросила Хлоя.

— Все подарки сейчас выгружают в холле, — ответил герцог. — Там есть и особый подарок для вашей матушки.

— Пойдемте скорее! Давайте посмотрим! Ах, мама, давай скорее посмотрим! — воскликнула нетерпеливая Хлоя.

Заинтригованная, леди Фортингдейл позволила увлечь себя в холл.

В гостиной остались Антея и герцог. Антее не хотелось оставаться наедине с герцогом, но бежать вслед за всеми в холл она также не хотела.

— Для вас, Антея, у меня тоже есть подарок, — сказал герцог.

— Мне не нужны подарки.

— Думаю, что все сочли бы странным, если бы я не преподнес эту вещицу своей невесте, — с легкой иронией произнес герцог.

Антея поняла, что он имеет в виду обручальное кольцо. Поняв, что она вела себя бестактно, девушка покраснела.

Герцог вынул из кармана бархатный футляр и открыл его. Антея ожидала увидеть кольцо с крупным бриллиантом, что было бы так традиционно, но вместо этого в коробочке оказалось кольцо с великолепным рубином, обрамленном бриллиантами.

В глубине рубина мерцал таинственный алый огонь.

— Я решил, что рубин подойдет вам больше, — сказал герцог. — Это кольцо сделано специально для вас, оно не из фамильной коллекции украшений.

Он взял ее левую руку и надел кольцо на средний палец.

— Благодарю… вас, — с трудом проговорила Антея. К ее удивлению, от прикосновения герцога пальцы ее слегка задрожали.

— Надеюсь, это сделает вас счастливой, — неожиданно сказал герцог.

Антее хотелось сказать ему, что ни драгоценности, ни любые другие подарки не могут сделать ее счастливой, потому что счастье должно рождаться в душе. Но она была уверена, что герцог этого не поймет.

И потом, как она может сделать его счастливым, если они женятся только для того, чтобы спасти доброе имя графини, которую он любит?

К счастью, ей не пришлось отвечать на замечание герцога, потому что в гостиную возвратились сестры, нагруженные подарками, которые герцог привез из Лондона.

Они были в восторге от книг, платья для верховой езды и хлыста для Хлои, шелковой шали для Таис и множества мелких подарков для Фебы, которыми она будет развлекаться еще долгое время.

«Интересно, кто выбирал эти подарки?» — подумала Антея.

Но потом она сказала себе, что у него, несомненно, есть опытные секретари и доверенные слуги, которые хорошо знают, какие подарки полагается герцогу дарить невесте и ее семейству.

И вдруг Антея вспомнила, что герцог привез ей письмо от графини.

Значит, они встречались!

Возможно, что теперь, когда о помолвке герцога Эксминстера с мисс Фортингдейл написали газеты, граф Шелдон убедился, что его подозрения были беспочвенны.

А может быть, влюбленные встречались тайно, рискуя быть застигнутыми, потому что просто не могут жить друг без друга?

Антее было любопытно узнать, что же чувствовала графиня, зная, что герцог женится на ее крестнице.

«Если бы я его любила, — подумала девушка, — мне была бы ненавистна одна мысль о том, что он женится на другой! Я бы ужасно страдала от ревности!»

Но потом она решила, что с ее стороны слишком самонадеянно думать, будто она может быть серьезной соперницей графини. Как может прекрасная, соблазнительная и обольстительная крестная ревновать к ней?

Что за нелепая мысль! Кто она такая? Никто, просто серая деревенская мышка!

Но теперь, собираясь в церковь, где их скоро обвенчают, Антея должна была признать, что герцог очень хорошо сыграл свою роль. Никто из посторонних наблюдателей не мог бы догадаться, что их брак заключается не по любви.

В этом были уверены и мать, и сестры. Они считали, что герцог и Антея полюбили друг друга с первого взгляда.

— Почему ты нам ничего не рассказывала о ваших отношениях? — снова и снова спрашивала сестру Таис.

За Антею ответила леди Фортингдейл:

— Когда влюбляешься, дорогая, то испытываешь такое чудесное, такое неземное чувство, что становится даже страшно дышать — вдруг это все исчезнет.

Леди Фортингдейл улыбнулась старшей дочери.

— Дорогая, знаю, что ты чувствовала, хотя любовь очень трудно выразить словами.

Она глубоко вздохнула.

— Такие чувства я испытывала к вашему отцу. Я всегда молила Бога, чтобы он послал подобную любовь и вам, девочки.

«Как бы мне хотелось сейчас испытывать такие чувства!» — сказала Антея своему отражению в зеркале.

Через несколько минут ей нужно отправляться в церковь, где все было готово к венчанию.

Внизу Антею ждал полковник, товарищ ее отца по полку, который специально приехал в Йоркшир, чтобы повести дочь своего друга к алтарю.

Антея знала заранее, что в маленькой церкви из серого камня, расположенной недалеко от их дома, соберутся не только их соседи, но и родственники и друзья герцога, разместившиеся на время свадебных торжеств во всех больших домах в округе.

У лорда Данкастера гостили около тридцати человек. Некоторые гости вынуждены были поселиться довольно далеко — в Йорке.

Сначала Антея испытывала смущение и некоторый страх при мысли о предстоящей церемонии. Но потом решила, что нет причины так волноваться. Она должна быть спокойной и сдержанной.

Для любой другой невесты свадьба — это начало новой жизни. Для нее же это скорее способ покончить с прежним существованием.

Антее казалось, что это событие не имеет отношения лично к ней, она просто помогала герцогу и женщине, которую он любит, выйти из затруднительного положения, в которое они попали по ее вине.

«Как я могу чем-то возмущаться, — рассуждала Антея, — если сама во всем виновата? Мне некого винить в том, что происходит, кроме себя самой!»

Миссис Хемпфри, как и обещала, прислала ей копию карикатуры «Кошачий кумир» и копию еще одного изданного рисунка.

Получив копии, Антея пошла на кухню и сожгла оба рисунка в печи.

Она все время опасалась, что девочки нарушат данное ими слово и заговорят о ее способностях к рисованию с герцогом.

Антея заставила сестер поклясться всем святым, что они никогда не расскажут герцогу о рисунках и о том, что она получила деньги за проданные карикатуры.

— Он мне никогда не простит, — сказала она сестрам, — если только узнает, что я могла нарисовать такие предосудительные карикатуры.

— Может быть, они бы его позабавили так же, как и нас, — предположила Таис.

— Он был бы шокирован, — возразила Антея. — Если вы не хотите, чтобы он уехал и никогда больше не появлялся в нашем доме, то храните эту тайну.

Она знала, что подобная угроза подействует на сестер как нельзя лучше.

Но чтобы быть полностью уверенной в том, что нет никаких доказательств против нее, Антея достала свои письма, написанные из Лондона на бумаге, взятой из секретера крестной, и сожгла их.

Ведь даже маленькие наброски, сделанные ею в некоторых письмах, если бы их увидел герцог, могли навести его на мысль, что она может иметь какое-то отношение к карикатуре, послужившей причиной всех неприятностей.

Часы на каминной полке пробили полдень.

Наступила пора отправляться в церковь.

Так как их дом был слишком мал для приема многочисленных гостей, то после церемонии венчания гости должны были отправиться в дом лорда Данкастера, где все было готово к торжественному обеду.

Имение лорда находилось в часе езды от церкви. Молодоженам предстояло длительное путешествие в Лондон, и герцог предложил, чтобы он и Антея после венчания сразу отправились в свое свадебное путешествие, не заезжая к Данкастеру.

— Не думаю, что наше отсутствие будет очень заметно, — сказал он. — А сам я не горю желанием произносить речь или слушать речи других.

— О, конечно. Я совершенно согласна с вами, — ответила Антея.

Поэтому после венчания они собирались вдвоем заехать домой, чтобы немного перекусить, а Антея должна была сменить свадебное платье на дорожное.

Все остальные гости из церкви поедут в Данкастер-хаус, где их ждет свадебный пирог высотой шесть футов и свадебный завтрак, который затянется до вечера.

— Тебе разве не жалко пропустить такое веселье? — спросила сестру Хлоя.

— Нет, не думаю, что мне очень хочется присутствовать на приеме, — ответила Антея.

— Не будь такой дурочкой, Хлоя, — заметила Таис. — Конечно, она хочет остаться наедине со своим мужем. Я бы этого тоже захотела.

При этих словах голос Таис слегка задрожал, а в глазах появилось мечтательное выражение. Ей и в голову не могло прийти, что ее старшая сестра дрожит от страха при одной мысли о том, что ей придется остаться наедине с герцогом.

«Что я ему скажу?» — волновалась она.

Но потом Антея напомнила себе, что она должна держать себя в руках и не устраивать истерики.

Она вспомнила слова отца о том, что мужчины больше всего ненавидят, когда им устраивают сцены.

— Женщины обожают устраивать сцены! — с улыбкой говорил сэр Уолкотт. — Но, уверяю тебя, что любой нормальный мужчина готов бежать как можно дальше от всяких драм, выяснения отношений и слез.

— Похоже, что мое поведение может попасть в рубрику «драмы», — сказала себе Антея, грустно улыбнувшись воспоминаниям об отце.

Девушка взяла букет роз и ландышей и направилась к двери.

Бриллианты на ее голове засверкали, лучи солнца осветили ее фигуру, как благословение свыше.

«Я просто играю свою роль в этой пьесе, — подумала Антея. — Самое важное сейчас, чтобы я оказалась хорошей актрисой».


* * * | Не смейся над любовью! | * * *