home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



39

Никогда не думал, что наступит день, когда мне придется штурмовать адроанский город.

Тамас смотрел на стены Будвила. Город располагался в самом узком участке Саркова ущелья, с обеих сторон его обрамляли высокие голые скалы, прозванные Воротами Васаля. Взять Будвил можно было, только преодолев мощные гранитные стены, защищенные магией столь же древней, как и сам город. Теперь Тамас прекрасно понимал: если бы не предательство Хилански, укрепления Будвила могли бы продержаться под обстрелом кезанской артиллерии не один месяц.

А теперь Тамас должен взять город за сутки.

Генерал Арбор стоял рядом, опираясь, словно на трость, на кавалерийскую саблю. Он выглядел еще старше, чем обычно, но глаза его возбужденно сверкали. Арбор выпятил челюсть и выплюнул в кулак вставные зубы.

– Да провалиться мне в бездну, это будет славная битва.

– Ипилл послал на стены королевскую гвардию, – заметил Тамас. – Они готовы землю зубами грызть за своего короля. А когда мы возьмем стены, резня продолжится на улицах города.

– У меня для вас хорошая новость, – отозвался Арбор. – Я просмотрел донесения шпионов Кеть и Хилански, и если им можно доверять, то в городе осталось мало наших соо

– Это худшая новость из всех, что я когда-либо слышал.

Тамасу хотелось сплюнуть, но он заранее знал, что это не избавит его от горечи во рту.

Арбор усмехнулся беззубым ртом:

– Я просто хотел сказать, что мы можем без всяких опасений обстреливать город. Научитесь во всем находить светлую сторону, сэр.

– Вы меня ничуть не успокоили.

Сомнения наваливались на Тамаса со всех сторон. Куда пропал Таниэль? От него до сих пор не пришло ни одного сообщения. Если бы ему удалось спасти Ка-Поэль, Тамас наверняка уже услышал бы об этом. О том, что произойдет в противном случае, он не хотел даже думать.

Лагерь Тамаса бурлил в непрерывном движении. Артиллерию, доставленную по Нижней Адре, теперь перетаскивали на берег, чтобы установить на только что вырытых земляных укреплениях. С других барж выгружали лестницы и крюки, боеприпасы и новые ружья. Вдоль берега разбили палатки, где усталые солдаты могли по очереди отдохнуть пару часов перед штурмом.

Накануне вечером войска Тамаса взяли Срединный замок, наделав при этом достаточно шума, чтобы выманить из Будвила гвардейцев Ипилла и завязать с ними череду мелких перестрелок. Гвардейцы задержали Тамаса на несколько часов, а затем отступили в город и теперь в три ряда выстроились в своих конических серебряных шлемах на стенах Будвила.

Над городом поднялось облачко дыма, и мгновение спустя донесся звук пушечного выстрела. Ядро врезалось в землю, не долетев несколько сотен шагов до передовых позиций адроанской артиллерии.

– Эти стены не рассчитаны на тяжелые орудия, – невесело усмехнулся Арбор. – Они не смогут отстреливаться ничем другим, кроме шестифутовых пушек малой дальности.

– Меня больше тревожит картечь, которую они пустят в ход, когда мы пойдем на приступ, – ответил Тамас. – Очень жаль, что у нас нет времени на планомерную осаду. Придется сразу врезать им в зубы.

– Правда? – Арбор держал протезы на вытянутой руке и пытался выковырять что-то, застрявшее между зубов. – Я не против хорошего штурма, но мы вряд ли сумеем вскарабкаться сегодня на эти стены, не добавив еще полсотни пушек к тем, что у нас уже есть. Э-э… не сочтите за дерзость, сэр, но если прямо сейчас послать на приступ двадцать тысяч солдат, это будет самая большая глупость, которую вы сделали на моей памяти.

– Я очень отчаянный человек, Арбор.

Тамас обернулся и вытянул шею, всматриваясь вглубь Саркова ущелья. Он беспокоился, что кезанцы разгадают его план. Сулем должен был еще вчера встретить кезанскую армию, чтобы помешать ей отступить к городу. Если кезанцам удалось проскочить мимо войск деливского короля, все может окончиться весьма плачевно.

– Идите за мной.

Андрийя тенью следовал за ними всю дорогу от наблюдательного пункта до самой крупной артиллерийской батареи. Новый телохранитель Тамаса был с ног до головы измазан засохшей кровью, и от него разило, как со скотобойни. Будь это кто-нибудь другой, а не пороховой маг, фельдмаршал приказал бы насильно вымыть его. Но Тамас понимал, что без штуцера и шпаги Андрийи ему сегодня никак не обойтись.

– Полковник Силия! – позвал Тамас одну из артиллерийских офицеров.

Это была женщина средних лет, с коротко остриженными каштановыми волосами и покрытым пороховым нагаром мышиным лицом. Рукава ее мундира также почернели от пороха. Тамасу пришлось перебрать всех офицеров, начиная с капитанского чина, чтобы найти опытного артиллериста, который не был бы другом или учеником Хилански, и однажды Силия с удивлением узнала, что назначена командовать артиллерийской батареей в чине полковника.

– Сэр! – Она остановилась рядом с Тамасом и резко отдала салют.

– Вы скоро закончите?

– Все и так из кожи вон лезут, сэр. Осталось установить несколько мортир, и мы начнем обстрел по вашему приказу. Мы сметем всех со стен мортирами, а огонь прямой наводкой сосредоточим на воротах.

– Приказ отменяется. У вас есть подзорная труба?

– Да, сэр.

Она достала из сумки трубу, раздвинула ее и замерла, ожидая распоряжений Тамаса.

– Возьмите примерно на триста ярдов левее главных ворот. Видите рисунок из выцветших камней? Он очень тусклый, но, если приглядеться, напоминает человеческое лицо.

– Я ничего… Нет, подождите, вижу. Святой Адом, это больше похоже на ухмыляющийся череп.

– Нацельте орудие прямо ему в нос. Стреляете, считаете до семи и снова стреляете, затем считаете до двух, опять стреляете и считаете до четырех. Возможно, все это придется повторить несколько раз.

Силия опустила подзорную трубу и в замешательстве посмотрела на Тамаса:

– Сэр?

– Что это? – спросил генерал Арбор. – Какой-то шифр?

– Можно сказать и так. Королевский совет, сотни лет назад соткавший защитные заклинания для этих стен, предусмотрел вариант, что кезанцы когда-нибудь захватят Будвил и нам придется отбивать город у врага. Сделайте, как я сказал, и этот участок стены станет уязвимым для наших орудий.

– Кровавая бездна, откуда вы это узнали? – удивился генерал.

– Когда-то я был любимцем Железного Короля, Арбор, – насмешливо фыркнул Тамас. – Это дает некоторые преимущества.

«Но если ничего не получится, я буду выглядеть полным идиотом», – мысленно добавил он.

– Когда мне начинать, сэр? – задала вопрос Силия.

– Начинайте обстреливать ворота, как только будете готовы. Но оставьте несколько орудий для стрельбы по этому рисунку и ждите моей команды. Мы не начнем штурм раньше чем через час.

Вместе с Арбором Тамас направился к штабной палатке.

– Сэр, а что мы будем делать, если окажется, что Ипилл уже сбежал в столицу? – спросил генерал.

– Тогда мы будем травить его, как дикого зверя, – ответил фельдмаршал с уверенностью, которой на самом деле не испытывал.

Ипилл мог сбежать еще два дня назад. Он мог уехать так далеко, что догнать его уже не получится. Но Тамас готов был принять на себя такой риск.

– Продолжайте работать, – распорядился он, подойдя к палатке. – И не занимайте пока позиции. Пусть кезанцы до последней минуты не подозревают, что мы пойдем на штурм уже сегодня.

Он хлопнул Арбора по плечу, и генерал отдал салют, по-прежнему сжимая в руке зубные протезы.

Тамас зашел в палатку и прислонился спиной к столбу. Нервы его были на пределе от невероятного напряжения последних дней. Он принял слишком много пороха, слишком мало спал и при этом еще старался скрыть свою усталость от подчиненных. «Еще один день, Тамас, – пробормотал он, стараясь подбодрить себя. – Либо сегодня к вечеру все решится, либо твой труп будет лежать под стенами Будвила».

– Вот почему большинство полководцев сами не ходят в атаку.

Тамас схватился за шпагу и обернулся. На его койке сидел Гэврил, весь покрытый дорожной пылью. Рукав его мундира был надорван и почернел от запекшейся крови.

– Кровавая бездна! – воскликнул Тамас, вкладывая шпагу обратно в ножны. – Я еще никогда не был так близок к сердечному приступу. Как ты здесь оказался? Что с Таниэлем? И встань немедленно с моей койки!

Гэврил поднял руки, но даже не попытался встать:

– Я просто отдыхаю. Я проскакал всю Объездную дорогу, ни разу не наткнувшись на кезанские патрули, и прибыл в деливский лагерь через несколько часов после того, как ты его оставил. Тогда я реквизировал у них лодку и проплыл вслед за тобой всю Нижнюю Адру.

Тамас взволнованно заходил по палатке. Он собирался заткнуть уши воском и поспать несколько часов перед штурмом, пока артиллерия сметает кезанцев со стен Будвила. Теперь об этом не стоило и мечтать.

– А Таниэль? Девушка? Где они? Рассказывай скорей, сукин сын!

– Таниэль жив. И Влора, и Норрин. Остальных мы потеряли, когда попали в засаду.

– А дикарка?

– Никаких следов Ка-Поэль. Когда я уезжал, мы все еще не поймали ни одного Избранного.

– Тогда что ты здесь делаешь?

Неужели Таниэль гнался за кезанскими Избранными до самого Будвила и теперь тайно пробрался в город? Или его схватили кезанские патрули? С каждой секундой неизвестности Тамас волновался все сильнее.

– Тебе лучше сесть, – посоветовал Гэврил.

– Проклятье, я сяду, когда сам захочу!

– Кез не нарушал перемирия. Это сделали переодетые бруданцы.

Тамас доковылял до стула и тяжело опустился на него.

– Нет, – задыхаясь, выдавил он.

– Боюсь, что именно так. Мы захватили в плен двух гренадеров. Представь себе, как мы удивились, когда узнали, что они не понимают ни слова по-кезански. К тому же они направились не на юг, а на север, сделав крюк, чтобы избежать встречи с нашими солдатами по дороге в Адопест. Влора и Таниэль идут по их следу, но мы подозреваем, что они хотят добраться до бруданской армии. С тобой все в порядке?

Тамас с раскрытым ртом уставился на своего шурина. Как это могло случиться? Его провели, как последнего дурака. Кезанцы не нарушали перемирия. Это сделал он сам. Ослепленный гневом, он не отвечал на просьбы Ипилла о новой встрече и отправлял назад кезанских гонцов.

Он стал слишком стар для всего этого. Слишком горд, слишком вспыльчив. Он и раньше совершал ошибки – даже самый лучший полководец их совершает, – но не такие ужасные, как эта.

– Ты не мог этого знать, – тихо произнес Гэврил.

– Нет. – Тамас невесело усмехнулся. – Я превратился в того, кого всю жизнь презирал. Разве я не поджигатель войны, Гэврил? Еще один диктатор с огромной армией и жаждой мести. Ты ведь знаешь, на что было похоже Девятиземье до пришествия Кресимира. Всего лишь поле боя для враждующих между собой полководцев.

– Теперь все совсем не так.

– Я вижу картину будущего, – продолжал Тамас. – Революции разойдутся по всем странам, и люди свергнут с престолов прежних монархов. Затем самые сильные из вождей объявят себя богами или святыми и станут властелинами новых маленьких королевств. Люди будут умирать миллионами, и все успехи, которых достиг наш мир за последнюю тысячу лет, затеряются в пыли веков. И все это из-за меня.

Тамас поднес руку к глазам и посмотрел на свои дрожащие пальцы.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь свои заслуги.

Проплывшее перед глазами Тамаса видение исчезло, и он почувствовал себя старше самого времени. Каждый мускул его тела стонал от боли, каждая кость вспомнила былые переломы и ушибы.

Грохот пушек вернул фельдмаршала к действительности.

– Ты ранен?

Гэврил посмотрел на окровавленный рукав мундира:

– Всего лишь царапина. Я зашил ее перед отъездом.

– Нужно наложить швы заново. Они выглядят так, словно их сделала слепая обезьяна.

– Пару раз я ткнул не туда, но швы ровные, а рана чистая. Не забывай, что за свою жизнь я провел в седле намного больше времени, чем ты.

– В основном убегая от ревнивых мужей.

– Кое-кто из них действительно был опасен. Ох, чуть не забыл. Деливцы остановили главные силы кезанской армии, но ночью я проскакал мимо колонны, марширующей к вам.

– Кезанцы?

– Да. Они опасаются атаки деливцев. Их не больше нескольких тысяч, но этого хватит, чтобы поставить вас в трудное положение.

– Далеко отсюда?

– Пара часов ходьбы.

– Мог бы сказать об этом и раньше.

– У меня была тяжелая ночь. – Гэврил зевнул.

– Ты что-нибудь слышал об Олеме?

– Нет. А должен был?

– Он преследует кезанскую кавалерию, оказавшуюся к северу от нас. Ладно, забудь об этом. Андрийя! – позвал Тамас.

Пороховой маг просунул голову в палатку:

– Сэр?

– Скажи Арбору, чтобы ждал гостей с тыла. У него есть сорок пять минут до начала штурма, а у нас будет время только на одну попытку.

– Да, сэр!

С легкомысленным, как у школьника, видом Андрийя бросился искать Арбора.

– У того парня не все в порядке с головой, – заметил Гэврил.

– Ты же знаешь, он из числа тех, кого спасла Эрика. За год до того как…

– Это не объясняет, почему он с ног до головы измазан кровью.

– Ему нравится убивать своих бывших соотечественников. Возможно, слишком нравится, но такие люди тоже нужны. Например, он один из немногих, кому я доверил бы расчищать мне дорогу, когда мы полезем на эти стены.

Гэврил осторожно коснулся раны на плече.

– Не думаю, что тебе необходимо участвовать в штурме, – заявил он.

– Я всегда сам водил людей на приступ.

– Но ты уже не молод.

– Без тебя знаю, – покачал головой Тамас. – Некоторые любят командовать издали. Я предпочитаю находиться на передовой.

– Достаточно одной шальной пули. Или удара штыком.

– Прежде меня это не останавливало.

– А если твое везение кончится?

– Возможно, оно кончится сегодня. А возможно, никогда. – Тамас протянул руку шурину. – Помоги мне встать. Я должен убить еще одного короля.

– Мне казалось, ты собирался взять его в плен, – удивился Гэврил, дернув фельдмаршала за руку.

Тамас недовольно скривился:

– Именно этого я и хочу. Но боюсь, что это только пустые мечты. Я догоню тебя через минуту.

Как только Гэврил ушел, Тамас наклонился, уперся руками в колени и сделал несколько глубоких вздохов. Он совершил ужасную ошибку. Оглядываясь назад, фельдмаршал мог сказать, что их за эту недолгую войну накопилось слишком много. Он доверял не тем людям, неверно рассчитывал время. Эта ошибка должна стать последней. Когда все закончится, он сложит оружие и уйдет в отставку. Иначе все, за что он боролся, окажется напрасным, и рано или поздно его видения станут реальностью.

Фельдмаршал выпрямился, поправил шпагу на поясе, проверил, достаточно ли патронов в карманах, и вышел из палатки на солнечный свет.

Пора было начинать.


предыдущая глава | Кровавая осень | cледующая глава