home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава первая. Куда может завести высокая политика

На этот раз хозяин кабинета, сидевший за столом с письменным прибором в виде парусного корабля, пребывал в одиночестве. Он читал письмо, что недавно принёс слуга. Дочитав, мужчина поднялся и, пройдясь в другой конец не маленького помещения, бросил бумагу в камин, на едва тлеющие угли. Посмотрев на ярко вспыхнувший огонь, человек в роскошном мундире, словно продолжая неоконченный разговор, тихо произнёс:

– Вот видите, а вы боялись. Хоть нашему прыткому гардемарину и присвоили звание лейтенанта, но послали на одно из тех заданий, с которых не возвращаются! Не исключено, что так было задумано изначально, лорд Галарикс именно это и планировал, проводя свои непонятные манёвры с отпрыском старого Томаса. Недаром же молодого Ланик послали на «Неустрашимый», а то, что там оказался сын герцога Лоренса… Так он-то в безопасности, ему-то ничего такого не поручено, обычный практикант, и не более. А Ланик… Его смерть хоть и будет героической, но о ней никто не узнает, оформят как несчастный случай, мол, погиб даже не в море, а на берегу, в увольнении. Обычная драка в припортовом кабаке или что там ещё могут придумать эти умники из министерства иностранных дел и колоний. Всё разрешилось само собой и наилучшим образом. Жаль, что не удастся предупредить об этом хитроумном плане, в котором невольно принял участие этот загадочный гардемарин, наших лютецких друзей. К сожалению, деталей я не знаю, да и письмо пришло поздно, скорее всего, я не успею. Ну что ж, не всегда же должно им так везти, должны быть и неудачи, тем ценнее будет наша помощь. Я бы сказал – дороже.

Вернувшись к письменному столу, хозяин кабинета на мгновение остановился, задумавшись, но продолжив движение, подошёл к книжному шкафу у стены, сдвинул одну полку и из вделанного в стену бара достал высокий стакан. Плеснул туда примерно на три пальца тёмной жидкости и, сделав движение, будто чокался с невидимым собеседником, сказал:

– Во славу короля! И к нашей пользе! Да, ещё и за упокой бедного гардемарина, ставшего лейтенантом. Но капитаном ему не быть, к сожалению, но скорее всего к счастью, к нашему счастью. Вот так-то, дорогой Петерс, можете спать спокойно. Известие о гибели этого скоро испеченного лейтенанта вы получите раньше меня, о чём, думаю, с радостью мне и сообщите, думая, что я не знаю этой новости. А мне это уже известно, а вот вам знать, что в министерстве иностранных дел и колоний у меня есть уши и глаза, не надо.

Мужчина выпил налитое до половины и поставил стакан на край стола, и взял ещё одно письмо. Внимательно его изучив, он продолжил беседу с самим собой:

– Наш король задумал жениться и на ком? На лютецкой принцессе! Нашим друзьям это совсем не нужно, но такие вопросы не входят в компетенцию моего ведомства. Ничем помочь не могу, пусть сами подсуетятся, если они этого так уж не хотят. А вот выход эскадры, направляющейся в колонии на восточном континенте, я могу задержать. Это будет стоить…

Мужчина достал чистый лист бумаги и что-то быстро на нём написал, после чего запечатал и позвонил в колокольчик. Явившемуся слуге было сказано, что это частная корреспонденция и поэтому отправке курьерской службой не подлежит.

– Отнеси, голубчик, это в ближайшее почтовое отделение, это письмо для моей тётушки. Она пишет, что ей нездоровится, и я волнуюсь, вот и поинтересовался – не надо ли ей чего. Поспеши, голубчик!


– Странно, что он вам так подробно рассказал о содержании этого письма, – произнёс лорд Галарикс, закончив чтение и посмотрев на стоящего перед ним навытяжку человека, – неужели больной тётушке нужна одна тыква и пять мешков картошки? Здесь, несомненно, какой-то шифр, причём заранее оговоренный. Расшифровать такое послание нельзя и что-либо предъявить его отправителю не получится. Так вы говорите – это письмо надо отправить обычной почтой?

– Так точно! – ответил слуга, которому было поручено отнести письмо в почтовое отделение, и который это письмо доставил совсем в другое место. А лорд протянул письмо второму человеку, находящемуся в кабинете и сидевшему в тени так, чтоб не видно было его лица:

– Запечатайте, как было, и отправьте адресату. Проследите, куда эта корреспонденция попадёт и что предпримет получивший письмо. Адрес нам известен, поставьте людей там, прохождение письма тоже отслеживайте, возможен вариант, что его попытаются изъять до того, как оно дойдёт до адресата. Если всё понятно – выполняйте!

Оставшись в одиночестве, лорд Галарикс задумался, высокое положение отправившего письмо не позволяло провести там обыск, а тем более арестовать того человека. Для ареста требовалось предъявить доказательства преступного действия, а их не было. Оставалось только продолжить наблюдение. Покивав своим мыслям, лорд позвонил в колокольчик и появившемуся сотруднику отдал распоряжения не только продолжить слежку за отправителем письма, но и усилить её, выделив для этой цели ещё нескольких агентов. Не простых агентов, а как можно более опытных!


«Неустрашимому» теперь приходилось идти лавируя, ветер был почти всё время встречный. Корабль шёл на север, полностью обогнув Южный континент. Курс взяли больше на восток, чтоб не встретиться с кораблями Лютеции, базировавшимися на порт в княжестве Халинар. Это тоже было одной из причин, почему надо выбить лютенцев из Хунду.

– Если они построят здесь полноценную базу, то нашим кораблям придётся обходить эти места по большой дуге или идти в составе сильной эскадры, направляясь в Хунду, – заметил Лонг, назвав эту часть южного континента именем уже захваченного альбионцами княжества. Советник, как и Таиса, стоял на носу корабля у погонных пушек. Девушка усмехнулась:

– Им надо сейчас так обходить Каранск.

– Вот потому нам приходится там держать большую эскадру. Если лютенцы пойдут на прорыв большими силами, то они вполне могут разгромить её, если она будет слабая. Удар могут нанести внезапно, а вот силы для отражения этого удара там надо держать постоянно. Даже если они не нанесут нам значительный урон, то смогут прорваться в Халинар. Для ремонта и пополнения запасов хоть и слабую, но базу они тут уже создали. Наши силы попадут в клещи, пока придёт помощь из Альбиона, тут может быть уже всё кончено. Вот нам и надо ликвидировать эту базу как можно скорее.

– И сделать это руками местных жителей, – усмехнувшись, кивнула Таиса и поинтересовалась: – Если мы, вернее, наши местные союзники смогут разбить сухопутные части, то как быть с кораблями? Ведь к стоящим на рейде линкорам, да и остальным кораблям, просто так не подплывёшь. Днём это вообще невозможно, а ночью они возьмут мористее и станут недосягаемы для атаки. А их пушки, уж поверьте мне, способны свести на нет весь успех сухопутной победы.

– Видите эту группу воинов-сикров? – поинтересовался Лонг, дождавшись утвердительного кивка Таисы, продолжил: – Они очень искусные воины, кроме того, они прошли обучение в Каранске. И что самое интересное, во время учебных атак на корабль их замечали только тогда, когда они уже поднимались на палубу.

– Днём? – удивилась Таиса, советник отрицательно качнул головой:

– Нет, сами понимаете – это невозможно. Они это проделывали в утренних или вечерних сумерках, не в полной темноте, а в сумерках! Тогда, когда ещё хорошо видно!

Таиса задумчиво посмотрела на сикров, эти воины точно бы смогли подобраться незамеченными к вражеским кораблям даже днём, их способности позволяли прикрыть пологом невидимости большой штурмовой отряд. Хотя вряд ли эти люди знают такое заклинание, скорее всего – это простой отвод глаз. Альбионцы так и не поняли, как некоторые жители Сикравашти это делают, но с присущей им практичностью решили использовать этот феномен.

– Думаю, вам, лейтенант, пора познакомиться с сикрами, ведь вы будете принимать непосредственное участие в операции, – сказал Лонг, заметив, как внимательно смотрит на людей в белых одеждах Таиса. Подозвав сикров к себе, советник представил им лейтенанта Ланик, после чего назвал имена местных воинов. Таиса вежливо кивала, ни на ком долго не задерживая взгляд, в общем, знакомство прошло быстро.

В одну из ночей «Неустрашимый» подошёл к берегу и из трюмов начали перевозить на берег секретный груз, там оказались не только ружья, но и четыре полевые пушки с клеймами заводов Лютеции.

– Вы думаете, местные это разберут? – спросила у Лонга Таиса, показывая на клейма.

– Не сомневайтесь, разберут, – ответил тот, Таиса кивнула, она давно поняла, что будут пушки, иначе зачем нужен артиллерист? Причём такой, что может несколькими выстрелами нанести максимальный урон, это нужно для того, чтоб как можно сильнее разозлить воинов Паравата. Капитан Глантэн пробовал возражать, когда старший советник заявил, что в секретной операции на берегу будет участвовать лейтенант Ланик. Но приказ есть приказ, тем более если он подписан вице-королём. Конечно, в приказе не было указано, для чего Таиса откомандировывается в распоряжение старшего советника Лонга. Глантэн даже возмутился – сам Лонг остаётся на корабле, а лейтенант Ланик сходит на берег! Но Лонг заявил, что это дело государственной важности и Талиас знает, что должен делать.

Таиса, в такой же одежде, как сикры, только теперь она была не белоснежной, а темно-серой, стояла и смотрела, как грузятся шлюпки. С берега давно был получен условный сигнал, и шлюпки сделали уже один рейс, на «Неустрашимом» осталась только Таиса и два старших сикра.

– Мальчик мой, – расчувствовавшийся капитан обнял Таису, – береги себя!

– Постараюсь, – ответила Таиса, делая титанические усилия, чтоб заставший её врасплох Глантэн не почувствовал девичью грудь. Одежда сикров, в отличие от флотского мундира, была хоть и мягкой, но очень просторной, вот девушка и расслабилась. К объятиям остальных Таиса уже была готова, никто ничего не заподозрил.

Перегруженная лодка медленно плыла к берегу, кроме Таисы, не считая гребцов, в ней был шеек Гунит Нашавати – старший сикр. Шеек, как уже знала Таиса, было у сикров почтительное обращение к старшему. Они все свободно говорили на альбионском, хотя между собой общались на своём языке. Как оказалось, этот язык Таиса не то что знала – он был очень похож на один из известных ей. Девушка вполне понимала сикров, но решила пока не обнаруживать своих знаний, посчитав, что это покажется подозрительным как альбионцам, так и самим сикрам.

Шлюпка осторожно приблизилась к скалам у берега. Матросы передали ружья, увязанные в тюки и пушки с разобранными лафетами. Таиса выпрыгнула на камни и по ним добралась до места на берегу, где стояли лошади и собрался весь отряд сикров, они ждали лодку с последней партией груза, Таису и Нашавати. Лошади к появлению Таисы отнеслись спокойно, она умела скрывать свою сущность. Правда, забеспокоилась лошадка, предназначенная девушке, но Таиса её быстро успокоила. Вытянувшись цепочкой, лошади, среди которых большинство были вьючные, углубились в горы. Как объяснил Нашавати, на этой горной тропе меньше всего шансов с кем-то встретиться, а если кто и увидит, то пока поймёт в чём дело – будет поздно. А с основным отрядом высадившиеся с корабля встретятся только на пятый день.

Дорога по горным тропам если кого и вымотала, но только не Таису. Хотя во многих местах приходилось брать лошадь под уздцы, проводя её по узкой тропе. Таису выматывало совсем другое – вокруг были горы, настоящие горы! Не такие как в окрестностях Норлума. Высокие пики, высокое голубое небо, почти осязаемый простор! Так хочется бросить всё и взлететь! Свечой уйти в это небо! Поймать восходящий поток и, раскинув крылья, наслаждаться парением в вышине!

– Вас что-то беспокоит, сахи? – поинтересовался Нашавати, Таиса чуть улыбнулась:

– Горы! Какая красота! Какой простор!

– Да, сахи, горы Извайя самые большие здесь. Больше только хребет, проходящий с севера на юг и разделяющий, как вы его называете, Южный континент на две половины, Сатьяваши – там, где живут чёрные люди, и нашу страну – Хадараньяни.

Если Таиса и удивилась, то не показала вида, Хадараньяни – со староэльфийского переводилось как земля обетованная, а Сатьяваши – страна мрака. Интересно получается – эльфийский знакомец Таисы не все полторы тысячи лет жил среди дикарей. Здесь он тоже отметился, причём не скрываясь. А то, что он здесь был – никакого сомнения! У учёных, к какой бы они расе не принадлежали, страсть называть всё вновь открытое исключительно на староэльфийском, почти забытом и малопонятном языке, но знание его как бы указывает на учёность и исключительность применяющего его, независимо от того – эльф это или кто-то иной. Но с другой стороны, почему этот эльф предпочёл уйти за непроходимый горный хребет, к дикарям? Что его напугало или заставило? Об этом ничего нет в записях, что дроу отдал Таисе, а он отдал дубликат всех своих записей. Хотя, может, это не тот дроу, были ещё. Этот вопрос Таиса решила отложить на потом, если здесь есть какие-нибудь следы тёмных эльфов или ещё кого, она их обнаружит.

Таиса отвлеклась от своих мыслей, наткнувшись на внимательный взгляд Нашавати, и укорила себя за невнимательность. Считая, что здесь нет ей соперников, она расслабилась, потеряла бдительность, а как невежественный альбионец (насколько Таиса поняла из разговоров своих спутников, они невежественными считают всех пришлых) должна была хотя бы поинтересоваться тем, что означают эти названия, а она задумалась. А этот проницательный сикр понял, что ей известны значения этих слов, и судя по его взгляду, он постарается выяснить, откуда Таиса это знает, при этом он обязательно применит свои особые способности. Лучшая защита – это нападение, Таиса улыбнулась и сказала:

– Я знаю значение этих слов. Откуда? Я, может, расскажу вам об этом, шеек, но расскажу добровольно, ваши умения тут не помогут.

Нашавати очень удивился, настолько, что не смог этого скрыть, этот сахи произнёс всё это на языке сикравашти! Мало того, он явно намекнул, что знает об искусстве вишуни, которым владеет Нашавати. Сикр, молча, сложил пальцы левой руки в знак приветствия своего собрата-посвящённого, но то, что сказал, а потом сделал этот сахи, или не сахи (Нашавати уже не знал, кто перед ним), повергло сикра в шок! Посвящённые приветствуют друг друга тайными знаками, непонятными, да и не заметными для обычных людей, а этот альбионский сахи лейтенант увидел! Таиса поняла, что надо ответить, тоже показав определённый знак, но она не знала какой, поэтому она просто сказала:

– Прошу меня извинить, но я не знаю ваших знаков, но может это убедит вас.

После чего сжала руку в кулак, а когда его разжала, у неё на ладони плясал язычок пламени! Нашавати благоговейно провёл над ним рукой – огонь был настоящим! Сикр, сложив руки на груди, ладонями друг к другу, поклонился – перед ним был посвящённый, достигший уровня вишуни-захисаны! За последние тысячу лет такого не мог достичь ни один посвящённый! Нашавати почтительно спросил:

– Как мне обращаться к вам?

– Лейтенант Ланик, – улыбнулась Таиса, – или по имени – Талиас. И прошу вас, не надо такого почтительного благоговения, не надо афишировать кто я, пусть всё останется по-прежнему, по крайней мере, для окружающих.

– Как скажете, сахи Талиас, – снова поклонился Нашавати и, выпрямившись, сказал: – Для вас я – Гунит, быть рядом с вами большая честь для меня! Но с вашего позволения я бы хотел, чтоб эту радостное известие знал и Рушид Сумисшвати.

– Хорошо, зовите вашего товарища, – вздохнула Таиса, её разговор с Нашавати происходил на привале, немного в стороне от остальных сикров. Подошедшему Сумисшвати Таиса снова продемонстрировала огонёк, но на этот раз она решила похулиганить и зажгла пламя на обеих ладонях, что привело Рушида Сумисшвати в восторг. Впрочем, Нашавати хоть уже и видел это, пришёл не в меньший восторг повторно.


Отряд продолжал движение к границе Паравата. Вроде ничего не изменилось, но остальные члены маленького отряда, видя, как поменялось отношение их командиров к альбионцу (их почтительность стала не показной, как было раньше, а искренней), тоже стали проявлять повышенную уважительность. А Таиса, казалось, этого не замечала, её отношение ко всем сикрам было по-прежнему дружелюбным, без того высокомерия, которое альбионцы проявляют к туземцам. Это ещё больше располагало к ней воинственных сынов Сикравашти.

На третий день пути Таиса заметила, что предводителей отряда что-то беспокоит, и не только их – всех сикров. Хоть внешне они оставались спокойны, но рисунок их ауры изменился. Таиса прямо спросила Нашавати, чем это вызвано? Сикр не стал скрывать:

– Мы выбились из графика движения и можем не успеть к месту встречи с остальным отрядом. А это поставит под угрозу срыва всю операцию. Слишком поздно вышли из Каранска и долго плыли…

– Шли, – поправила Таиса, – не говорите морякам – плыли, могут обидеться.

Нашавати кивнул и продолжил объяснять:

– Нам придётся обойти этот кряж, а это время. То время, которого у нас уже нет!

– Так вот же, прямо перед нами ущелье! Или оно не сквозное? Разве мы не сможем по нему пройти, сократив дорогу и выиграв время?

– Мы так и планировали, сахи лейтенант, но мы вышли к этому ущелью слишком поздно, сейчас полнолуние и равасы очень активны, если в другое время можно избежать их нападения, то сейчас они обязательно нападут! А им мы противостоять не сможем, идти этим ущельем – верная гибель! – пояснил причину своего нежелания идти коротким путём Нашавати. Таиса спросила:

– Равасы? Это кто? Чем они так опасны?

Из дальнейшего рассказа командира отряда Таиса узнала, что равасы нападают на проходящих через это ущелье и выпивают их кровь. Равасы намного сильнее обычного человека, и противостоять им не могут даже многочисленные отряды. Правда, смельчаки проскакивали сквозь ущелье, но делали это во время, когда не было луны, а в полнолуние это было невозможно. Таиса удивилась, судя по описанию и тому, что эти равасы делают со своими жертвами, это должны быть вампиры. До сих пор Таиса ничего о вампирах в этом мире не слышала, ни слухов, ни легенд. Возможно, местные вампиры и были одним из тех чудес, на которые богат южный континент. Но если это вампиры, то какие-то странные, ещё никто, никогда не слышал, чтоб их активность зависела от луны и чтоб эта активность возрастала именно в полнолуние. Было бы понятно – если бы наоборот, когда луны нет и тьма получает власть над миром, вампиры выходят на охоту, но когда всё хорошо освещено, пусть лунным светом… Какие-то подслеповатые вампиры получаются, плохо видят в темноте!

Таиса задумалась, с одной стороны, скорее всего, задержка произошла из-за неё, «Неустрашимый» задержали до приёма у вице-короля, где она получила звание лейтенанта, а с другой – почему она должна переживать из-за того, что операция будет сорвана, ведь не она её планировала? Конец её колебаниям положил Нашавати, заявив, что он рискнул бы провести отряд через ущелье равасов, другого выхода у него нет, в случае неудачи похода, его ждёт бесчестье (почему так должно произойти, Таиса поняла позже, у храма одного из местных богов, самого кровожадного). Но он не хочет подвергать угрозе жизнь своих людей, поэтому ему как предводителю отряда, не выполнившего задание, остаётся одно – ритуальное самоубийство! Таиса приняла решение:

– Мы идём через это ущелье! Думаю, что смогу вас защитить от равасов.

Сикры, когда им было объявлено о дальнейшем маршруте отряда, ничем не выдали своих чувств, хотя к словам сахи лейтенанта отнеслись с некоторым недоверием – как он сможет защитить от нападения равасов? Но никто не стал возражать, и отряд вошёл в ущелье.

Ущелье выглядело обычным – серые скалы каменных стен, кое-где был лес (там, где склоны гор были относительно пологи), ничего мрачного, подтверждающего дурную славу этой узкой долины не наблюдалось. К ночи прошли больше половины пути, можно было бы двигаться и дальше, свет луны позволял, но люди и кони устали. Да и лунный свет – это не дневной, всё-таки дорогу не так хорошо видно. К тому же Таиса решила, что людей, расположившихся на ночёвку компактным лагерем, ей защитить будет проще, чем растянувшуюся цепочку движущегося отряда.

Ничего не предвещало нападения, люди не то что расслабились и потеряли бдительность, просто у них появилась уверенность, что всё будет хорошо. Только Таиса не поддалась общему настроению и с удивлением поглядывала на своих спутников, а те, словно забыв об опасности, стали укладываться спать, при этом даже не выставили часовых! Через полчаса лагерь спал. Таиса почувствовала какое-то движение на самой границе, даже не человеческого, а своего восприятия. Ещё её удивила странная умиротворённость людей, ведь в ущелье они входили с большой опаской и донельзя настороженные. Эта настороженность, и даже страх, который Таиса чувствовала у своих спутников, сейчас совсем пропали, уступив место странной беспечности – лагерь-то никто не охранял! А это было более чем странно, учитывая, что в отряде были только опытные воины и двое одарённых в магическом плане, они-то точно должны были почувствовать неладное! Девушка тоже притворилась, как и остальные сикры, спящей и стала ждать. Причём не просто ждать, а отойдя в сторону, оставив вместо себя иллюзию.

Они были покрыты бурой шерстью, ростом с обычного человека, и передвигались так же, как люди, хотя ноги их больше напоминали лапы. Шли, не скрываясь, видно уверенные, что им сопротивления не окажут. Таиса усмехнулась: уверенность этих существ была понятна – на людей было оказано то самое умиротворяющее воздействие, заставившее их забыть о всякой осторожности. Таиса его тоже почувствовала, но оно на неё не подействовало. Существа, оскалив свои длинные и тонкие клыки, приближались, явно собираясь напасть на спящих людей. Драться со всеми Таиса и не собиралась, решив ударить равасов «воздушным кулаком». Но не успела, кто-то напал на неё сзади, вонзив в шею длинные клыки, вернее, попытавшись это сделать – у дракона такая кожа, что не всякий клык может пробить, независимо от того, в какой ипостаси обладатель драконьей шкуры в данный момент пребывает. Клыки проскрежетали по нежной коже шеи, при этом один сломался. Таиса, схватив набросившегося на неё раваса, легко зашвырнула его в толпу нападавших, остановив её движение. Мохнатые твари повернулись в её сторону, и Таиса ударила, мощный поток воздуха, ставшего твёрдым, как железо, смёл равасов и буквально расплющил о ближайшую скалу. С гибелью мохнатых вампиров (Таиса уже не сомневалась, что равасы – это разновидность кровососущих тварей) исчезло и их воздействие. Спокойно спящие до этого люди беспокойно заворочались и стали просыпаться.

– Как такое вышло, что все легли спать и не выставили часовых? – спросил Нашавати у своего заместителя. Сумисшвати развёл руками, он сам не понимал, как допустил подобную оплошность. Впрочем, Нашавати его не ругал, так как тоже был виноват и его вопрос был чисто риторический, поэтому, не дожидаясь ответа, он скомандовал: – Выставить посты и укрепить лагерь, нападение равасов возможно в любую минуту!

– Гунит, думаю, что нападения сегодня уже не стоит опасаться, оно уже было, – с усмешкой сказала Таиса и показала на скалу, под которой лежали раздавленные равасы. Только сейчас Нашавати и Сумисшвати обратили внимание на разорванную одежду Таисы. Заместитель командира отряда порылся в одном из тюков и протянул девушке, прикрывшейся иллюзией, её одежда пришла в полную негодность, мундир лютецкого офицера. Затем, смутившись, сикр достал комплект одежды как у себя: серые просторные штаны и такую же куртку но с орнаментом, не таким, как у остальных. Видно это была его одежда, так как Таисе она была великовата. Под взглядом девушки Сумисшвати смутился ещё больше и стал почему-то оправдываться:

– Я не знал, что вы, сахи лейтенант, вишуни-захисана. А лютецкую одежду я должен был вам предложить перед самым началом нашей атаки на параватцев, а сейчас дал эту, потому что другой у меня нет, это моя сменная. Извините!

– И труп жителя северного континента в лютецком мундире, должен был свидетельствовать, что в этом замешаны лютенцы, не так ли? – усмехнулась Таиса и спросила: – А если бы меня не подстрелили параватцы, то это бы сделал кто-то из вас?

– Прошу нас простить, но такое приказание мы получили от советника Лонга, – вмешался в разговор до этого молчавший Нашавати. Таиса хмыкнула:

– Почему вы мне это всё рассказываете?

– Мы не можем поднять руку на вишуни-захисану, а после того, что вы для нас сделали, – Нашавати показал на равасов, лежащих у скалы, – мы перед вами в неоплатном долгу!

– Думаю, что хитроумный советник не только меня подставил, но и вас тоже, – ещё раз хмыкнула Таиса, рассматривая свою одежду, – то, что на мне надето, отличается от того, что на вас. А вы, уважаемый Рушид, сказали, что это ваша одежда. Вы должны были её надеть перед атакой, не так ли?

Сикр кивнул, а Таиса спросила у Нашавати:

– У вас у всех есть такие комплекты, не так ли? Меня переодеваете в мундир лютенца, а сами переодеваетесь в одежду, которую носят жители Халинара? Моя догадка верна?

– Если кто-то из нас будет убит и его тело достанется параватцам, то они ничего не должны заподозрить! – ответил Гунит Нашавати.

– Отличный план, – кивнула Таиса и добавила: – Скорее всего, параватцы знают о готовящемся на них нападении, я более чем уверена, что их об этом предупредили и из вас никто не должен уйти живым.

– Но зачем? – искренне удивился Сумисшвати, а вот Нашавати задумался. Таиса пояснила:

– Вы получили приказ не попадать параватцам в руки живыми, следовательно, попав в безвыходное положение будете драться до конца. С одной стороны – это покажет, что нападение совершили халинарцы, а с другой, что они надеются, что к ним придёт подмога. Потому они так яростно и сражаются, надеясь на помощь. Ведь в случае, если бы это были действительно халинарцы, то параватцы их бы казнили, не так ли?

– Да, это так. Но есть ещё одна причина не попадать к параватцам живыми, напавших на крепость подвергли бы пыткам, а потом уже убили бы, – согласно кивнул Нашавати и продолжил мысль Таисы: – У них тоже есть вишуни. Любой человек, под воздействием пыток и допрашиваемый вишуни, расскажет всё, что знает. Вот поэтому мы не должны попадать в плен, ни мы, ни вы.

– Отличный план, – повторила Таиса и продолжила говорить, раздумывая вслух: – Отряд жителей дружественного княжества посылают на задание, с которого они не должны вернуться. Их сопровождает молодой лейтенант, недавно получивший это звание и старающийся оправдать оказанное ему доверие. В итоге, они все гибнут, в том числе и лейтенант, переодетый в форму лютецкого офицера, тем самым подтверждая то, что напавшие связаны с лютенцами. Все погибли, выполняя задание, секретность соблюдена, никто не догадается, какая была совершена диверсия. Браво, советник Лонг, думаю, после этой операции вас будут называть сэром, а мой друг Харни Солсбэр и так лорд, хотя после этого ему до должности товарища министра, а может и министра, один шаг! Кстати, ваш правитель знает, чем вы занимаетесь под руководством альбионцев?

Нашавати кивнул:

– Шатуртарам Лиджаваши знает, что мы сейчас служим в войсках альбионцев и только. Мы были откомандированы, когда князю предложили помощь в войне против Халинара. Население, а следовательно, и армия нашего княжества слишком малы, чтоб противостоять армии Халинара. Альбионцы обещали, что они помогут и уговорят Парават выступить на нашей стороне!

– Теперь вам понятно, каким образом будет организована вам помощь Паравата?

Оба сикра ничего не сказали, только утвердительно кивнули. Таиса произнесла:

– Во славу короля или во славу вашего князя. Вы знаете на что идёте и тем не менее идёте. Даже зная, что погибнете.

– Мы выполним свой долг! – немного напыщенно произнёс Сумисшвати, Таиса согласно кивнула:

– Не сомневаюсь, но я позабочусь, чтоб вы остались в живых, чтоб моё спасение не выглядело подозрительным в глазах моего высокого командования.


Вечером пятого дня, после того как группа Нашавати прошла ущелье равасов, она соединилась с более многочисленным отрядом. Таиса ещё раз продемонстрировала пламя на ладонях – в большом отряде было ещё двое посвящённых, и Нашавати не счёл нужным скрывать от них такой радостной новости – появления вишуни-захисаны! Большой отряд составляли не только сикры, там были ещё халинарцы в количестве, превышающем число сикров раз в десять. В отличие от сикров они безучастно сидели на земле, глядя на мир пустыми, ничего не выражающими глазами. Таиса присмотрелась к одному – кроме того, что он был опоен каким-то наркотиком, его ещё и ментально обработали, приведя в состояние растения.

– Такое количество пленных трудно держать в повиновении, а если они поймут – для чего их захватили, то предпочтут умереть сразу, вот поэтому им дали выпить отвара опия и провели соответствующий обряд, – Нашавати заметил интерес Таисы и объяснил, что сделали с этими людьми, явно рассчитывая на похвалу. Таиса кивнула, ничего не сказав, что альбионцы, цивилизованные относительно недавно, что жители Хунду, с тысячелетней историей за плечами, в достижении своих целей применяли одни и те же методы.

На следующее утро, ещё до рассвета, соединённый отряд занял позицию напротив небольшого приграничного городка-крепости Паравата. Пушки Таисы располагались немного выше того места, что заняли стрелки. Хотя назвать стрелками этих опоенных и зомбированных людей было очень трудно – они просто лежали, сжимая ружья.

Нашавати подал сигнал, и атака началась, вернее псевдоатака. Таиса двумя залпам четырёх пушек выбила ворота крепости, а стрелки открыли беспорядочный огонь из своих ружей, сделав по одному выстрелу каждый. Выстрелив, халинарцы, повинуясь своему кукловоду, поднялись в атаку, и тут же были выбиты огнём со стен, двух, что замешкались, добили сикры. Таиса увидела сквозь створки разбитых ворот накапливающуюся конницу и указала на это Нашавати, стоявшему рядом. Тот невозмутимо кивнул:

– Так и должно быть. Там сейчас старый гарнизон и тот, что пришёл ему на смену. Халинарцы не рассчитали и нарвались на превосходящие силы. Потеряв много своих, – сикр, небрежно махнув в сторону мёртвых, лежащих перед стенами крепости, продолжил, показав на пушки: – А также пушки, полученные от своих союзников лютенцев, вынуждены были отступить.

– Там не только старый гарнизон и тот, что пришёл ему на смену. Конников гораздо больше, чем должно было быть. Как я и предполагал, параватцы предупреждены о нападении и подтянули дополнительные силы. Да, пожалуй, самое время уходить, а то можем и не успеть, – согласилась Таиса и, посмотрев на всадников, выезжающих из ворот, добавила: – Но и заряды к пушкам оставлять не годиться, у меня ещё по одному на орудие осталось, картечь.

Картечь не нанесла урона конникам, находившимся ещё слишком далеко для гарантированного поражения, но заставила тех замешкаться, это дало возможность сикрам беспрепятственно уйти. Они хоть и оторвались от погони, но ненадолго. Обозлённые параватцы настигали, а кони сикров, утомлённые длительным переходом, не позволяли уйти в отрыв.

– Никого из нас не должны захватить живыми, – спокойно, словно приглашая на завтрак, сказал Нашавати, – но даже если мы бросимся в пропасть, вишуни параватцев определят кто мы и могут понять, что произошло. Вы были правы, сахи лейтенант, нам не дадут уйти – у преследователей свежие кони. Паравтцы словно готовились к погоне и уверены, что смогут захватить кого-то из нас живьём или относительно целый труп, чтоб допросить, пока он не остыл и можно удержать в нём жизнь. У нас одна дорога – через полмили поворот, будем уходить тем путём. Если, конечно, уйдём.

– А что там не так? – спросила Таиса.

– Долина смерти! Там среди гор расположена долина, в которой живут демоны! Никто не вышел оттуда живым!

– Ваш ответ, уважаемый Гунит, подразумевает то, что из долины выходили только мёртвые. Не поясните ли?

– Ценю ваш юмор, – изобразил улыбку Нашавати, – мёртвые тоже не выходили. Мёртвые ходить не могут, к сожалению, поэтому и рассказать не могут, что же в той долине происходит.

Таиса усмехнулась, она-то знала, что мёртвые очень даже могут ходить, но вот разговорчивостью не отличаются. Хотя… местные достигли некоторого успеха в умении разговорить мёртвых, правда, только тогда, пока те не остыли и могут ещё говорить. Но если бы из той долины и повалила толпа зомби, то они вряд ли рассказали, что же там произошло. Через полмили отряд свернул на неприметную тропку и только успел скрыться за поворотом, как показалась погоня. Никто, естественно, этого не видел, но Таиса почувствовала, она и Нашавати ехали последними. Сообщив об этом сикру, Таиса добавила:

– Среди наших преследователей, четверо одаренных, вишуни, как вы говорите.

Нашавати кивнул, а Таиса озабоченно спросила:

– Не продолжат ли они преследование? К тому же по малочисленности нашего отряда они могут понять, что нападение на их крепость было провокацией, даже не допрашивая ваши трупы.

Нашавати отметил, что этот лейтенант сказал «ваши», видно, сам он был уверен, что избежит подобной участи, и это обнадёжило сикра – альбионец не пытался уйти, прикрывшись отрядом сикров, а двигался вместе с ним. Нашавати пояснил, от волнения излишне словоохотливо, повторив ранее сказанное и известное Таисе:

– Они если и продвинутся по тропе, то не больше полумили, просто, чтоб не дать нам уйти, если мы решим вернуться. А Парават и Халинар давно находятся в состоянии необъявленной войны. Раньше был почти паритет, а сейчас Халинар становится сильней, к тому же если им помогут лютенцы, то у маленького горного княжества шансов нет. А тут такой повод напасть первыми, пока халинарцы не готовы, упускать такой шанс нельзя. К тому же Паравату обещана помощь и нами, и альбионцами, но только в случае нападения на него. Надо же изобразить миролюбие для остальных княжеств, а то там могут подумать, что следующими в очереди могут быть они. Возможно, наши преследователи и догадались, что произошло на самом деле…

Таиса кивнула, принимая слова сикра к сведению, выходит – войны хотели все, но начали её те, кому это было выгодно сделать именно в данный момент. Получается, что и параватцам выгодно, чтоб в напавшем на них отряде не осталось живых. Доказательств, что атаковали халинарцы уже более чем достаточно, и лишние свидетели не нужны, пусть это и дружественные сикры. Но оставался ещё один фактор, который должен был быть учтён в боевых действиях, о нём Таиса и спросила:

– А корабли лютенцев в Халинаре, если мы задержимся…

– Не беспокойтесь, сахи Талиас, ими будет кому заняться. Мы не единственные вишуни в Сикравашти, наше исчезновение не помещает атаке на корабли лютенцев, – попытался улыбнуться Нашавати, но у него это не получилось. Таиса постаралась в ответ улыбнуться как можно более ободряюще:

– Не надо отчаиваться, шеек Гунит, мы будем первыми, кто пройдёт вашу долину смерти. Заодно и глянем, что там такое и почему она так называется. Что-то у вас слишком много таких долин: то – равасов, то просто и бесхитростно – смерти. Ваши горы полны чудес, но эти чудеса какие-то однообразные, все приводящие к летальному исходу. Пора с этим разобраться. Имею в виду эту долину, с равасами уже всё ясно.

Казалось бы, слова Таисы были просто утешением, но сикр как-то приободрился, стал более уверенным. Он, как и все остальные, был какой-то потерянный после поворота на эту дорогу, словно приговорённый, которого уже ведут на эшафот. Глядя на то, как повеселел их командир, воспрянули духом и остальные. Таиса очередной раз подивилась такой смене настроения. Похоже, эти люди верили своему начальству безоговорочно или надеялись на него.

Тропа спустилась вниз, на самое дно ущелья, а само ущелье становилось всё уже и мрачнее. Солнце уже поднялось довольно высоко, но здесь было пасмурно, почти темно. Да и сама обстановка, казалось, навевала ужас. Снова приунывшие сикры двигались вперёд с обречённостью фаталистов. Таиса и Нашавати переместились во главу колонны и теперь внимательно смотрели вперёд и по сторонам. Несмотря на мрачность окружающей обстановки, Таиса опасности не чувствовала, она свою ауру не открывала, но приготовилась это сделать, если появится что-то серьёзное.

– И где же долина? – спросила девушка у едущего позади Нашавати. Ущелье стало настолько узким, что ехать рядом уже не получалось. Таиса развела руки и коснулась противоположных стен. – Это ущелье похоже на узкий коридор.

– По легенде должна быть долина, но я же говорил – отсюда никто не возвращался, – ответил шёпотом сикр. Таиса чуть заметно кивнула, видно, это ущелье стало непроходимым так давно, что память о том, что это не долина уже стёрлась.

Неожиданно стены разошлись в стороны, и ущелье таки стало похожим на долину, только вот стены его по-прежнему уходили отвесно вверх, там клубилась серая мгла, не пропускавшая лучи солнца. Но не это заставило остановиться отряд, расширившееся ущелье было заполнено животными и людьми. Все они были высушены до состояния мумий, скорее, скелетов, обтянутых кожей. Таиса открылась, только так она могла противостоять тому, кто здесь хозяйничал. Но никто из сикров-вишуни на это не обратил внимания, они, как и остальные, с ужасом смотрели на картину, окружающую сбившихся в плотную кучку людей.

– Долина смерти! – свистящим шёпотом произнёс Нашавати.

– Скорее яма с объедками, – спокойно ответила Таиса и, посмотрев вверх, предложила: – Давайте остановимся, подождём хозяина здесь.

– Кого? – выдохнул сикр. Таиса глянула на своего обычно смуглого спутника, сейчас ставшего серым. Если бы он был не таким смуглым, то побелел бы до цвета мела. Чуть усмехнувшись, она ровным голосом произнесла:

– Странно, что он не ожидает нас при входе, скорее всего, испугался, хотя эти твари никого не боятся, да и чего меня пугаться.

Словно услышав её слова, серая дымка впереди стала сгущаться, и к людям оттуда потянулись тёмные щупальца. Словно сотканные из тёмного, почти чёрного дыма они внушали даже не страх, ужас! Люди застыли не в состоянии пошевелиться, словно неведомая сила их лишила возможности двигаться. Только Таису эта атака не испугала, скорее позабавила:

– Я-то думала здесь достойный соперник, а ты, бедолага, так отощал, что аж убивать тебя жалко, но придётся. Но сначала мне бы хотелось выяснить, как ты сюда попал и кто тебя тут закрыл. Ведь ты же из этой щелеобразной долины выбраться не можешь. Ну и, как я поняла, сюда никто не ходит, – Таиса посмотрела на высохших людей и животных, – эти бедняги забрели сюда не меньше чем пару столетий назад, а ты совсем не обессилил, значит, тебя кто-то подкармливает. Вот я и хотела бы выяснить – кто? И зачем?

Нашавати слушал, что говорила Таиса, и ничего не мог понять. Сахи лейтенант говорил на каком-то непонятном, рычаще-шипящем языке. Словно рычала большая змея, если бы змеи умели рычать. Когда Таиса замолчала, сикр вспомнил, где он слышал подобное, так читали священные тексты служители храма Виджунны! Древнего и грозного божества! Страшного и беспощадного! Этот культ был запрещён в незапамятные времена, так как его служители приносили своему божеству человеческие жертвы! Но хоть и было объявлено, что такого божества не было (по другой версии оно было убито добрым Ишвашаном), последователи этого бога продолжали в него верить и по-прежнему приносили жертвы, хоть это и было запрещено. Жрецы читали, пытаясь произносить священные слова так, как их говорил Виджунна, но разве человеческое горло может произносить то, что говорил грозный, кровожадный бог? А сейчас Нашавати, уловив что-то знакомое из когда-то услышанного, мог поклясться, что именно так надо произносить священные тексты того бога. А худенький юноша-альбионец выставил вперёд ладони, и дымные щупальца словно упёрлись в стену. Юноша слегка пошевелил пальцами, и щупальца вспыхнули. Раздался оглушающий визг-вой, юноша поморщился, и гигантский огненный клинок разрубил тёмное облако. Юноша снова зарычал-зашипел:

– Интересно, откуда здесь взялся луввок? Сами они в межпространственные дыры не лазят, его явно кто-то сюда притащил.

Таиса потёрла в раздумье подбородок, этот ментальный хищник не мог сам попасть сюда, они в переходы не суются, даже если видят там добычу, значит, его кто-то туда подтолкнул. Хотя луввок был один и ослабленный, но без специального амулета, Таисе справиться с ним было совсем непросто. Внешняя небрежность расправы вымотала её и выпила почти весь резерв. Ведь накопителей с собой у неё не было, да и зачем они здесь? Так думала Таиса раньше, но горы этой страны подсунули очень неприятный сюрприз. Мало того, что страна носит эльфийское имя, так здесь ещё и твари живут, которых не должно быть в этом мире! Таиса повернулась к своим спутникам и чуть не выругалась, все они лежали ниц, уткнувшись лицом в землю, только Нашавати, так и оставшийся серым от страха, смотрел на Таису круглыми глазами.

– Не убивай нас, Виджунна! – едва шевеля губами, произнёс сикр. Таиса вздохнула, что ей теперь делать с этим несчастными, не убивать же в самом деле. Проще было бы закрыться от луввока и оставить сикров ему на съедение. Но теперь её будут считать этим неизвестно кем, Таиса тихо произнесла:

– Встать! Всем встать! Я к вашему Виджунне не имею никакого отношения, даже близко не стоял. Понятно? И не смейте меня так называть! А теперь сели в сёдла и поехали дальше. Не мешало бы перекусить, но всё это, – Таиса показала на разбросанные вокруг мумии, – аппетиту не способствует.

Она могла бы добавить, что вполне может есть и в подобной обстановке, но как это воспримут и так запуганные сикры? Спутники Таисы безропотно поднялись, сели в сёдла и двинулись дальше. Девушка показала Нашавати, чтоб он занял место рядом с ней и попросила:

– Уважаемый Гунит, расскажите мне, пожалуйста, об этом Виджунне всё, что вы знаете.

Сикр поперхнулся, не понимая, почему грозный бог просит рассказать сам о себе? Или это его воплощение, но вроде и в этом случае он должен знать о себе. А Таиса, заметив, что Нашавати смотрит на неё не только со страхом, а ещё и с плохо скрываемой ненавистью, состроив как можно более наивное лицо, снова попросила:

– Ну пожалуйста, расскажите. Должен же я знать о том, за кого вы меня принимаете. Возможно, мы с ним встретимся и мне придётся драться ещё и с этим богом, я очень надеюсь на вашу помощь. Ведь мы должны не просто победить его, а уничтожить саму веру в него!

Нашавати вздохнул и, опасливо косясь на этого непонятно кого, стал рассказывать. Чем больше он рассказывал, тем больше хмурилась Таиса, а когда сикр дошёл до описания одного из воплощений кровожадного бога, девушка поняла, что этот Виджунна был её соплеменником и именно он притащил сюда луввока. А жертвы ему нужны были, чтоб эту тварь кормить. Первоначально всех предназначенных в жертву этот Виджунна забирал живьём и относил сюда в долину. Пару проходящих по этому пути караванов луввок сам оприходовал. Похоже, вот так и родилась эта легенда о долине смерти, а может, и Виджунна способствовал этому, скорее всего, чтоб держать луввока впроголодь, так сказать в постоянной боевой готовности. Потом Виджунна куда-то пропал, возможно, спрятался, а его поклонники продолжали добросовестно кормить луввока, принося жертвы в одном храме, в горах. Как сказал Нашавати, заканчивая свой рассказ – где этот храм никто не знает, только жрецы Виджунны. Верующих туда проводят в состоянии транса и, вернувшись с кровавого богослужения, дороги к храму они не помнят.

– Скорее всего, мы к этому храму и выйдем, когда пройдём через эту долину. Ваш Виджунна должен был предусмотреть такой вариант, ну, своего длительного отсутствия. Там, вероятно, что-то сделано так, чтоб жертвы попадали в эту долину, причём – живыми, луввока надо подкармливать. – Таиса задумчиво жевала травинку, слушая Нашавати. Они уже прошли почти всю долину и сделали привал. Пока остальные готовили еду, Таиса попросила сикра продолжить рассказ. Теперь ей стало многое ясно. Нашавати закончил рассказ и теперь преданно смотрел на Таису, уверенный что она не Виджунна, а божество, пришедшее его уничтожить, возможно и сам Ишвашан! А девушка, выдающая себя за альбионского лейтенанта, улыбнувшись, заявила:

– Вы, уважаемый Гунит, говорили, что культ Виджунны запрещен? Но тем не менее он существует и, скорее всего, будет существовать, пока есть этот загадочный храм и жрецы в нём. Так вот, мы ликвидируем то и другое.

– Но как же… – начал Нашавати и уже уверенный, что его догадка верна, упал ниц. – О могучий Ишвашан! Прости ничтожного, что не узнал тебя сразу! Твой лик…

– Ясное солнышко, а ещё и светлый месяц, – скривилась Таиса и громко произнесла, так чтоб слышали все сикры:

– Я лейтенант Талиас Ланик, ваш боевой товарищ! Хорошенько это запомните и никаких божественных почестей мне воздавать не надо! Поняли? А кто не понял – оторву голову и в задницу засуну!

Впечатлённые этой короткой речью, сикры молчали. Может, они поняли, что бог не хочет, чтоб о его новом воплощении знали. Ведь он хочет окончательно уничтожить злого Виджунну, значит, это воплощение Ишвашана. А может, пытались представить себе картину, нарисованную этим лейтенантом – как он будет им засовывать оторванные головы.


Глава седьмая. Река больших крокодилов и офицерские эполеты | Попутный ветер в парусах | Глава вторая. Поединок соплеменников и немного о богах