home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add










   Глава 13

   Спустя одиннадцать дней

   - Ты чего не спишь?

   Лина открыла глаза и посмотрела на Максимилиана, который как мраморная статуя стоял у окна и невидящим взглядом смотрел куда-то перед собой. Солнце ещё не встало, и было довольно темно, но первые признаки приближающегося рассвета были уже видны на синем безоблачном небе.

   Он уже успел надеть широкие просторные штаны, которые в последе время часто носил, считая их очень удобными, но его безупречный торс оставался неприкрытым.

   - Сегодня приедут Кастор с македонцем, - ответил Максимилиан не оборачиваясь.

   - Тебя это беспокоит?

   Лина поднялась с кровати, подошла и нежно обняла мужа, прижавшись к крепкой спине и целуя в плечо.

   - Мне не дают покоя твои слова... - начал говорить он, но вдруг замолчал. Нежные руки жены, ласкающие его, сбивали с мысли, и он поймал их, удерживая от продолжения.

   - Какие слова? - спросила Лина, прокладывая дорожку поцелуев по спине.

   - Остановись, - повернулся Максимилиан и посмотрел в ясные глаза жены.

   Она была как будто серьёзной и внимательно слушала его. Вот только её движения говорили об обратном.

   - Прости, но я всё не могу насытиться тобой, - улыбнулась Лина и убрала непослушный чёрный локон с глаз, тёмных как грозовое небо. - О каких словах ты говорил? Про деление земли?

   - Да. За короткий срок границы Греции очень выросли. Македония, Фракия... Кастор говорит, что и Иллирия желает присоединиться ко мне. А я им не верю. Никому. Ни Кастору, ни Валерию, и тем более Тофру.

   - Тофр это Иллириец?

   - Да, - коротко ответил Максимилиан.

   - А они давали основание не верить им?

   - Нет, все их слова и действия подтверждают их клятвы верности, но Лина, они сильные воины и талантливые полководцы, правители своей земли, с чего бы им служить мне?

   - Служить? А они тебе служат? - задала вопрос Лина, а Максимилиан нахмурил брови. - Они давали клятвы служить тебе?

   - Нет, - немного ошарашено произнёс он. - Только в верности.

   - Ну так не требуй от них беспрекословного подчинения, иначе они действительно могут взбунтоваться.

   - Лина, я не понимаю тебя, - произнёс Максимилиан, злясь на её непонятную манеру изъясняться. Всё приходилось переспрашивать и буквально вытягивать слова из этой женщины, и порой это выводило из себя.

   - Полководец, ты же их не захватывал и не порабощал. Они сами отдались тебе и сейчас вы скорее партнёры, по крайней мере в ближайшие годы будет именно так. А сейчас ты должен быть мудрее и найти ту грань, когда Валерий и Кастор будут иметь достаточно свободы, чтобы не возжелать большего, но при этом не забывать, кого признали своим царём. Знаешь, как дрессируют животных? Кнут и пряник.

   Максимилиан усмехнулся, услышав эти слова. Да, Лина конечно часто говорила несуразицу, и при этом её взгляд ни многие вещи был хотя и не типичным, но крайне интересным.

   - А Рим?

   - Максим, ну тебе виднее, что с ним делать, - надула губки Лина, от чего стала похожа на ребёнка. - Но они должны видеть, что ты им доверяешь и ваш союз им выгоден. Ой, можно я не буду об этом думать? Когда ты так близко, а на мне нет одежды, я хочу только одного.

   - Спать? - улыбнулся Максимилиан, притягивая к себе жену.

   Да, это тело было невероятно нежным и желанным, и думать о чём-то другом, кроме как обладать им, было крайне тяжело.

   - Можно конечно и спать, но я хотела другого, - прошептала она, нежно целуя шею и спускаясь ниже.

   - Чего? Скажи мне, - сбивчиво произнёс он, уже сгорая от возбуждения.

   - Я хочу быть твоей. Возьми меня.

   Максимилиан зарычал, услышав эти слова, и на руках поднял девушку, отрывая её от пола и прижимая к стене, может быть слишком грубо, чем следовало бы, но страсть затуманивала разум. Сейчас он видел перед собой только её, женщину, которой желал обладать.

   Лина улыбнулась, чувствуя его силу, необузданную и первобытную страсть. Пылкий и волнующий, её полководец, и она была готова на всё ради него.

   Поддерживая девушку только силой своих рук, он скользнул в столь желанное тело, а Лина глухо застонала, почувствовав его в себе.



   - Максимилиан, а мне обязательно надевать этот ужасный хитон? - капризно спросила Лина, показывая мужу традиционное греческое платье в своих руках, как будто желая показать, насколько оно ужасно.

   - Да, - холодно ответил он, даже не смотря в сторону жены.

   Лина глубоко вздохнула. Опять властный и холодный. Как же быстро он менял маски...

   - Я не справлюсь с этими ужасными складками.

   - Лина, нужно было уже давно взять себе служанку. Римлянки тоже прекрасно управляются с хитоном, и поторопись уже.

   - Сама как-нибудь справлюсь, - пробубнила она, надела хитон красивого светло голубого цвета и принялась старательно драпировать ткань, злясь на дурные правила, и того, что ей нужно было следовать им.

   Ну приезжают Валерий и Кастор в Рим? Зачем официальный приём? Максимилиан же расстался с ними совсем недавно.

   Но непослушные складки наконец-то сдались и Лина, удовлетворившись своим видом, пошла к мужу, который наверняка уже с нетерпением ожидал её у дверей дворца.

   Так оно и было.

   Упрекать задержавшуюся жену он не стал, но зато очень красноречиво посмотрел на неё, и даже Деметрий, стоявший рядом со своим отцом с упрёком взглянул на свою маму. Лина сделал вид, что не заметила этого, слегка удивилась генералам, стоявшим за спиной Максимилиана, и встала на своё место рядом с мужем, очень стараясь не показать своего отношения к этим церемониям.

   Солнце, хотя было и утренним, но припекало сильно, а они всё стояли и стояли, и Лина хотела, уже было спросить, долго ещё им тут жариться, как на дворцовую площадь въехали Валерий и Кастор со старшим сыном, одетые как на парад. Начищенные медные доспехи полководцев как будто светились, отражая солнечные лучи. Хитоны их были нарядными, шлема в руках украшенные какими-то перьями, особенно у Кастора, и даже щит, висевший на боку коня, и тот был праздничным. А огромное количество солдат, сопровождавших их, очень гармонично завершали странную картину.

   - Ого... - не смогла сдержаться Лина, глядя на это.

   Но Максимилиан стоял прямо и невозмутимо смотрел вперёд и, кажется, был не удивлён таким количеством народа.

   Кастор и Валерий приблизились, обменялись с Максимилианом традиционными приветствиями, а фракиец при этом еле сдерживал улыбку, видя ошарашенный взгляд Лины. И когда все необходимые процедуры были соблюдены, Максимилиан удовлетворённо кивнул и махнул рукой, предлагая проходить во дворец.

   - Аааа, - глупо потянула Лина, смотря в спину мужу.

   - Ты можешь быть свободна, - не оборачиваясь сказал он.

   - Как? Совсем?

   - Что совсем? - переспросил он, обернулся и непонимающе посмотрел на жену.

   - Свободна, - ответила она, очень стараясь сохранить серьёзное выражение лица. - Ты отпускаешь меня... на свободу?

   - О боги Лина, что ты несёшь? - взмолился Максимилиан.

   - Ну а чего ты меня гонишь? - возмутилась девушка. - Я может быть, тоже хочу поздороваться с нашими гостями.

   - Поздоровайся, - обречённо сказал он и негодующе покачал головой.

   - Здравствуй Валерий, - широко улыбнулась Лина нахмурившемуся македонцу, который был ярым сторонником официальных церемоний.

   - Здравствуй... - осторожно сказал он.

   - Я рада тебя видеть, - произнесла она и обняла мужчину, а тот от неожиданности открыл рот, но промолчал. - Кастор, - повернулась Лина к улыбающемуся мужчине. - Вас я тоже очень рада видеть, обнимать не буду.

   - Я тоже рад Лина, - согласно кивнул он.

   - Вы не ранены? - заинтересованно спросила она. - Я рассчитываю хотя бы на один бой с вами.

   - Нет дорогая Лина, я не ранен, но меня известили, что была ранена ты.

   - Ой, да это ерунда, - махнула она рукой. - Так что когда у вас будет желание...

   - Конечно, - тут же согласился он.

   - Лисимах, - кивнула Лина, сыну Кастора. Он ей кивнул в ответ.

   - Всё? Поздоровалась? - спросил Максимилиан, и сарказм из него буквально сочился.

   - Да, - сказала Лина и улыбнулась мужу самой обворожительной улыбкой в своём арсенале.

   - Слава богам! - воскликнул он и нетерпеливо махнул рукой, предлагая гостям войти во дворец.

   Полководцы крылись за дверью, а Лина грустно вздохнула.

   - Почему ты себя так ведёшь? - вдруг спросил Аргос.

   Этот вопрос уже давно волновал генерала, да и не только его одного. По взгляду Левка было ясно, что ему тоже непонятно такое поведение девушки, и даже более того, он считал это возмутительным.

   - Как так? - спросила Лина и сделала вид, что не понимает о чём идёт речь. - Валерий, можно сказать, моя семья, Кастор просто хороший человек, почему я не могу поздороваться с ними?

   - Есть правила...

   - А мне плевать на правила! - выкрикнула она. - Кто их придумал, тот пусть и живёт по ним, а я свободный человек. И вообще что вам не нравится? - возмутила Лина. - Я стояла и как подобает, молчала, когда они обменивались своими традиционными приветствиями, и только дождавшись окончания официальной части, высказала своё желание.

   - Упасите боги от такой жены... - покачал головой Аргос.

   - Аргос, я ведь и обидеться могу, - тихо произнесла Лина, смотря на генерала.

   Они все постоянно назвали её ненормальной и это уже начало надоедать.

   - Лина... - начал говорить он, но она его уже не слушала. Взяла за руку сына и пошла во дворец.

   Левк недовольно покачал головой, смотря на удаляющуюся девушку.

   - Наверно мне не стоило так говорить, - тихо сказал Аргос.

   - Лина может быть и странная, но очень добрая девушка. И то, как она себя ведёт, дело её и Максимилиана и не нам делать ей замечания, - ответил Левк.

   - Это ты такой умный стал, надев плащ генерала? - хмыкнул Аргос, развернулся и очень быстро ушёл.

   То, что он обидел Лину, да ещё и этот недавний солдат упрекнул его, было ужасно... конечно, он был прав, и от этого становилось ещё хуже.


   Лина бесцельно ходила по дворцу, не зная, что делать. Деметрий услышав голос Максимилиана за дверьми тронного зала, тут же убежал к нему, а ей было скучно и грустно. Летний день был слишком жарким, и даже каменные стены дворца плохо спасали от удушающего зноя, и она пошла в сад, который совершенно неожиданно обнаружила за дворцом около месяца назад. Большой, с прудом, необычными деревьями, цветами и очень милыми маленькими беседками, сделанными на греческий манер.

   Прошла в одну из них, села в широкий шезлонг и вспомнила об Афинах. Очень хотелось вернуться домой, повидаться с Тиграном и Юлианом, Диантой... и Алкменой. Но мысль о подруге разрывала Лине сердце. Интересно, как продвигаются дела у Алея, главного лекаря Афин. Нашёл ли он способ проведения операции?

   Служанка принесла вино и фрукты, и девушка загрустила окончательно. Виноград в Афинах был вкуснее, в отличие от вина.

   - Лина? - услышала он мужской голос за спиной. Повернула голову и улыбнулась неожиданному гостю.

   - Кастор? Я думала вы на военном совете.

   - Он уже закончился, мы быстро решили основные моменты, а большой совет состоится завтра.

   - Надеюсь, меня на него не позовут, - улыбнулась Лина и махнула рукой на кресло рядом с собой, предлагая мужчине сесть.

   - Почему ты так не любишь военные советы? - удивился он, наливая себе вина, попробовал, недовольно сморщился и отставил его.

   - Кастор, скажите, я действительно веду себя отвратительно и позорю мужа? - спросила Лина, совсем не то, что хотела.

   - Раньше тебя это не волновало, - ухмыльнулся Кастор, но увидев дурное настроение девушки, поспешил сменить выражение лица на доброжелательное. - Лина, конечно есть определённые правила, которым должна следовать женщина, но будь у меня такая жена как ты, я бы тоже разрешал ей всё, так же как и Максимилиан. Он же не упрекает тебя...

   - Какая такая? - пробурчала она. - Такая стерва?

   - Стерва? - засмеялся Кастор. - Нет дорогая Лина, ты самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел. Удивительное сочетание доброты и нежности с силой и потрясающим мастерством воина, - произнёс он, а она ошарашено открыла рот от такого нескромного комплимента.

   Но Кастор как будто не заметил этого, а сорвал одну виноградину, посмотрел её на свет и продолжил:

   - Максимилиану повезло с такой женой, и он это знает, и именно поэтому позволяет тебе многое. Как ты можешь пить эту гадость? - вдруг спросил он, и Лина поперхнулась вином от неожиданности, едва не пролив его себе на платье.

   - Это вино мне нравится больше, чем греческое, - ответила она, немного ошарашено, а Кастор брезгливо сморщился. - Вкусное же...

   - Вкусное? - хмыкнул Кастор и задумался.

   Он молчал почти пять минут, разглядывая виноградину в своих руках, повернулся к девушке и поднял очень серьёзные глаза. Глаза царя. Даже страшно стало.

   - Вы разговаривали с полководцем о римской земле?

   - Да, но он не говорил своего решения, - пожала плечами Лина, но фракиец был недоволен подобным ответом, продолжая буравить девушку взглядом.

   - Он оставил себе только Рим, а все оставшиеся земли поделил поровну между мной и македонцем, - задумчиво произнёс он, вернувшись к созерцанию виноградины в своих руках.

   - Ну и чего? Вы хотели всё? - попыталась пошутить Лина.

   - Нет... но смысл такой щедрости мне не понятен...

   - Почему щедрости? Он же отдал не вам лично эту землю, - ответила Лина, а Кастор заинтересованно поднял брови, предлагая продолжить. - Я может быть, чего-то не понимаю, но и Фракия и Македония вроде как желали стать частью Греции, а деление в данном случае на "твоё" и "моё" неуместно. Всё наше общее, - сказала она и очень серьёзно посмотрела на царя Фракии. - По крайней мере, Максимилиан считает так. Но если вы ждали что-то другое от нашего союза, лучше поговорить об этом... чтобы в дальнейшем не было недопонимания.

   Кастор посмотрел на девушку, как будто изучая, и молчал, а она всё не могла понять, о чём он думал. Кастор был полностью погружён в свои мысли и вновь вернулся к разглядыванию виноградины в своих руках.

   - А виноград тут не вкусный, - подала голос Лина.

   - Ты любишь его? - спросил Кастор, выкидывая многострадальную ягоду.

   - Кого? - не поняла Лина.

   - Максимилиана. Ты любишь своего мужа?

   - Конечно... - ответила она, не понимая природу этого вопроса.

   - Тут никого кроме нас нет, скажи честно, - посмотрел он на девушку. - Ты его действительно любишь?

   - Да Кастор, я очень люблю его, он вся моя жизнь.

   Фракиец криво улыбнулся, протянул руку к чаше с вином, посмотрел на него, но пить не стал.

   - Почему у вас возник этот вопрос?

   - Да вот думал, похитить тебя...

   - Похитить? - засмеялась Лина. - Ох, Кастор, конечно, Максимилиан для меня всё и люблю его больше жизни, но при всём этом я не просто ему жена. Мы связаны мойрами, и Афина не допустит, что бы её любимый полководец лишился своей половины.

   - Да? Не знал что всё так сложно.

   - Спасибо что не стали похищать без предупреждения, - улыбнулась она загрустившему мужчине. - А то это могло бы закончиться довольно плачевно.

   - Тебе не победить меня, - усмехнулся он. - Ни тебе, ни полководцу.

   - Кастор, я скорее умру, чем ещё раз позволю мужчине завладеть собой против моей воли, - сказала Лина, и улыбка вмиг пропала с лица фракийца.

   - Прости...

   - Давайте не будем обсуждать это?

   - Конечно, - серьёзно ответил он. - И обещаю тебе, что я больше не вернусь к этой теме, и не буду думать об этом.

   - Спасибо. Сражаться мы больше не будем, я так понимаю?

   - Лучше не стоит, - согласился он. - Я всё-таки мужчина и после того как я увидел тебя в купальне, мне тяжело сражаться с тобой просто как с противником.

   Лина негодующе покачала головой. Обидно...

   - Но я бы хотел видеть тебя своим другом, - добавил Кастор, и она широко улыбнулась ему.

   - Конечно.


   Уже ночью, когда солнце давно зашло за горизонт, и вечерняя прохлада опустилась на город, Максимилиан лежал на боку и изучал тонкую полоску шрама на скуле жены. Её глаза были закрыты, а нежные коралловые губки, припухшие от поцелуев, изогнулись в полуулыбке. Она наслаждалась руками мужа и даже не скрывала этого.

   - Максим? - вдруг спросила она.

   - Что милая?

   - Завтра у вас военный совет... и если после него Валерий тебе не очень нужен, отпусти его к Алкмене. Пожалуйста.

   Максимилиан нахмурился. Что за странная просьба?

   - Он всю прошлую беременность своей жены провёл на войне, и сейчас... а Алкмена может умереть, - произнесла Лина и голос её дрогнул. - Пускай он побудет с ней.

   - Хорошо, - согласился он.

   - Только попроси его не увозить Алкмену из Афин. Скажи, что у нас самые лучшие врачи и рожать ей нужно у нас. Убеди его в этом... пожалуйста.

   - Хорошо. Завтра я поговорю с ним. Давай спать.

   - Спать? - возмутилась Лина. - Нет, я хочу ещё.

   - Ты моя ненасытная, - засмеялся Максимилиан, крепче прижимая к себе жену, которая легла на него и начала страстно покрывать его тело поцелуями.


   - Ты ошиблась, - хмуро произнёс Арес, смотря на свой недостроенный храм в Риме. Он обещал быть очень красивым, если бы не вмешательство вредной богини мудрости.

   Афина сделала вид, что не услышала слов давнего врага и направилась к своему алтарю, у которого столпились жрецы. Они возносили ей похвалу и благодарили за новую жизнь. Ей это нравилось.

   - Ты слышишь?! - крикнул Арес. - Афина, ты ошиблась! Твоя любимица просто так не уймётся, а Мойры...

   Но договорить богу войны не дал звук решающегося здания.

   - Ах ты стерва! - возмущённо закричал он, смотря на обломки своего храма. Конечно, ему уже начали возводить новый рядом с дворцом, но неприятно же!

   - Это твоя вина! Ты ошиблась!

   - Да Арес, - тихо ответила Афина, признавая свою вину и понимая, что бог вероломной войны действительно помогает ей. - Лина полюбила этот мир... и я недооценила эту любовь, ради которой смертные готовы совершать глупые поступки. Но мы не должны подпускать её к Алкмене. Она умрёт.









   Глава 12 | Жажда войны |