home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 29

— Грета хочет, чтобы мы переместили весь китайский фарфор в другую часть отдела, — мрачно сообщила Генриетта, как только Федерика появилась в отделе.

— Ты уверена? Ведь это то же самое, что гору передвинуть, — ответила Федерика и вдруг заметила черные круги вокруг погрустневших глаз Генриетты. — С тобой все в порядке?

— Прошлой ночью я не смогла попасть в свою квартиру и маршировала по улицам до самого рассвета.

— Ты должна была позвонить мне, — сказала Федерика.

— У меня с собой не было твоего номера, дорогая. Я в порядке. Но только, пожалуйста, защити меня от Греты. — Она вздохнула и вяло улыбнулась. — Очевидно, что Торквилл сегодня снова объявится, чтобы продолжить покупки. Все подарки, которые мы упаковали, доставят до уик-энда, но ему нужно кое-что еще. Я выгляжу ужасно и не вынесу этого, — снова вздохнула она и стала тереть глаза.

— Ты никогда не будешь ужасно выглядеть, Генриетта. А им займется сама Грета, — успокоила ее Федерика, закрывая свою сумочку под прилавком. — Это поможет улучшить ее настроение.

— Будем надеяться, — простонала Генриетта.

Задолго до полудня они уже справились с перестановкой фарфора и устало подпирали прилавок, когда появился мистер Дженсен, сопровождаемый группой одетых в темные костюмы мужчин, почтительно и односложно отвечавших на все его вопросы: «Да, мистер Дженсен, конечно, мистер Дженсен». Генриетта и Федерика выпрямились и вежливо заулыбались.

— Это мистер Дженсен, — прошипела Генриетта.

— Не думай, что я не заметила, — прошипела в ответ Федерика. — Стоило только посмотреть на эту свору лизоблюдов! — Свита остановилась и стала оглядывать зал, приглушенно комментируя товары, расставленные в витринах. — Слава богу, что мы успели справиться с перестановкой фарфора до его прихода, — сказала Федерика.

— В самый последний момент, — ответила Генриетта. — Он бы разозлился, если бы увидел, что тут творилось.

Маленькие глазки мистера Дженсена ничего не упускали. Он просканировал помещение одним длинным пронизывающим взглядом, который задержался на ангельском лице Федерики. Дженсен приосанился и что-то шепнул в склоненное ухо одного из своих помощников. Одновременно из своего офиса выплыла Грета.

— Помнится, я уже говорила вам обеим, чтобы вы не занимались пустой болтовней, — возбужденно сказала она с акцентом, усиливающим агрессивность ее тона.

— Доброе утро, Грета, — произнес мистер Дженсен, появляясь перед ней как бы из ниоткуда. — Не припомню, чтобы мы уже встречались, — добавил он, поворачиваясь к Федерике. Грета удивленно заморгала, но быстро пришла в себя и напыщенно застыла на месте.

— Федерика Кампионе, — представилась Федерика, протягивая руку.

— Это подлинное удовольствие, что вы здесь работаете, — с улыбкой заявил он, с любопытством разглядывая ее. — Нам нужны такие солнечные лица, как у вас, с тем, чтобы они стали лицом магазина. — Он хмыкнул и прищурил свои маленькие черные глазки. — Постарайся, чтобы она всегда была на виду, Грета.

Грета с готовностью кивнула.

— Конечно, мистер Дженсен. Я умею отличать ценных сотрудников.

— Хорошо, — удовлетворенно фыркнул старик. Затем, когда он обнаружил, что фарфор переместили в другое место, его лицо потемнело. — Что это за изменения в отделе? — возмущенно спросил он. Все прихлебатели мгновенно выпрямились и сложили руки на своих голубиных грудях, демонстрируя всеобщее негодование.

— О, — вздохнула Грета, в ужасе сжимая руки. — Я могу только принести свои извинения. Федерика — новенькая и неправильно поняла мои указания, — не моргнув глазом, доложила она. Щеки Федерики заалели румянцем. Мистер Дженсен кивнул, и его помощники тут же, как по команде, опустили руки.

— Вероятно, вам нужно постараться, чтобы в следующий раз вас правильно поняли, — жестко сказал он. — Я хочу, чтобы все вернулось на свои места, — добавил он, щелкнув в воздухе пальцами, будто призывая официанта. Потом он повернулся и, сопровождаемый свитой, направился по лестнице в мебельный отдел.

— Вы слышали его, выполняйте! — раздраженно взвизгнула Грета. — А ты, Генриетта, если еще хоть раз появишься на работе в таком виде, я отправлю тебя домой навсегда. Тебе все понятно? — Генриетта кивнула. Она слишком устала, чтобы огрызаться. — А теперь поторопитесь, пока он не вернулся.

Федерика беспомощно наблюдала за тем, как она скрылась в офисе.

— У меня нет слов, — выдохнула она.

— Тебе пора привыкать, моя дорогая, она постоянно прибегает к подобным трюкам. У меня уже неоднократно были проблемы, когда она снимала с себя ответственность. Она ловко прячется за нами, но ей доверяют, поскольку дела идут хорошо, поверь мне. А сейчас пора возвращаться к тому, с чего мы начали. Корова подлая! — пробормотала она, снова доставая из ящика ключи от шкафов.

Федерика занималась обратными перестановками, тихо закипая от ярости. Генриетта от усталости была не склонна к разговорам, оставив ее наедине с жалостью к себе и сожалением об отсутствии сильного характера, который позволил бы ей постоять за себя. Когда в магазин вошел высокий мужчина, затянутый в кожу, в черном сверкающем мотоциклетном шлеме, она нажала кнопку Б на телефоне и стала ждать появления Найджела Делби.

Найджел спланировал сверху с ловкостью полисмена из пантомимы. Федерика поймала его взгляд и кивнула в сторону подозрительного мужчины, который завис на входе. Найджел важно приблизился к нему и попросил снять шлем.

— Боюсь, что в нашем магазине находиться в шлеме не разрешается, — непререкаемым тоном члена Палаты лордов сообщил он. Человек, как бы изумленный услышанным, склонил голову в сторону, прежде чем снять перчатки и затем шлем. Он встряхнул своей густой шевелюрой цвета воронова крыла и оказался не кем иным, как Торквиллом Дженсеном. Найджел забормотал свои извинения и стал уменьшаться на глазах.

Федерика тяжко вздохнула, краска сбежала с ее лица. Генриетта была права: он действительно оказался самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела. Найджел отступил, почти что кланяясь, и быстро ретировался наверх, чтобы в тиши кабинета остудить свое унижение.

Торквилл посмотрел на Федерику своими фантастически зелеными глазами и заулыбался.

— Так, значит, вы — охранник магазина? — спросил он, подходя к ней и бросая шлем на прилавок. — Я Торквилл Дженсен. — Он протянул руку и наблюдал за краской на ее лице таким же пристальным взглядом, как делал это его дядюшка несколькими минутами раньше.

— Федерика Кампионе, — хрипло ответила она.

— Итальянка?

— Я родом из Чили.

— Что за прекрасная страна! — воскликнул он. — Я еще юношей там путешествовал, — сказал он, нахально ухмыльнувшись. — Это может прозвучать несколько грубо, но я так потрясен вашей внешностью, что, кажется, забыл, зачем сюда пришел. — Федерика неловко поежилась и тут же ощутила трепетное волнение в животе, будто там помахала крылышками бабочка. — Вы очень красивы, — продолжал он. — Должно быть, вы новенькая. Никто другой не стал бы с таким увлечением помогать Найджелу Делби. — Он захохотал. — Вы оказали ему услугу. Он думает, что является более важной персоной, чем есть на самом деле. Такие типажи нуждаются в том, чтобы с них периодически сбивали спесь.

— Я должна извиниться. Это была ошибка, — сказала она, думая о том, как Найджел в одиночестве стучит по столу костяшками своих длинных пальцев, пытаясь избавиться от ощущения досадного просчета в своих действиях, и почувствовала себя виноватой. — Он только выполнял свою работу, — добавила она в его защиту.

— А вы только выполняете свою, — дополнил он. — Я только что купил новый мотоцикл, вам необходимо будет как-нибудь прокатиться, — сообщил он, лаская ее своим испытующим взглядом. Она застенчиво улыбнулась. Он скрестил руки и прислонился к прилавку. Она отступила, когда острый запах его кожаной куртки и тепло, исходящее от его тела, стали наполнять ее слишком интимными ощущениями. — О, я вспомнил, зачем пришел. Мне нужно кое-что для молодой женщины, — сказал он, затем немного подумал, потирая рукой щетинистый подбородок. — Для молодой женщины примерно вашего возраста. Рождественский подарок. Что бы ей могло понравиться?

— Насколько близко вы знакомы? — деловито спросила она, стараясь говорить официально, несмотря на его дурманящую близость.

— Не слишком близко. Но я хочу ей что-нибудь подарить, — легкомысленно заявил он, улыбаясь ей.

— Сколько вы хотите потратить?

— Деньги не имеют значения. Если бы вы работали здесь подольше, то знали бы об этом. Я никогда не смотрю на цены, они дают только общий ориентир. Вот что бы вам, например, понравилось?

— Ну, если вы не очень близко знакомы, я бы посоветовала приобрести какую-нибудь прелесть, но не слишком интимного плана. Дайте подумать, — попросила она, окидывая магазин взглядом и стыдясь того, что его взгляд заставил ее щеки запылать. Она заметила Генриетту, прячущуюся за стеклянными шкафами с фарфором, который они только что перенесли, и ей захотелось, чтобы подруга пришла к ней на помощь. Но Генриетта ощущала себя сегодня слишком уродливой, чтобы показаться важному клиенту, и так сильно пригнулась, что даже Федерика едва смогла ее обнаружить.

— Что вы скажете по поводу этих очаровательных фарфоровых китайских горшков? Можно купить какое-нибудь растение и подарить вместе.

— Вам нравятся растения? — спросил он.

— Конечно. Все женщины любят растения.

— Мне нравится ваша идея, но предложите что-нибудь еще, — попросил он, не отрывая от нее глаз.

— Может быть, картину? — предложила она, глядя на мозаику картин, развешанных на стене.

— Я не знаю ее вкуса, — задумчиво произнес он. — А как насчет серебряных фотографических рамок, которые она наверняка сможет использовать по назначению?

— О, кажется, я знаю, — обрадовалась она, подводя его к запертому стеклянному шкафу, где были размещены богато украшенные серебряные рамки. — Их только что доставили из Китая. Они такие изящные, не правда ли? Если вы не слишком хорошо знакомы, это будет идеальным подарком.

— Вы — хороший продавец, — заметил он, взяв у нее рамку. — Если бы мужчина подарил вам такую, вам бы понравилось?

— Ну конечно. Если бы кто-то мне ее подарил, я была бы рада.

— Хорошо, тогда заверните ее. Это несложно.

Она начала заворачивать покупку дрожащими руками, поскольку его глаза следили за каждым ее движением с нескрываемым восхищением.

— Вы возьмете это с собой или предпочитаете доставку?

— Я возьму это сейчас, — ответил он, обезоруживая ее очередной ослепительной улыбкой.

— Желаете посмотреть что-то еще?

— На сегодня достаточно. Но я заеду в другой раз, что даст мне возможность снова с вами увидеться, — сказал он, понизив голос. Федерика лихорадочно пыталась найти уместные слова, но у нее ничего не получилось. Она смотрела на него, онемев от охватившего ее странного состояния. После его ухода перед ее глазами образовался вакуум, в который Федерика продолжала смотреть, будто увидев там нечто, недоступное чужому взгляду. Когда она восстановила дыхание, то осознала, что едва была в состоянии дышать, пока Торквилл находился рядом.


Остаток дня прошел в совершенно сомнамбулическом тумане. Вернувшись домой, она с трудом могла вспомнить хоть что-то из происходившего после ухода Торквилла Дженсена, но прекрасно запомнила каждое слово из их разговора, будто выучив его наизусть. Когда она сидела за стаканчиком вина в компании Эстер и Молли, раздался звонок в дверь. Эстер открыла и обнаружила мальчика-посыльного с двумя пакетами для Федерики. Увидев размеры второго пакета, Федерика задрожала. Это было большое растение в сине-белом китайском горшке, точно таком, какой она рекомендовала Торквиллу утром.

— От кого бы это могло быть? — изумленно ахнула Эстер.

— В квартире это будет смотреться бесподобно, — заметила Молли, принимая горшок у Федерики и устанавливая его в гостиной, где продолжила его распаковывать. — А что в другом пакете?

— Думаю, что там рамка для фотографии, — голосом пророка сообщила Федерика.

— Откуда ты знаешь? — спросила Эстер.

— Просто знаю, и все.

— Ладно, давай посмотрим, — нетерпеливо сказала Молли, стряхивая пепел на горящую конфорку плиты. — Он сам не откроется от того, что ты на него глазеешь.

Федерика аккуратно разорвала бумагу и извлекла изящную китайскую рамку.

— Это потрясающе, — в восхищении прошептала Эстер. — Только посмотрите, какие дивные птички на ней выгравированы! — добавила она, удивленно проводя по рамке рукой.

— Это тоже будет прекрасно смотреться в гостиной, — заявила Молли, делая очередную затяжку.

Но Федерика крепко ухватилась за рамку.

— Я помещу в нее фотографию папы, — твердо сказала она. — И повешу возле своей кровати.

— Отлично! — воскликнула Эстер. — И тогда я тоже смогу ею любоваться.


Федерика поспешно прошла по коридору в свою спальню и закрыла за собой дверь. До нее доносилось перешептывание Молли и Эстер, гадавших, кто бы мог купить ей такие дорогие подарки. Но она, не обращая на их болтовню никакого внимания, присела на кровать, чтобы заменить рамку на фотографии отца. Она провела пальцем по его красивому лицу и заметила, насколько темноволосый Торквилл оказался похож на Рамона. Те же смоляные черные волосы, та же оливковая кожа и такой же мужественный рот. Правда, глаза их заметно отличались. Глаза Рамона были черными и загадочными, как Вселенная, а глаза Торквилла были светлыми и сияли, как зеленые озера. Она поместила снимок в рамку и поставила его на тумбочку, а затем села на кровать, чтобы полюбоваться результатом. Именно в таком положении — когда она зачарованно вглядывалась в тайные миры своего отца, и застала ее Эстер.

— Я не хотела тебя беспокоить, — извинилась та, выводя подругу из транса.

— Нет, что ты, все в порядке, — Федерика отвела глаза в сторону.

— Кто он? — спросила Эстер. — Думаю, что он — это «он», — она хихикнула.

— Мой Бог, Эстер. Ты бы только его видела. Это самый красивый мужчина, которого я когда-либо встречала, — восторженно заявила Федерика и прилегла на подушку. — Он высокий и темноволосый со светло-зелеными глазами. Когда он улыбается, у меня все внутри переворачивается. Возникает такое ощущение, будто меня сбил грузовик.

— Похоже на одну из стрел Купидона, — ухмыльнулась Эстер, усаживаясь на свою кровать. — Где ты его встретила?

— Он — племянник владельца магазина «Сент Джон и Смит». К счастью, он вовсе не такой лысый коротышка, как его дядя.

— Значит, он просто зашел в магазин?

— Да, но я подумала, что это грабитель, потому что на нем был мотоциклетный шлем, и позвала Найджела Делби, чтобы тот его проверил. В итоге получилась полная неожиданность.

— Но он не обиделся, насколько я понимаю.

— Нет, он был восхищен. — Она улыбнулась, припоминая этот момент.

— Весьма восхищен, как я вижу, — сказала Эстер, любуясь рамкой. — И им тоже восторгаются.

— Думаю, что им восторгается большинство женщин.

— А сколько ему лет?

— Много, — ответила Федерика и вспыхнула.

— Ладно, сколько это — много. Пятьдесят?

— Нет, конечно, но где-то около сорока.

— Н-да, многовато, — согласилась Эстер, но тоже не могла скрыть своего восторга.

— Зато зрелый, уверенный в себе и обеспеченный, — выпалила Федерика и тут же озабоченно прикусила губу.

— Ты хочешь сказать богатый и надежный. Такой, который позаботится о тебе и развеет все твои заботы блеском обручального кольца. — Эстер рассмеялась.

— Нет, он просто взрослый мужчина, а не такой сопляк, как те, которые мне обычно встречаются.

— Боже, как это увлекательно. Я просто не могу поверить! — воскликнула Эстер, сцепляя пальцы рук.

— И я тоже.

— Что ты намерена делать?

— Не знаю, — вздохнула Федерика и ощутила, как ее тело охватывает волна возбуждения. — Не думаю, что мне сегодня удастся уснуть.

— О, как непостоянно твое сердце, — засмеялась Эстер, медленно вставая.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Просто я думала, что ты любишь Сэма, — ответила та, дружески улыбаясь. — А я-то надеялась, что он сделает тебя полноправным членом нашей семьи.

— Ах, Эстер, перестань, — ответила Федерика, отмахиваясь и качая головой. — Эта детская влюбленность уже давно в прошлом.

— Значит, с этим сейчас покончено, да? — уточнила Эстер. Затем она пожала плечами и удалилась, оставив Федерику наедине со своими мыслями.


* * * | Шкатулка с бабочкой | * * *