home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 23

Джордан


— Я больше не могу ждать, — говорю я и беру ключи со стола.

Я ждал весь день, но от Мии не было никаких вестей. Сейчас уже темнеет, и я очень встревожен.

Я пытался позвонить ей пару часов назад. Нашел ее номер в регистрационном листе. Все ли так плохо, ведь я даже не знал ее номера? С другой стороны, раньше у меня не было необходимости ей звонить. Я ни разу не видел ее с телефоном в руке. Попытка не пытка.

На другом конце линия мертва. Телефон был выключен, и я даже не смог оставить голосовое сообщение, потому что ее почтовый ящик был переполнен.

Я раздражен, чувствуя себя беспомощным, поэтому собираюсь предпринять одну вещь, которою я в состоянии сделать, — пойти искать ее.

— Я иду с тобой, — отец поднимается на ноги.

— Нет, оставайся, вдруг она вернется. Если так и будет, сразу же звони.

— Где собираешься искать? — спрашивает он, когда я открываю входную дверь.

Я останавливаюсь. Не имею ни малейшего гребаного понятия. Я просто собираюсь исколесить Дуранго вдоль и поперек, пока меня не осенит какая-нибудь идея. Я поворачиваюсь к отцу и спрашиваю:

— А где бы ты искал?

Он приглаживает рукой свои короткие, седеющие волосы.

— Если бы я был Мией и находился бы в городе, который я не знаю и который не является моим домом, то после того, как обнаружил всю правду… я бы пошел в бар, напился… но не думаю, что она такая, — добавляет он, и я отрицательно качаю головой.

— Она не такая.

— Тогда пошел куда-нибудь туда, где тихо. Где я мог бы побыть в одиночестве.

— А где настолько тихо?

— Здесь, — говорит он.

— В другом отеле?

— Думаю, да.

— Спасибо, папа.

Я рванул на Мустанге, рассекая гравий и убираясь подальше от отеля.


***


Я проверил парковки всех десяти отелей в поисках ее машины, но безрезультатно.

Может быть, я трачу свое время напрасно. Она могла уехать из города, но я должен продолжать поиски.

Я останавливаюсь у светофора на перекрестке. Я чувствую себя потерянным; я не знаю, в какую же сторону повернуть, поэтому опускаю голову на руль. Меня до смерти пугает звук, раздающийся где-то сзади. Я смотрю на зеркало заднего обзора и вижу машину.

— Ладно, еду я уже! — отзываюсь я. После того, как завожу мотор, — поворачиваю направо.

Проехав почти всю улицу, я понимаю, что собираюсь выехать из города. Скорее всего, она взяла влево — так говорит мне мое подсознание.

Чувствую разочарование и, как полный лузер, начинаю делать поворот на 180 градусов, одновременно смотря вокруг, чтобы убедиться, что все чисто. Тогда-то и вижу ее машину, которая припаркована около сомнительно выглядящего мотеля.

Мое сердце останавливается.

А затем мчится галопом.

Сглотнув комок в горле, я разворачиваюсь и заезжаю на парковку мотеля.

Парень за стойкой ресепшена выглядит как полнейший неудачник. Он не отрывается от телевизора, когда я захожу внутрь.

Ужасно, что Мия почувствовала, будто ей негде больше оставаться, кроме этого мотеля. Она не принадлежит такому месту. Она принадлежит мне.

— Эй, мужик, — я кладу руки на стол, — я тут думал, не сделаешь ли ты мне одолжение. Мы с девушкой поругались... — Девушка. Впервые я называю так Мию. Забавно — теперь я даже не знаю, кто мы друг другу. — И достаточно серьезно. Мне нужно поговорить с ней, но она не отвечает на звонки.

— Тогда, полагаю, она не хочет общаться с тобой, — решительно говорит он, не отрываясь от телевизора.

Я сжимаю руки в кулаки и, игнорируя ответ парня, отвечаю спокойным голосом:

— Ее машина припаркована снаружи. Я знаю, что она здесь. Тебе просто нужно сказать мне, в какой комнате она остановилась.

Технически говорить мне это он не имеет права, и я это знаю. Но это не слишком серьезное основание. Поэтому или он скажет мне, или выставит себя полнейшим ублюдком. Судя по его взгляду, я думаю, что выберет он второй вариант.

Его губы складываются в гнусную ухмылку.

— А, ты говоришь о такой милой блондиночке с упругой попкой, которая водит такую же горячую машину, как она сама? Приехала сюда не так давно — остановилась на день.

Не так давно?

Все мускулы на моем лице сильно напрягаются.

— Я думаю, она трахалась с кем-то днем, — продолжает придурок, — и, судя по твоему взгляду, точно не с тобой, — смеется он. — Ага, мужик, ты не получишь от меня эту чертову информацию.

Я подхожу к его стулу, в кулаке сжимаю рубашку парня и приподнимаю самого придурка в воздух.

— Ты мне расскажешь, урод, в какой она комнате, — шиплю я в его лицо, — или сначала я надеру твой зад, а затем буду стучаться в каждую гребаную дверь твоего отвратительного мотеля, побеспокоив всех постояльцев. Особенно тех, кто платит по часам, потому что они не хотят, чтобы их прерывали. До тех пор, пока не найду ее.

Он открывает свой рот, но я останавливаю его прежде, чем он начинает говорить:

— И прежде чем ты будешь кудахтать, что вызовешь копов, заруби себе на носу: мой отец — коп. — Ладно, это ложь. Но я поставлю на кон все, с чем пришел сюда. — Поэтому сохрани свое гребаное время на случай, если они придут сюда, потому что пронюхают о низкой стоимости или о такой куче дерьма, как ты. А теперь скажи мне номер гребаной комнаты, в которой она остановилась!

Он хватает рубашку, выдергивая ее из моей руки.

— Прекрасно! — раздраженно говорит он, тяжело дыша. — Да не важно. Мне плевать! Она в комнате 106.

— Видишь, ведь это не было так трудно, правда?

Я хлопаю дверью и направляюсь по коридору в ее комнату. Один-ноль-шесть. Слегка стучу по двери и жду.

Ничего.

Я смотрю сквозь щель в занавеске. В комнате темно, за исключением мигающего телевизора, но внутри Мии не видно.

Я снова стучу, уже громче, и зову ее по имени. Ожидаю, пытаясь услышать любой шорох. Все еще ничего.

— Мия! — я снова стучу. — Знаю, ты здесь. Твоя машина снаружи. Мне просто нужно знать, что ты в порядке.

Я прижимаю ухо к двери, пытаясь что-нибудь расслышать. А затем слышу ее… еле слышно.

— Мия! — снова зову я, мое сердце колотится в груди.

— Джордан...

Недолго думая я отодвигаюсь назад и ударяю пяткой по замку, открывая дверь.

Захожу в комнату и повсюду вижу одну грязь. Упаковки из-под еды, контейнеры… мусор повсюду.

Я слышу ее стон. В ванной.

Она на полу. Мой желудок рухнул вниз. Мои глаза схватывают все меньше чем за секунду. Пересохшая кровь на ее затылке въелась и в волосы. Ее лицо вымазано чем-то, похожим на шоколад.

Я падаю на колени перед ней.

— Мия. Это я. Я здесь. Иисус, детка, что произошло? — Я беру ее за руку. Суставы на ее пальцах в ссадинах, зеркало перепачкано кровью.

Мрак... Что ты с собой сделала, малыш? Слезы заполняют мои глаза.

— Джордан… — стонет она, ее глаза открываются, но не могут ни на чем сфокусироваться.

— Нет… — бормочет она, — все... хорошо. Просто дай… ми...нуту... — Ее глаза закрываются.

— Мия, малыш. Останься со мной. Не засыпай, — я нежно хлопаю ее по щеке.

— Устала…

— Мия, — хлопаю сильнее и понимаю, что она не со мной. Затем набираю 911, говорю, что мне немедленно нужна скорая.


***


— Как она?

Я встаю, как только вижу, что подходит отец. Сейчас я нахожусь в комнате ожидания, где провел последние полтора часа с тех пор, как мы приехали, и они оставили меня здесь, сразу бросившись к Мие.

— Они ничего мне не говорят, потому что, очевидно, я не член семьи. — Я поднимаю руки в воздух, бросая гневный взгляд на администратора.

Отец кладет руки мне на плечи, привлекая мое внимание к себе.

— Технически мы — семья. — Он решительно смотрит на меня, прежде чем повернуться и подойти к администратору.

Последнее, чего я хочу, — относится к Мие как к сводной сестре, но если это то, что позволит мне узнать о ее состоянии, я скажу все, что они, черт побери, захотят услышать.

Я меряю шагами комнату, пока смотрю, как отец говорит с администратором.

Он пару раз кивает. Что-то говорит. И снова кивает. Затем подходит ко мне.

— Что они сказали?

— Только то, что Мия проходит обследование, и это потребует какого-то времени, так что мы можем прождать несколько часов, прежде чем услышим что-нибудь.

— Иисус, — я нажимаю пальцем на перегородку носа и закрываю глаза, пытаясь успокоиться, — мне нужно увидеть ее. Убедиться, что она в порядке.

— Она будет в порядке, сын, — его рука массирует мое плечо. — Похоже, мы тут надолго застряли, поэтому я пойду и принесу нам кофе.

Я киваю и облокачиваюсь на стенку, все еще не открывая глаз.


***


— Мистер Мэттьюс?

Моя голова приподнимается. Женщина за тридцать, в белом халате, с волосами, забранными в пучок, подходит ко мне.

— Я доктор ПакКард. Вы родственник Мии Монро? Вы пришли с ней?

Я поднимаюсь на ноги.

— Да. Я ее… ее…

— Он ее сводный брат, — обрывает меня отец, становясь рядом. — Как она?

Доктор ПакКард переводит свой взгляд на отца. Я смотрю на него с благодарностью.

— У Мии небольшой ушиб головы от падения. Ничего серьезного. Хуже то, что мы обнаружили, что у нее было сильное обезвоживание, а ее давление было опасно низким…

— Сильное обезвоживание? — спрашиваю я, полностью растерявшись. — Что у нее могло вызвать сильное обезвоживание? — Я не доктор, но знаю, что обезвоживание появляется не просто так.

Она странно смотрит на меня. Поворачивается к отцу.

— Мистер Мэтьюс…

— Пожалуйста, зовите меня Джим.

— Джим, у Мии были когда-нибудь проблемы с едой? Любого рода?

— Что вы имеете в виду под этим? — спрашиваю я.

Ее глаза переключаются на меня.

— Вы Миин..?

— Сводный брат, — я почти хмыкаю, когда произношу эти слова, потому что это слишком далеко от правды, — Джордан, я Джордан.

Она прокашливается и поворачивается ко мне.

— Джордан, после осмотра вашей сводной сестры несколько моментов, которые я обнаружила, вызывают тревогу.

— Что за проблемы? — мое сердце выскакивает из груди и бежит вниз по коридору.

— У меня нет права обсуждать это с вами, пока я не переговорю с Мией.

— Вы не случайно спрашиваете про еду. Почему? Вы думаете, у Мии с этим проблема, поэтому давайте поговорим об этом… — Знаю, я веду себя как придурок, но что-то выводит меня, черт возьми, из себя. — Что за проблема? Аллергия? Пищевая непереносимость? Расстройство пит… — слова выскакивают из моего рта прежде, чем я понимаю, о чем говорю.

А затем вдруг понимаю. Мои глаза закрываются под тяжестью этого понимания. То, как я нашел ее в комнате отеля, всплыло в моем мозгу и превратилось в череду фактов. Чрезмерное количество оберток от еды. Шоколад, размазанный по ее лицу, словно она жадно поглощала его.

Ее рвало.

Ее рвало.

Чрезмерный аппетит. Тошнота. Думай, Джордан, думай…

Булимия.

Черт, нет.

Я открываю глаза.

— Вы думаете, что у Мии булимия.

Доктор ПакКард засовывает руки в карманы и медленно вздыхает.

— Много факторов указывают на эту возможность, но, как я сказала, мы не можем быть ни в чем уверены, пока не поговорим с Мией.

И мое сердце покидает это здание.

— Так поговорите с ней. Сейчас, — я показываю на конец коридора. — Я пойду с вами.

Она качает головой.

— На данный момент — это невозможно, потому что Мие ввели транквилизатор, и я…

— Транквилизатор? — застываю я. — Почему?

— Джордан, когда Мия поступила к нам, она была очень расстроена. И, помимо стрессовой ситуации, возникли некоторые другие проблемы, — она перестает говорить, когда мимо нас кто-то проходит.

— Какие другие проблемы? — нажимаю я, скрещивая руки на груди и пытаясь их удержать на месте, потому что я в двух шагах от того, чтобы оббежать каждую гребаную комнату, пока не найду Мию.

Доктор ПакКард кладет руки мне на плечи, словно пытаясь меня удержать.

— Мия была очень расстроена во время обследования, поэтому у нее началась истерика, и это помимо стресса и обезвоживания.

— Вы ввели ей снотворное. Иисус гребаный Христос, — я закрываю глаза, болезненно вздыхая и закрывая лицо руками.

Я чувствую руки отца на спине.

— Мне показалось, что контролировать ее приступ будет легче, когда она заснет. Надо дать ее телу время отдохнуть, и это позволяет нам внутривенно ввести ей регидратирующее средство. Мия, находясь в бодрствующем состоянии, не позволяла нам это сделать.

Отвергает их помощь? Она не хочет поправиться?

Телефон доктора ПакКард вибрирует в ее кармане.

— Извините. — Она его достает и смотрит на экран. — Мне жаль, но мне пора идти, — и собирается уходить.

— Когда Мия проснется…

— Я сразу же позову вас. — И она ушла.

Я сажусь на ближайший ко мне стул. И опускаю голову на руки.

Отец садится рядом.

— С ней все будет хорошо, сын. Мы поможем. И не важно, в чем она будет нуждаться.

Я немного приподнимаю голову и смотрю на него.

— Но если она не захочет моей помощи?

Он грустно улыбается.

— Мы во всем разберемся. Не волнуйся.


***


Мы с отцом проводим ночь в зале ожидания в больнице. Нам ничего не сообщают, и не важно, как много раз я подхожу к дежурному, ответ одинаков: ничего не изменилось — Мия спит.

Поэтому большую часть своего времени я провожу, снова и снова прокручивая все в моей голове. Пытаюсь разобраться, как я мог все упустить. Были сигналы?

Но ничего не приходит в голову.

В конце концов, у меня ничего не выходит, поэтому я засыпаю, растягиваясь поперек трех сидений, оставляя отцу скамейку. Закрываю глаза и проваливаюсь в сон.

Когда снова их открываю, солнечный свет проникает через огромные стекла, а взгляд на часы подсказывает, что сейчас семь тридцать.

Отец уже проснулся, смотрит новости по телевизору, который висит на стене, пьет это дерьмовое кофе из автомата.

— Как давно ты проснулся? — спрашиваю я, садясь. Каждая косточка в позвоночнике хрустит, когда я потираю спину.

— Недавно.

— Какие-нибудь новости?

— Нет. Я принес тебе кофе. Может, сейчас он немного остыл, — он протягивает мне.

— Все нормально, — я делаю два больших глотка теплого кофе и ставлю чашку на столик.

— Я говорил с Паулой, она едет в отель к Дозеру.

Хорошо, что Перри уже уехал, поэтому нужно смотреть только за Дозером.

Я поднимаюсь на ноги.

— Спасибо.

Входные двери открываются, впуская в комнату холодный воздух, и я окончательно просыпаюсь.

Я наблюдаю, как через двери проходит парень моего возраста. Я замечаю его, потому что он, судя по его внешнему виду, определенно с деньгами. Явно видна аура заносчивости.

Парень идет к столу администратора.

— Пойду отолью, — говорю я отцу.

Я прохожу мимо стола администратора, направляясь в уборную, когда слышу разговор этого богача и администратора.

— ... имя — Форбс Чандлер. Прошлой ночью мне позвонили, сказали, что моя подруга Мия Монро поступила к вам. Хочу узнать, как она и когда я могу ее увидеть.

В голову ударяет кровь. Я останавливаюсь и медленно поворачиваюсь.

Это он. Блондин, чопорный ублюдок. Он тот, кто причинил Мие боль.

Почему он здесь? Кто ему позвонил? Мия просила его?.. Просила их позвонить ему?

Меня охватывает боль, которая быстро сменяется гневом, отчаянием и разочарованием.

Форбс поворачивает голову в моем направлении. И видит, что я на него смотрю.

Кулаки сжимаются еще сильнее.

Я подхожу к нему.

— Ты Форбс?

— Ага, это я. А кто?.. — он никогда не закончит это предложение.

Потому что я с силой бью его.

Он падает вниз от одного удара. Что за слабак. Но я не прекращаю. Забираюсь на него, снова и снова бью и не могу, черт его возьми, остановиться.

Потому что все, что я вижу, — черный глаз Мии.

То, как он пытается ее изнасиловать.

Она, сама вызывающая себе рвоту. Она без сознания на полу ванной.

Когда я любил ее. Желал ее.

Чувствую только боль. Одну гребаную боль.

Она бесконечна, безжалостна. И я просто продолжаю ударять кулаком в его лицо, пытаясь освободить себя от этого груза.

Не знаю, остановился бы я когда-либо или продолжал бить его до тех пор, пока не убил бы, но у меня нет шанса это выяснить, потому что отец отрывает меня от него, вместе с персоналом госпиталя.

Требуется три человека, чтобы оттащить меня. Вот как далеко я зашел.

— Что за дерьмо! — захлебывается Форбс кровью. — Ты сумасшедший? Ты сломал мне нос!

— Это — меньшее, что тебя должно волновать, — рычу я. — Если ты снова подойдешь к Мие, я убью тебя, мразь!

Он застывает. На минуту. Руками он закрывает кровоточащий нос, глаза встречаются с моими. В них что-то отражается. Не знаю, что именно, но знаю одно — это мне не понравится.

Затем его рука опускается. И он усмехается.

— Мия хорошо и тщательно тебя обработала. — Я слышу отрывистый, дьявольский смех. — Она в этом хороша… играет жертву. И я вижу по твоему лицу, что ты трахал ее. Извини, что говорю тебе, но ты не первый и тем более — не последний.

— Ты гребаный лжец! — я бросаюсь на него, но меня останавливает отец и огромные охранники, так что я не преуспеваю.

— Отпустите. Меня. Дерьмо! — кричу я, пытаясь отпихнуть их от меня.

— Успокойся, черт возьми! — папа шипит в ухо. — Продолжай в том же духе, и они вызовут копов, если уже не вызвали. Они посадят твою задницу в тюрьму, и ты не поможешь Мие выйти отсюда.

Слова немедленно достигают цели, и я, услышав ее имя в этом контексте, медленно останавливаюсь.

— Ладно, — тяжело дышу, — ладно, ты можешь меня отпустить. Я не ударю его, — я пронзительно смотрю на него, — не сейчас.

— Джордан, — рычит папа.

— Что происходит?

Я поворачиваюсь и вижу, что к нам подходит доктор ПакКард. Она смотрит на Форбса, а затем на меня. И счастливой она не выглядит.

— Доктор ПакКард, этот мужчина только что избил джентльмена без причины, — говорит администратор, выглядя немного шокированным.

— Без причины?! Да вы издеваетесь! — ору я. — Этот ублюдок — вот причина, по которой Мия здесь.

— Я не видел Мию в течение двух недель…

— Да? И почему же это? — я подхожу к нему. Папины руки останавливают меня.

— Джордан, — говорит доктор ПакКард. — Вы напали на этого джентльмена?

Я презрительно усмехаюсь над определением.

— Ага, и сделаю это снова. С удовольствием.

Она поворачивается к Форбсу.

— Мистер?..

— Чэндлер, — кровь стекает вниз по его отвратительному лицу и на его примитивную рубашку стоимостью в сто долларов.

— Мистер Чэндлер, я вызову медсестру, чтобы вам помогли. Вы хотите вызвать полицию, чтобы доложить о нападении?

Его глаза смотрят в мои.

— Сделай это, — я делаю шаг вперед, отпихнув руку отца, лежащую у меня на груди, — и я сделаю процесс долгим. Я расскажу копам обо всем, что ты сделал с Мией.

Его глаза слезятся.

Ага, я знаю, что ты сделал, ублюдок.

— Нет, — он прочищает глотку, вытирая рот рукавом, — не хочу выдвигать обвинения. Мне не нужны все эти разборки. Просто держите этого шизика подальше от меня.

— Медсестра Калагхан, подойдите к мистеру Чэндлеру, пожалуйста, — доктор ПакКард зовет медсестру.

— Конечно, — медсестра подходит и отводит его в другой конец холла.

Мои глаза прикованы к его спине.

Доктор ПакКард становится передо мной и блокирует мой взор.

— Не знаю, почему это произошло, — говорит она низким голосом, — но если вы еще раз будете так вести себя в моей больнице, я сама вызову копов, и вы никогда больше не пройдете через входную дверь. Вы поняли?

Я вздыхаю.

— Да, понимаю.

— Хорошо. Потому что Мия проснулась и хочет увидеть вас.

Я поднимаю голову.

— Да?

— Да, так что вам лучше пойти со мной, — она собирается уходить.

Я смотрю на отца.

— Подожду здесь, — говорит он.

«Спасибо», — одними губами говорю я ему. Он ободряюще улыбается мне.

Я не отстаю от доктора ПакКард.

— Как она?

Доктор смотрит на меня.

— Лучше. Уже разговаривает. Забавно, однако, что когда я сказала Мие, что ее ждет сводный брат, она ответила, что у нее нет сводного брата. Что у нее, на самом деле, нет родных, — она скользит взглядом по мне.

Я смущенно улыбаюсь.

— Все сложно, — пожимаю плечами.

— Как и сама жизнь. — Она останавливается у двери. — Мия здесь. Джордан, я очень серьезно поговорила с ней, и, принимая во внимание ее проблему, считаю, что будет лучше, если ты ей ничего не скажешь.

— Вы имеете в виду, не говорить ей, что я знаю о булимии?

— Да. Позволь ей рассказать — уверена, она так и сделает. Она осведомлена о проблеме, но также столкнулась с шоком осознания. Ее расстраивает этот факт. А я не хочу, чтобы она была расстроена еще больше, чем сейчас.

Я киваю.

— Понял вас, доктор. Сделаю все, что в моих силах, чтобы ей помочь.

Она улыбается.

— Да, я это вижу.

Я поворачиваюсь к двери.

— Джордан.

Оглядываясь через плечо, смотрю на нее.

— Возможно, ты захочешь стереть кровь с рук, прежде чем войдешь.

Я смотрю на руки. По ним размазана эта гребаная кровь.

— Черт, да.

Из кармана она достает носовой платок, затем подходит к фонтанчику с водой, расположенному чуть дальше в холле. Нажимает на кран и смачивает платок, а затем подает этот платок мне.

— Спасибо, — беру его и вытираю кровь с костяшек пальцев, а затем отдаю ей.

— Все в порядке, — поднимает она руки и улыбается. — Оставь его себе.

Я слегка смеюсь.

— Спасибо, — засовываю платок в свой карман. Глубоко вздохнув, открываю дверь и вхожу в палату Мии. 


Глава 22 | Излечи меня (ЛП) | Глава 24