home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава четвёртая. Новая богиня и её милость

Сикрашат, расположенный на склоне горы, был частично вырублен в её скальной породе. Опоясывавший гору, словно резное ожерелье, город Таисе понравился. Поднявшись по вьющейся серпантином дороге к закрытым городским воротам, девушка-лейтенант обратила внимание на чёрные флаги над ними.

– Я так понимаю – это траур, чёрный цвет – обычно, знак траура, а обилие флагов этого цвета свидетельствует, что он объявлен в знак смерти кого-то очень важного. Так? – обратилась Таиса к Нашавати, снова возглавившему отряд. Тот растерянно посмотрел на девушку:

– Да, это так, но вот причина?.. Неужели князь? Девять флагов – княжеский знак!

Нашавати ударил молотком в большой щит, как и молоток, висевший тут же, у ворот. Из открывшегося окна над воротами высунулась лохматая голова стражника. Он многословно ответил на вопрос командира отряда:

– Траур объявил князь, на две недели, неделя уже прошла. По ком, так я же и говорю, по своей погибшей любимой дочери объявил – красавице Исинали. Её похитили служители Виджунны, и его жрецы принесли княжну в жертву своему злобному богу. Бедная девочка! Теперь, по случаю траура, князь приказал закрыть ворота и никого не пускать в город. Не выпускать тоже. Беспокоить князя тоже нельзя – он в печали, может приказать казнить того, кто побеспокоит.

– Да, принцесса, пока не кончится по вам траур, нас в город не пустят. Целую неделю придётся ночевать под стенами, по-походному. Непонятно, чего мы так спешили? – Таиса задала вопрос княжне и всем остальным сикрам. Повернувшись к воротам, спросила у стражника: – А не скажете ли, милейший, откуда такие сведения?

– Так жрецы Ишвашавана поведали, сказали, что им об этом стало известно из откровения доброго бога, – пояснил стражник, с удивлением глядя на альбионца (об этом говорили – белая кожа и черты лица, отличающие этого юношу от местных жителей), свободно объясняющегося на языке сикров, а тот, тихо хмыкнув, произнёс так, чтоб слышали только Нашавати, Исинали и Сишта:

– Очень странно, насколько я знаю, добрый бог Ишвашаван двести лет сидел в пещере и носа оттуда не высовывал, и не так давно покинул этот мир, так что откровенничать за минувшие две недели никак не мог. А похитители Исинали не афишировали, что они служители Виджунны, к тому же свидетелей этого не осталось – тех, кого не убили на месте, увели для жертвоприношения. Разве что того предателя замучили угрызения совести, и он раскололся, но в это трудно поверить. А жрецы доброго бога очень оперативно получили информацию – ведь траур уже сколько? Неделю длится, да и то, что Исинали в жертву принесена… Хоть этого не случилось, но так должно было быть. Я не хочу обвинять жрецов эльфа-самозванца, но мне кажется, что пора менять объект поклонения, вернее, его жрецов, не исключено, что они подрабатывали и у Виджунны, так сказать – по совместительству. Сишта, девочка, стукни по воротам, да не кулаком. Я просила только постучать. А не выбивать ворота! Ну ладно, поехали, принесём князю радостную весть первыми, может, наградит.

Таиса первая въехала под арку, за ней двинулись остальные. Потерявший дар речи стражник высунулся до пояса в окно, а потом сбежал по лестнице вниз – тяжёлые дубовые створки, которые не всякий таран возьмёт, совершенно целые лежали на дороге.


Шатуртарам Лиджаваши сидел на троне и предавался тяжёлым раздумьям. Его не радовала даже быстрая победа над Халинаром и как результат этого – территориальные приобретения. Конечно, Парават получил больше, но и Сикравашти немало досталось, а береговую полосу с расположенными там городами забрали себе альбионцы. Правитель Сикравашти тяжело вздохнул, пока он победоносно воевал, пропала, вернее её похитили, единственная любимая дочь. А жрецы Ишвашавана принесли горестную весть – Исинали принесена в жертву Виджунне. Надо было соглашаться, когда Гунит Нашавати просил её руки, он сумел бы защитить девочку. Но того, что было, не вернёшь, Шатуртарам застонал от вновь нахлынувшего горя, чувства вины и бессилия – он, правитель княжества, имеющего самых лучших воинов Хадараньяни, оказался бессилен перед служителями злого бога. Он не смог защитить свою любимую дочь – копию умершей жены. Князь поднял руки к небу и громко закричал:

– Будь ты проклят, мерзкий Виджунна! Чтоб ты сгинул! О-о-о! Зачем мне жить, если моей девочки больше нет! Если бы я мог всё исправить! Я бы не стал отказывать Нашавати, я бы отдал ему полкняжества…

Князя прервали стражники, кубарем влетевшие в тронный зал. Вслед за ними вошёл незнакомый пепельноволосый юноша с ашуланой Сиштой, а за ними Гунит Нашавати с Исинали под руку.

– Можно ли ваши слова, уважаемый князь, считать разрешением на брак доблестного Гунита Нашавати и несравненной Исинали? На половину княжества он не претендует, ведь так, шеек Гунит? – произнёс незнакомый князю юноша, впрочем, Шатуртарам его не слушал, он бросился обнимать свою дочь. Немного придя в себя, князь заметил, что все стоят и почтительно ждут, когда он закончит демонстрировать свои родственные чувства, а этот пепельноволосый юноша занят тем, что рассматривает его трон, восхищённо цокая языком:

– Какая красота! Такая мелкая резьба и столь филигранно выполненная, нет, такое вырастить невозможно! Как бы меня в этом светлые не убеждали. Жаль, что нельзя сюда привести Машкринаэля, он, в отличие от остальных, оценил бы!

– Это кто? – спросил князь у Нашавати, кивнув в сторону своего трона и непочтительного юноши, ответила Таиса:

– Лейтенант королевского флота, Талиас Ланик.

Нашавати нагнулся к уху правителя и что-то зашептал, глаза князя, по мере того как он слушал, округлялись всё больше и больше. А Гунит, закончив говорить, с поклоном повернулся к Сиште. Девушка развела руки, сжатые в кулаки, разжала, и с ладоней вверх устремились языки пламени, а сама Сишта покрылась чешуёй.

– Это правда? – спросил князь у Таисы, почему-то шёпотом, а та пожала плечами:

– Почему-то люди, в отличие от большинства разумных, не верят даже своим глазам и требуют всё новых и новых подтверждений очевидному.

Князь поклонился Таисе:

– Будьте моим гостем, сахи лейтенант!


Таиса стояла на балконе комнат, выделенных ей в княжеском дворце, и любовалась закатом, рядом с ней стоял Эдвар Фантор, майор, представитель альбионской короны в княжестве Сикравашти. Если Таиса была в одежде воина сикра, то Фантор был затянут в парадный мундир альбионского кавалериста. Повернувшись к Таисе, майор сказал:

– Вам, лейтенант, выделили апартаменты раза в пять больше моих, один бассейн чего стоит!

– Вы завидуете? – улыбнулась Таиса.

– Да нет, – ответил майор, – просто такая щедрость настораживает. Знаете ли, коварство здешних жителей, а владык особенно, не знает границ. Такая шутка вполне в их духе – щедро одарить обречённого на смерть, не приговорённого – потому что тот знает, что его ожидает, а именно обречённого, его-то могут убить в любой момент, даже во время вручения очередного подарка.

– Эти апартаменты, как вы, майор, выразились, не подарок, мне их выделили временно, до моего отъезда. Сами понимаете – я же их не увезу, – засмеялась Таиса. Но Фантор остался серьёзным:

– Даже временно это помещение – подарок! Я бы на вашем месте, перед тем как утром купаться в бассейне, проверял – не запустили ли ночью туда крокодилов.

– И как вы предлагаете это делать? Опускать туда руку или ногу и смотреть, не откусят ли её. Или спихивать туда служанку?

– Кстати, о служанках, я понимаю – вы молоды и всё такое прочее, но почему вам дали именно служанок, а не слуг, да ещё в таком количестве? – задавая вопрос, майор даже поджал губы, Таиса, перестав улыбаться, серьёзно ответила:

– Вы же сами сказали – дело молодое, да и вряд ли мужчины стали бы вытирать пыль, менять воду в бассейне, взбивать перины, кстати, тут ещё и замечательная кровать – в половину комнаты…

Это замечание Таисы майор воспринял почти как издёвку и ещё больше поджал губы, а она так же серьёзно продолжила:

– Вы должны были заметить, что здесь нет слуг мужчин, почти. Каждый мужчина – воин, и если слуга, то уже не мужчина, в самом прямом смысле этого слова, вы уже здесь давно, но странно, что не знаете этого.

– Вы-то откуда это знаете, если… – майор почти не скрывал своего недовольства, он тут уже почти полгода, а этот лейтенант всего несколько недель, но при этом пытается обвинять его, старого разведчика, в недостаточной компетентности. Таиса, заметив недовольство майора, ответила:

– Вы хотите сказать – всего несколько дней, ну недель, и так много узнал? Я общался с местными воинами, так сказать, в естественной обстановке, вам должна быть известна настоящая миссия отряда Нашавати. А бой, он, знаете ли, сразу показывает, кто чего стоит, и объединяет участвовавших в нём. А нам пришлось немного повоевать, я вам докладывал. Спасение принцессы было совсем непростым делом, если бы не внезапность…

– Да, да, я читал ваш доклад и слышал отчёт Нашавати князю. В своём рассказе он представил это почти как эпический подвиг, особо отметив ваше в нём участие. У вас же это показано как цепь удачных случайностей.

Таиса пожала плечами:

– Так оно и было, я совершенно не виноват, что мы вышли на тот храм. Да и бочонок пороха… Я артиллерист, а бросать боеприпас…

– Да, да. Я знаю ваше отношение к пушкам, – согласно кивнул майор, а Таиса чуть заметно улыбнулась – оперативность разведслужбы впечатляла, а может, и старшего советника Лонга, озаботившегося, чтоб информация о лейтенанте, отправленном для выполнения некоей деликатной миссии, была оперативно доведена до всех альбионских резидентов. Девушка, продолжила:

– Ну раз вы это знаете, то должны понимать, что оставить неиспользованные заряды я просто не мог. А храм того бога стоял на скале, правильно заложенный заряд нарушил равновесие, и довольно большое строение просто съехало в пропасть. Понятно, что одного небольшого бочонка, чтоб разрушить храм, не хватило бы. Как видите – чистое везение.

Майор ничего не сказал, только кивнул – вот такие случаи позволяют выскочкам делать стремительную карьеру, в то время как остальным приходится добиваться повышения годами безупречной службы.

– Сахи лейтенант! Сахи лейтенант! Они идут! А там Сишта! – на балкон влетела запыхавшаяся Исинали, сопровождаемая Нашавати, своим отцом и воинами охраны.

– Вижу, не волнуйся, всё будет хорошо, – спокойно ответила Таиса, она уже давно наблюдала за толпой с факелами, двигавшейся к строящемуся храму. Начинавшийся строиться как храм Ишвашавана, он был приказом князя передан Сиште, как верховной жрице новой богини.

– Жрецы Ишвашавана подняли его последователей, не смирившихся с появлением новой богини, к ним присоединились скрывавшиеся почитатели Виджунны, их оказалось довольно много, теперь они все направляются к храму богини Тайшаваланикатионы. Я не исключаю, что, после того как захватят храм, они могут пойти на дворец! – озабоченно произнёс начальник дворцовой стражи, эта должность в княжестве соответствовала министру или начальнику службы безопасности.

– Сахи Талиас! – воскликнула Исинали, схватив Таису за руку, та, накрыв руку княжны своей, успокаивающе погладила и произнесла:

– Не беспокойся, всё будет хорошо!

Майор Фантор с удивлением смотрел – почему-то княжна за помощью обратилась к этому лейтенанту, а более чем вольное поведение того не вызвало не то что возмущения, даже возражений со стороны жениха и отца девушки. Ещё майора раздражало знание этим выскочкой лейтенантом местного языка, когда он только успел его так досконально выучить? Весь разговор вёлся в быстром темпе, и Фантор не всё понял, хотя он в княжестве уже несколько лет и старается выучить язык туземцев, хоть это и не пристало альбионскому аристократу.


Сишта стояла на ступенях недостроенного храма и смотрела на приближающуюся толпу. Впереди шли жрецы Ишвашавана и несколько уцелевших Виджунны. Десяток воинов, стоящих ниже, вряд ли смогут защитить новую жрицу от разгневанной толпы, даже задержать этих людей будут не в силах – стражу просто сомнут и затопчут. Девушка подняла руку с горящим огненным шаром, его свет осветил кожу, покрытую серебристой чешуёй. Тайша учила – огненный шар нельзя долго держать, он взорвётся, Сишта не хотела бросать его в толпу, ведь там были не только жрецы, но и простые люди. Не годится начинать поклонение новой богине с убийства людей. Девушка бросила шар, и он яркой вспышкой лопнул над надвигающейся толпой.

– Ишвашаван нас защитил! Бейте самозванку! – закричал идущий впереди жрец, тоже зажигая на кончиках пальцев огненный шар. Сишта поняла. что если хочет уцелеть – то надо драться! Но убивать людей, вся вина которых только в том, что их обманули? Сишта в отчаянии подняла руки к небу:

– О Тайшаваланикатиона! Помоги мне! Вразуми неразумных!

– Сейчас, – пророкотало сверху, – вразумлю неразумных и покараю особо упрямых!

Свет факелов померк в багрово-красном свете, льющемся сверху. Испуганные люди замолчали, они с ужасом смотрели на громадного бронзового дракона, парящего над площадью. Он был в несколько раз больше статуи Виджунны, что была в разрушенном храме, впрочем ту статую видели немногие из присутствующих. Если остальные испугались, то служители Виджунны застыли в ужасе – грозный бог, или богиня значительно превосходила их божество в размерах, а значит, и в силе. А голос, напоминавший гром, продолжил:

– Я покарала Виджунну, пощадив поклоняющихся ему, но они не сделали выводов. Мне пришлось прийти, потому что Ишвашаван не смог справиться с Виджунной и прекратить человеческие жертвоприношения! Я послала к вам свою жрицу, но вы не слушаете её! Чаша моего терпения переполнилась, я не хотела карать, но придётся!

Поток огня пролился на толпу, люди в ужасе закричали, но пламя было холодным и никому не причинило вреда, только напугало. А вот жрецы как те, что были впереди, так и те, что находились в толпе, вспыхнули факелами. Несколько мгновений и на месте этих людей остались кучки пепла. Толпа в едином порыве повалилась на колени, упали поклонники обоих богов конкурентов – явился новый бог, вернее, богиня более могущественная, чем Ишвашаван, и более грозная, чем бог-дракон Виджунна. А бронзовая богиня-дракон пророкотала:

– Надеюсь, вы запомнили?

Затем дракон опустился на широкие ступени храма между застывшими воинами и Сиштой. Слегка наклонив голову к девушке, богиня-дракон снова пророкотала, но уже не так грозно:

– Чтоб вы не забывали о том, что я сказала, я даю вам жрицу! Она будет передавать вам мою волю! Непослушание ей будет неотвратимо и строго караться! Отныне и вовеки Сишта – моя верховная жрица.

Дракон обернулся к готовой колоннаде недостроенного храма и дохнул на неё огнём. Колонны засияли золотистым светом, дракон, слегка склонив голову, ещё одним выдохом сделал золотистой крышу, до этого серую… На самом деле камень остался камнем, Таиса изменила его структуру у самой поверхности, в очень тонком слое. Дракон посмотрел своими янтарными глазами на толпу и прогремел:

– Вот вам доказательство моего величия!

Взмахнув крыльями, дракон взмыл в небо и исчез. А Таиса, к которой прижалась Исинали, сказала той:

– Вот видишь, всё хорошо.

Только она с принцессой, да ещё майор Фантор, остались стоять, остальные опустились на колени. Пришедший в себя альбионец-резидент спросил шёпотом:

– Что это было?

– Я так понимаю – явление новой богини, очень грозной, но симпатичной богини, – ответила Таиса, пожав плечами.

– Вы так спокойно об этом говорите, – свистящим шёпотом, громко прозвучавшим в царящей вокруг тишине, произнёс майор. Таиса, усмехаясь, ответила:

– А чего волноваться? Явление этого существа было там, сюда оно не приближалось, а если бы и подошло, то, что мы могли бы предпринять? Вы же видели, как оно расправилось с непокорными? Я так понимаю, что для его огненного удара расстояние не помеха. Если бы оно хотело нас сжечь, то воспрепятствовать мы бы не смогли. И согласитесь, это существо. как и положено богине, красиво!

– Она прекрасна! – подтвердила Исинали, впрочем, утверждать обратное никто из присутствующих не решился.

Таиса согласно кивнула, хотя она сама даже во второй своей ипостаси была не так красива как её подруга, облик которой она использовала для создания иллюзии, восторг Исинали приняла на свой счёт. А ещё могла бы добавить, что сжечь стоящих на балконе у неё всё равно не получилось бы. Поддержание иллюзии дракона, в качестве образца для которого она и взяла свою бронзовую подругу, увеличив её реальные размеры в несколько раз, огненный удар по жрецам и остальные действия – отняли все силы. Так что неизвестно, кто кого поддерживал: Таиса – Исинали или наоборот.

– Ваша богиня уже улетела, можете встать, – обратилась Таиса к сикрам, при этом неодобрительно качая головой. Когда они поднялись, девушка-лейтенант укоризненно сказала Нашавати: – Вам что говорила Сишта? Богине не нужно раболепствование, кланяйтесь, но не падайте на колени! Это недостойно воина!


И снова горы, снова дорога. Таиса ехала с отрядом, двигавшемся из Сикрашата в Тарбей. В столице Сикравашти она прогостила почти месяц и теперь, получив распоряжение вернуться на свой корабль, направлялась к морю. Отряд состоял из трёх альбионцев, включая Таису, и десяти сикров под командой Рушида Сумисшвати. Лейтенанта и сержанта альбионцев удивляли те знаки уважения, которые сикры оказывали Таисе. К альбионцам сикры относились как к союзникам, временным союзникам, почтительно, но в то же время настороженно. На вопросы о причине этого Таиса только улыбалась, не рассказывать же альбионцам о том, чем это вызвано. Разговор, слышанный Таисой, сразу после явления богини Тайшаваланикатионы в Сикрашате, объяснил бы альбионцам многое, если бы о нём им рассказали и если бы они поверили. Тогда Таиса не подслушивала, просто там слишком эмоционально говорили, и этот разговор выделялся из общего фона дворца. А разговор был довольно интересен, Таиса усмехнулась – недомолвки и намёки лучше всяких объяснений, люди сами их придумают и будут уверены, что докопались до истины. А услышала Таиса вот что:

– На корабле, да и пока мы ехали к пограничной крепости Паравата – это был мужчина! Молодой, ещё юноша, но мужчина! У него не было ничего женского! Никаких признаков! – горячо говорил Нашавати. – А в том ущелье вдруг стал девушкой, богиней!

– Но богиню мы же видели, а этот юноша, вернее девушка, что хочет, чтоб все думали о ней как о юноше, стояла с нами рядом! – возразил Шатуртарам Лиджаваши.

– Да, мы видели настоящий облик богини, но ей не всегда удобно принимать свой истинный вид, а может, она просто не хочет этого делать. Вот она и выбрала себе этого юношу в качестве аватары. И юноша стал девушкой, видно богине удобнее быть женщиной, девушкой. А когда богиня появилась, чтоб показать всем, кто её жрица, аватара стояла с нами рядом. Ведь Талиас, будем называть аватару тем именем, на котором она настаивает, нам же сказала – что всё будет хорошо, она знала, что богиня придёт.

– Да, Гунит, это очень похоже на правду, вероятно так и было.

– Но, отец, почему богиня Тайша выбрала юношу, да ещё и альбионца? – вмешалась Исинали, ответил Нашавати:

– У нас в отряде не было женщин, а Талиас среди нас был самым юным. Вот богиня и выбрала его… Но, видно, она не захотела быть мужчиной, поэтому юноша стал девушкой. А то, что он, вернее, она не хочет, чтоб о нём говорили как о девушке, то, наверное, он знает, что богиня вернёт ему истинный облик. Но это мои догадки, что мы можем знать о замыслах богов и об их взаимоотношениях со своими аватарами. – Произнося всё это, Нашавати немного запутался в том, кто же на самом деле сейчас эта юноша-девушка, ещё девушка или уже нет, аватара богини или снова лейтенант альбионец. Таиса, слушая этот разговор, хмыкнула, изображать богиню в мире, где не оказалось настоящих богов, было довольно легко, но хлопотно. Конечно, оставлять Сишту как жрицу без поддержки божества, которому она служила – нехорошо, не по-божески. Но девочка после обучения и инициации имела уровень мага, по умениям, а может, и по могуществу приближающемуся к младшему богу (чуть-чуть – добавила про себя Таиса). В этом мире ей равных не будет, даже если вернутся те студенты-недоучки, что с успехом изображали из себя богов. Так что Сишта вполне может заменить богиню, оставаясь её жрицей, она девочка умная и глупостей делать не будет. Таиса, вспоминая, улыбнулась. Командир отряда сикров отвлёк её от этих воспоминаний.

– Сахи лейтенант, Тарбей! – произнёс Сумисшвати, показывая рукой на открывающийся с перевала вид на большой город, со стоящим на рейде «Неустрашимым».

– Море! Оно прекрасно! – восторженно произнесла Таиса и, обернувшись, добавила: – Но прекрасней гор нет ничего на свете!

Она могла бы добавить – когда летишь над ними, но промолчала.


Таиса сидела у окна в тарбейском губернаторском дворце, который значительно отличался от резиденции губернатора Каранска. Это был не дворец, а скорее огромный замок – цитадель прежних правителей Хунду. Альбионцы, захватив княжество, решили разместить свою администрацию именно в этой крепости, тем более что она была как нельзя лучше приспособлена к обороне. Расположенный на высоком скальном уступе, комплекс древних фортификационных сооружений господствовал над городом, немаленьким городом, гораздо большим чем Сикрашат. Таису зачем-то вызвал сюда старший советник Лонг, он же и задержал отплытие «Неустрашимого» на неопределённый срок по каким-то одному ему известным соображениям. Таиса прибыла вовремя, но её вежливо попросили подождать, и теперь она, одетая в привычный мундир гардемарина с лейтенантскими нашивками, сидела у окна и смотрела на город. С высоты крепости разглядеть детали было невозможно, только общий вид. Но глаза Таисы позволяли ей видеть то, что делалось у главного храма города, храма, посвящённого богу Ишвашавану. Там проповедовала недавно приехавшая, новая верховная жрица могучей богини, победившей Виджунну. Хрупкая маленькая девушка, в тунике странного пепельного цвета, без страха стояла перед огромной толпой, в первых рядах которой виднелись люди в одеждах жрецов Ишвашавана и Виджунны.

– Любуетесь? – спросил Таису неслышно подошедший Лонг, неслышно – как он сам думал. Таиса услышала его ещё тогда, когда он проходил по соседней комнате.

– Красивый город, несмотря на то, что туземный, – кивнула Таиса, – хотя Сикрашат мне понравился больше. Тарбей несколько хаотичен, что ли, а Сикрашат, как резная шкатулка, – произведение искусства!

– Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, – усмехнулся советник, – к сожалению, я не бывал в Сикрашате. Кстати, о том княжестве, майор Фантор писал, что у тамошних правителей вы в большом фаворе. У меня сложилось такое впечатление, что он несколько обижен на вас. Не объясните ли, чем это вызвано?

– Объяснить, что? Почему ко мне хорошо отнеслись в Сикравашти? Или почему обиделся майор?

– Если вам не трудно, Талиас, объясните и то, и другое и не так сухо, как в рапорте. А я вам расскажу, чем вызван этот мой интерес.

Таиса кивнула и начала рассказывать. Её рассказ почти не отличался от того, что она изложила в рапорте, разве что изобиловал красочными подробностями. Таиса рассказывала, как отряд сикров, уходящий от погони, по мрачной долине вышел к тайному храму Виджунны. О луввоке, естественно, упомянуто не было. Как в лихой атаке были освобождены княжна и её служанки, как удачно заложенным зарядом был подорван храм Виджунны с опомнившимися жрецами.

– А майору Фантору не понравилось, что комнаты, выделенные мне, были больше его, ну и кровать… Там была такая кровать…

Советник Лонг приподнял бровь, показывая, что не понял в чём дело, Таиса усмехнулась:

– Очень большая и очень мягкая, а к ней в придачу ещё пять служанок, наверное, чтоб не потеряться на этой кровати.

– Понятно, – хохотнул Лонг, – старину Фантора обидел размер, а главное, вид благодарности князя Сикравашти, хотя пять служанок не такая уж и большая плата за спасение его дочери. Ещё майор выразил удивление тем, как быстро вы смогли выучить местный язык, всего за несколько недель, ему вашего уровня не удалось достичь даже за те два года, что он здесь.

– Это зависит от способностей, а главное, от желания, – усмехнулась Таиса, – как вы слышали – из пушек я тоже хорошо стреляю.

– Ни в вашем рапорте, ни в вашем рассказе вы не упомянули о зарождении нового культа бронзовой богини. В своей докладной записке старина Эдвар пишет, что вы очень спокойно отнеслись к появлению этой богини в Сикрашате, так, будто вы наперёд знали, чем всё закончится.

– Видите ли, я долго общался с девушкой по имени Сишта, она очень умная и целеустремлённая, к тому же – ашулана. Вам знакомо это понятие? Помните, по пути сюда вы мне рассказывали об особых способностях некоторых здешних жителей? Я вам тогда не особо и поверил, уж очень это всё выглядело необычно, – Таиса сделала паузу и посмотрела на Лонга, тот понимающе кивнул. Таиса продолжила: – Я смог воочию убедиться в вашей правоте, а как я уже говорил, Сишта очень умная и целеустремлённая, к тому же и упорная, её проповеди, подкреплённые некоторыми проявлениями божественной поддержки или её особых способностей, не то чтоб меня убедили, впечатлили! Одну такую демонстацию мы и наблюдали вместе с майором Фантором, как видите, он тоже впечатлился. Думаю, что пользуясь своими возможностями ашуланы, эта талантливая девушка довольно быстро сумеет набрать сторонников своей богини. Мне почему-то кажется, что при таком обилии богов в Хунду это сделать будет не так уж и трудно.

– Возможно, очень даже возможно, – кивнул Лонг и задумчиво продолжил: – Появление нового бога или его культа обычно сопровождается всплеском фанатичности его последователей. Мы не можем предсказать, на что будет направлен этот всплеск, да и само проявление фанатичности для нас крайне нежелательно. Особенно в свете последних событий – мы расширили территорию нашей колонии почти вдвое, а численность наших войск осталась прежней, при этом большинство – это местные. Наши туземные подразделения в основном составляют выходцы из Сикравашти, где и набирает силу культ новой богини. Согласитесь, Талиас, это не может не беспокоить. К тому же получены сведения, что сюда направляется эскадра лютенцев, как она сумела обойти наш заслон – другой вопрос. Наша эскадра, базирующаяся в Каранске, ведёт преследование, но сами понимаете, встречные ветра… В общем, первый удар нам придётся отражать самим.

Таиса согласно кивнула. Что-то подобное она и предполагала, когда узнала об отсрочке выхода «Неустрашимого» в море. А советник продолжил говорить:

– Вы в хороших отношениях с этой Сиштой, не могли бы вы с ней поговорить, узнать её намерения. Тем более что она сейчас в Тарбее.

– Для меня это новость, – изобразила Таиса удивление, продолжая наблюдать за площадью, где находилась Сишта. А там обстановка накалялась всё больше и больше, если поклонники Виджунны к смене цвета и имени своего божества отнеслись спокойно – оно так и осталось драконом, то верующие в доброго бога Ишвашавана начали подступать к девушке с совсем не добрыми намерениями. Некоторые из них достали, видно, припасенные заранее дубинки. Конечно, Сишта могла за себя постоять, но это значило ознаменовать появление новой богини кровопролитием, будут ли её после такого считать доброй? Вряд ли, сколько после этого не убеждай людей. И Таиса решила вмешаться, заодно и устранить конкурентов юной жрицы.

Жрецы в белых одеяния, символизирующих доброту, чистоту помыслов и всего остального прекрасного и возвышенного, подняв дубинки, бросились на девушку. Та подняла руки, но ничего не успела сделать, да и не смогла бы с таким количеством противников. На жрецов с неба обрушился поток пламени, превращая их в пепел. Даже те, кто замешкался и теперь пытался укрыться в толпе, не смогли этого сделать – пламя сожгло и их, но при этом не тронув находящихся рядом обычных людей. Советник Лонг, собиравшийся что-то сказать Таисе, застыл с открытым ртом и вытаращенными глазами – над городской площадью парил огромный крылатый зверь. Его бронзовая кожа сверкала на солнце, широко распластанные крылья не шевелились. Только их кончики слегка подрагивали.

– Те, кто не внял голосу моей жрицы, покараны! – словно раскаты грома донеслось до стоящих у окна правительственной резиденции. – Моя милость безгранична, но и гнев безразмерен!

При последних словах бронзового существа Таиса поморщилась – опять у неё речь не выходит – одно дело, когда ведёшь умные речи в спокойной обстановке, совсем другое, когда приходится импровизировать, поддерживать иллюзию и наносить точечные удары, не жечь же всех подряд?

– Это кто? И что она сказала? – дрожащим голосом спросил Лонг, Таиса ответила:

– Я так понимаю, это и есть новая богиня. А сказала… Что-то вроде: кто не послушает мою жрицу – превращу в пепел. Где-то так, цветастые обороты местной речи не всегда можно точно перевести.

– Вы хорошо освоили местный язык, Талиас. Но почему богиня? По внешнему виду этого зверя и не скажешь – он это или она?

– Сишта так говорила – богиня. А жрице этой самой богини виднее, кому она поклоняется. Но если хотите убедиться в этом сами, давайте её спросим.

– Кого? – голос Лонга по-прежнему слегка дрожал, а сам советник не мог оторвать взгляда от величаво парящего огромного бога-зверя, продолжавшего вещать громовым голосом. Таиса ответила, чуть усмехнувшись:

– У богини и спросим, поинтересуемся её половой принадлежностью.

До Лонга только сейчас дошло, что Таиса предлагает ему поговорить с богиней, он ошалело помотал головой:

– Но как мы… Она там, а мы здесь…

– Посвистим ей, чтоб привлечь внимание. Вы свистеть умеете?

– Свистеть богине?! – ещё более ошарашенно спросил советник, потом подозрительно посмотрел на Таису: – Почему вы это предлагаете? Вы что-то знаете?

– Вряд ли мы докричимся до неё отсюда, да и насколько я успел узнать, местные боги в последнее время крайне неохотно снисходят до общения с простыми смертными, – пожала плечами Таиса, усмехнувшись, продолжила: – Подобное действо я уже видел в Сикрашате. Довольно эффектный трюк для привлечения верующих на свою сторону.

– Так вы думаете это всего лишь… – начал Лонг, Таиса согласно кивнула:

– Вы же сами говорили, эта земля скрывает множество тайн. Возможно, это является одним из видов вишуни, так местные называют так удивившие вас способности.

– Талиас, за столь короткое время вы успели так много узнать! – советник уже пришёл в себя, тем более что невиданный зверь исчез так же, как и появился. Лонг задумчиво посмотрел на Таису и неожиданно предложил: – А переходите в наше министерство? У нас вы со своими способностями к анализу и наблюдательностью сделаете блестящую карьеру!

– Спасибо, – кивнула Таиса, – но я уже сделал выбор, и как видите, успешная карьера у меня получается и на этом поприще. И потом, знаете ли… Море! Это…

Таиса замолчала, словно не в силах подобрать слова, чтоб выразить своё отношения к этому сейчас спокойному, но такому капризному и в то же время такому прекрасному, мерно дышащему синему раздолью. Некоторое время они оба молчали, глядя в бескрайний простор, занимавший более половины видимого пространства. Затем Лонг произнёс, будто бы угадав невысказанные мысли Таисы:

– Море прекрасно и коварно. Не только само по себе коварно, но и тем, что по нему на нас надвигается…

Таиса кивнула, показывая, что об этом ей говорить не стоит, она и так понимает, при этом указав глазами на бриг, стоящий на рейде гораздо ближе к берегу чем «Неустрашимый»:

– Посыльный корабль пришёл неделю назад, и ему не надо было обходить нашу эскадру по большой дуге, следовательно, гостей надо ждать со дня на день. Наша эскадра отстаёт на два, максимум три дня. Лютенцы делают ставку на один удар. Нам надо выстоять, не дать высадиться их десанту. В Халинаре бухта неудобная, во многом это и сыграло роль в том, что атака Паравата была успешна. Так что там высадить весь десант они просто не успеют, а делать это под огнём нашей эскадры – верная гибель. Для боя им надо иметь свободу манёвра. Значит – Тарбей.

– И всё же очень жаль, Талиас, что вы служите не в нашем министерстве, – усмехнулся Эдвард Лонг, – очень жаль! Вы блестяще оценили обстановку, если вы ещё и предложите выход из создавшейся ситуации…

– Вы очень много хотите от простого лейтенанта, недавнего гардемарина, – поклонилась Таиса, – я просто изложил вам очевидные вещи. А оборона… Здесь есть два генерала и четыре полковника, а что думает по этому поводу губернатор? Эти люди гораздо опытнее меня, не сомневаюсь, что у них есть план обороны.

– Видите ли, Талиас, командуют они войсками из туземных наёмников, а как местные себя поведут в бою… Я не отрицаю – они хорошие воины, когда хотят драться, а вот захотят ли они сражаться на нашей стороне? События в Халинаре показали, что такой вариант не просто возможен – вполне реален. Дрались только лютенцы, два полка экспедиционного корпуса, а туземные войска, наёмники из Залимашана… Нет, не разбежались, организованно ушли вместе с выданным им оружием, не принимая боя.

– А армия князя Халинара? – удивилась Таиса, Лонг хмыкнул:

– Её лютенцы ликвидировали в первую очередь, как оккупировали Халинар. Зачем им под боком вооружённые люди, что смотрят на них как на захватчиков?

– Вы хотите, чтоб я переговорил с Сиштой? Чтоб она выяснила настроение ваших наёмников-сикров? Не так ли? Сишта сама из Сикравашти, возможно, она не только расскажет, будут ли они сражаться, но и сможет их уговорить это сделать, если они этого делать не собирались, – Таиса произнесла это, словно раздумывая, а потом так же задумчиво добавила: – И если вы хотите мой совет – поставьте пушки, снятые с лютецких линкоров, вон на тех высотах. И замаскируйте их так, чтоб их нельзя было обнаружить, пока они не начнут стрелять.

– У вас, моряков, удивительно схожие взгляды на ведение боя, – усмехнулся советник, – то же мне предложил сделать капитан Глантэн. Мне даже пришлось выдержать баталию с нашими сухопутными командирами. Они предлагали отвести пушки на позицию подальше от берега и там встретить лютецкий десант. А потом, измотав его во встречном бою, сбросить в море. Но аргументы капитана Глантэна, что морские пушки малопригодны для полевого сражения, меня убедили.

– И вы?.. – с деланным изумлением приподняла бровь Таиса, она увидела, что предлагаемый ею вариант размещения орудий уже осуществлён. Орудия уже там стоят, замаскированные так, что Таиса смогла их обнаружить, только применив свои способности и зная, что там оборудована артиллерийская позиция. А Лонг, хитро прищурившись, кивнул:

– Именно так и поступил. Пользуясь своими полномочиями, приказал разместить там батареи. Капитан Глантэн был очень убедителен, он рассказал мне о бое «Неустрашимого» с лютецким патрулём у северных берегов Карберийских халифатов, о козыре, который есть у него на корабле.

– Что ж, я готов показать вам козырь капитана Глантэна. А пока, если вы не передумали, я бы хотел съездить, выполнить ваше желание. Не очень удобно вызывать верховную жрицу грозной богини в колониальную администрацию, словно какого-то чиновника.


Сишта стояла на ступенях храма Тайшаваланикатионы. Раньше это был храм Ишвашавана, но после того как Сишта объявила об изгнания этого бога в Абьяришаваньи, да ещё и после вчерашнего появления богини перед народом, храм решили переименовать сами верующие. Тем более что возразить было некому – жрецов Ишвашавана после вчерашнего визита богини не осталось. Уцелевшие жрецы Виджунны Сиште поверили сразу – новая богиня была такая же, как их старый бог, по крайней мере – внешне. Ну а то, что новая богиня более грозная и могущественная, чем Виджунна, скептики могли вчера убедиться, это те, кто не возражал, ну а те, кто пытался возразить – сделать этого уже не смогут, да и на остальные действия не способны. Пепел может только развеиваться по ветру. То, что новая грозная богиня не требует коленопреклонения при обращении к себе (так говорит её верховная жрица) и человеческих жертвоприношений – каждый бог или богиня имеет право на свои причуды, а такая могущественная – тем более. За спиной Сишты выстроились жрецы новой богини в одеяниях цвета бронзы, только у верховной жрицы Тайшаваланикатионы туника была пепельного цвета. Сама туника (больше напоминавшая одежду ашуланы, чем жреческое одеяние) и её цвет как бы подчёркивали скромность, и даже аскетизм, верховной жрицы. Да и демонстрировать то запредельное искусство вишуни, которым наделила богиня свою верховную жрицу, в такой простой одежде было куда удобнее, чем в обычных пышных жреческих одеяниях. Стоя на ступенях храма, Сишта ожидала визита высших чинов альбионской администрации Хунду. Вообще-то верховная жрица могла этого не делать, но никто из её свиты не возражал: она верховная жрица и кому проявлять подобное уважение – ей решать.

Из подъехавших открытых карет вышли чиновники колониальной администрации во главе с недовольно кривившимся генерал-губернатором, не понимающим – почему он должен оказывать подобные почести какой-то туземной жрице. Но старший советник Лонг, наделённый самыми широкими полномочиями, настоял на этом визите, сказав, что в свете грядущих событий (вероятной высадки лютецкого десанта) это крайне необходимо. Криво улыбаясь, чиновник высказал все полагающиеся по этому случаю приветственные слова и был удостоен вежливого, но весьма холодного кивка. Но каково же было удивление всех присутствующих, когда верховная жрица сделала шаг навстречу ничем не приметному лейтенанту в морском мундире и, сложив руки на груди ладонями вовнутрь, поклонилась. Вызвав ещё большее удивление окружающих, лейтенант ответил тем же. Приветствуя таким образом Талиаса, Сишта не знала, продолжает ли он являться аватарой Тайшаваланикатионы или нет, но то, что она увидела, показало, что ничего не изменилось, и её наставница и богиня по-прежнему благосклонны к своей ученице.

Дальнейшие переговоры удовлетворили обе стороны: генерал-губернатор был доволен тем, что они прошли быстро и ему больше не надо, как он считал, унижаться перед какой-то туземной жрицей; старший советник Лонг тоже был доволен – он получил заверения, что наёмники-сикры будут сражаться и не отступят; Таисе было просто приятно снова встретиться с Сиштой; Сишта была счастлива, что снова видит земное воплощение своей богини-наставницы. Когда переговоры закончились, Таиса немного задержалась, и советник Лонг, который тоже не стал торопиться, с удивлением наблюдал, как альбионский лейтенант и туземная жрица беседуют, словно добрые друзья. Он это понял только по выражению их лиц и интонациям разговора, так как сама беседа велась на языке Сикравашти.

– Вот, князь Шатуртарам Лиджаваши, Исинали и Гунит Нашавати просили вас, сахи Талиас, принять этот скромный дар, – уже прощаясь, Сишта протянула Таисе резную шкатулку, – я тоже прошу!

Таиса открыла и посмотрела, что же там внутри. Колье, серёжки и диадема из баснословно дорогих брильянтов, при этом их огранка, подборка и оправа превращали этот комплект в произведение искусства, слабо поддающееся оценке в деньгах. Это был подарок, достойный королей! Лонг, заглянувший через плечо Таисы, перестал дышать, а сама Таиса благосклонно кивнула, потом обняла Сишту.


Обратно на корабль Таиса так и не попала. Ночевала она на той замаскированной батарее, что оборудовали по совету капитана Глантэна, там же были и матросы-артиллеристы с «Неустрашимого» и подразделение солдат сикров. До полудня ничего не происходило, только корабли, фрегат и бриг были переведены на внутренний рейд, под защиту скал, которые должны были уберечь корабли не столько от штормовых волн, сколько от вражеской артиллерии. Это было правильное решение, так как ни альбионские корабли – в силу своей малочисленности и слабости (что могут сделать бриг и фрегат против эскадры линкоров?), так и уже стоящие там три линкора, захваченные у лютенцев (без экипажей и со снятыми пушками), противостоять экспедиционной эскадре Лютеции не могли. Эта эскадра появилась ближе к полудню. Десять линкоров, десять транспортов (те же линкоры по размерам, но с минимальным количеством орудий) и четыре фрегата шли тремя колонами. При приближении к берегу колонна транспортов отстала, вперёд выдвинулись корабли, несущие мощную артиллерию.

– Они должны выявить и подавить береговые батареи, – заметила Таиса советнику Лонгу. Надо отдать ему должное – он не ушёл в тыл, а находился на основной батарее, две другие носили скорее вспомогательный характер, так как козырь капитана Глантэна был здесь, да и сам капитан тоже стоял рядом.

– Да, Талиас, дело предстоит жаркое, – кивнул Глантэн и пояснил Лонгу: – В подобной артиллерийской дуэли преимущество у корабля, хотя, казалось, должно быть наоборот – точное попадание в корабль всегда наносит серьёзный ущерб, но и попасть в корабль труднее, он постоянно маневрирует. А в данном случае линейные корабли будут стрелять по очереди, отходя на безопасное расстояние, чтоб перезарядить свои пушки, у нас же такой возможности не будет, тем более что преимущество в количестве орудий на их стороне. Так что мы будем постоянно находиться под их огнём. И то, что мы не можем утонуть, слабо нам поможет.

– Вы хотите сказать, что мы обречены? – спросил Лонг, напряжённо наблюдая за приближающимися линкорами лютенцев. Там пока не видели замаскированных батарей, но не сомневались в их наличии и в том, что они должны открыть огонь. Если подпустить атакующие корабли слишком близко, то и удачный залп не помешает тем высадить десант, да и для того, чтоб подготовиться ко второму залпу, нужно время, а произвести его обнаружившим себя батареям не дадут корабли второй линии. Всё это пояснил капитан Глантэн и попытался успокоить советника:

– Ну почему же – обречены? Очень многое зависит от меткости стрельбы, от выучки орудийных расчётов – это время между залпами. Должен вам сказать, что на «Неустрашимом» отлично подготовленные артиллеристы, старина Богс в своё время к их обучению приложил много усилий, да и лейтенант Ланик достойный его приемник. Я бы даже сказал, что Талиас превосходит Джулиана, хоть тот был старше и опытней.

Таиса усмехнулась – опытней может быть, а вот старше… Она могла бы ещё добавить, что исход сражения решает множество других факторов, один из которых – удача, особенно если эту удачу ты умеешь создать сама. Но она произнесла фразу, удивившую остальных:

– Сишта обещала помочь.

– При чём здесь эта туземная жрица? Что она может сделать с кораблями…

Договорить Лонг не успел, Таиса показала на небо, там появился бронзовый дракон! Стремительно упав сверху к уже вышедшим на расстояние прицельного выстрела боевым кораблям лютенцев, обрушил на них море огня. Так показалось как альбионцам, наблюдавшим с берега, так и лютенцам, находящимся на палубах линкоров. Но огонь особого вреда не причинил, он только сжёг паруса и воспламенил заряды у некоторых пушек, находящихся на верхних палубах. Таиса не старалась сжечь корабли, её силы не хватило бы сделать это со всеми, а потеря нескольких не остановила бы лютенцев. Но такая демонстрация силы, ударившей по всем кораблям и противостоять которой нет никакой возможности, впечатлила всех: альбионцы радостно кричали, им вторили сикры (их могучая богиня поддержала своих последователей в бою с врагами), а вот на кораблях лютенцев царила паника. Бронзовый богиня-дракон подобным образом прошлась и по транспортам. Теперь только что грозная эскадра беспомощно качалась на волнах, ветерок с берега погасил инерцию движения кораблей, и они неподвижно застыли.

– Уф, – вытерла пот со лба побледневшая Таиса и, пошатнувшись, ухватилась, чтоб не упасть, за ближайшее орудие.

– Согласен, – тоже вытер пот со лба капитан Глантэн, – впечатляюще! Такого даже представить себе нельзя было, кто бы мне рассказал – не поверил! Талиас, как вам удалось договориться с этой Сиштой? Вроде так её зовут?

Капитан кивнул в ту сторону, где качались с обгоревшими мачтами корабли лютенцев, некоторые были вообще без мачт, на некоторых мачты как раз падали, потому что сгорели ванты, их поддерживающие. Бледная Таиса ничего не ответила, Глантэн кивнул, принимая её состояние как реакцию на произошедшее, впрочем и альбионцы, несмотря на радость первых мгновений, пребывали в некотором ступоре – до них дошло, с какой лёгкостью была выведена из строя боевая эскадра. Только сикры пребывали в приподнятом настроении – их богиня показала свою силу и сделала это, наказав чужеземцев, собиравшихся начать захват пусть не их земли, а земли, принадлежащей их союзникам.

– Сишта – имя верховной жрицы богини-зверя, что мы видели, – ответил вместо Таисы Лонг, – я не знаю, это сделала она сама, используя какой-то трюк или ещё что-то…

– Хороший трюк, – хмыкнул Глантэн, указывая в сторону беспомощно качающихся кораблей, – всего лишь трюк, с помощью которого вот так в одно мгновение можно разгромить боевую эскадру…

– Эскадра осталась цела, она жгла только паруса, корабли остались нетронутыми, – возразила пришедшая в себя Таиса. Действительно, на то, чтоб всё это сделать, ей понадобилось время и распределение своих сил, точечный удар по луввоку дался ей гораздо легче. Глантэн возразил:

– Пусть так, но нападению богини или трюку её жрицы лютенцы противопоставить ничего не смогли, бортовой залп линкора – это очень серьёзно, если знать, куда стрелять. А тут нападение произошло неизвестно откуда, ну пускай сверху. Возможно, бортовой залп и остановил бы этого зверя, но стрелять вверх корабли не приспособлены.

– Кстати, о стрельбе. Что вы намерены делать? – спросил советник.

– Пострелять, – ответила Таиса, улыбнувшись, – надо показать – кто хозяин положения. То, что они развёрнуты к нам носом, даже лучше, они могут ответить только из погонных орудий. Но даже если бы они развернулись бортом, то в данном случае дуэль, береговая батарея – корабль, была бы выиграна нами! Маневрировать они-то не могут!

Таиса стала наводить пушки, а Глантэн и Лонг продолжили непринуждённую беседу, непосредственной опасности нападения уже не было, можно было и расслабиться. Таиса не стала наводить все пушки на один корабль, навела на каждый отдельно. Взрывы на носу кораблей показали, что Таиса не сделала ни одного промаха. Загремевшие две другие батареи стреляли менее удачно, о чём свидетельствовали всплески в местах падения ядер, да и стреляли они реже, чем пушки Таисы, всё-таки канонирами там были местные, естественно, не жители Хунду, а служащие здесь альбионцы. Лютенцы пробовали даже отвечать, с одного из кораблей спустили шлюпку и попытались развернуть его бортом к берегу, но шлюпка была сразу же потоплена. Но пример был показан, и второму кораблю это удалось сделать, его бортовой залп выглядел очень устрашающе, хотя не причинил никому на берегу вреда. Второй залп накрыл одну из береговых батарей, показав, что могло произойти, если бы линейные корабли сохранили возможность маневрировать. Но и второй залп пушек Таисы, теперь они все стреляли именно в этот корабль, был необычайно удачен, одна из бомб каким-то чудом попала в крюйт-камеру этого корабля. Грохот взрыва и огромный столб воды вызвали новые крики восторга альбионцев.

– Ваша удача не покинула вас, – обратился к Таисе Глантэн, – прямое попадание в крюйт-камеру невозможно! Она от такого надёжно защищена! Разве что сложный, немыслимый рикошет! Или вам помогает эта местная огнедышащая богиня, если это так, то и я готов ей молиться!

– Ловлю вас на слове, капитан! – улыбнулась в ответ, решившая немного похулиганить Таиса. – Повторяйте за мной – о великая Тайшаваланикатиона, даруй нам удачу или хотя бы подорви ещё один корабль! Ну и пообещайте ей что-нибудь, например, что вы придете поклониться в её храм и станете её верным последователем.

– Извольте, Талиас, – тоже улыбнулся капитан Глантэн и, принимая шутку, повторил всё, что сказала Таиса, попросив, правда, не удачу, а только взорвать корабль, после чего шутливо поклонился в сторону города, где был храм богини. Произносил он всё это в момент относительной тишины, пушки как раз заряжали. Этой своей просьбой к богине он привлёк внимание сикров-наёмников, находящихся на позиции, тех, что понимали по-альбионски. Развернувшись к Таисе, Глантэн выжидательно приподнял бровь, и в этот момент затишья, когда пушки с обеих сторон не стреляли, взорвался ещё один линейный корабль. Взорвался будто сам по себе.

– Богиня к вам благосклонна, капитан, – серьёзно сказала Таиса и посоветовала: – Пообещайте ещё что-нибудь, например, что вы оборудуете алтарь богини на «Неустрашимом», такой небольшой, походный и будете там молится богине, пусть не регулярно, изредка.

Не пришедший в себя Глантэн послушно повторил слова Таисы, и новый взрыв стал подтверждением того, что богиня услышала и это обещание капитана. Окончательно добили Глантэна начавшие кланяться ему сикры. Некоторые что-то говорили на своём языке. Тоже пребывающий в некотором шоке от происходившего, Лонг вопросительно посмотрел на Таису, та перевела:

– Они приветствуют отмеченного богиней, желают долгих лет жизни, успехов. Ну и всего остального, полагающегося в таких случаях.

– Талиас! Неужели вы действительно верите в это всё? – растерянно развёл руками капитан Глантэн.

– Вы знаете, капитан, – ответила Таиса, после того как отгремел очередной залп, – даже если бы не верил, то факты заставляют поверить. Хотя… Попросите третий раз. Два раза – это могло быть случайностью, совпадением, а три раза – это уже статистика. У них осталось ещё восемь линкоров, несмотря на потери, сдаваться они не собираются. И вон видите? Ещё два почти развернулись, попросите взорвать эти два, чтоб другим неповадно было.

Капитан Глантэн, слегка заикаясь, срывающимся голосом попросил. Видно предыдущих обещаний богине оказалось достаточно, поэтому просьбу капитана она и так выполнила. Как только Глантэн закончил говорить, синхронный двойной взрыв прогремел над рейдом. Вслед за этим на остальных кораблях появились белые флаги, кто поднял на чудом уцелевшей мачте, кто просто так размахивал. Лютенцы, решив, что альбионцы каким-то способом безнаказанно уничтожают их корабли, пришли к выводу, что лучше сдаться, чем вот так погибнуть. А сикры начали кланяться бледному Глантэну с ещё большим усердием.


Глава третья. Вполне ожидаемые неожиданные встречи и жрица новой богини | Попутный ветер в парусах | Глава пятая. Возвращение и всё с этим связанное