home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 22

Элис изогнулась, чтобы сбросить с себя корзинку с Лайлой — разумеется, принеся мысленные извинения возмущенно, верещавшей обезьянке. После этого она сосредоточилась на дыхании. Медленный глубокий вдох и такой же медленный выдох через нос. Ей казалось, что язык провалился в горло и блокирует доступ воздуха. Дышать было почти невозможно. Но Элис знала, что если поддастся панике, то потеряет сознание. В лучшем случае.

Вдох, выдох.

Она повернула голову набок, чтобы дать стечь скопившейся во рту слюне. Челюсти ломило. Отчаянно сражаясь с кляпом, она больше воздуха глотала, чем вдыхала, и теперь чувствовала резкую боль в животе, которая отдавала даже в спину.

Вдох, выдох.

Элис закрыла глаза, чтобы не видеть окружающей ее непроглядной тьмы. А почувствовав заструившиеся по щекам горячие слезы, неожиданно поняла, что еще не все потеряно. Она дышит. Она плачет. Она все еще жива. Надо только успокоиться и начать думать.

Сначала ей показалось, что Джудит и Беван оба покинули комнату. Но спустя какое-то время ей почудились приглушенные ругательства и шаги. Похоже, Беван остановился совсем рядом. Слава Богу, Джудит, кажется, забрала с собой ключи от шкафа, когда уходила.

Довольно скоро Элис услышала, что в комнату вошла рыжая фурия. Она напрягла слух, чтобы понять, о чем говорят мать с сыном, но сумела разобрать только отдельные слова:

— …она спит… — Дальше последовало непонятное бормотание, потом: —…здесь… ищет… ш-ш-ш!

Лязгнул запор, и Элис заставила себя расслабиться и притвориться мирно спящей. В шкафу повеяло свежим воздухом, потом дверцы снова захлопнулись.

— Спит или сдохла, — сказала Джудит Энгвед. — Видела его… будь настороже… Джон Харт…

Голос Бевана неожиданно прозвучал очень отчетливо. Очевидно, он стоял очень близко от шкафа.

— А я говорю, мы должны убить ее.

Элис не удалось расслышать, что ответила Джудит Энгвед, но Беван обиженно фыркнул и сказал:

— Если ты так боишься, что нас поймают, почему бы просто не оставить крестьянскому ублюдку Гилвик? Харт-Мэнор вдвое больше, и я получу его независимо от решения Эдуарда.

Очевидно, леди Энгвед была недовольна реакцией сына, потому что в ее голосе зазвенела сталь и, судя по скрипу пола, женщина забегала по комнате.

— Зачем довольствоваться малым, если можно получить больше? Почему мы должны останавливаться на половине? — хриплым шепотом вещала она, и Элис даже из своего заточения слышала истерические нотки в ее голосе. — Я пришла к Уорину Мэллори девственницей с самыми честными намерениями!

Беван что-то буркнул.

— Заткни свою паршивую пасть! Джон Харт был женат. Он использовал меня, так же как я использовала его. Я хотела, чтобы жизнь в Гилвике была процветающей, намеревалась дать Уорину детей, которых он так желал, чтобы скрасить старость. А он изменил мне с простолюдинкой. Мне же просто не повезло забеременеть не от того мужчины.

— Ну, спасибо тебе, мамочка.

— Однако теперь, — умиротворяющим тоном продолжила Джудит Энгвед, — Джон Харт — вдовец, не имеющий наследников, которым он мог бы передать свое состояние. Ты только подумай, какие перед тобой — перед нами — открываются перспективы! Объединив Гилвик и Харт-Мэнор, мы получим настоящую империю. Представь, какая власть окажется в наших руках!

Элис была ошеломлена. Владения Джона Харта были, конечно, больше Гилвика, но даже объединенным поместьям до империи было очень далеко. Леди Мэллори, определенно, обезумела от жадности.

— Я ненавижу коров, — пробормотал Беван.

— Это плохо. А теперь иди и делай, что я тебе велела. Когда он покинет свои апартаменты, иди за ним. Если он приблизится к покоям Джона Харта или к этой комнате…

— …да знаю я, знаю, тогда я его убью.

Элис снова почувствовала, что ей не хватает воздуха. Пирс здесь. Он не просто в Лондоне, но и в этом здании! В этот самый миг ее возлюбленный где-то совсем рядом! И возможно, он даже в большей опасности, чем сама Элис.

— А что делать с ней? — спросил Беван. В его голосе не чувствовалось энтузиазма относительно планов матери. — Когда мы оба уйдем, она попытается освободиться.

— Ну и что она станет делать? Биться головой о запертые двери? Да и чтобы избавиться от веревок, их надо перерезать, а я не планирую этого делать независимо от исхода событий при дворе. Сегодня я ужинаю с Джоном Хартом. А сразу после завтрашней аудиенции мы избавимся от ублюдка Пирса и его дуры невесты. И наплевать, если во дворец явится Сибилла Фокс. Наоборот, мне это доставит очень большое удовольствие.

Элис с трудом дождалась, пока мать и сын покинут комнату. Только полностью уверившись в этом, она зашевелилась и попыталась сесть. Все тело ныло, сильно болела спина.

Корзина с Лайлой съехала на живот. От прилагаемых усилий Элис покрылась потом. Ей пришлось на несколько мгновений замереть, чтобы отдышаться. Беван очень хорошо постарался, связывая ее. Не было никакой возможности освободить хотя бы запястья. Элис вообще не чувствовала пальцев. А когда руки связаны, об освобождении ног и речи быть не может. Но сейчас, когда ей удалось сесть, привалившись к стенке, ноги оказались вытянуты и в ступнях ощущалось покалывание. Значит, еще не все потеряно.

Лайла металась по корзине — Элис чувствовала, как плетеное узилище покачивается. Обезьянка грустно взвизгивала, но Элис ничего не могла сделать, чтобы успокоить питомицу. Приложив неимоверные усилия, она издала сдавленный каркающий звук, едва при этом не задохнувшись. Клетка у нее на коленях заходила ходуном, заскрипела, похоже, некоторые прутья лопнули. Лайла истошно заверещала. Элис оставалось только надеяться, что обезьяна не поранилась. Прошло еще несколько минут, корзина скатилась еще ниже, и вот наконец по телу Элис пробежали четыре маленькие лапки.

Лайла выбралась из корзины. Элис почувствовала ее дыхание на щеке. Обезьянка осматривала кляп. Она втиснула тонкие пальчики между веревкой и телом Элис и, громко вереща, начала дергать веревку во все стороны. Элис зажмурилась, поскольку действия животного вызывали боль, но не издала ни звука, который Лайла могла бы принять за неодобрение. Лайла забралась на голову Элис и занялась большим узлом на ее затылке, попутно лишив ее нескольких изрядных прядей волос, в результате чего девушка не смогла сдержать слезы.

Потом обезьяна опять спустилась на плечо хозяйки, и Элис почувствовала на своей щеке маленькие острые зубки. Она не открывала глаз, сидела неподвижно и едва осмеливалась дышать. Кляп мало-помалу поддавался и наконец съехал вбок. Элис почувствовала, что веревка свободно болтается у нее между зубами. Она замотала головой и выплюнула кляп изо рта.

— Хорошая девочка, — похвалила она.

Обезьяна перебежала на колени хозяйка и замерла. Казалось, ока ждала, когда же наконец хозяйка выйдет из ступора и начнет действовать, чтобы освободить их обеих. Элис еще немного подумала, но только совсем немного, и принялась активно ерзать и переворачиваться, так что в конце концов прислонилась спиной к задней стенке шкафа. Ступни ее уперлись в порожек под дверцами. Отталкиваясь от него изо всех сил, она начала потихоньку подниматься. Впервые в жизни Элис благословляла свой маленький рост. Потому что, когда ей наконец удалось встать, она лишь слегка коснулась головой нижней полки. В полной темноте она покачивалась на ногах, превращенных ее мучителем в один сужающийся книзу столб.

Повернувшись боком, Элис изо всех сил навалилась плечом на дверцы. Довольно быстро выяснилось, что силенок у нее явно маловато. Мебель была сработана на совесть, и замок стоял насмерть. У несчастной пленницы закружилась голова.

Элис сделала паузу, чтобы перевести дух и подумать. Если она опрокинет массивный шкаф дверцами вниз, он станет ее гробом.

— Господи, помоги мне, — прошептала Элис. — Ну пожалуйста!

Раздраженно дернув головой, чтобы отбросить назад упавшие на лицо пряди волос, она попыталась сосредоточиться. Что же делать?

А потом она услышала донесшийся снаружи негромкий звук. И шаги. Кто-то медленно шел к ней.

Это мог быть Беван, могла быть Джудит Энгвед. В конце концов, обычный вор мог явиться, чтобы обокрасть апартаменты. Или простая горничная. Но Элис не могла рисковать и позвать на помощь. Если это вернулись ее мучители, они могут наказать ее, причинить ей боль…

Убить ее.

Джудит Энгвед уже один раз открывала шкаф, чтобы проверить, как там пленница. Если она сделает это еще раз, то определенно обнаружит, что Элис избавилась от кляпа и стоит на ногах.

Лайла выбрала именно этот момент, чтобы начать прыгать, стучать по полу и по двери и довольно громко кричать.

— Лайла, нет, — шепнула Элис и замерла.

Обезьяна затихла, так же как и тот, кто стоял снаружи.

К ужасу Элис, заскрипел замок. Она вжалась в заднюю стенку, приготовившись броситься в атаку. Пусть она не надеялась одержать верх, все равно, прежде чем она умрет, рыжеволосая ведьма на своей шкуре узнает, что сестры Фокс никогда не сдаются.

Дверцы распахнулись, и Элис уже открыла рот, чтобы издать боевой клич, но он замер на ее губах, превратившись в ошеломленный шепот:

— Айра?

Старик, худой, как палка, и такой же жесткий, взирал на нее дикими глазами. Лайла бросилась вперед, и — Элис не успела опомниться — Айра ловко поймал зверька и прижал его к груди.

— Добро пожаловать, — буркнул он и кивнул Элис.

— Девочка моя! — послышался другой голос.

Элис повернула голову, чтобы рассмотреть человека, стоящего чуть позади и сбоку от старика. Взглянув на изношенные кожаные башмаки, грубой вязки шерстяные рейтузы, длинную тунику, потрепанную и покрытую пятнами, она подняла глаза. Кожаная шапочка хорошо скрывала волосы, но лицо… глаза… их не узнать было невозможно.

— Сибилла! — ахнула Элис, и через мгновение сестра уже была рядом, прижимая ее к своей груди.

— Айра, веревки, — сказала Сибилла через плечо сестры, и Элис почувствовала, как слабеют ее путы.

— Сибилла! Как ты меня нашла? Что здесь делает Айра? Если Эдуард узнает, что ты в Лондоне — да еще в его дворце, — он велит тебя арестовать!

— Я не могла никому позволить отправиться тебе на выручку, — спокойно ответила Сибилла. — Что же касается всего остального, я отвечу, когда мы окажемся на безопасном расстоянии отсюда. Нам надо спешить.

Теперь руки Элис были свободны, и она начала их энергично растирать. Она покосилась на Айру, который распутывал веревки на ее ногах. Лайла прилипла к его груди, как репей.

— Ты видела Пирса? — спросил он, глядя на Элис снизу вверх.

— Он где-то здесь, но я не знаю, где именно. — Элис перевела глаза на Сибиллу. — Джудит Энгвед и Беван захватили меня, чтобы заставить Пирса отказаться от Гилвик-Мэнора. Они хотят его убить.

Сибилла невозмутимо покачала головой:

— Нет, все будет в порядке. Айра разыщет его и скажет, что ты спасена. И у него не будет никакой необходимости отказываться от своих притязаний. Оказавшись в королевском суде, он расскажет о подлых планах Джудит. Спасибо, Айра. Теперь ты свободна, Элис. Поторопись. — Сибилла ухватила сестру за локоть и потянула к двери. — Наступает ночь. И если нам удастся выскользнуть из замка, не привлекая к себе внимания, то мы окажемся за воротами через несколько минут.

Элис начала сопротивляться, но вскоре покорилась:

— Хорошо, Сибилла, я пойду с тобой до ворот, но потом я вернусь.

Сибилла остановилась, словно наткнулась на невидимую преграду, и обернулась:

— Ты не вернешься.

— Вернусь, — заупрямилась Элис. — Я не оставлю Пирса здесь, предоставив ему одному отбиваться от таких матерых волков, как Беван и Джудит Энгвед, в то время как за него может вступиться только лесной разбойник. Приношу свои извинения, Айра.

И Элис с доброй улыбкой погладила старика по плечу.

— Тебя бросят в тюрьму, после чего стража будет послана по моему следу и настигнет меня на дороге. Ты хочешь, чтобы у нас отобрали Фолстоу?

— Нет, — ответила Элис и вырвалась из цепких пальцев Сибиллы. — Когда ты выйдешь за ограду, я где-нибудь спрячусь до утра. К этому времени ты будешь уже слишком далеко, вне досягаемости Эдуарда.

— Спрячешься? В Лондоне? — Сибилла вздохнула. — Девочка моя, Лондон — опасный город. Ты немедленно попадешь в лапы бандитов, которые шатаются по улицам в поисках добычи. Уверяю тебя, молодая невинная девочка им вполне подойдет. Ты будешь мертва уже к рассвету, или станешь мечтать о смерти.

— Я не девочка, — спокойно сказала Элис. — Тогда я пойду с Айрой и помогу ему отыскать Пирса. А потом Пирс будет меня охранять.

— Так же, как в лесу, когда тебя схватила Джудит Энгвед?

Элис покраснела. Сибилла не позволила ей возразить.

— Ты не сможешь войти во дворец одна, не раскрыв своего имени. Айра никуда из дворца не выйдет, поэтому его задача — не привлечь к себе внимания, находясь внутри. А ты отправляешься домой, вместе со мной, немедленно.

И Сибилла снова потянула сестру к выходу.

Элис вырвалась.

— Нет, я никуда не пойду.

Элис ощущала ярость, волнами, исходящую от сестры. Ей захотелось отступить, но она не сделала этого. Сибилла была ее защитницей и сама пришла ей на помощь. Они по-настоящему любили друг друга. В этот момент Элис, словно по мановению волшебной палочки, поняла: Сибилла глубоко и искренне любила своих близких, но ее забота о них выражалась в форме требований.

— Сейчас я рискую из-за тебя свободой, нашим домом. А ты упрямишься, хотя попала в такое положение только из-за своей ребячливости. В тебе много детского, Элис. Но я не предам Фолстоу, Сесилию и наших людей из-за твоих девичьих фантазий о предопределении свыше и любви, якобы благословенной кольцом из полуразрушенных камней. Элис, ну почему ты настолько, безответственна?

— Я не безответственна! — выкрикнула Элис, решив, что с нее хватит. Она стала, взрослее на целую, жизнь, но Сибилла шока, об этом не догадывалась. — Просто мне никогда не приходилось за что-нибудь, отвечать!

В комнате воцарилась тишина. Сибилла невозмутимо взирала на Элис.

— До сегодняшнего дня, — спокойно продолжила Элис. — Я знаю правду, и мое свидетельство добавит достоверности показаниям Пирса.

— Но не изменит того очевидного факта, что он отказался от тебя, Элис, — проговорила Сибилла, и Элис увидела, что глаза сестры потеплели. — Он хотел, чтобы ты вернулась домой. Нет, он никогда не желал, чтобы ты попала в руки Джудит Энгвед и Бевана, но сделал все, чтобы тебя обнаружили. Он знал, что я где-то рядом, и был уверен, что я наткнусь на ваш лагерь.

Элис взглянула на Айру, который стоял, слегка склонив голову набок, и с откровенной жалостью смотрел на нее. Костлявым пальцем он почесывал обезьянку, так и не отцепившуюся от его груди.

— Айра, — спросила Элис, — это правда? Пирс знал, что Сибилла следует за нами, и выдал место ночлега, чтобы она нашла меня?

Старик кивнул:

— Он собирался отправить тебя обратно. Но я считал, тебе это известно.

Правда обрушилась на Элис тяжестью башни, под которую неведомый враг совершил подкоп. Собственно говоря, с той самой ночи, когда они встретились, Пирс постоянно пытался убедить ее вернуться в Фолстоу. И не делал из этого секрета. Так что ей не на что жаловаться. Он ее не обманывал.

А теперь она готова рискнуть поместьем своей семьи, своей свободой и, быть может, жизнью, чтобы вернуться к человеку, который только успел вздохнуть свободно, избавившись от нее? Вообще-то Элис не была уверена, сможет ли нависшая над ее головой угроза склонить Пирса отказаться от своих притязаний на Гивик-Мэнор в пользу Джудит Энгвед. Всю жизнь он был лишен того, что ему принадлежало по праву, а теперь может это получить. Почему он должен отказываться от этого ради женщины, которая для него ничего не значит?

Сибилла снова оказалась права, но на этот раз Элис не почувствовала горечи. Возможно, подумала она, узнав такую горькую истину и боль, которую она приносит, человек становится мудрее. Вспомнив о Сибилле, которая, должно быть, испытывала огромное беспокойство, но по привычке не показывала этого, Элис переменила решение.

— Хорошо, — вздохнула она, — тогда давайте поскорее уйдем отсюда, пока не вернулись Джудит и Беван.

Сибилла, приподняв брови, оглянулась, а потом озабоченно нахмурилась:

— Ты опять придумала какой-нибудь трюк? Дождешься, когда я выйду в коридор, и захлопнешь дверь, как делала в детстве?

Элис улыбнулась воспоминаниям — приятным и не слишком. Стало быть, Сибилла невольно призналась, что уже не считает ее ребенком.

— Нет, Сибилла, на этот раз никаких трюков. Пойдем. — Элис выставила вперед согнутый локоть и позвала Лайлу, которая все еще жалась к Айре. — Мы уходим, малышка.

Обезьянка вскарабкалась на плечо хозяйки, легко преодолев разделяющее их расстояние, и крепко вцепилась обеими руками в волосы Элис.

— Я желаю всего хорошего, Айра, вам обоим, — сказала Элис.

Старик некоторое время сверлил ее глазами, но потом его обескровленные губы все же разлепились.

— Я тоже, — проскрипел он. — Вам обеим, — добавил он, покосившись на Сибиллу. Потом его тело как-то странно дернулось, и Элис с изумлением поняла, что он поклонился. — Леди.

Элис тщетно пыталась сдержать рвущиеся из груди рыдания. Она быстро подошла к старику, прижалась щекой к его морщинистой щеке и обняла за плечи.

— Позаботьтесь о нем, — с трудом выговорила она. — Он так долго был совсем один.

Айра быстро кивнул.

— Элис, — негромко окликнула Сибилла.

Элис отпрянула, и, обернувшись к сестре, быстро смахнула с ресниц набежавшие слезы. Заметив на полу у очага свой мешок, она подхватила его.

Скользнув взглядом по глубоким покрасневшим бороздам на запястьях, оставшимся от веревок, она заметила, что деревянный браслет исчез. Почему-то это заставило ее сердце сжаться.

Ни разу не оглянувшись, она направилась вслед за Сибиллой в коридор.


Глава 21 | Не целуй незнакомца | Глава 23