home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



53

Нила нетерпеливо расхаживала взад-вперед, стуча каблуками по мраморному полу, и звук ее шагов отдавался гулким эхом в утренней тишине коридоров Гражданского суда. Еще и недели не прошло с того дня, когда она и Бо расправились здесь с последними Избранными Кларемонте. Воспоминания об этой схватке до сих пор мучили ее по ночам. Нила была бы только рада никогда не возвращаться сюда. И все-таки снова пришла.

– Почему нас заставляют ждать? – спросила она.

Бо сидел на жесткой неудобной скамье и бросал каучуковый мячик в стенку, крепко сжимая после каждого отскока. Он был без перчаток. На правой руке виднелся свежий розовый шрам от раны, над которой потрудился деливский целитель.

– Хотят показать, что они теперь самые главные, – со вздохом объяснил он.

– Какое высокомерие!

– Добро пожаловать в мир большой политики, моя милая.

Нила остановилась и скрестила руки на груди. День только начинался, а настроение уже было хуже некуда. Вдобавок она еще и не выспалась.

– Я не собираюсь играть в их дурацкие игры.

– Теперь это часть вашей жизни.

От одной мысли об этом ей стало тошно. Уже пять дней их донимали своими вопросами всевозможные политики, а по вечерам приходилось таскаться на встречи то с Влорой, то с Рикардом Тумбларом, то еще с какими-то людьми, пытающимися навести порядок в стране после смерти Тамаса. Их было слишком много, и Нила даже не запомнила их имена.

– Нужно было просто уехать отсюда, – сказала она.

– Как только пожелаете. – Бо нахмурился. – Но я буду скучать без вас.

Нила снова зашагала по коридору.

– Вы справитесь с этим.

– Никогда.

«Вы и со смертью Таниэля примирились на удивление быстро», – хотела добавить Нила, но не решилась произнести вслух.

Глупо было ссориться именно сейчас, когда на них наседали со всех сторон.

– Конечно, это выглядит не так захватывающе, как перестрелки, погони и магические атаки. Но по крайней мере, на этих встречах вы не рискуете обделаться от страха. Там, – Бо указал на закрытую дверь, – никто не захочет лишить вас жизни. Только испортить вашу карьеру.

– Ну и глупо с их стороны, – заметила Нила. – Карьера меня нисколько не интересует.

– Значит, вы идеально подходите на роль политика. Идемте. Мы ждали более чем достаточно.

Бо поднялся, поправил протез и натянул перчатки.

Бо придержал дверь, и Нила зашла в комнату, не обращая внимания на попытки секретаря остановить ее.

Девять пар глаз одновременно уставились на нее и зашедшего следом Бо. Нила признала в лицо только двоих мужчин и трех женщин. Это были недавно избранные губернаторы округов Адро. Вместе с премьер-министром Рикардом Тумбларом и новым магистратом они составляли основу правительства страны.

На большом полукруглом столе стояли остатки легкого завтрака. Губернатор Ратчел, женщина приблизительно пятидесяти лет, с короткими седыми волосами и со скрюченными ревматизмом руками, недовольно нахмурилась:

– Мы еще заняты.

– Понимаю, – с очаровательной улыбкой ответил Бо. – Но через шесть часов начнутся похороны фельдмаршала Тамаса, на которые соберутся миллионы людей. И у нас нет времени на ваши глупости. Если вы хотите нам что-то сказать, говорите сейчас.

Губернаторы возмущенно зашумели, но Ратчел, к чести своей, лишь раздраженно прищурилась.

– Пришло время определить место совета Избранных в нашем правительстве, – заявила она. – Точнее говоря, решить, есть ли ему место среди нас.

– Вы хотите сказать, что готовы обойтись без помощи совета в наше неспокойное время? – спросила Нила, делая удивленное лицо.

– Похоже, нас хотят убрать с дороги! – с таким же наигранным изумлением добавил Бо.

– Если вы… – начала Ратчел.

– Превосходно, – перебила ее Нила, махнув рукой. – Я добилась того, о чем мечтала. Благодарю вас за то, что вызвали нас сюда и сообщили эту приятную новость. А теперь я отправлюсь домой и еще немного посплю.

– Я провожу вас, – подмигнул ей Бо, взял под руку и повел к двери.

– Бездна, куда это вы собрались? – воскликнула Ратчел.

Нила и Бо одновременно обернулись.

– Если мы вам больше не нужны, – объяснил Бо, – то с большой радостью оставим вас в покое.

Ратчел с недовольным видом переложила бумаги на столе.

– Речь не о том, нужны вы или нет. Просто нужно определить, как именно вы будете служить правительству.

– Ах вот как.

Стуча протезом по полу, Бо подошел к стене, взял стул, с шумом перетащил его в центр комнаты и уселся, опираясь на трость. Нила встала позади него.

– Совет для того и предназначен, чтобы служить, – заявил Бо. – Только теперь мы будем служить не королю, а интересам народа.

– Это очень расплывчато.

– Рад, что вы заметили.

– Совет должен кому-то подчиняться.

– И будет подчиняться. Адроанской армии, которая подчиняется премьер-министру, который, в свою очередь, несет ответственность перед магистратом и уважаемыми губернаторами.

– Необходим более строгий контроль.

– И вы предлагаете, чтобы мы подчинялись непосредственно вам? – спросила Нила.

– Да, – коротко ответила Ратчел, так же раздраженно покосившись на Нилу, как до этого смотрела на Бо.

– Мы уже выслушали похожие предложения от премьер-министра и от магистрата, – усмехнулся Бо. – И решили, что совету, ради благополучия всего Адро, лучше остаться независимым. Мы будем сражаться за страну во время войны и защищать интересы адроанцев в мирное время. Но мы не собираемся становиться комнатными собачками какой-либо группы политиков.

– И кто это решил? – поинтересовалась Ратчел. – Вы вдвоем?

– Да, мы вдвоем, – ответила Нила. – А также генерал Влора, недавно получившая этот чин, и уцелевшие члены порохового совета Тамаса.

– Видите ли, мы решили объединиться, – добавил Бо. – Так что, если вы надумаете снова завести этот разговор, то вам придется иметь дело не только с двумя последними Избранными, но и с другими героями войны. – Он хлопнул ладонями по коленям. – Ну, нам пора. Всего вам доброго, господа.

Нила помогла ему подняться, и они вышли, весьма довольные той тишиной, что установилась в комнате.

В коридоре Бо остановился, чтобы подтянуть ремни на протезе. Группа уборщиков чистила почерневший от огня мраморный пол. Нила задумалась, чья это работа: ее или одного из бруданских Избранных. Откровенно говоря, ее удивило, что здание не признали негодным и не снесли после той схватки.

– Думаю, все прошло хорошо, – бодро заявил Бо.

Нила кивнула. В глубине души она признавала, что Бо прав. Единство нового правительства будет подорвано с самого начала, если какая-то его часть получит контроль над советом. Но с другой стороны, если они будут действовать самостоятельно, их могут обвинить во всех просчетах и неудачах правительства. Иногда полезней оказаться в подчиненном положении.

– Борбадор! – разлетелся по всему коридору чей-то крик.

Нила обернулась. К ним спешил инспектор Адамат, в новом костюме и с темными кругами под глазами от недосыпания. Он поклонился сначала Ниле, а затем Бо.

– Как поживаете, инспектор?

– Спасибо, хорошо. Только устал, очень много работы. Но в остальном – все хорошо.

– А ваша семья?

Адамат постарался скрыть болезненную гримасу:

– Замечательно. Спасибо, что спросили о них.

– А как там Жакоб? – не удержалась Нила.

– Фей любит его как родного.

– То, о чем мы с вами договаривались… – напомнил Бо.

Адамат протянул ему свернутый лист бумаги:

– Здесь все написано.

– Очень хорошо.

Нила с интересом взглянула на Бо, но его лицо оставалось непроницаемым.

– Вы все еще даете бедному инспектору какие-то поручения?

– Благодарю за сочувствие. – Инспектор покашлял в кулак. – Но я не смог отказаться от возможности заработать за полдня пятьдесят тысяч кран.

– Что вы скажете насчет постоянной работы? – поинтересовался Бо.

– Спасибо, она у меня уже есть. Я теперь посол.

– Поздравляю, – сказала Нила. – В какую страну?

– На самом деле я еще не получил назначения.

– Уверен, вы справитесь с этим, – признал Бо. – Но имейте в виду: я заплачу больше, чем правительство.

– Рикард всегда был очень щедр к своим друзьям. – Адамат задумался на мгновение. – Исключительно из любопытства: о какой работе вы говорите?

– Осведомителем нового совета Адро.

Нила удивленно приподняла брови. Бо ничего ей об этом не рассказывал.

– Исключено. – Адамат покачал пальцем. – Слишком опасно. Слишком тесно связано с политикой.

– Мое предложение останется в силе еще неделю, – продолжал настаивать Бо.

Адамат поклонился и шагнул назад:

– Очень лестное предложение, но я вынужден отказаться. Спасибо, Избранный.

– Пустяки!

Бо вытащил из кармана конверт, в котором, несомненно, лежали банкноты, и вручил его Адамату. Инспектор снова поклонился и ушел. Нила и Бо смотрели ему вслед.

– Этот человек может принести очень много пользы, – сказал Бо. – И в конце концов я переманю его к себе.

Однако он тут же позабыл об инспекторе и внимательно осмотрел Нилу с головы до ног.

– Пора готовиться к похоронам. А завтра нам предстоит путешествие.

– Да?

Бо развернул записку, которую передал ему Адамат, и пробежал по листу глазами.

– На юг. Но не очень далеко.


Деливская армия расположилась лагерем в небольшом городке на полдороге между Адопестом и Будвилом. В Адро остались лишь пятнадцать тысяч солдат, прочие уже отправились домой, пока зима не затруднила возвращение.

Лагерь был долговременным, рассчитанным на то, чтобы прожить в нем всю зиму. В нем находились в основном раненые и умирающие деливцы и адроанцы вместе с врачами, сестрами милосердия и обслугой, а также несколько тысяч пленных кезанцев. Здесь пахло кровью, болезнями и смертью, а кладбище на равнине за городом, казалось, с каждым днем расширялось еще на один акр.

Таниэль возненавидел это место, как только они с Ка-Поэль прискакали в лагерь, и мечтал лишь о том, чтобы уехать.

Но он обещал оставаться здесь.

Таниэль прогуливался по лагерю со штуцером на плече, надвинув треуголку на самые глаза и подняв воротник мундира. Просто еще один получивший увольнительную адроанский солдат, выискивающий среди раненых своих друзей и знакомых. Никто не остановил его и не спросил, что он здесь делает.

Ка-Поэль ухватилась за его локоть рукой, спрятанной под накидкой. Сам Таниэль чувствовал истощение и смертельную усталость после долгой войны, зато Ка-Поэль выглядела более оживленной, чем обычно. Несколько ночей спокойного сна пошли ей на пользу, кожа посвежела, в глазах снова появился блеск. Окружающая со всех сторон смерть, казалось, ничуть не беспокоила ее, но Таниэль не сомневался, что она тоже с удовольствием покинула бы это место.

Он заметил знакомую фигуру возле кареты, остановившейся напротив госпитальной палатки в центре лагеря, и замер, издали наблюдая за старым другом.

– Я хоть раз поблагодарил Бо за то, что он спас мне жизнь в горах? – спросил Таниэль.

Ка-Поэль кивнула, затем указала на себя и покачала головой.

– Тебя я тоже благодарил! А ты благодарила меня за то, что я спас тебя?

Она приподняла бровь, и Таниэль смущенно покраснел.

– Хорошо, значит, мы все благодарили друг друга.

Ка-Поэль небрежно кивнула.

Таниэль шагнул к Бо, но тут же замер и нахмурился, увидев рядом с ним Нилу.

Ка-Поэль дернула его за руку.

– Я просил, чтобы Бо приехал один.

Ка-Поэль несколько мгновений смотрела на Нилу, обдумывая положение, а затем снова потащила Таниэля вперед. «Она хорошая», – беззвучно прошептала девушка.

Они подошли к Бо и его ученице. Таниэль приподнял шляпу. Бо просто улыбнулся, шагнул навстречу и обнял сначала Ка-Поэль, а потом и самого Таниэля.

– Тан. Сестренка. Похоже, вы неплохо отдохнули.

– Лучше всего отдыхают мертвые.

Нила рассерженно посмотрела на Бо:

– Бездна, почему вы не сказали мне, что он жив?

– Это так важно?

– Я целую неделю считала вас бессердечной скотиной, потому вы совершенно не переживали, когда бог убил вашего лучшего друга.

– Это было подозрительно, да? Как только все успокоится, я обязательно буду носить траур.

Нила закатила глаза:

– Бездна, вы просто невыносимы. Таниэль, почему вы не объявились? Все считают, что вы погибли.

– Так и было задумано.

– Но зачем?

– Потому что иначе ему придется всю жизнь оставаться в тени Тамаса. Думаю, никто из нас по-настоящему не понимает, что это значит. Ему не дадут больше быть Таниэлем. От него будут ждать, что он станет вторым Тамасом. Вождем Адро, его бьющимся сердцем.

Таниэль промолчал. У него были причины, чтобы и дальше считаться погибшим. Но он часто задумывался о том, не проявил ли трусость, выбрав самый легкий путь и предоставив другим наводить порядок в стране.

– Это все равно не объясняет, почему вы скрывали от меня правду, – настаивала Нила. – Думаете, я не умею хранить тайны? Бездна, да мне даже некому было бы ее выдать. Вы единственный человек, которому я доверяю.

Таниэль махнул рукой, успокаивая их:

– Я попросил его никому не рассказывать. Бо просто сдержал слово. Давайте вы разберетесь с этим позже. Чем дольше я здесь остаюсь, тем выше шансы, что меня узнают. Ты нашел ее?

– Да, – ответил Бо. – Она здесь.

– Хорошо.

Таниэль вытащил из-за пояса пистолет и еще раз проверил, заряжено ли оружие. Бо подтянул перчатки.

– Ты уверен, что я тебе нужен? – спросил Избранный.

– Я буду чувствовать себе уверенней, зная, что ты рядом. Тебе не обязательно заходить внутрь, просто… постой здесь, на всякий случай.

– Возможно, она уже почувствовала, что я здесь, – заметил Бо. – У нас с ней не очень хорошие отношения. Если помнишь, при нашей последней встрече я сбросил ее в пропасть.

– Это я ее сбросил, – возразил Таниэль.

Сердце его забилось сильнее, и он засомневался, правильно ли поступает.

– Она может думать иначе.

– О ком вы говорите? – забеспокоилась Нила. – Что вы задумали?

– Хотим разобраться кое с кем из полубогов.

– Простите, что? – Нила побледнела.

Таниэль откинул полог госпитальной палатки.

– Сначала леди, – сказал он Ка-Поэль, а затем обернулся к Ниле: – Не беспокойтесь, у нее нет рук. Вы вдвоем можете обождать нас здесь.

Две трети коек в палатке пустовали, и Таниэль задумался, хороший это знак или плохой. Так или иначе, но отсутствие сестер милосердия было ему на руку, а все раненые лежали в забытьи. Или почти все.

На койке в дальнем конце палатки сидела Жулен. Задний полог был приоткрыт, чтобы она могла видеть, что происходит снаружи. Она не повернулась, когда Таниэль и Ка-Поэль подошли ближе.

– Вас освободили, как я вижу, – сказал Таниэль.

– Не благодаря вам.

Судя по голосу, Жулен пришла в себя после нескольких месяцев, проведенных на столбе, без воды, под палящими лучами солнца. Таниэль обошел койку, вытянул шею, чтобы взглянуть на ее руки, и увидел забинтованные обрубки. Он невольно подумал о том, способна ли Жулен отрастить пальцы заново. В конце концов, по части магии она уступала в силе только богам.

– Вы просили застрелить вас, а не освобождать, – напомнил Таниэль.

Он и не согласился бы на это. Она убила его друзей. Она пыталась убить его самого. Она призвала Кресимира, не принесшего с собой ничего, кроме смерти и разрушения.

Жулен чуть подвинулась на койке, подняла обрубок правой руки и указала им на Таниэля:

– Значит, вы пришли выполнить обещание?

Вместо ответа он достал пистолет.

– Понятно.

Она посмотрела на свои руки, вернее, на то, что от них осталось. Потом взглянула на Ка-Поэль.

– Вы ведь не такой, как другие, правда? Не могу поверить, что не поняла это сразу. Надеюсь, пистолет заряжен ее пулей? Такой же, какими вы убивали Избранных на Южном пике.

– Да, такой же.

Таниэль облизал губы. Что-то мешало ему поднять пистолет и спустить курок. Возможно, это было сострадание. Или осторожность. Или просто нежелание снова проливать кровь. Он не мог сказать точно.

– Они знали, кто вы такая, когда снимали вас со столба? – спросил Таниэль.

Жулен пожала плечами:

– Деливские Избранные видели меня. Но я сказала, что была простой наемницей, так оскорбившей Кресимира, что он решил с помощью магии продлить мои мучения.

– И они вам поверили?

– Почему они должны были не поверить? По большей части это правда. Но даже если бы они узнали, что я Предвечная, без рук я не представляла для них никакой опасности.

– Но при вас остались ваши знания.

– Поэтому я и не призналась им. – Жулен усмехнулась, и шрам на ее щеке растянулся. – Давайте не будем откладывать, хорошо?

Таниэль оглянулся на Ка-Поэль, но она не проявляла никакого беспокойства. Он поднял пистолет.

– Вы ведь не откажетесь от своего обещания? – тихо произнесла Жулен.

От удивления Таниэль опустил руку:

– По-вашему, я мог бы передумать? После всего горя, которое вы принесли?

– Но спросить все равно стоило, – пожала плечами Жулен, как будто ответ был ей безразличен.

– И вы согласитесь жить в таком виде?

Она приподняла руки:

– Возможно, я сумею когда-нибудь вернуть их. Я все еще вижу Иное, только у меня нет пальцев, чтобы к нему прикоснуться. А если не выйдет – что ж, возможно, я получила по заслугам. Возможно, это будет справедливо, если ближайшую тысячу лет я проведу в застенках, и деливские Избранные пытками вытянут из меня все мои знания до последней капли.

Таниэль молча изучал ее лицо. Сожалеет ли она о том, что сделала, или это одно лишь притворство? Жулен должна жалеть, что вызвала Кресимира, – это точно. А как насчет убийств и всех тех бед, что она принесла людям? Раскаивается ли она в этом?

Он засунул пистолет обратно за пояс.

Зрачки Жулен чуть заметно расширились. Она бросила быстрый взгляд на Ка-Поэль, затем снова посмотрела на Таниэля.

– Не играйте со мной, Два Выстрела. Прикончите меня или оставьте в покое, но не играйте. Ведь это вы виноваты в том, что я так долго висела на столбе и лишилась рук.

– Нет, не виноват, – не согласился Таниэль. – Но я не палач. Я пришел сюда лишь потому, что обещал убить вас, когда вы сами об этом просили. Но раз вы уже не хотите… Я устал от крови, устал от войны. Еще один выстрел ничего не изменит. Но пообещайте мне одну вещь.

– Какую?

– Не вмешивайтесь больше ни во что. Забудьте обо всех обидах на Борбадора или на кого-нибудь другого в Адро. Вас это больше не касается.

– Договорились, – быстро ответила Жулен.

Может быть, даже слишком быстро. Они молча посмотрели друг на друга, затем она гордо вскинула голову:

– Я запомню это, Два Выстрела.

Таниэль и Ка-Поэль вышли из палатки. Нила и Бо поджидали их снаружи.

– Я не слышал выстрела, – сказал Бо.

– Я не стал убивать ее.

– Думаешь, это хорошая идея – оставить ее в живых?

Бо выглядел немного обеспокоенным. Он уже начал снимать перчатки, но теперь передумал.

– Не знаю. Может быть, хорошая, а может, и нет. Но не думаю, что она способна сейчас чем-то помешать тебе.

– Не сомневайся, я в любом случае буду присматривать за ней.

– Не стану тебя за это осуждать.

– Значит, все кончено? – спросил Бо. – Ты уезжаешь.

Таниэль переглянулся с Ка-Поэль. Да, почти все. Но не совсем.

– У меня еще осталось последнее дело.


предыдущая глава | Кровавая осень | Эпилог