home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



15

В уютной тишине своей спальни Филлис прилегла на узкую кушетку, стоящую в дальнем углу комнаты. Ей не хотелось думать ни об Имоджин и ее мистере Баррите, ни о Ризинге и собственной помолвке, ни даже о бале.

Но мысли не отпускали девушку, она металась среди них, натыкалась на их острые грани, причиняющие ей боль. Она все еще испытывала это новое для себя чувство раскаяния, пусть и не способна была полюбить Имоджин, хотя несколько раз за сегодня назвала ее своей сестрой. Случившееся отчасти изменило саму Филлис, но Имоджин оставалась той же глупышкой, пусть и оказалась способной на сильные чувства.

— Скорее бы поехать домой, — прошептала Филлис, — больше мне здесь нечего делать, кроме как наблюдать за воркующими голубками и выслушивать поздравления, которыми будут одаривать тетку ее гости, сознавая, что это я сделала их всех такими счастливыми. И ведь ни один из них меня не поблагодарит! Мистер Уилтон мог бы гордиться моим бескорыстием!

— С чего это я вдруг стала искать одобрения Уилтона? — тут же удивилась она. — Какое мне дело до того, что он думает, лишь бы этот гадкий человек молчал о своих подозрениях о том, что падение Имоджин не было случайным!

Раз за разом юная леди пыталась успокоить свое смятение, отвлечься на размышления о каком-нибудь пустяке, но все было тщетно. Спустя полчаса Филлис сдалась.

Она поднялась с кушетки, оправила примятые локоны, скорчила зеркалу недовольную гримаску и направилась в библиотеку выбрать какую-нибудь книгу, способную отвлечь от навязчивых мыслей.

Увы, библиотека оказалась не тем местом, где девушке следовало искать успокоения: в одном из кресел удобно расположился с каким-то потертым фолиантом мистер Уилтон. Рядом на столике стоял наполовину опустевший бокал с французским вином. Филлис успела заметить джентльмена раньше и уже хотела тихо притворить дверь и поискать забытый кем-нибудь из дам роман на столиках и диванах в гостиной, когда мистер Уилтон повернул голову, немедленно поднялся с кресла и обратился к ней:

— Мисс Найт! Я не собираюсь мешать вам, если вам нужна книга, можете выбрать, что пожелаете.

— Благодарю вас, мистер Уилтон, — насмешливо ответила Филлис, один вид этого человека привел ее в состояние раздражения. — Это моя тетушка назначила вас присматривать за своей библиотекой? Не знала, что теперь здесь распоряжаетесь вы!

Уилтон ответил тем же тоном:

— Жаль, что ваша тетушка не попросила меня присматривать за своей дочерью! Уверен, с ней не случилось бы этой неприятности, будь я поблизости.

— Не сомневаюсь, вы бы первым заметили того фермера, что спас ее. — Филлис поняла, что Уилтон намерен вновь отравлять ей жизнь своими подозрениями. — Или вы, возможно, бросились бы в ручей вслед за ней?

Лицо мужчины потемнело от гнева.

— Как вы можете так легкомысленно говорить об этом? Если бы не этот добрый человек, в семье ваших родственников произошла бы трагедия! Или именно таково и было ваше желание? Довести мисс Грейстоун до могилы, чтобы обвенчаться с ее поклонником?

— Если бы я собиралась обвенчаться с мистером Барритом, я сделала бы это, невзирая ни на чьи чувства! — Филлис понимала, что подтверждает подозрения Уилтона, но не могла остановиться. — Но ваши сведения несколько устарели. К этому часу мистер Баррит уже, должно быть, сделал моей сестре предложение, а она со слезами благодарности его приняла!

Уилтон не скрывал своего удивления, он даже сделал два шага навстречу Филлис, так и застывшей возле дверей.

— В самом деле? Баррит объяснился в любви мисс Грейстоун? А вы теперь называете ее сестрой? И не испытываете к ней ни малейшей неприязни?

Недоверие в его тоне неожиданно глубоко уязвило Филлис, хотя внутренний голос говорил ей, что у него есть все основания не доверять ее словам.

— Вы поняли все совершенно правильно, мистер Уилтон, — сладким голоском пропела мисс Найт. — Баррит и Имоджин, а она действительно моя сестра, влюблены друг в друга и скоро назначат дату свадьбы. И я не собираюсь им в этом мешать. Мне никогда так сильно не нравился мистер Баррит, к тому же у меня ведь есть собственный жених, который может приехать уже через несколько часов!

Умение владеть собой подвело Филлис, в последних ее словах было больше горечи, чем насмешки, и Уилтон это заметил. Он подошел ближе к девушке и внимательно на нее поглядел.

— Что-то случилось сегодня днем, — тихо сказал он. — Что-то, что заставило вас по-другому посмотреть на чувства Баррита и вашей… сестры. Вы не хотите рассказать мне?

Филлис удивленно вскинула голову, ее подбородок едва заметно дрожал.

— С чего бы это я стала откровенничать с вами, мистер Уилтон? Уверена, что бы я ни сказала, вы не замедлите найти подходящие слова и обвинить меня в дурном нраве, злоязычии и бог знает в чем еще!

— Может быть, потому, что вам нужно с кем-нибудь поделиться тем, что лежит у вас на сердце, — Уилтон еще приблизился и выглядел вполне серьезным, обычная его насмешливость затаилась так глубоко на дне его глаз, что Филлис не видела ее, но не сомневалась — она там есть.

— Для откровений у меня есть Розамунда. — Филлис пожала плечами, всем своим видом показывая, насколько неподобающе высказывание ее собеседника. — К тому же ничем таким особенным я и не могла бы с вами поделиться, я ничего не скрываю!

Уилтона нельзя было легко привести в смущение, он достаточно провел времени, наблюдая за гостями Грейстоунов и ими самими, чтобы не сомневаться — мисс Найт непохожа на себя саму, что-то потрясло или задело ее. Дружеские чувства к Барриту и снисходительная жалость к мисс Имоджин не позволили Уилтону отступить.

— Уверен, что мое первоначальное предположение не подвело меня, мисс Найт. Ваша кузина по собственному желанию прыгнула в ту заводь, и ее собаки здесь ни при чем. Злосчастную роль в решении, которое приняла мисс Грейстоун, сыграли вы. Наверняка она что-то заметила, как бы вы ни пытались это отрицать.

— Я нахожусь не в суде, мистер Уилтон, чтобы что-то доказывать или отрицать. — Филлис жалела, что покинула свою комнату и решила зайти в библиотеку. — И у вас нет права задавать мне все эти вопросы, как будто вы полицейский, ведущий расспросы… допросы… как это там называется!

— Поверьте, если бы ваша кузина утонула, здесь была бы полиция, можете не сомневаться! Вся эта история немедленно стала бы известной на пятьдесят миль в округе, и первый же вопрос, который задал бы вам инспектор полиции, был бы о ваших отношениях с мисс Грейстоун и мистером Барритом!

Филлис на мгновение представила себе, как чужой равнодушный человек сидит в гостиной миссис Грейстоун и поочередно задает вопросы всем обитателям дома, от хозяев до последней служанки. Ее передернуло, и мистер Уилтон это заметил.

— Вижу, вы понимаете теперь, насколько я прав. Так что же случилось, пока ваша подруга, мисс Тиллард, Флора и я осматривали сад и лабиринт? Мисс Грейстоун увидела, как Баррит стоит перед вами на коленях? Или что-то еще более…

— Он всего лишь держал меня за руки! — Филлис тотчас поняла, что проговорилась, но гнусные измышления этого негодяя заставили ее произнести эти слова. — Баррит застал меня, когда я плакала, и попытался утешить, как умел. А Имоджин взбрело в голову, будто он…

Она замолчала, воздух словно бы закончился в ее легких, в висках быстро-быстро пульсировали жилки…

Казалось, она лишь моргнула, но когда глаза Филлис снова открылись, она полулежала в кресле, а Уилтон склонился над ней с бокалом вина, из которого так недавно сам безмятежно отпивал по глотку, читая книгу.

— Я… упала в обморок? — Филлис не могла припомнить случая, чтобы ей дважды в один и тот же день становилось дурно, хотя в пансионе она частенько пропускала уроки из-за нездоровья, скорее мнимого, чем подлинного.

— На этот вопрос лучше можете ответить вы, — заметил мистер Уилтон невозмутимым тоном, подходящим старому доктору Энгли. — Вы пошатнулись и сильно побледнели, так что, простите мне эту дерзость, я позволил себе довести вас до кресла. Выпейте немного, вино вернет краски на ваше лицо.

«Значит, я шла сама, — подумала Филлис. — Хотя бы ему не пришлось нести меня, и без того он уже заставил меня пережить достаточно унижений!»

Она послушно отпила вина, сделав вид, что в том, что молодая леди пьет из бокала, из которого только что пил джентльмен, нет ничего предосудительного, и попробовала встать на ноги. Уилтон не пытался помочь, да Филлис и не приняла бы эту помощь, но стоял рядом, готовый подхватить девушку, если ей снова придет охота потерять сознание.

— Куда вы идете? — спросил он, когда понял, что мисс Найт направляется к двери.

— В свою комнату, мистер Уилтон, я хотела бы остаться одна, на сегодня мне довольно вашего общества, — Филлис даже не обернулась, чтобы посмотреть на него.

— Но мы не закончили разговор! — возразил Уилтон.

Ей пришлось все-таки остановиться и посмотреть на него.

— Что еще вы хотите знать? — ей показалось, что этот назойливый человек никогда не оставит ее в покое.

— Вы сказали, что плакали, а мистер Баррит вас утешал, — напомнил ей Уилтон. — Ваша кузина увидела эту сцену и подумала, что вы с Чарльзом объясняетесь друг другу в любви.

Невзирая на то, что на самом деле все так и было, Филлис решительно отмела предположение Уилтона:

— Я же сказала вам, мы с Барритом — добрые друзья, и его дружеское участие ввело Имоджин в заблуждение, только и всего. Она совершила необдуманный поступок, и остается только радоваться, что ничего ужасного не произошло.

— Вы правы, мисс Грейстоун не должна была с таким пылом предаваться отчаянию, — совершенно серьезно подтвердил Уилтон. — И, если я не ошибаюсь, мой друг Чарльз наконец понял, чего именно он желает больше всего на свете, не так ли?

«Опять насмешки! О, я не вынесу этого!» — Филлис чувствовала легкую слабость после неожиданного обморока, иначе, пожалуй, дала бы пощечину этому дерзкому, бестактному, жестокому субъекту.

— Спросите об этом у вашего друга, — вместо этого холодно ответила она. — Теперь, надеюсь, вы не станете меня задерживать?

— Но отчего вы плакали? — Уилтон словно бы не заметил ее последней фразы, произнесенной в лучших традициях итальянского театра, о чем не знала и сама Филлис.

— У меня есть причины для огорчений, но вас они вряд ли касаются!

— Мисс Найт, я знаю, что вам неприятен ваш жених и вы не хотите этой помолвки. Думаю, именно близость визита сэра Ризинга заставила вас страдать. — Уилтон взял за тонкую ножку бокал, из которого только что пила мисс Найт, и задумчиво покрутил его в руках. — Если вам так противен сэр Джон, почему вы соглашаетесь, чтобы ваш отец и мать распоряжались вашей судьбой?

— Неужели вы не осознаете, что ваше вмешательство превосходит всякие пределы? Вы не имеете понятия о чести джентльмена! — Филлис была в ярости.

— Я всего лишь пытаюсь понять, мисс Найт. Вам не удалось убедить меня, что вы не собирались завладеть Барритом, и только то обстоятельство, что ваша кузина едва не погибла, заставило вас остановиться. Уверен, вы попробуете еще раз, если подвернется подходящий джентльмен!

— Вы оскорбляете меня на протяжении уже долгого времени, мистер Уилтон! Даже то, что миссис Мэйленд входит в число ваших друзей и ненавидит меня, не дает вам право вести себя подобным образом!

Она не собиралась слушать его ни одной минутой дольше, но Уилтон двигался быстрее и догнал ее у самой двери.

— Вы зависите от денег вашего отца, мисс Найт, но ведь вы могли бы сами зарабатывать себе на жизнь! Тогда вам не пришлось бы покорно следовать чужой воле! — воскликнул он с неожиданным жаром.

— Стать гувернанткой или компаньонкой? Или преподавать в пансионе, как это сделала миссис Мэйленд после того, как ее семья разорилась? — Филлис презрительно оттопырила нижнюю губу, что ей совсем не шло.

— Почему бы и нет? В том, чтобы работать, нет ничего постыдного. Зато вы были бы свободны! — Уилтон словно бы пытался достучаться до потайных уголков ее души, отыскать там добродетели, в существование которых и сам не верил.

— И это говорите мне вы? — Филлис язвительно рассмеялась, пусть ей и хотелось плакать. — Человек, предпочитающий пользоваться благотворительностью своей тетки и растрачивать себя на светские визиты и бесполезные разговоры о политике в компании таких же бездеятельных джентльменов? Приберегите ваши советы для кого-нибудь вроде Чарльза Баррита, кого-нибудь, кто готов внимать вашим рассуждениям и преклоняться перед вашими необыкновенными способностями! У вас стоит поучиться лицемерию!

На этот раз она всерьез его задела. Возмущенное восклицание Уилтона ясно говорило об этом.

— Я собираюсь поступить на службу Ее величества!

— По-моему, вы несколько затянули с этим, мистер Уилтон. — Филлис насмешливо фыркнула и исчезла за дверью прежде, чем ошеломленный ее выпадом Уилтон смог ответить.

Она не видела, как бокал с остатками вина полетел в незажженный камин, иначе еще больше была бы довольна собой.


предыдущая глава | Чужой жених | cледующая глава