home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 12

Росс мог признаться в том, что просыпается в предрассветные часы и думает о своей новой жизни. А Мег вообще с трудом засыпала. Поцелуй и нежное прикосновение его губ не давали ей покоя. Росс приходил в себя, снова становился мужчиной, каким он, по мнению Мег, всегда был. Он никогда не терял храбрости, терпения, элементарной порядочности, если не считать, что лишился свойственного молодому человеку чувства юмора, способности радоваться из-за ощущения вины, возникших трудностей, нового образа жизни, к которой не привык, а также из-за боли от раны.

Стояла хрупкая тишина. Мег не могла заснуть и села в кровати. Мрачное настроение легко могло заполнить ее душу без всякого повода. Неужели она когда-либо чувствовала себя столь уныло? Мег была несчастна в доме викария, но не лишена возможности помечтать, что вселяло надежду. Стало не по себе, когда выяснилось, что Джеймс слабый человек, а ей отводится роль главы семьи. Но Мег уже знала, как добиться успеха в любых условиях. Смерть Джеймса обернулась горем, а после того, как огласили его завещание, Мег потрясло то, что он, оказывается, предал ее. Она очутилась в совершенно немыслимой ситуации.

Но она никогда не впадала в отчаяние. Мег обхватила руками ноги и уперлась подбородком в колени. Если бы к ней пришла смерть, она стала бы брыкаться, истошно орать, дала бы непрошеной гостье по физиономии, но не сдалась.

Росс тоже не сдался, хотя и считал, что не устоял бы перед судьбой. Мег прикусила губу. Он думал, что сник, и из-за этого чувствовал себя униженным? Ведь он боролся за жизнь после ранения, иначе ему вряд ли хватило бы силы воли спасти ногу от ампутации. Бросившись в реку, Росс окончательно выбился из сил, но все же вцепился в лестницу и спас свою жизнь.

Он постепенно выходил из мрака. Приносила ли Мег ему хотя бы какую-то пользу, или же отказ стать его любовницей лишь ухудшил дело? Она решительно уверяла себя, что физическое неудовлетворение можно утолить разными способами. Она не должна уговаривать себя отдаваться ему, делая вид, что поступает так из милосердия. Если это и случится, то только потому, что она любит его. Мег могла пойти на такое, узнать Росса полностью за то короткое время, которое они проведут вместе, пока их окончательно не разведет действительность — их положение в обществе, его долг, потребность обзавестись женой, ее поиск сестер.

Но это не избавило Мег от желания горячих объятий, от потребности в нежности, с восторгом слушать, как в унисон бьются два сердца. Ей хотелось испытать редкий нарастающий экстаз, она верила своей романтичной душой, что наступит день, когда все образуется. Встретится мужчина, и они оба будут вне себя от счастья.

Поцелуй привел к страстному томлению, попытке найти счастье.

— Пора спать, — громко произнесла Мег, взбила подушку и снова легла. — Засыпай и думай о Белле и Лине.


Воскресенье. Сколько времени прошло с тех пор, как Мег была в настоящей церкви, высидела всю службу и выслушала проповедь? Должно быть, это случилось за день до того, как она сбежала из дома. Тогда молитву читал папа в самом мрачном настроении. В армии церковные службы происходили каждое воскресенье. Молитвы писали на пыльной земле рядом с могилами, крестили водой из ближайшей речки, браки устраивались перед лицом Бога, а не священника.

Сейчас ей придется надеть самое лучшее платье, крепко перевязать волосы под шляпкой и следовать вместе с другими слугами за Россом к церкви, расположенной среди ближайшей долины. Говорили, церковь красивая. Мег избегала ее, точно та была очагом чумы.

Стоило оторвать взор от аккуратно подстриженной головы Росса под высокой шляпой, которую Перро чудом где-то раздобыл, как перед взором возникала красивая, почти экзотичная церковь. Хенидж говорил, что она находилась в самом низу глубокой лощины, а ее нижняя часть чуть не касалась воды. Возникало ощущение, будто спускаешься в джунгли. Мег уже почти ждала появления не галок, а попугаев. Галки летали, трещали над головой и препирались с чайками.

Деревья поросли мхом, папоротник вытянулся до пояса, серые надгробия встречались на любом ровном месте вдоль извилистой тропинки, ведшей к гранитной башне. Рядом со ступенями журчал ручей, впадавший в море.

Местная красота обвораживала, успокаивала, но даже при этом Мег держалась за руку дворецкого, пока все входили в небольшую церквушку. За ними последовали слуги и заполнили задние скамьи.

Хористы, шаркая ногами, занимали свои места. Под недремлющим оком старших маленькие мальчики вели себя удивительно хорошо. Полная женщина поспешила к органу, который сопел уже десять минут, пока мальчик надувал меха. Женщина взяла аккорд, прихожане поморщились с понимающим видом: дескать, приходится мириться.

Из ризницы вышел викарий, споткнулся о край рясы и занял свое место.

— Дорогие возлюбленные, сегодня мы собрались здесь…

— Что? — прошипел самый высокий хорист с сиденья на клиросах.

— Ах да. Конечно же, сегодня не венчание. Возлюбленные братья, Священное Писание разбросало нас по разным местам…

— Мистер Хокинс хороший человек, но у него каша в голове, — прошептал Хенидж на ухо Мег: — Отсюда выражение «дорогие возлюбленные». А мисс Хокинс, его сестра, вот-вот погубит орган.

В молитве, записи которой мистер Хокинс нашел в ризнице, затем уронил их, поднимаясь на кафедру, речь шла о заблудших овечках и радости, когда те нашлись. Молитва возносила благодарность за то, что одна рыбацкая лодка вернулась в целости и сохранности, хотя и пропала неделю назад, однако позавчера вошла в гавань. Но когда ласковый взгляд викария окинул прихожан и задержался на передней скамье, Мег догадалась, что речь идет и о Россе.

Мег сдержала подступавший к горлу комок. Глядя на плачущих от радости жен рыбаков, которые сидели на одной скамье, на опущенную голову Росса, серьезные и чистые лица хористов, она подумала, что именно таким должен быть викарий.


Когда Мег вышла из церкви в залитый солнцем двор, мистер Хокинс уже ждал свою паству. Он пожимал руки расходившимся прихожанам. Хокинс взял Мег за руку.

— Добро пожаловать в наш приход, — сказал он, приветливо улыбаясь. — Моя дорогая, вам нужен душевный покой. Здесь вы обретете его. Милорд, вы уже показали миссис Халгейт наш священный источник?

— Нет. — Росс стоял, держа шляпу в руке, вокруг него суетилась мисс Хокинс. — Миссис Халгейт, вы не возражаете, если мы вернемся длинным путем?

— Отнюдь нет.

Росс, облаченный во фрак из тонкого сукна, еще одна победа Перро, взял ее под руку. Позади них болтавшие прихожане стали подниматься вверх.

— Вам стало лучше?

— В церкви? — Значит, он понял, как ей было трудно, как она страшилась воспоминаний. — Да, лучше. Мистер Хокинс добрый человек. Молитва предназначалась и для вас, и для рыбаков. Разве не так? Он рад, что вы вернулись домой.

Росс не стал выяснять значение слова «домой».

— Я думал, мне уже поздно молиться, — сказал Росс, улыбнувшись.

— Где находится могила вашего брата? — спросила Мег и почувствовала, как напряглась его рука. — Мне хотелось бы побывать у нее.

— Я… — Росс остановился. Мег заметила, что он побледнел.

— Стало бы утешением посетить ее в этом прекрасном месте, — тихо сказала Мег, настаивая.

— Я там не был. Убийце не следует стоять у его могилы.

— Произошел несчастный случай. И вы это знаете. В душе вы чувствуете, что сделали все возможное. Вы не нуждаетесь в прощении. Джайлс желал бы, чтобы вы пришли. — Россу хотелось уйти, но Мег не отступала и даже вздрогнула от подобной настойчивости. — Могила находится в церкви или за ее пределами?

Поросший мхом и цветами склон трудно было назвать кладбищем.

— Она там. — Казалось, его лицо сделано из гранита. Росс резко кивнул в сторону небольшой террасы в стороне от главной тропы. — Джайлс всегда любил смотреть вниз оттуда. Если хотите, можете пойти и посмотреть.

— Мне бы очень хотелось. Но вместе с вами.

— У меня нет желания. От этого брату лучше не станет.

— Сделайте это не ради него, хотя ему, разумеется, этого хотелось бы. Сделайте это ради себя, — настаивала Мег, невольно направляясь к крутой тропинке.

Она почувствовала, как по его телу пробежала дрожь. Росс стоял рядом с ней, затем повернулся и стал подниматься по заросшим мхом ступеням, оставив Мег позади себя. Мег последовала за ним и нашла его стоящим без шляпы рядом с тремя надгробными камнями, два из которых были покрыты лишайником, чуть накренились, третий выглядел новым, несмотря на влажный воздух. Пока она наблюдала, стоя на краю небольшой опушки, Росс опустился на колени, бросил шляпу, провел рукой по могильному холму, точно лаская тело под зеленым бархатным покровом. Он говорил, Мег слышала его голос, хотя не могла разобрать ни слова.

Когда Росс умолк, Мег повернулась, пошла назад вдоль тропинки у края ручья, по которой они шли сюда. Если она понадобится ему, он найдет ее.

Сначала она услышала, затем увидела, как вода бьет ключом из земли среди травы и диких цветов, сбегает по гальке, снова исчезает и вливается в ручей, находившийся на расстоянии нескольких футов. В его русле сверкнул металл. Кто-то привязал детскую шляпу к ветке. В этом месте занимались древней магией задолго до того, как в Корнуолл пришли христианские святые. В колючем кустарнике камышовая овсянка завела чудесную песнь, вызывавшую печаль.

По щекам Мег потекли слезы. Она окунула руки в воду, потерла лицо и стала ждать, пока не услышала шаги на тропинке позади себя. Росс остановился рядом с ней, но она не подняла голову, стараясь не отвлекать его от своих мыслей. Ему нужно время подумать.

— Спасибо, — произнес Росс. — Я думал, что испытаю боль и горе, однако нашел умиротворение.

— Джайлс пожелал бы вам именно этого, — отозвалась Мег.

— Да, — согласился Росс. — Вы не знали его, но поняли намного лучше, чем я.

Росс снял перчатку, наклонился, ладонью зачерпнул воды и протянул ее Мег. Вода была холодной, а его рука теплой. После Мег воду отведал и Росс. Их глаза встретились поверх сложенной чашкой ладони, затем он стряхнул остатки воды. Капельки разлетелись в разные стороны, сверкая в солнечных лучах.

— Теперь нам предстоит крутой подъем, — сказал Росс.

Добравшись до дороги, они стали беседовать о практичных безопасных вещах. Оба испытывали на себе влияние тишины.


Молодой мистер Яго, видно, олицетворял все те качества, о которых говорил мистер Кимбер. В гостиной он сел за стол напротив Мег. Яго казался сообразительным, умным и осторожным. На него было приятно смотреть — карие глаза, выразительное жизнерадостное лицо и густые светлые волосы. Оказалось, жизнь рядом с мрачным существом ростом почти в два метра не мешает Мег обратить внимание на других мужчин приятной внешности.

— Насколько я понял мистера Кимбера, вы желаете узнать, где находятся ваши сестры, с которыми вы потеряли связь.

Мег передала ему чашку чая. Она пила чай мелкими глотками и собиралась с мыслями.

— Да. Мы не виделись с июля 1808 года, когда я покинула их. Мы жили в доме викария Мартинсдена на севере Суффолка вместе с отцом, его преподобием Джоном Шелли. Моей старшей сестре Арабелле сейчас двадцать пять лет, а младшей — Селине — двадцать три года. Тут я описала их. — Мег подвинула бумагу через стол, Патрик Яго прочитал ее и спрятал в записной книжке. — Возможно, они все еще живут там. В таком случае мне хотелось бы, чтобы вы передали письмо той сестре, с которой встретитесь, но так, чтобы мой отец ничего не узнал. Попросите, чтобы она написала мне ответ. Если сестер там не окажется, мне хотелось бы, чтобы вы разыскали их.

— Мне можно наводить справки от вашего имени?

— Нет. Ни в коем случае. Мой отец строгий, вспыльчивый человек. Честно говоря, настоящий домашний тиран. Мне не хотелось бы довести дело до того, что прихожане будут вынуждены избегать его. Мы с отцом не общаемся. — Мег не думала, что будет так больно рассказывать об этом чужому человеку, но она обязана говорить откровенно, иначе он не поймет всех тонкостей и может не найти сестер из-за этого. — Я сбежала с возлюбленным и с тех пор не получила ответа на свои письма.

Яго кивнул и что-то быстро записал. «Он ведет себя точно врач», — вдруг подумала Мег. Он положил записную книжку на стол.

— Наверное, вы хотите узнать мои условия. Вы оплатите мой проезд на почтовой карете туда и обратно, а также номер в любой приличной гостинице, где меня примут за того, за кого я себя буду выдавать. То есть когда я все разузнаю. Плюс непредвиденные статьи, например почтовые расходы и взятки.

— А ваш гонорар? — При других обстоятельствах было бы забавно слышать, как этот молодой человек говорит о взятках. Сейчас Мег согласилась, что это необходимая, хотя и недостойная мера.

— Две гинеи в неделю.

Если бы Мег проработала у Росса несколько месяцев, она могла бы позволить себе такие расходы. Однако не пройдет и несколько дней, как Яго уж точно узнает, живут Белла и Лина еще в доме викария. А если нет… Но думать об этом не хотелось. Не сейчас.

— Очень хорошо. Но если вам не удастся найти их в течение трех недель, пожалуйста, дайте мне знать.

— Разумеется. О результатах я буду сообщать каждые несколько дней, если ваши сестры уехали оттуда, нам придется решить, что делать дальше.

Мег подтолкнула ему письмо, которое написала сестрам. Она не выпускала письмо, ей не хотелось, чтобы оно попало в руки чужого человека. С ним связаны все ее надежды и опасения, мечты о том, что она воссоединится с сестрами. Мег могла бы где-нибудь найти небольшой коттедж, а они с сестрами — работу, и стали бы благополучно жить вместе.

Мег больше не удерживала письмо. Ловкие длинные пальцы Яго оказались на ее ладони.

— Слишком много надежд и опасений связано с этим письмом?

Она подняла голову, в ее глазах стояли слезы. Молодой человек смотрел на нее с теплотой и пониманием.

— Это так глупо, — прошептала она, все-таки почувствовав облегчение после этих слов.

Раздался властный стук, дверь тут же отворилась.

— Миссис Халгейт, возобновилось нашествие проклятых леди. Вы не будете так добры…

Росс застыл на пороге. На мгновение Мег не поняла, на что тот уставился, но тут же сообразила, что рука Яго накрывает ее ладонь, и выдернула ее.

— Вот письмо, о котором я говорила. Полагаю, теперь вы знаете все необходимое. — Мег встала. — Спасибо. Я должна встретить прибывших гостей. Извините меня, мистер Яго.

— Разумеется. Я сам найду выход. Милорд, — произнес молодой человек, наклонив голову.

— Я провожу вас. — Губы Росса вытянулись в струнку. — Сюда. — Росс жестом указал на вход для слуг.

— Вы так добры.

— Не стоит благодарности.

Оба вели себя так вежливо, что Мег чуть не упустила главное — холодный сердитый голос Росса и настороженные нотки в голосе Яго. «Боже мой. Росс подумал, что мы флиртовали, ведь он ведет себя как настоящий ревнивец». Мег вышла в холл и увидела две группы гостей. Одна — мать, две дочери, надутый сын. Другая — муж, жена и дочь. Все обменялись приветствиями, после чего завязался светский разговор. Хенидж явно растерялся. Но времени выяснять причины недовольства Росса не осталось.

— Миссис Халгейт, я как раз объяснял сэру Ричарду, леди Фенвик и миссис Пенджилли, что не уверен, принимает ли его светлость гостей.

— Мистер Хенидж, обязательно принимает. — Мег присела в реверансе. — Здравствуйте. Я миссис Халгейт, экономка. Не соизволите пройти в салон? Я велю принести прохладительные напитки. Его светлость не заставит долго ждать.

Мег проводила гостей в китайский салон, затем снова спустилась вниз. Если Росс пребывает в скверном настроении, ей меньше всего хотелось, чтобы он оттолкнул от себя гостей, явившись в таком виде. Она твердо решила добиться, чтобы Росс не увиливал от своей обязанности проявлять гостеприимство, каковы бы ни были гости.

— Миссис Харрис, чай на восемь персон в китайском салоне, пожалуйста, — распорядилась Мег, появившаяся в дверях кухни. — Вы не видели его светлость?

— Только что направился в сторону конюшен.

— Спасибо. Попытаюсь догнать его. — Мег открыла заднюю дверь и тут же столкнулась с Россом.

— Догнать кого? — Росс удержал Мег, положив ей руки на плечи.

— Вас. Вы ведь знаете, что к вам пришли гости. — Мег развернулась и пошла к лестнице.

— Увидев их из окна, я велел Хениджу сказать, что сегодня никого не принимаю.

Тяжелые шаги позади Мег не предвещали ничего хорошего.

— К сожалению, я сказала им, что вы принимаете гостей. На этот раз пришли несколько джентльменов, — Мег ничего не услышала в ответ. Возникло ощущение, будто за ней следует огромная собака. Казалось, она уже слышит ее рычание. — Я велела отнести чай в салон.

— Отлично. В таком случае можете оставаться там, разлить чай, а потом сообщить, за которой из юных леди я должен ухаживать.

Росс прошел в салон мимо нее. Мег осталась стоять у двери в ожидании, когда принесут чай.

Ухаживать? Неужели Росс решил, что ему пора жениться и остепениться? Это неплохо, так и должно быть. Ему нужно завести семью, произвести на свет наследника. Но почему он заговорил о женитьбе именно сейчас? Наверное, после того удивительно нежного поцелуя на террасе решил, что пора отбросить мысли о любовницах. Тогда почему он вновь угрюм?

И почему у нее вдруг возникло ощущение пустоты? Мег мельком увидела себя в зеркале. Не только Росс выглядел несчастливым, у нее был вид охваченной ужасом женщины. Мег прижала руку к груди, будто пытаясь успокоить тупую боль внутри, что-то подозрительно напоминавшее слезы щипало глаза.

Что бы там ни служилось, отношения, столь неразумные и соблазнительно грешные, закончились, почти не начавшись. Мег обрадовалась, что достаточно долго проявляла силу воли, отчего Росс образумился еще до того, как она дала волю своим чувствам.

Дверь, обитая зеленым сукном, открылась под звон фарфора и прерывистое дыхание Питера, лакея, несшего тяжелые подносы. Мег первой вошла в китайский салон. Изнутри доносились голоса. Она расслышала, что сэр Ричард и Росс с интересом обсуждают состояние заборов. Мег сделала вывод, что Фенвики, наверное, живут по соседству.

Леди Фенвик взяла чашку, едва улыбнувшись Мег, и тайком подтолкнула свою дочь:

— Анна!

— Извини, мама, — прошептала та, причем мать и дочь не обратили внимания на то, что Мег стала свидетелем этой сцены. Девушка отвела взгляд широко раскрытых серых глаз от молодого человека, неловко втиснутого между двух сестер, и уставилась на Росса.

Мег предложила чай семейству Пенджилли. По ярко-фиолетовому платью миссис Пенджилли с черной отделкой Мег заключила, что она, видимо, вдова. Ее бесстрастные дочери были лишены приятной внешности дочерей семейства Пеннар и обаятельных манер мисс Фенвик. Они взяли предложенный чай, не сказав ни слова, и уставились на серебряный поднос с пирогами.

Росс и не думал заводить разговор с юными леди, полностью игнорировал надутого юношу и увлеченно обсуждал с двумя замужними леди перестройку колокольни соседней церкви.

Мистер Пенджилли встал и, сутулясь, подошел к окну, где за подносами дежурила Мег, готовая снова наполнить чашки и передать печенье. Бросив взгляд на его высокий воротник и чересчур большой разрез лацканов, Мег решила, что юноше не больше семнадцати лет, но он уже стремится походить на денди. Мистер Пенджилли нервно переминался с ноги на ногу, затем подошел к ней сзади, схватил рукой ее за правую ягодицу и стиснул.

Мег чуть не ахнула от возмущения и, подавшись назад, наступила каблуком молодому человеку на ногу. Пенджилли тихо выругался и отскочил в сторону. Все взоры обратились к ним.

Мег придала своему голосу максимум озабоченности, хотя у нее от негодования и смущения пылали щеки.

— Мистер Пенджилли, прошу прощения. Неужели я наступила вам на ногу? Я и не подозревала, что вы стоите так близко.

— Вы… — Молодой человек покраснел как рак и был вне себя от гнева. Мег заметила, что он перехватил взгляд Росса и тут же успокоился: — Вы чуть задели меня. Пустяки.

Мистер Пенджилли бросился в кресло в конце салона и повернулся ко всем профилем, который явно считал байроническим.


Гости разошлись одновременно, пробыв в доме Росса значительно больше положенного получаса, что в некотором смысле можно считать успехом. Не успела Мег позвонить, чтобы убрали чайные принадлежности, как вернулся Росс и захлопнул дверь с такой силой, Что занавески заколыхались в возникшем сквозняке.

— Меня удивляет, что сегодня визит впервые нанесли джентльмены, — заметила Мег, обратив внимание на лежавшее в беспорядке печенье.

— Я встречусь с ними, когда буду совершать объезд имения вместе с Тремейном, — резко ответил Росс. — Что, черт возьми, понадобилось этому щенку Пенджилли?

— Его рука оказалась на моей… Он потрогал меня сзади. Вот я и наступила ему на ногу.

— А Яго заигрывал с вами? — Проходя мимо столика, Росс взял печенье и съел в один прием. — Он держал вас за руку.

Печенье выглядело крайне заманчиво для женщины, которой не терпелось запустить зубы во что-нибудь или опрокинуть все блюдо на голову Росса.

— Яго — добрый молодой человек, понявший, что я пребывала в расстроенных чувствах, когда передавала ему письмо для сестер. Он на мгновение взял мою руку, пытаясь успокоить, — спокойно говорила Мег, будто обращаясь к разъяренной собаке.

— Не понимаю. Что тут расстраиваться? — Росс хмуро смотрел на нее. — Нет сомнений, он найдет ваших сестер.

— Вы бесчувственный тюфяк! — Какое же это уместное слово. Вдруг Мег перестала сдерживать свои чувства, утешать Росса и толкнула его в грудь изо всех сил. Он качнулся, но не двинулся с места. — Я уже много лет ничего не знаю о них. Мне даже неизвестно, здоровы ли они, счастливы ли… живы ли они вообще! Мне так хочется поехать к ним самой, а не посылать туда незнакомого человека. Я люблю сестер. Как бы вы чувствовали себя, если бы вернулись, в Англию после всех этих лет за рубежом и не знали, что случилось с Джайлсом? Разве мне не позволено тревожиться и быть любезной с человеком, который сочувствует и улыбается мне?

— Прошу прошения, — процедил Росс сквозь зубы. — Я заметил его руку на вашей и еще кое-что… Мне следует лучше знать вас. Получилось не очень здорово, — с сомнением в голосе добавил он.

— Он хороший человек, я надеюсь на него. Убеждена, он поможет мне.

Тяжелые руки Росса легли ей на плечи и сжали их так, что казалось, будто сломают кости.

— Что с вами? — вздрогнула Мег.

— Он коснулся вас. Они оба трогали вас. Это вывело меня из себя, а сейчас я еще встревожил вас. — Росс погладил Мег по раскрасневшейся щеке. — Извините, Мег.

— Я сама могу за себя постоять.

— Неужели? Вы сами хотя бы знаете, чего хотите?

У Мег сильно застучало сердце, она не знала, дрожит ли сама всем телом, или ей передалось волнение Росса.

— Да, я желаю вас. Мы оба знаем это. Но это не… не… — Мег искала слова, которыми можно было выразить свои чувства. — Я не собираюсь продавать себя, Росс Брендон.

«Скажи, что ты любишь меня, — без надежды подумала она. — Я знаю, ты разобьешь мое сердце, но люби меня!..»

Казалось, отказать Россу труднее, чем видеть полные ужаса лица женщин полка после исчезновения Джеймса, труднее, чем притворяться, будто она стала любовницей другого мужчины всего через несколько недель после того, как ее заклеймили грешной прелюбодейкой. Намного труднее, чем в июле на рассвете беззаботно бежать из дома с возлюбленным, оставив сестер одних. Но Мег не думала, что у нее хватит сил преодолеть неизбежную боль.

— Тогда отдайтесь мне.

Мег оказалась в объятиях Росса, прижатой к его широкой груди. Не успела она перевести дух, как он широкими шагами направился к софе.

— Я ваш, — добавил он и, держа Мег в объятиях, опустился на широкое атласное сиденье.


Глава 11 | Расчетливая вдова | Глава 13