home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



10

Отсутствие каких-либо звуков разбудило Терри. Он сел и прислушался. Обычно по ночам кошки проявляли особую активность. Они играли, огрызались друг на друга, повизгивали, рычали в темноту. Сейчас за окном господствовала тишина. Ни звука. Не слышно даже шороха листьев.

Он надел джинсы, натянул сапоги и взял пистолет. В коридоре было темно. В первую очередь он проверил тигрят. Они спали на одеяле в центре клетки. После приема он перенес их в комнату без окон. Он чувствовал себя спокойней, зная, что никто не проникнет туда, разбив окно. Он вышел из комнаты и запер замок. Потом тихо двинулся к комнате Молли и открыл дверь. Она спала, по подушке разметались ее прекрасные волосы. От этой картины у него забилось сердце. Он тихонько прикрыл за собой дверь и пошел в ее служебный кабинет.

Там, пребывая в одиночестве, растянулся на полу Тед. Когда Терри приблизился, зверь приветствовал его глухим ворчанием. Цепь, на которой сидел бедолага, туго натянулась. Терри наклонился и освободил пантеру. Внезапно Тед вскочил и устремился по коридору к двери, ведущей к вольерам.

Терри последовал за ним. Жаль, что нельзя спросить зверя, что он унюхал или услышал. Он силился разглядеть сквозь стеклянные двери, что творится снаружи, но ничего не мог разобрать. Все кошки вели себя на редкость спокойно, не издавая ни звука. Тед принялся скрести когтями запертую дверь. Терри отпер замок и выпустил зверя на волю. Перед тем как последовать за ним, он поправил перевязь и расстегнул кобуру. Как только Терри вышел на территорию питомника, то сразу же почувствовал присутствие постороннего. Пригнувшись, он двинулся вперед, прячась за стволами деревьев. Тед словно растворился в темноте, но позвать его он не рискнул.

Терри закрыл глаза, пытаясь мысленно представить, прохаживается ли здесь четвероногий полуночник или же это человек. Нет, чужого зверя здесь нет. Молли уже говорила, что запах кошек отпугивает других животных. Видимо, кто-то из посторонних намеревался подобраться к тигрятам. Он пригнулся еще ниже, скрывшись за кустами. Нарушитель мог кружить вокруг центрального здания, но скорей всего находился где-то рядом. После своего последнего задания в Южной Америке Терри перестал доверять своим инстинктам. Он несколько минут постоял в раздумье, а потом медленно направился к вольерам.

Обход занял минут тридцать. Он прошел мимо клеток, присматриваясь к поведению кошек. Тед появлялся дважды. Казалось, что пантера кого-то выслеживает. Однако никаких признаков постороннего не обнаружилось. Когда Терри снова подошел к центральному зданию, все его сомнения по поводу присутствия незваных гостей на территории исчезли. Он загнал Теда в дом, но на цепь решил не сажать. На всякий случай он доехал на джипе до главных ворот и тщательно их осмотрел. Под ногами стелился легкий туман. Он ощупал ладонями землю у ворот. Никаких следов протекторов. Ясно, что вечером никто из питомника не выезжал и не въезжал. Он разогнулся и обтер ладони о джинсы. Можно спокойно возвращаться назад…

Он открыл дверь и сразу зажмурился от яркого света, вспыхнувшего в коридоре. В дверях своего кабинета стояла Молли. Взглянув на нее, он вздрогнул, будто его сильно ударили кулаком в живот. Она стояла в ореоле света в одном легком прозрачном халатике. Рядом с ней сидел Тед. Черная шкура пантеры резко контрастировала с белизной ее одежды. Женское очарование околдовало его. Каждая клеточка тела напряглась. Больше всего на свете ему хотелось сейчас быть с ней.

— Что случилось? — спросила она.

— Мне показалось, что кто-то здесь бродит, но я ничего не обнаружил. Тед тоже ничего не заметил.

Она кивнула.

— Тед очень чутко реагирует на присутствие чужих. С ним не раз так случалось. Но, как правило, он не нападает. — Она положила руку на голову пантеры. — Что-нибудь еще, Терри?

Он с трудом заставил себя отвести от нее глаза.

— Как ты думаешь, а что, если здесь действительно кто-то есть? Может быть, я просто не заметил?

— Успокойся. Возможно, здесь кто-то и был. Я знаю, что у тебя очень острая восприимчивость. Но сейчас здесь нет никого. Он исчез. — Она протянула руку — Пойдем, я согрела молоко.

Он не заметил протянутой руки.

— Я давно уже не ребенок и успокаивать меня не надо.

Резкий тон, которым он ей ответил, мог обидеть. Но Молли спокойно посмотрела на него.

— Я добавлю в молоко чуть-чуть рома, — сказала она. — Мне кажется, тебе полезно будет немного выпить.

Хотя Молли не показала вида, но он почувствовал, что все же обидел ее.

— Черт возьми, Молли, — пробормотал он, подойдя к ней. — Я не собирался… — сказал он, переступая через пантеру, растянувшуюся на полу. — Я не собирался расстраивать тебя.

Он крепко взял ее за руку. Молли посмотрела на его руку, на царапины, которые появились на ней, когда он играл с тигрятами, на его обнаженную грудь, на след от пули. Боже мой, он пробыл здесь всего несколько дней, а ей казалось, что они вместе давным-давно. Глубоко вздохнув, она подняла глаза.

— Я знаю. Пойдем на кухню.

Когда он устроился на одном из стульев, она налила молоко в две кружки и добавила туда рому. Размешав напиток, она протянула одну Терри, другую придвинула к себе. Тед проводил взглядом кружку и облизнулся.

— Пей, — сказала она.

Он чокнулся с ней.

— Мне не следует пить на работе. Выпивка не оправдывает промахов. — Он смущенно улыбнулся. — Черт возьми, у меня нет никаких оправданий. — Он сделал глоток. — Как вкусно!

Тед мяукнул.

— Спасибо. — Она отодвинула абажур и села напротив него. Свет теперь струился из коридора и освещал старую плиту. — Так что же случилось ночью?

Он пожал плечами.

— Что-то вдруг разбудило меня. Хотя это похоже на безумие, но на меня подействовала тишина. Ты же знаешь, как резвятся кошки по ночам.

Она согласилась.

— Если они ведут себя слишком тихо, это значит, что кто-то или что-то их беспокоит.

— Что бы там ни было, оно, как видишь, исчезло. — Он сделал второй глоток. — Я проверял ворота. Никто к ним не прикасался. Могу предположить, что какой-нибудь заблудившийся турист решил посмотреть на кошек, а потом направился обратно в горы.

— Уверена, что так оно и есть.

— Уверена? Как хорошо быть в чем-нибудь уверенным. — Он поставит кружку на стол и наклонился к ней. — А вот я, Молли, до сих пор не могу вспомнить. Это действует мне на нервы. Я всячески заставляю работать свою память, но от этого становится все труднее и труднее представить, что же произошло на самом деле. Я устал от неопределенности.

Прядь волос упала ему на лоб. Ей захотелось поправить ее. Однако сидеть на кухне и вести разговор с полуобнаженным мужчиной ей вдруг показалось неловким. Молли взглянула на свой прозрачный халатик и усмехнулась. Она сама полураздета, но Терри, кажется, этого не замечает.

— Тебе совсем не интересно слушать мою болтовню, — пробормотал он, уставившись в стол.

— О чем ты говоришь!

Он взглянул на нее такими глазами, что ей захотелось заплакать. Она прикрыла ладонью его руку.

— Можешь говорить мне все. Твои слова не проникнут за эти стены. Это я обещаю.

Он повернул свою ладонь так, что пальцы их сплелись. Она легонько пожала их, как бы обещая, что не отнимет руки до тех пор, пока он сам не захочет.

— Я до сих пор не могу вспомнить, чем окончилась моя миссия. Сэл сказал, что я не убивал своего приятеля.

— А почему ты сомневаешься в том, что сказал Сэл?

— Ему кажется, что я еще не готов услышать правду. — Терри наклонился к ней. — Боюсь, он не говорит мне всего.

— Перестань сходить с ума, — сказала она. — Выброси все из головы, тебе следует жить настоящим и думать о будущем.

— Это-то мне и не удается.

Он задумчиво смотрел в окно, в темень ночи. Странно, но она почему-то разделяла его боль, словно эта боль была ее собственной. Она смотрела на его четкий профиль, на прямой нос, на волевой подбородок, энергично выдающийся вперед. Тот клубок боли, который давил ей грудь, касался не только его переживаний. У нее имелись и собственные душевные раны.

Молли убеждала себя, что ей уже никогда не придется встретить человека, который сможет понять ее и по-настоящему полюбить. Полюбить навсегда, никогда не расставаясь с ней. Но сейчас, когда рядом находился Терри, деля с ней заботы, которые раньше лежали только на ней одной, у нее затеплилась пусть слабая, но надежда. Хотя разумом она понимала, что для подобной надежды нет серьезных оснований.

Когда тигрята отправятся на новое место, его работа здесь закончится, и он уедет. Специфика его деятельности заставляла Терри избегать семейных уз.

Она слушала его рассказ о Рое, о том, как они впервые познакомились в военной академии. Он упомянул Сэла и те прекрасные времена, когда они практически не разлучались.

ѕ Это было чертовски здорово! — говорил он. — Сэл пошел дальше меня. Собираясь жениться, он попросил меня быть шафером на свадьбе. — Он покачал головой. — Сначала я не мог понять, почему он так торопится жениться. Потом я встретил его с Кейт. — Он потер переносицу. — Любовь к этой женщине стала для него смыслом существования. Я этого не понимал… Потеря жены нанесла ему жесточайший удар, едва не стоив жизни. Так любить… — Он откинулся назад. — Если ты спросишь меня, как я к этому отношусь, скажу, что подобная любовь — сущее безумие.

Но любовь, которую пережил Терри, сделала его сильным, подумала Молли. Она посмотрела на их сплетенные пальцы. И вдруг откровение, как молния, поразило ее.

Она поняла, почему Терри боится заводить семью. Она поняла, что он уверился в справедливости собственного постулата: эмоциональные переживания есть тяжкий груз, который осложняет жизнь мужчины. В какой-то степени ей была близка его точка зрения на любовь и на долг. Уже несколько дней она раздумывала о том, почему он напоминает ей дикую кошку. Он такой же неуправляемый, красивый, с неприступным сердцем. Теперь она поняла причину своей симпатии к нему. У него есть нечто большее, чем простое сходство с кошками. Между ней и Терри существовало некое душевное совпадение.

— Мне нужно вернуться, — сказал он.

— Зачем? — спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Просто хочу знать, все ли спокойно. — Он внимательно посмотрел на нее. — Знаешь, ты… ты каждый день такая разная.

Она хорошо понимала, что сейчас происходит в его душе. Там царили боль и смятение. Но как его успокоить? Она не могла найти подходящих слов.

Терри допил молоко. И еще раз взглянул на нее. Даже в тусклом свете он увидел, что ее глаза полны сострадания, и вся она — с рассыпавшимися по плечам волосами — была очень красива. И не потому, что ее грудь, просвечивающая сквозь тонкую ткань, выглядела так соблазнительно, что он просто терял голову. Нет, не ее физическая красота привлекала Терри. Он угадал ее благородную, твердую, самоотверженную душу и почувствовал, что нуждается в ней.

Однако эта мысль испугала его.

Он отшатнулся от нее и встал.

— Терри? — спросила она, продолжая сидеть за столом.

— Все это бессмысленно, — пробормотал он, подходя к буфету. — Прости.

— Я не против того, чтобы продолжить наш разговор.

— А что, если я совсем не хочу разговаривать?

Она вздохнула и подошла к нему.

— Может быть, и я предпочла бы что-нибудь иное.

Эта фраза удивила его. Он пристально взглянул на нее. Интересно, что она имеет в виду? — подумал он. Вероятнее всего, на нее так подействовала ночь или обстоятельства. А он должен помнить, что она приятельница Сэла, которому он обещал заботиться о ее безопасности. Но к черту Сэла!

Он схватил ее за руку и притянул к себе, почувствовав, как женское тело приникло к нему, вызвав сладкое томление.

— Ты мне нужна, — сказал он. — Благодаря тебе мне удается сохранить разум.

Она облизала пересохшие губы. В ней вдруг вспыхнуло желание, заглушившее все иные чувства и мысли.

— Терри, я… — Она дотронулась до его лица. Прошлась по щекам указательным пальцем, коснулась губ. Кончиком языка он прикоснулся к пальцу, заставив ее вздрогнуть. Глаза у нее потемнели. Она кивнула, словно приняла какое-то важное решение. — Я чувствую это, — пробормотала она. — И понимаю твое состояние. Я знаю, что ты думаешь о ней.

Он откинул голову назад, уклоняясь от ее прикосновений.

— Ты о чем говоришь?

— О женщине. Той самой, которая разбила твое сердце. Я понимаю, что ты о ней постоянно думаешь. Ты считаешь, что она… — Молли оборвала себя и опустила глаза. Казалось, она старается собраться с силами. Отбросив волосы с лица, она улыбнулась.

Он посмотрел на нее. Такого искреннего, честного человека ему еще не приходилось встречать. Она терпела его притворство. Как бы убедить ее в том, что та женщина, с которой он давным-давно расстался, ничего для него не значит? Молли совсем другая, она замечательная женщина. Таких он еще не встречал.

— Ты все делаешь значительно лучше, чем я, — сказал он, стараясь хоть как-то поднять ее настроение.

— Прекрасно. Все так говорят.

— Молли, я… — выдавил он из себя. — Спокойной ночи, — прохрипел он и почти выбежал из комнаты. Ему хотелось по-настоящему заботиться о ней, но это не входило в его обязанности. Ему следует только защищать ее. Лучше не стараться стать ее другом.

В коридоре он остановился и долго стоял, размышляя над тем, что в нем произошли какие-то странные перемены. Он стал иначе думать о себе. Но ведут ли эти перемены к лучшему или наоборот? Именно об этом он и думал.

От яркого солнца Терри зажмурился и тихо застонал. В прошлую ночь, когда Молли отправилась спать, он нашел бутылку рома и осушил ее более чем наполовину. Он пил не только из-за того, что не мог забыть осуждающего взгляда Молли, и не только потому, что хотел забыться во хмелю.

Позднее, когда он накормил тигрят и вычистил клетку, пульс у него пришел в норму и противные молоточки, стучавшие в висках, постепенно затихли. Каждый раз при мысли о еде в желудке начинались спазмы. Настроение было такое, что впору попросить Молли пристрелить его и тем самым избавиться от отвращения к себе.

Вполне вероятно, что она сама была готова прикончить его прошлой ночью. Он присел около центрального здания и прикрыл глаза, спасаясь от солнца. Ему просто необходимо посидеть здесь несколько минут, а затем он будет в состоянии добраться до своей комнаты.

Около него появился Тед. Пантера ткнулась прямо ему в лицо, фыркнула и шершавым языком лизнула щеку. Потом положила свою массивную голову ему на колени.

— Только не мурлычь громко, — пробормотал Терри, поглаживая круглые уши зверя.

— Вот вы где, Терри?

Терри повернулся на голос. К нему приближался Фред.

— Как ваше самочувствие? В порядке?

— Нет, — ответил Терри, стараясь не двигать головой.

— Могу я поговорить с вами? — В голосе юноши звучали тревожные нотки. Терри насторожился.

— О чем?

Фред сел на землю рядом с ним.

— Возможно, это и не очень важно, но меня кое-что встревожило. Тигрята и все такое прочее…

— Ну-ка, выкладывай, — сказал Терри, потирая голову.

— На приеме я встретил одного человека. Он расспрашивал меня о тигрятах и предложил встретиться по поводу работы. — Фред посмотрел на Терри. — Она связана с кошками. В зоопарке вакансий в ближайшее время не предвидится, а в частных питомниках — таких, как наш, все места заняты.

Об этом Молли уже говорила Терри.

— Значит, ты собираешься уходить?

— Нет. Нет, еще не решил. — Фред пожал плечами. — Я встретился с этим человеком вчера и сказал ему, что хочу знать конкретные условия. А после разговора подумал, что без рекомендации мне не обойтись; возможно, он потребует ее. Чтобы выяснить этот вопрос, я позвонил в гостиницу, где, по его словам, он остановился. А там такого не оказалось. В Боуманде всего-то только две гостиницы. Я позвонил во вторую, а потом обзвонил все местные мотели, которые расположены в горах.

— И что же обнаружил? — спросил Терри, уже догадываясь, какой будет ответ.

— Ничего. Такой не регистрировался.

— А как фамилия того парня?

Фред вспыхнул.

— Фрэнк Стэн.

— У тебя есть его визитка?

Фред отрицательно покачал головой.

— Думаю, он врал мне про работу. Как вы считаете?

Терри оттолкнул Теда и встал. Не обращая внимания на головную боль, он уставился на Фреда.

— Подозреваю, что это так. Он расспрашивал о тигрятах?

— Да. — Фред тоже поднялся на ноги. — Помню, он спрашивал еще и о безопасности. Терри, простите, я не…

— Понимаю, ты не собирался ничего рассказывать. Но такие люди знают, как вести дело. Ты же не знал, во что это может вылиться. Ты только договаривался о работе. Ты узнаешь этого типа? Значит, он был на приеме?

— До этого я его никогда не видел, да и вообще, в тот вечер я почти не общался с гостями.

— Лучше всего переговорить с Молли, — сказал Терри и направился к зданию.

Молли сидела за столом и заполняла служебные карточки. Когда Терри с Фредом вошли в кабинет, она подняла голову.

— У нас могут быть неприятности, — произнес Терри.

Избегая смотреть на Терри, она все свое внимание обратила на Фреда.

— Что вы стоите? Присаживайтесь.

Через десять минут она внимательно изучала список приглашенных на прием. Никакого Фрэнка Стэна в списке не значилось, а это означало, что неизвестный тип воспользовался вымышленным именем. Фред совсем растерялся.

— Не огорчайся, — сказал Терри. — Ты правильно поступил, сказав нам об этом. Если этот человек снова встретится с тобой, постарайся быть вежливым, но храни дистанцию. Скажи ему, что не можешь обещать ничего определенного и сразу же дай мне знать. Что бы ни случилось, не играй роль героя.

Фред кивнул. Молли ободряюще улыбнулась ему.

— Постарайся об этом не думать. Почему бы тебе не заняться сейчас тигром?

— Хорошо. Спасибо, — сказал Фред и ссутулившись вышел из кабинета. Молли закрыла лежавшую перед ней папку.

— Был ли это один из охотников за тигрятами? — спросила она, стараясь не смотреть на Терри. Выглядел он, по ее мнению, ужасно, но она не собиралась спрашивать его о причинах.

— Бесспорно. Я позвоню Сэлу. Ясно, что они узнали, где находятся тигрята. Нам потребуется дополнительная охрана, и мне бы хотелось, чтобы он перевез зверушек в другое место, и как можно скорее.

— Мне не нравится мысль о переезде…

Он оборвал ее.

— В данном случае решаешь не ты. На меня возложена обязанность обеспечивать безопасность. Я не шутил, когда сказал Фреду, что ему не следует играть роль героя. И тебе не следует храбриться. Нам нужна команда по крайней мере из шести человек.

— Из шести! — Она взглянула на него и внутренне ахнула. Темная щетина, выступившая на щеках, придавала ему зловещий вид. Под покрасневшими, воспаленными глазами залегли темно-коричневые тени. — Ты кошмарно выглядишь.

— Я и чувствую себя кошмарно.

Он поднял трубку и набрал номер. Пока он говорил со своим начальником, она играла карандашом. Когда же посмотрела на него еще раз; ей стало до боли жалко его.

— Ты храбрая женщина, — сказал он.

— И какое это имеет отношение к происходящему?

— Никакого. Просто у меня мелькнула такая мысль.

Великолепно! Но она не хотела быть храброй женщиной. Она хотела быть слабой и женственной. Только раз в жизни она пожелала стать такой, и это произошло именно сегодня.

Он поднялся и пошел к двери. Прежде чем выйти, он повернулся и посмотрел ей в лицо.

— Храбрость — дело наживное, Мол. Кто научил тебя быть такой?

Она пожала плечами.

— Я не особенно храбрая.

— В этом все и дело. Однако запах опасности превращает тебя в сильного и смелого человека.


предыдущая глава | Смешно до боли | cледующая глава