home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



4

Нила ждала Бо и Адамата возле кареты.

Ниже по склону через лагерь пробивался небольшой ручей, сотни сапог превратили его берега в непролазную грязь. Нила задумчиво проследила, как прачка набрала полное ведро мутной воды и отнесла к костру, возле которого на лавке грудой лежали солдатские мундиры. Женщина вылила воду в большой котел, утерла грязной рукой пот с лица и села в сторонке, дожидаясь, когда вода закипит.

Если бы не события последних месяцев, Нила могла бы оказаться на ее месте. Девушка посмотрела на свои руки. Раньше кожа на них была грубой и потрескавшейся, разъеденной мылом и щелоком, которыми прачки пользуются при стирке. Сейчас они выглядели удивительно гладкими, и Бо уверял, что для них найдется более достойное применение.

Избранная. Нила до сих пор не могла поверить в это: даже после долгих упражнений, даже после того, как видела огонь, вырывающийся из ее пальцев. Избранные обладали огромной силой и знанием. Они повелевали стихиями и приводили в дрожь целые армии. Нелепо было бы вообразить, что простая безродная прачка может внезапно обрести такое могущество.

Кроме того, Нила невольно чувствовала себя обманутой. Если бы она знала об этом раньше, то могла бы использовать дремлющую в ней силу, чтобы сбежать от Ветаса или помочь роялистам. Нила сжала кулаки и почувствовала тепло с внутренней стороны ладоней – бело-голубой язычок пламени затанцевал между пальцами. Девушка покачала головой и оглянулась, проверяя, не наблюдает ли за ней кто-нибудь. Она мысленно приказала огню угаснуть и спрятала руки за спину.

Ей вспомнилась Розаль – Избранная, сражавшаяся на стороне роялистов. Может быть, Розаль ощутила скрытую в девушке силу, но предпочла не говорить об этом? Или она привязалась к Ниле по другой причине? А если Нила сама когда-нибудь станет такой – старой, мудрой и могущественной? Будут ли другие чувствовать себя неуютно рядом с ней, как она сама рядом с Розаль?

– Рисара!

Девушка очнулась от глубокой задумчивости и не сразу вспомнила, что именно это имя ей выбрали для роли секретаря Бо. Который, в свою очередь, изображал судью. Она обернулась и увидела Избранного, идущего к ней через лагерь. В его походке чувствовалась торопливость, насторожившая Нилу.

– Вы нашли Таниэля?

– Нет. – Бо взял ее за руку и увел за карету, где их разговор трудней было бы подслушать. – Генерал Хиланска говорит, что Таниэль погиб.

Он произнес это с таким ледяным бесстрастием, что Нила отшатнулась. С того момента, как Бо взял под покровительство ее с Жакобом, он постоянно вспоминал о Таниэле, называл своим единственным другом. Вот уже несколько месяцев Избранный разыскивал его с неистовым упорством, внушавшим Ниле невольное уважение. А теперь? Временами Бо становился отстраненным, даже холодным, но таким, как сейчас…

– Но это еще не конец? – спросила Нила.

– Мы должны все проверить. Адамат считает, что Таниэль мог остаться в живых и нам не следует принимать слова Хилански за истину.

Нила начала догадываться, что Бо вовсе не бесстрастен – он потрясен.

– Где мы остановимся?

– Генерал отослал нас, но я не уеду отсюда, не убедившись в смерти Таниэля. Я должен найти его труп, или могилу, или еще что-нибудь более весомое, чем слова. Если понадобится, отправлюсь даже в кезанский лагерь. Адамат уже начал расспрашивать солдат: не подтвердит ли кто рассказ Хилански. Я собираюсь сделать то же самое. – Он замолчал и внимательно посмотрел на Нилу. – Это может оказаться опасным. Если Хиланска узнает, кто я такой на самом деле, то немедленно прикажет убить меня. А заодно и вас, и Адамата, и Олдрича со всеми его солдатами.

– Только за то, что вы назвались судьей?

Уголки рта Бо на мгновение поднялись в улыбке, которая тут же погасла.

– Я не шучу. Хиланска не любит Избранных и не доверяет им. Он скрытный человек и, когда увидит, что мы что-то разнюхиваем, станет подозревать нас еще сильней. Он такой же, как Тамас, – всегда делает лишь то, что считает нужным. Даже если это требует гибели множества людей.

– Вы сказали это так, будто одобряете его.

– Одобряю и поэтому не позволю ему узнать, кто я такой. Или кто вы такая, раз уж на то пошло.

Бо посмотрел на руки Нилы и надолго замолчал. Он уже объяснял ей, что Избранные не способны прикоснуться к Иному без покрытых защитными рунами перчаток. Только боги могут сделать это и не сгореть заживо.

За исключением, вероятно, самой Нилы. Ведь она вовсе не бог.

Она не сомневалась, что Бо немедленно отправит ее обратно в Адопест, стоит ей лишь попросить об этом. Нила могла бы воспользоваться этим шансом. Забрала бы Жакоба, спряталась бы в укромном месте и спокойно прожила бы на те деньги, которые Бо ей оставил. Могла бы. Но если она сейчас уедет, то никогда не научится управлять открывшейся в ней силой. Никогда не встретит такого терпеливого, заботливого и честного Избранного, как Бо. И не сможет отплатить ему за ту доброту, с которой он отнесся к ней самой и к Жакобу.

– Чем я могу вам помочь? – произнесла она.


Нила зашла в небольшой сарай, сложенный из камней и бревен: по словам одного солдата, когда-то здесь была конюшня.

Крыша сарая почти полностью обвалилась, а дверь заменял кусок воловьей кожи, но квартирмейстера Двенадцатой бригады это, похоже, не смущало. Все свободное место на покрытом соломой полу занимали деревянные ящики с припасами и пороховые бочонки. Бо велел Ниле расспрашивать всех подряд о Таниэле Два Выстрела. Указания были довольно-таки расплывчатые, но Бо никак не отреагировал на протесты девушки, предоставив ей самой решать, как это сделать. Похоже, он не имел ни малейшего понятия о том, как руководить другими людьми.

Она не знала, как подступиться к солдатам, как говорить с ними об убитых товарищах. Это было слишком жестоко. Поэтому Нила решила действовать иначе. Несмотря на все те ужасы, что она пережила в плену у лорда Ветаса, он преподал ей и немало ценных уроков. Например, о пользе подробных отчетов и о том, как эти отчеты могут навредить тем, кто их составил.

Полог из воловьей кожи приподнялся, и в сарай стремительно вошла худощавая женщина приблизительно пятидесяти лет, со значком квартирмейстера на воротнике мундира. Ее седые волосы были собраны в узел на затылке.

– Чем могу помочь вам, моя милая? – спросила она, беспечно плюхнувшись на пороховой бочонок.

– Меня зовут Рисара, – представилась Нила, разглаживая юбку. – Я секретарь судьи Маттаса из Адопеста. Мне необходимо взглянуть на учетные записи бригады.

– Хорошо, – равнодушно хмыкнула женщина. – Я только спрошу разрешения у генерала Хилански.

Нила положила на колени небольшой кожаный портфель, раскрыла его и вытащила толстую пачку документов. Взяла верхний листок и протянула квартирмейстеру.

– Это предписание, дающее мне право доступа к любым отчетам, с какими я пожелаю ознакомиться. Полагаете, у генерала мало забот, чтобы возиться еще и с этим?

Квартирмейстер дважды внимательно прочитала бумагу. Нила старалась ничем не выдать волнения. Документ был составлен по всем правилам, но Бо предупредил ее, что армия не подчиняется приказам гражданских чиновников – хоть фальшивым, хоть подлинным.

– Все в порядке, – сказала наконец квартирмейстер, возвращая предписание Ниле. – Что именно вы хотели бы посмотреть?

Нила с трудом скрыла удивление. А также тот факт, что она сама не знает, какие именно документы ей нужны. Что может вывести ее на след Таниэля? Чем он занимался до того момента, когда возник слух о его смерти?

– Дайте мне копии всех заявок на снабжение за последние два месяца.

– Всех? – Квартирмейстер непроизвольно отшатнулась, сидя на пороховом бочонке. – Это же несколько сотен страниц.

– Тогда вызовите писаря. Я подожду.

Недовольно ворча, квартирмейстер принялась рыться в ящиках в углу. Нила ждала с самым терпеливым выражением лица, на которое только была способна. Лорд Ветас заставлял ее выполнять много разных поручений – не всегда законных, – и она быстро усвоила: если вести себя так, словно ты находишься здесь по праву, большинство людей поверит, что так оно и есть.

– Вам понадобится еще что-нибудь? – спросила квартирмейстер, перебирая груды документов. – Не хотелось бы повторять это снова.

– У вас есть личные рапорты офицеров?

Квартирмейстер подняла пачку пожелтевшей бумаги, толщиной в руку.

– Для этого вам понадобится переговорить с адъютантом генерала.

– Хорошо. – Нила приняла у нее документы и начала просматривать. – Вы не делаете копий?

– Все заявки пишутся в трех экземплярах. Поэтому не все из них подписаны. Я делаю копии только тогда, когда есть свободное время. Вы ищете что-то конкретное?

Нила на мгновение засомневалась. Если прямо сказать, что она ищет, могут возникнуть подозрения. Но ее слишком пугала перспектива просматривать все эти груды.

– Вы не знаете, делал ли какие-нибудь заявки капитан Таниэль Два Выстрела?

– Делал. – Квартирмейстер почесала в затылке, вспоминая. – Думаю, их было несколько десятков. Не могу назвать вам точные даты, но все заявки пороховых магов должны быть помечены буквами «П. М.».

– Благодарю, вы очень мне помогли. Если не возражаете, я просмотрю бумаги прямо здесь.

Квартирмейстер пожала костлявыми плечами:

– Так даже лучше. Прошу прощения, но я ненадолго отлучусь. Мне нужно отлить.

Нила осталась одна с пачкой документов. Вскоре стало ясно, насколько четко велись записи. Каждый бланк был разграфлен на несколько колонок: имя, дата, содержание заявки и отметка об ее выполнении. Почерк оказался разным, – вероятно, несколько квартирмейстеров заполняли бланки по очереди. Наконец Нила нашла первую пометку «П. М.». Таниэль запрашивал дополнительный запас пороха, но ему отказали – трудно сказать, по какой причине.

Нила успела отыскать еще пять заявок порохового мага, а потом услышала за спиной голос квартирмейстера:

– Вот она!

Девушка раздраженно обернулась и увидела, что выход из сарая закрывают два дюжих солдата в темно-синих адроанских мундирах с красными галунами и в высоких шлемах из медвежьей шкуры. Гренадеры.

– Прошу вас пройти с нами, госпожа, – сказал один.

У Нилы сердце ушло в пятки.

– Что-то случилось?

– Прошу вас, госпожа, – повторил гренадер и обеспокоенно оглянулся. – И не нужно поднимать шум.

У Нилы не было особого выбора. Разве что закричать, но вряд ли Бо услышит ее. А даже если и услышит – что он сможет сделать? Учитывая цель их приезда, трудно ожидать от кого-либо в лагере дружеского отношения.

– Хорошо, я только соберу бумаги.

Нила обвязала пачку заявок веревкой, засунула в портфель и вышла из сарая.

– Идите за мной, – тихо произнес солдат.

Он шел впереди Нилы, а второй отстал на десяток шагов. Все это выглядело так, будто гренадеры не хотели, чтобы их видели с ней.

Они миновали штаб генерала Хилански и поднялись по склону в другую часть лагеря. Нила внимательно рассматривала знамена, стараясь запомнить номера бригад и полков, но только окончательно запуталась. Если ее ведут не к генералу Хиланске, то к кому тогда? Может быть, прямо на гауптвахту?

Идущий впереди солдат остановился возле белой палатки и встал на караул у входа, сделав приглашающий жест Ниле:

– Входите.

Второй конвоир куда-то пропал. Нила взглянула на палатку со страхом и с любопытством одновременно. Кого она там встретит? Девушка напомнила себе, что теперь она Избранная. Она должна привыкать к опасностям – и научиться рисковать. Нила стиснула зубы и вошла.

В палатке сидел незнакомый мужчина и что-то сосредоточенно записывал в блокноте, лежавшем у него на коленях. Не поднимая головы, он указал Ниле на стул напротив себя. Девушка села. Она не заметила вокруг никаких признаков опасности, хотя в лагере, полном солдат, все могло измениться в одно мгновение.

Судя по размерам палатки, этот высокий, больше шести футов ростом, широкоплечий и мускулистый мужчина был офицером. Скуластое лицо, сломанный нос. Вероятно, ему не раз крепко доставалось в драках. Он сидел в кресле на колесах, какими обычно пользуются инвалиды. В углу висел грязный мундир с эмблемой на плече – два ястреба, парящие над Адроанскими горами. Четыре нашивки на шевроне подсказали Ниле, что незнакомец носит звание полковника. Но она не смогла вспомнить, было ли в газетах что-нибудь о парализованном полковнике.

Наконец он закончил писать и развернул кресло к Ниле:

– Значит, это вы приехали сегодня вечером вместе с судьей?

– Я секретарь судьи Маттаса.

– И давно вы с ним? – Полковник пристально посмотрел Ниле в глаза.

– Боюсь, я не совсем поняла ваш вопрос.

– Я спросил, давно ли вы с ним, – повторил полковник. – Он доверяет вам?

Нила поняла, что нужно на что-то решиться: либо выдать Бо – и потом спокойно наблюдать, как его схватят и казнят, – либо притвориться ничего не знающей наемной секретаршей.

– Не очень давно, сэр. И да, он мне доверяет.

– В самом деле? – Полковник прищурился. – В таком случае объясните, что здесь понадобилось Избранному?

Нила с трудом справилась с желанием броситься прочь из палатки.

– Не понимаю, что вы…

– Перестаньте, – остановил ее полковник. – Таниэль Два Выстрела вырос на моих глазах. Неужели я мог не узнать его лучшего друга?

– Простите, сэр, мне не сказали, как вас зовут.

– Полковник Этан.

– Скажите, полковник Этан, если вы уверены, что кого-то узнали, почему бы вам не пригласить к себе в палатку его самого?

Тень улыбки промелькнула на лице Этана.

– Избранный Борбадор разыскивает Таниэля?

На такой прямой вопрос Нила уже не могла ответить уклончиво. Полковник утверждает, что хорошо знает Таниэля. Возможно, так она сумеет что-нибудь выяснить. Но может и попасть в ловушку.

– Да, – ответила она.

Полковник чуть слышно вздохнул и прикрыл глаза:

– Благодарение Адому.

– Простите, сэр?

Этан снова открыл глаза:

– Я уже несколько недель пытаюсь узнать, что случилось с Таниэлем. Никто его не видел с тех пор, как он был распят на столбе над кезанским лагерем. Хиланска отказывается отвечать на вопросы. Он даже не потребовал от кезанцев вернуть тело.

У Нилы пересохло в горле.

– Значит, Таниэль мертв?

– Не знаю. Он еще был жив, когда висел на столбе. А потом, когда Кресимир убил Адома, он…

– Постойте, что вы сказали? – вырвалось у Нилы. Она едва не вскочила со стула. – Кресимир убил Адома?

Уж не сошел ли с ума этот человек?

Этан раздраженно махнул рукой:

– Это долгая история. Похоже, она еще не дошла до Адопеста. Кровавая бездна, Хиланска все еще держит это в секрете. Вернемся к первому вашему вопросу. Я решил, что будет неблагоразумно приглашать сюда самого Бо. Полагаю, за вами следят не так пристально, как за мнимым судьей.

– Вы хотите передать ему сообщение?

– Да. Не доверяйте Хиланске.

– Сомневаюсь, чтобы Бо доверял хоть кому-нибудь.

Этан хмуро смотрел себе под ноги. Едва ли он расслышал слова Нилы.

– Хиланска старше меня по званию, и мне не хотелось бы на него наговаривать, но в последнее время он ведет себя очень странно. Как я уже сказал, он не пытался отыскать Таниэля. Он упрямо отказывается верить, что Тамас остался в живых. Отстранил от командования всех, кто предан Тамасу, и поставил на их место своих старых друзей. Он помешался на том, что кезанцы могут обойти нас через южные горы и взять в клещи. Он послал две роты в ущелье на юго-западе, хотя те ничего не смогут сделать, если кезанцы действительно там появятся.

Нила не пыталась сделать вид, будто разбирается во внутренних армейских делах. Однако догадывалась, что люди везде одинаково борются за власть и чины. Даже в доме того знатного господина, у которого она служила до переворота. А еще она понимала, что Бо вряд ли заинтересуют эти подробности, но Этан так разгорячился, что Нила не осмелилась перебивать его.

– Вы поможете нам разыскать Таниэля? – осторожно спросила она.

Этан посмотрел на ее портфель:

– Я просмотрел все заявки Таниэля. Я был рядом с ним, когда он составлял эти требования. Не думаю, что они вам чем-то помогут. Однако свежий взгляд все же не повредит. Я сделал все, что было в моих силах, пытаясь выяснить, что с ним случилось. Я следил за всеми, кто мог что-то о нем знать. Если Бо хочет получить ответ, ему придется отправиться в кезанский лагерь.

– Это же самоубийство, – ужаснулась Нила.

Но вряд ли это остановит Бо.

– Возможно, но, к сожалению, я не могу предложить ничего лучшего. Сегодня вечером я уезжаю в Адопест. Если вам понадобится какая-то помощь, свяжитесь со мной через гренадеров Двенадцатой бригады.

– Благодарю вас, – сказала Нила.

Она попрощалась с полковником и побрела по лагерю в ту сторону, где стояла карета. Что еще ей оставалось делать, кроме как дождаться Бо и рассказать ему о встрече с Этаном? Рассказ полковника не сильно помог поискам, но все же она надеялась приободрить Бо сообщением о том, что у них появились друзья в лагере и что в последний раз Таниэля видели живым.

Экипаж сдвинули с дороги в овраг, распрягли лошадей. Она уселась на сиденье и принялась страница за страницей просматривать бумаги, дважды прочитывая каждую строчку, чтобы не пропустить ни одной заявки Таниэля. Особенно ее интересовала графа, в которой квартирмейстеры делали отметки о выполнении заявок. До определенного момента на все свои требования Таниэль получал отказ – «по приказу Генерального штаба».

И только месяц назад ему наконец выдали порох – «по личному распоряжению генерала Хилански». Нила отложила этот лист, чтобы показать Бо.

Постепенно стемнело, и Ниле пришлось прекратить чтение. Странно, что ни Бо, ни Адамат до сих пор не вернулись. На самом деле она давно не видела даже сержанта Олдрича и его солдат. Нила прислонилась головой к стенке экипажа, раздумывая, как ей поступить: отправиться на поиски спутников или просто ждать, когда они объявятся.

Рядом что-то щелкнуло. Нила обернулась: двери по-прежнему были закрыты.

– Эй, кто там? – позвала она.

Не дождавшись ответа, Нила положила руку на задвижку дверцы, и тут ей пришло в голову, что из всего многотысячного лагеря никто даже близко не подошел к карете.

Внезапно дальняя дверца распахнулась. Нила разглядела прикрытое плащом лицо, а вслед за тем – металлический отблеск в лунном свете. Карета покачнулась, темная фигура забралась внутрь и резко выбросила руку в сторону девушки.

Нила метнулась к другой дверце, и тут же нож с треском разрезал ее юбку. Она увернулась, и неизвестный вполголоса выругался, пытаясь вытащить застрявший в ее одежде клинок. Нила скользнула вдоль лезвия и ударила напавшего коленом в плечо. Он сдавленно хрюкнул и отлетел в сторону, выронив нож. Но через мгновение снова навалился на нее всей массой. Она ухватилась за его предплечье, но он ударил ее по руке и прижал к полу. Цепкие пальцы сжались на горле Нилы, и она вспомнила учащенное дыхание лорда Ветаса, когда-то проделавшего с ней то же самое.

Внезапно хватка напавшего ослабла, он зашипел и отпрыгнул в сторону. Его одежда загорелась. Нила взглянула на языки пламени, танцующие между ее пальцами, и в приливе ярости набросилась на врага. Он пытался защититься, но отвлекся на свой горящий плащ. Нила подскочила к нему, вцепилась охваченными пламенем пальцами ему в лицо и со всей силы надавила.

Казалось, кожа и кости расступаются под ее пальцами. Крик ужаса застрял в глотке мужчины, он дернулся и затих. Его одежда и подушки все еще горели. Нила сбила пламя своей юбкой. На сиденье перед ней лежал не человек, а отвратительная обугленная масса. Нила медленно попятилась, ударилась головой об крышу кареты и пригнулась, по-прежнему не в силах отвести взгляд от тлеющей одежды мертвеца.

Она взглянула на свои руки, испачканные обгорелыми клочками кожи и плоти.

– Нила, с вами все…

Бо рывком распахнул дверцу, возле которой она сидела всего несколько мгновений назад, и замер, уставившись на труп. Разобрать выражение лица в темноте было невозможно.

– Идите сюда.

Он бережно взял ее за руку и помог выйти из кареты. Лишь теперь она почувствовала едкий дым и запах горелого мяса, волос и шерсти. Бо вынул из кармана платок, бережно вытер ее руки и обмыл водой из своей фляги. Затем вернулся в карету и вытащил оттуда портфель Нилы.

– Я…

У нее перехватило дыхание, сердце бешено билось в груди, руки дрожали.

Она только что убила человека, прожгла ему голову. Своими руками.

– Придется оставить багаж. Я подожгу карету, но это все равно привлечет внимание. Олдрича и его солдат арестовали. Нам нужно срочно найти Адамата.

Нила поднесла руки к глазам. Теперь пальцы были чистыми, но она все еще чувствовала липкую кровь. Нила заставила себя посмотреть в глаза Бо. Она должна быть сильной.

– Что, если Адамата тоже схватили?

– Попробуем освободить его. Если не получится, ему останется надеяться только на себя.

– А солдаты Олдрича?

Бо встревоженно оглянулся:

– Даже я не смогу незаметно вывести пятнадцать человек из армейского лагеря. Вероятно, их расстреляют. Идемте.

Он взял Нилу под локоть.

– Нет, – сказала она.

– Что значит «нет»?

– Вы… Мы привели их сюда. И мы должны увести обратно.

– Бросьте, Нила, – прошипел Бо. – Нам понадобилась бы помощь, а ее взять негде.

Нила упрямо наклонила голову набок:

– Я знаю, где найти помощь.


предыдущая глава | Кровавая осень | cледующая глава