home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



9

После обеда дождь не прекратился, и общество продолжало искать домашних развлечений. Джентльмены играли на бильярде, миссис Баррит и миссис Олдхэм беседовали о рецептах отваров от кашля, остальные дамы с большим или меньшим рвением занимались рукоделием.

Филлис прошла в оранжерею, находиться в гостиной у нее больше не было сил. Присутствие Флоры Уилтон раздражало ее все сильнее. Если в прошлые визиты к Грейстоунам Имоджин искренне радовалась кузине и ничто не мешало Филлис третировать ее, то теперь девушка проводила значительную часть времени с подругой, и мисс Найт оказалась предоставлена самой себе.

— Подумать только, даже эта глупышка пренебрегает мной! — бормотала Филлис, прохаживаясь между окрашенными в зеленый цвет кадками с апельсиновыми деревьями. — Разве не я показала ей, как надо укладывать локоны, чтобы казаться выше и стройнее? Разве не я с самого детства часами должна была выслушивать ее болтовню о щенках и котятах и любоваться ее толстым пони? О, неблагодарность — главный порок этого мира!

За этими мрачными мыслями Филлис и застал оставшийся без общества мистер Баррит. Мистер Уилтон заявил, что непременно должен подышать свежим воздухом и дурная погода не помешает ему это сделать, после чего велел оседлать ему лошадь, надел плащ и уехал. Старшие джентльмены вернулись к неспешной беседе в курительной, и мистер Баррит счел за лучшее оставить их в покое, так как, в отличие от Уилтона, терпеть не мог говорить о политике.

Зимний сад привлек его возможностью ненадолго покинуть дом по примеру Уилтона и в то же время не выходить под дождь. Капли с мерным гулом стучали о стеклянную крышу оранжереи, и мистер Баррит не сразу услышал, что среди деревьев и экзотических цветов прогуливается кто-то еще. Когда он заметил Филлис, его лицо озарилось искренней радостью, что показалось мисс Найт хорошим знаком.

— Надеюсь, я не нарушил ваших планов своим появлением, мисс Найт? — обеспокоенно спросил джентльмен. — Вы, наверное, устали от шума и суеты в доме и решили немного побыть в одиночестве?

— Именно так, мистер Баррит, но вы не отличаетесь суетливостью, и ваше общество не может быть мне в тягость, — с самым любезным видом ответила Филлис, очень довольная этой неожиданной встречей.

— Рад слышать это, — смутился несостоявшийся викарий.

— А что привело сюда вас? — в свою очередь спросила Филлис, она уже привыкла сама поддерживать разговор с Барритом, не особенно надеясь на остроумие собеседника.

— Ваш отец и дядя рассуждают о том, во что обходится флот ее величества… Уилтон же поехал немного развеяться, — объяснил ей Баррит.

— Верхом? В такую погоду? — Филлис в очередной раз подивилась странностям мистера Уилтона. — Он же насквозь промокнет и простудится!

— Это его право, — пожал плечами мистер Баррит. — Я говорил ему о неразумности этой выходки, но Уилтон так порывист… Не может долго сидеть на одном месте.

Филлис не стала продолжать разговор о непрятном ей человеке и спросила Баррита об Имоджин. Ей показалось удивительным то, что Чарльз Баррит не проводит свободные часы подле своей избранницы.

Лицо молодого джентльмена чуть омрачилось, хотя он и старался не выдать своего недовольства или даже легкой обиды на Имоджин.

— Одна из собачек повредила лапу, когда поскользнулась на натертом паркете во время погони за случайно залетевшей в дом пчелой, и теперь мисс Грейстоун старается облегчить страдания бедняжки при помощи настоек и припарок.

— Разве этим не должна заниматься прислуга? — с притворным изумлением спросила Филлис. — Я знаю, что в этом доме одна из служанок приставлена следить за тем, чтобы любимцы Имоджин были вовремя накормлены и выведены на двор.

Мистер Баррит сокрушенно развел руками.

— Мисс Грейстоун так расстроилась, что решила сама посидеть возле собачки. Хотя, на мой взгляд, это всего лишь пустячный вывих, и через день или два животное будет вполне здорово.

Филлис поняла, что в душе молодого человека пробиваются ростки бунта. Несомненно, Баррит и представить себе не мог, когда направлялся вместе с матерью погостить у Грейстоунов, что Имоджин будет бесконечно говорить о своих животных, ласкать их и заставлять всех окружающих восхищаться невиданной сообразительностью своих любимцев. Похоже, джентльмен начал испытывать ревность к собачкам и кроликам Имоджин, и этим можно воспользоваться.

«Мистер Баррит, подобно любому мужчине, не выносит, когда им пренебрегают ради кого-то другого, даже если этот кто-то — кролик или собака. Я правильно делаю, что все время расспрашиваю его о нем самом и выражаю уверенность в том, что все его дела всегда будут идти успешно».

Филлис постаралась придать своему голосу самые искренние интонации и при этом словно бы извинялась за кузину, хотя на самом деле ее слова были направлены на достижение противоположного эффекта.

— Вы не должны обижаться на Имоджин. С самых юных лет ее больше всего заботили ее любимые зверьки. Если бы у нее были младшие братья или сестры, она навряд ли стала бы играть с ними, так велика ее привязанность к этим маленьким визгливым тварям. К счастью, Уоррен ее близнец и никогда особенно не нуждался во внимании сестры. Боюсь только, что Имоджин останется такой и когда выйдет замуж. Мне кажется, ее собственные дети будут интересовать ее меньше, чем пони или кролики. Но кузина так добра, ее просто невозможно не любить вместе с ее маленькими слабостями!

Проникновенная речь Филлис оказала именно то влияние на мистера Баррита, какого и добивалась плутовка. Молодой джентльмен задумался, и, судя по мрачной складочке, появившейся между его бровей, мысли его отнюдь не были приятными. В самом деле, кому хочется заполучить жену, которая вместо того, чтобы заботиться о супруге и содержать дом, станет целые дни проводить в обществе собак или кошек? Соседи и знакомые назовут такую леди по меньшей мере странной, а ее детям придется искать ласки у своих нянек или у покинутого женой одинокого отца.

Филлис знала, когда наступает пора промолчать и терпеливо дожидаться, пока посеянные семена дадут всходы. Она больше не говорила об Имоджин, но ее красноречивый взгляд выражал сочувствие мистеру Барриту, и некоторое время они молча прогуливались, вдыхая непривычный аромат, исходящий от множества незнакомых растений. «Хотя бы здесь не пахнет розами, какое приятное разнообразие, — подумала Филлис. — Однако пора, пожалуй, расстаться с мистером Барритом. Пусть в одиночестве попробует представить себе будущее, которое ждет его, если он женится на моей пустоголовой кузине».

Молодая леди ласково улыбнулась своему спутнику и оставила его одного, причем джентльмен, похоже, был не прочь побыть в обществе мисс Найт еще полчаса. Но Филлис не могла позволить, чтобы кто-нибудь застал их вдвоем. Да и ей следовало подготовиться к вечеру — она собиралась порадовать друзей своим пением.

Когда в доме поселяются молодые люди, проживающие в нем юные леди стремятся выглядеть еще более чарующе, и нельзя их в том винить. В ход идут все ухищрения, подаренные им природой и заботливыми родителями — прелестные платья и украшения, изысканно уложенные локоны, нежный румянец на гладких щечках, кокетливые улыбки и томные вздохи, нечаянные взгляды, брошенные поверх раскрытого веера…

Все эти уловки прекрасно удавались Филлис, чего нельзя сказать ни об Имоджин, ни о мисс Уилтон. Первая и без дополнительных усилий напоминала искусно сделанную говорящую и двигающуюся куколку, а вторая была слишком искренней, чтобы притворяться. Тем более что в гостях у Грейстоунов не оказалось ни одного джентльмена, подходящего Флоре, единственный молодой джентльмен, не считая ее собственного брата, ухаживал за ее подругой.

В этом смысле Филлис повезло больше, она могла бы попытаться понравиться мистеру Уилтону, но неудачное начало их знакомства не оставило у нее никаких сомнений в том, что она и мистер Уилтон всегда будут испытывать друг к другу одну лишь неприязнь. Впрочем, присутствие Уилтона отчасти играло ей на руку. Ее стремления понравиться мистеру Барриту надлежало скрывать, но при наличии в доме еще одного мужчины подходящего возраста и положения ни ее мать, ни тетка не стали удивляться тому, что Филлис старается выглядеть особенно прелестной. Конечно, миссис Найт после разговора с Флорой Уилтон стала относиться к обоим Уилтонам с настороженным вниманием, опасаясь бестактных замечаний касательно пребывания ее дочери в пансионе, но Уилтон был достаточно хорош собой и в той же мере дерзок, чтобы Филлис не захотелось бы очаровать его и после этого поставить наглеца на место своей холодностью и насмешками.

Против такого поведения дочери заботливая матушка ничуть не возражала, разумеется, до тех пор, пока не появится сэр Джон Ризинг. Тогда уж все улыбки Филлис должны быть подарены только ему, а о кокетстве с другими джентльменами не может идти и речи. Филлис старательно избегала разговоров о сэре Джоне, словно бы приняв его существование как досадную необходимость, и миссис Найт почти успокоилась, а мистер Найт и помыслить не мог, что в душе его дочери роятся коварные планы избавления от Ризинга. Мистер Найт был готов к выражению недовольства, некоторому неповиновению дочери, но не сомневался, что Филлис, как разумная девушка, вскоре поймет свою выгоду и смирится, как смирился в свое время ее брат.

Таким образом, у Филлис оставалось еще около десяти дней на то, чтобы привести в исполнение свои планы. И для этого ей очень не хватало Розамунды Тиллард.

«Завтра или послезавтра Розамунда должна объявиться! Иначе я сойду с ума! — думала Филлис, сидя в кресле в ожидании своей очереди играть и петь, пока Флора и Имоджин пытались исполнить дуэт, больше смеясь, чем стараясь попасть в ноты. — Вот только как ее примут Уилтоны? Несносная миссис Мэйленд могла рассказать и о ней, ведь Розамунда участвовала во всех моих проделках! Ну, стоит только Флоре начать насмехаться, Розамунда найдет способ заставить ее замолчать!»

Наконец, Флора сдалась, убедившись, что от Имоджин нельзя ожидать серьезной помощи в исполнении дуэта, и подруги уступили место мисс Найт.

Филлис любила петь, хотя и не терпела занятия музыкой в пансионе из-за того, что преподавательница, суровая старая дева, казалась ей грубой и лишенной каких-либо талантов на избранном ею поприще. Но дома Филлис занималась с усердием, за которое ей прощалось нежелание посвящать свое время живописи или читать поучительные трактаты.

Сегодня она пела особенно проникновенно, так, что даже мистер Уилтон счел нужным присоединиться к аплодисментам, а мистер Баррит не скрывал своего восхищения. Филлис даже подумывала, не подобрать ли мелодию к нелепой оде, исполненной Барритом накануне во время турнира, но решила, что это будет уже слишком.

Миссис Баррит отвлеклась от своего рукоделия, невольно залюбовавшись склоненной к роялю темноволосой головкой, а миссис Олдхэм вполголоса предложила племяннице зарисовать мисс Найт, когда та играет. Флора без особого восторга согласилась с теткой, что мисс Найт очень идет роль исполнительницы, но было понятно, что Флора лучше нарисует пять портретов пони Имоджин, чем возьмется за прославление красоты мисс Найт.

Следующий день не принес с собой известий о мисс Тиллард, и Филлис не впала в уныние только из нежелания своим несчастным видом доставить удовольствие Уилтонам. Дождь прекратился, но в саду было слишком сыро, чтобы дамы могли выйти на прогулку, не рискуя простудиться, и только возобновившиеся визиты немного скрасили первую половину дня.

В мягких вечерних сумерках Филлис все же отважилась выйти в сад. Дорожки розария усеивали сбитые дождем лепестки, и молодая леди в задумчивости поддевала их носком своей туфельки.

— И надо же было нам вернуться из Европы! — говорила она себе. — Там я бы не скучала! А здесь… еще один такой день, и я сама начну задевать Уилтонов, лишь бы как-то развлечься!

Мистер Баррит, похоже, простил Имоджин чрезмерную заботу о заболевшей собачке и весь вчерашний вечер провел подле мисс Грейстоун, что не помешало ему, впрочем, наслаждаться игрой и пением мисс Найт. И все же одного поклонения перед ее талантом Филлис было недостаточно!

— Какой он все же скучный молодой человек! И за него я еще хочу выйти замуж! Право же, чем он лучше сэра Джона? Тот хотя бы влюблен в меня! — Филлис провела рукой по мокрой скамье и покачала головой — лучше не присаживаться. — Нет, все же Баррит приятнее сэра Джона. Но о чем мы с ним станем говорить, если поженимся? Я заставлю его посвятить меня во все дела, связанные с управлением поместьем. Ручаюсь, у меня получится лучше, чем у него, слишком уж он мягкий и уступчивый, фермеры просто ограбят его, а он еще и сам поможет им унести награбленное!

Ничего не подозревающий предмет ее размышлений внезапно показался из-за угла дома. Несмотря на разность характеров, Уилтон и Баррит довольно быстро подружились, может быть, оттого, что оба были впервые в этих местах и не имели так много знакомств, чтобы пренебрегать обществом друг друга. Мистер Уилтон любил говорить, а мистер Баррит, пусть и не разбирался в тех предметах, что более всего интересовали Уилтона, мог все же поддержать беседу и не оспаривал мнение своего друга. Сегодня молодые люди развлекли себя тем, что проехались до ближайшего городка, исполняя поручение миссис Грейстоун. По возвращении Уилтон сразу прошел в дом передать хозяйке ожидаемые ею книги, а Баррит решил немного пройтись по саду, посмотреть, какой ущерб нанесла кустам вчерашняя непогода, и сорвать для мисс Грейстоун самую красивую розу из тех, что распустились сегодня утром.

— Мисс Найт! Кажется, мне суждено мешать вам, когда вы прогуливаетеся и, вероятно, мечтаете? — Мистер Баррит с улыбкой приблизился к Филлис, которая остановилась и ждала его с самым кротким видом.

— О чем же я, по-вашему, могу мечтать в мокром саду? — меланхолическим тоном спросила Филлис.

— О будущем счастье, я полагаю. — Мистер Баррит немедленно растерялся, лишь только ему предложили угадать, о чем думает эта прелестная и загадочная леди. — Вы ведь скоро выходите замуж…

Разумеется, мистер Баррит не мог не слышать разговоров старших дам о предстоящей помолвке Филлис, да и мистер Найт во время разговоров в мужской компании выражал надежду, что связи лорда Ризинга помогут еще более упрочить дела его семьи.

— Ах, мистер Баррит… — Тяжкий вздох, последовавший за этими словами, мог показать даже самому недогадливому из мужчин, что мисс Найт отнюдь не самая счастливая в мире невеста, а ведь Баррита все же нельзя было назвать совсем уж лишенным воображения и душевной тонкости человеком.

— Что вы хотели сказать, мисс Найт? Неужели помолвка не доставляет вам удовольствия? Разве вы не мечтали выйти замуж за сэра… эээ… Ризинга?

— Отнюдь, мистер Баррит, — еще более горько вздохнула Филлис, после этой сцены ее непременно принял бы в свой театр любой антрепренер, которому довелось бы увидеть мисс Найт в эти минуты. — Такова воля моего отца и матери, только и всего. Девушке редко дозволяется вступить в брак по воле сердца, чаще всего она лишь покорно исполняет свой долг перед семьей…

— Так вы не любите сэра Джона Ризинга? — изумился мистер Баррит.

— Скажу вам больше, он мне отвратителен, — Филлис отвернулась, словно бы скрывая слезы, а на самом деле чтобы посмотреть, не наблюдает ли за ними кто-нибудь из окон дома.

Мистер Баррит растерялся. Несмотря на старания мисс Найт казаться тихой, миролюбивой девушкой, джентльмен испытывал некоторую неловкость в ее присутствии, он начинал сам себе казаться слишком незначительной личностью, чтобы быть интересным такой незаурядной леди, как мисс Найт. Он не мог ее понять. То она была мила и приветлива, расспрашивала о его жизни до знакомства с мисс Грейстоун, то вдруг ее взгляд начинал метать молнии, особенно когда она отвечала какой-нибудь колкостью на насмешливые замечания мистера Уилтона…

За прошедшие дни он не успел составить себе определенное мнение о мисс Найт, так же как и о Флоре Уилтон, так как проводил большую часть времени с мисс Грейстоун. Но, как бы там ни было, такую девушку, как мисс Найт, не могли принудить к замужеству — в этом мистер Баррит был убежден. И ее неожиданное признание его поразило.

— Но… как же так? — Растерянность мистера Баррита в другое время насмешила бы Филлис, но сейчас она и в самом деле вдруг почувствовала себя жертвой, приносимой ее семьей, и испытывала обиду и жалость к себе. Так великие актрисы проживают на сцене подлинную жизнь, не лицедействуя, но страдая по-настоящему.

— Давайте не будем больше говорить об этом, мистер Баррит. Пока я еще свободна от ненавистных уз, я хотела бы отдыхать и развлекаться с друзьями, словно я все еще юная беззаботная девушка, только что покинувшая стены пансиона. — Она принужденно улыбнулась. — Давайте срежем несколько роз для Имоджин и вернемся в дом, мои туфли уже слишком намокли, чтобы продолжать дальнейшую прогулку.

Мистер Баррит тут же согласился с ней, он ни за что бы не осмелился подвергать опасности жизнь молодой леди. У работающего неподалеку садовника Баррит попросил ножницы, чтобы срезать розы, и мисс Найт была так любезна, что сама указала джентльмену, какие цветы должны понравиться Имоджин. Перед самым уходом Баррит срезал еще один цветок сверх того, что уже собрал для мисс Грейстоун, и смущенно протянул Филлис большую темно-красную розу с глубоким, сильным запахом.

— А это для вас, мисс Найт.

Филлис приняла этот дар молча, но ее взгляд был таким выразительным, что бедный Чарльз Баррит мучительно покраснел и поторопился вернуться в дом и отвлечься бесполезным разговором, лишь бы только не задумываться, что означал этот взгляд — одну лишь благодарность за любезность или нечто большее?

Увы, даже самый заурядный молодой джентльмен порой способен искренне верить, что им может увлечься самая красивая и гордая девушка, и мистер Баррит ни на мгновение не заподозрил притворства. Надо отдать должное мисс Найт, игра все больше поглощала ее, привносила все больше подлинного чувства в ее слова и взгляды. Так всегда бывало, когда Филлис увлекалась очередным своим поклонником, но впервые она пыталась заставить себя увлечься и, кажется, преуспевала в этом.

На террасе Филлис ожидал неприятный сюрприз в лице мистера Уилтона. От его пронзительного взгляда не укрылось ни беспокойство Баррита, ни цветок в руках мисс Найт.

— Чарльз! Где ты пропадаешь? — воскликнул Уилтон и словно только что заметил Филлис. — А, мисс Найт…

— Мисс Найт помогла мне выбрать розы для мисс Грейстоун, — пояснил Баррит. — Зачем ты меня искал?

— Моя сестра предлагает развлечься какой-нибудь игрой, в библиотеке мистера Грейстоуна есть занятные образцы, но не может решиться, что именно выбрать — разрезную карту или «Охоту», а может быть, «Слона, замок и путешествие в Азию».

— Боюсь, я не силен ни в картах, ни в охотничьих терминах, — сознался Чарльз Баррит. — Мисс Найт, а что бы выбрали вы?

— «Парижские миниатюры», — не задумываясь, ответила Филлис. — В детстве мы часто играли в нее с Имоджин, правда, моя кузина очень плохо запоминала правила этой игры…

— Миниатюры — игра для девочек, — пренебрежительно фыркнул Уилтон.

— А мы и есть девочки, вернее, были ими, — Филлис постаралась, чтобы ее голос не звучал резко, ради мистера Баррита.

— Что ж, в таком случае джентльмены могут поиграть в «Охоту», а дамы заняться миниатюрами, — Баррит поспешил примирить обе стороны.

У Филлис не было ни малейшего желания проводить время за детскими играми, но уйти в свою комнату она не могла, мать непременно заставила бы ее вернуться в общество.

Все трое вошли в дом, и вскоре из гостиной послышалось восторженное лепетание Имоджин, словно розы, поднесенные ей мистером Барритом, выросли не в ее собственном саду, а по меньшей мере в Андалусии.

Филлис решила отнести свой цветок к себе в комнату и начала подниматься по ступеням наверх. Мистер Уилтон остановился у подножия лестницы и обратился к девушке в своей обычной небрежно-насмешливой манере:

— Мисс Найт, я вижу, вы по-сестрински привязаны к жениху вашей кузины.

— Насколько я знаю, у моей кузины нет жениха, — Филлис даже не потрудилась остановиться, чтобы расслышать ответ наглеца.

Лишь у себя в комнате она глубоко, прерывисто вздохнула.

— Неужели от него не укрылся мой интерес к Чарльзу? Поистине это дьявол, а не человек, и он послан сюда, чтобы разрушить мои планы!

Немалых трудов Филлис стоило успокоиться и вновь спуститься в гостиную, где Флора разложила на столе коробки со старыми играми, а горничная вытирала с них пыль.

Миссис Олдхэм охотно согласилась поиграть в «Охоту» с племянником и Чарльзом Барритом, но другие почтенные дамы решительно заявили, что их преклонный возраст не позволяет им предаваться легкомысленным развлечениям, более подобающим молодежи. Мистер Найт и мистер Грейстоун присоединились к «Охоте», словно бы наперекор своим супругам, а Филлис, Имоджин и Флора Уилтон уселись за «Парижские миниатюры».

Игры немало посмешили всю компанию, и почти все нашли вечер приятным. Более сложные разрезанные карты, наклеенные на кусочки дорогого черного дерева, и загадочного слона с замком решили оставить на завтра, если переменчивая погода не позволит играть в лаун-теннис на лужайке.

— Лучше будет, если завтра вы не станете проводить много времени в саду, — обеспокоенно заметила миссис Грейстоун перед тем, как леди и джентльмены разошлись по своим спальням. — Надеюсь, вы помните — послезавтра мы все приглашены на бал к Глоссберри, и молодым леди надлежит поберечь себя.

Имоджин не собиралась спорить с матерью, Филлис при упоминании о бале радостно встрепенулась, и только упрямая Флора выразила полное пренебрежение к словам хозяйки дома. Крепкое здоровье этой молодой леди позволяло ей проводить на воздухе достаточно времени в любую погоду, и только ее нелюбовь к дождю удержала ее сегодня в доме. Мистер Уилтон и Чарльз Баррит собирались с утра проехаться верхом, и Филлис присоединилась бы к ним, если бы ее пригласили. Но Чарльз был слишком робок, а Уилтон скорее заставил бы свою лошадь захромать, чем провел лишние полчаса в обществе лицемерной интриганки, каковой он считал мисс Найт.

— Ну где же, где же Розамунда? — Филлис металась по своей спальне и заламывала руки еще долгое время после того, как дом погрузился в сонную темноту. — Бал — самое подходящее место для того, чтобы оказаться наедине с предметом своих помыслов, в то же время оставаясь у всех на виду. Баррит еще не помолвлен с Имоджин, значит, не сможет танцевать с ней так часто, как ему этого захочется, он обязательно пригласит меня! А Розамунда могла бы заняться Уилтоном! Что я буду делать, если она не сможет приехать?

Половину ночи Филлис провела, обдумывая, как добиться своего без помощи мисс Тиллард, и наутро проснулась совершенно разбитая. К счастью, провидение достаточно мучило ее в последние четыре дня и решило все же вознаградить свою непокорную избранницу.


предыдущая глава | Чужой жених | cледующая глава