home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



23

Шелби открыла кран, плеснула в ванну немного розовой ароматной пены, разделась и усталым жестом бросила одежду в угол. Глубоко вздохнув, она ступила в горячую воду. Ее тело скользнуло под пузырящуюся шапку белоснежной пены и отдалось ласковому, расслабляющему теплу. Наслаждаясь ощущением того, как ее измученные мышцы оставляет тупая, ноющая боль, она откинулась на край ванны и закрыла глаза. И тут же перед ее внутренним взором возник образ Коди — того Коди, который открыл ей мир невиданного наслаждения, того, каким он был в ночь их любви — сильного, нежного, со смеющимися глазами и улыбкой на устах.

Но эти воспоминания несли не только радость, но и горечь потери. Ее глаза наполнились слезами.

— Шелби, ты здесь?… О, черт!

При звуке этого голоса ее глаза широко распахнулись, а сердце бешено заколотилось. Коди! Неужели это действительно он стоит в дверном проеме ее ванной комнаты, или же это лишь шутки воображения?

Сама не понимая, что делает, она встала. Белая пена, облепившая ее плечи и руки, поползла вниз — на грудь, затем на живот и бедра.

Коди часто заморгал, резко повернулся к ней спиной и что было сил ударил кулаком по ни в чем не повинному дверному косяку. Все его тело напряглось, широкие плечи словно окаменели, голова склонилась вниз…

— Извини, я не должен был входить. Но я постучал, ты не ответила, а дверь была открыта, вот я и… и подумал, что с тобой могло что-то случиться.

Все еще не веря своим глазам, Шелби сорвала с крючка огромное белое полотенце и поспешно завернулась в него.

— Еще раз извини, я ухожу. — Не оборачиваясь, он направился к распахнутой двери в спальню, а оттуда — в холл. — Поговорим завтра. Мне… мне действительно не стоило приходить.

— Нет, Коди, подожди! — отчаянно вскричала Шелби и, придерживая край полотенца, бросилась за ним.

Его пальцы уже легли на ручку двери, но он остановился и обернулся.

Концы волос Шелби падали на плечи мокрыми завитками, на плечах и руках еще виднелись островки пены.

Коди вздрогнул, собирая всю свою волю в кулак, запрещая себе делать то, чего он хотел бы сейчас больше всего на свете…

— Прости, Шелби, мне пора.

Она подошла еще ближе и мягко, чуть слышно спросила:

— Но почему? Почему ты не хочешь остаться? Что с тобой, Коди?

Он громко застонал и, не в силах больше сдерживать себя, схватил ее в объятия, прижал к себе и буквально впился в ее губы в бешеном, страстном поцелуе. В этом поцелуе было все — дикое желание, горечь одиночества, тоска, крик исстрадавшейся души… И Шелби ответила на него; ее руки обвили шею Коди, наклоняя его голову, делая союз их губ еще более крепким.

В каждой клеточке тела Коди вспыхнул огонь неистового желания, требуя своего немедленного удовлетворения… Но и на этот раз разум победил.

Уйдя без остатка в мир чувств и столь нежданно сбывшихся надежд, Шелби заметила происшедшую в Коди перемену лишь тогда, когда он решительно разорвал кольцо ее объятий.

— Нет, Шелби, нет… — Он тряхнул головой. — Я пришел не за этим.

Она смотрела на него, не понимая, что происходит.

— Коди, пожалуйста, скажи Мне… что-то не так?

Он снова тряхнул головой, избегая смотреть ей в глаза.

— Нам надо поговорить, Шелби, но… не в подобной обстановке. — Он указал на ее полотенце. — Мы все обсудим завтра в твоем кабинете.

Ей страшно хотелось махнуть на все рукой и снова прижаться к нему, но что-то в его тоне удержало ее. Что ж, он прав, им действительно надо поговорить. Пора поставить все точки над «i» и перестать бегать друг от друга.


В ту ночь Шелби почти не спала, беспокойно ворочаясь в кровати, и когда розоватые лучи занимающегося рассвета прокрались в ее спальню, она оставила последние безнадежные попытки уснуть и встала. Умывшись холодной водой, девушка немного взбодрилась.

В одном Джейк был безусловно прав: ей надо что-то предпринять. Она быстро натянула джинсы, надела мягкую шелковую блузку, причесалась, чуть тронула веки тенями, а губы — золотисто-оранжевой помадой и вышла из комнаты.

На полпути вниз она заметила в холле Джейка, который, увидев ее, коснулся края шляпы и сказал:

— Вы рано поднялись сегодня, мисс.

— Я не могла заснуть.

Они прошли в столовую; здесь никого не было, гости еще спали.

— Что-то случилось?

Шелби пожала плечами и налила себе чашку кофе.

— Где Коди? — поинтересовалась она, садясь за столик.

— Он и еще пара ребят поехали к южной границе ранчо, там надо поправить ограду.

— Это он так сказал или действительно есть необходимость? — Ей хотелось знать, не ищет ли Коди снова предлог избежать разговора.

— Действительно надо, — кивнул Джейк. — Правда, ограда рухнула уже месяц назад и вполне могла бы подождать еще несколько дней…

— Когда он вернется, передай ему, чтобы зашел ко мне, ладно?

Джейк снова кивнул.

— Что вы собираетесь делать?

— Не знаю, Джейк. Хочу просто поговорить с ним. Быть может, он все-таки скажет мне, в чем дело.

Джейк уставился в свою чашку. Он-то отлично знал, «в чем дело», но кто дал ему право совать нос в чужие дела? Пусть Коди сам все объяснит… пока еще не поздно.

Весь остаток дня Шелби посвятила делам ранчо. После завтрака с Джейком она заперлась в офисе, принадлежавшем когда-то Кэти и Кену, и углубилась в изучение бухгалтерских книг, подсчитывая расходы и возможные доходы. Убедившись, что работники ранчо получают более чем приличное содержание, она все же решила дать им всем прибавку. Может, это было и глупо, но Шелби понимала, что если она действительно хочет остаться здесь и держать все под контролем, то должна заручиться их преданностью и поддержкой.

Когда пришло время обеда, Мери принесла ей поднос с едой, но Шелби отказалась. Ей слишком многое надо было узнать, а тратить время попусту не хотелось.

К вечеру ей уже казалось, что тело навсегда приняло форму стула; строчки выкладок и расчетов плыли перед глазами, голод брал свое, и она, вздохнув, спустилась в столовую. Познакомившись со вновь прибывшими гостями, поболтав немного с теми, кто оставался, и попрощавшись с теми, кто в этот день уезжал, она вдруг почувствовала, что ведет себя неестественно, фальшиво, что не может даже искренне улыбнуться им…

Шелби вышла на улицу, посмотрела на темнеющее небо и снова подумала о Коди. Она не видела Джейка с самого утра, а Коди так и не пришел к ней в офис. Вернулся ли он?

Она зашла в соседнее здание, оформленное под традиционный ковбойский салун, где несколько гостей играли в карты, а мальчик кидал дротики в большую круглую мишень на стене. Никого из ковбоев там не оказалось.

Шелби вернулась в ночь и направилась к магазину. На самом деле это был роскошный бутик, но снаружи, глядя на непременные атрибуты Дикого Запада в витрине, вроде кавбойских сапог, шляп, седел и конской упряжи, никто бы не догадался о том, какое великолепие ждет его внутри.

Она открыла дверь, и сверху звякнул колокольчик.

— Привет, Бонни, — поздоровалась она с продавцом, сортировавшим за прилавком рубашки.

— Привет, Шелби. По делу или за покупками?

— Вообще-то по делу, но от покупок тоже вряд ли удержусь. — Она обвела взглядом манекены, а также вешалки и полки, ломящиеся от «ковбойской» одежды, шляп и обуви. — Знаешь, а ведь наш магазин мог бы успешно соперничать с любым таким же на Родео-драйв.

— Точно. Кэти всегда заказывала только самое лучшее. Как, например, это. — Он протянул ей пару женских ковбойских сапог из кожи черного угря с окантовкой из полированной стали на носках и высокими каблуками, декорированными цветами из горного хрусталя. — Полчаса назад Эва Монтальво выложила за такие же пятьсот долларов. Представляешь?

Шелби ошарашенно покачала головой. Пятьсот долларов за пару сапог! Она никогда еще не тратила столько на одежду, тем более на одну покупку.

— Чем тебе помочь? — спросила она Бонни, становясь за прилавок рядом с ним.

— Да вообще-то ничем, Шелби. Ценники на новые товары я уже повесил, список того, что надо заказать, составил. Вот вроде бы и все.

Внимание Шелби привлекли разноцветные купальники, и она подошла к ним поближе.

— Когда ты получил их, Бонни? Они очень красивые.

— Сегодня днем. Почему бы тебе не примерить тот, что больше по вкусу, и не искупаться? Погода благоприятствует, и я слышал отсюда, как гости веселятся в бассейне. Я и сам думал к ним присоединиться.

Идея показалась Шелби заманчивой. В самом деле, пора уже отвлечься и перестать думать о Коди. Скучной бухгалтерской науке это не удалось, так не поможет ли бассейн? Она выбрала три купальника и направилась в примерочную.

— Иди, Бонни, я запру магазин. Встретимся у бассейна.

Первый купальник — два эфемерных лепестка материи — показался Шелби слишком уж откровенным. Второй, более строгий, понравился ей больше, но его убивал нелепый рисунок. Она упала духом и, ничего уже не ожидая от третьего, все же примерила его и робко взглянула в зеркало. Черный сплошной купальник с V-образным вырезом спереди великолепно на ней сидел и выглядел просто потрясающе: строго и вместе с тем сексуально. Шелби улыбнулась, сняла ценник, мельком взглянула на него, и улыбка превратилась в гримасу.

— Сто двадцать пять долларов! Мне это не по карману… — растерянно пробормотала она, но вдруг вспомнила, что может больше не волноваться о деньгах. С ее губ сорвался вздох облегчения.

Прихватив полотенце, Шелби вышла через заднюю дверь магазина, заперла ее и отправилась к бассейну. Еще издалека до нее донесся смех гостей и плеск воды.

Едва она ступила на дорожку, окружавшую бассейн, ее окликнул Ланс:

— Эй, красавица, иди к нам!

Он сидел за одним из столиков, стоявших по другую сторону бассейна, положив загипсованную ногу на другой стул, а вокруг него суетилось несколько молодых поклонниц, приехавших на ранчо лишь сегодня утром.

— Подожди немного, — ответила Шелби, — я сначала хочу искупаться.

— У нас тут целый графин клубничной «Маргариты», — снова попытался соблазнить ее Ланс, постукивая ногтем по стеклу сосуда с коктейлем.

В ответ она отрицательно покачала головой и повесила полотенце на спинку ближайшего стула. За соседним столиком, в тесном кольце объятий Джеми, сидела Эва Монтальво. Вспомнив то, что она говорила о своих отношениях с ковбоем, Шелби невольно улыбнулась. Заметив ее, Эва подняла свой стакан и жестом пригласила присоединиться к ним.

Шелби кивнула ей, но отвернулась и подошла к краю бассейна. Перед ней лежал огромный прямоугольник бирюзовой воды, ярко подсвеченной со дна мощными лампами. Она подняла руки над головой, легко оттолкнулась от бортика, нырнула и поплыла. Прохладная вода приятно освежала тело, успокаивая мышцы и нервы.

Она раз пять пересекла бассейн из конца в конец и почувствовала, что начинает уставать. Подплыв к хромированной лесенке, она ухватилась за поручни и поставила ногу на ступеньку. Но едва ее пальцы коснулись блестящей металлической поверхности, как чьи-то сильные руки схватили ее и, буквально выдернув из воды, поставили на землю. Отведя с глаз мокрые волосы, Шелби увидела, что стоит лицом к лицу с Коди.

Его взгляд скользнул по ее телу, и губы скривились в горькой усмешке, которая, впрочем, тут же исчезла.

— Нам надо поговорить.

Прежде чем она успела ответить, Коди, не выпуская ее руки, набросил ей на плечи полотенце и повел к другому концу бассейна, где в окружавшей территорию ранчо ограде была калитка.

— Куда мы идем? — спросила Шелби, не вполне понимая, что происходит. Она пыталась обтереться на ходу концом полотенца, но быстро поняла безнадежность этой затеи — одновременно идти и приводить себя в порядок было, по меньшей мере, затруднительно. — Коди, куда ты меня тащишь?

Он молча вел ее за собой по аллее экзотических тропических растений в ярко расписанных мексиканскими узорами глиняных горшках, по тропинке, змеившейся между стволами тополиной рощи, мимо небольшого пруда — туда, где тень высоких сосен скрыла их от любопытных взоров. Там он отпустил руку Шелби. Неверный лунный свет, слабо пробивавшийся сквозь густые ветви, придавал его лицу какое-то странное, обреченное выражение.

— Ну а теперь, когда ты привел меня сюда, может, ты все-таки скажешь, в чем дело? — язвительно осведомилась она, отнюдь не в восторге от того, что он на глазах у всех утащил ее от бассейна, словно провинившуюся девчонку.

Коди посмотрел на нее, и все его твердые решения рассеялись как дым. Ему внезапно захотелось лишь одного: чтобы она обняла его за шею, прижалась к нему, снова подставила губы для поцелуя… Он сжал кулаки, глубоко вздохнул и последним усилием воли заставил себя прогнать предательское желание.

— Я решил оставить «К + К», Шелби. Я увольняюсь, — отрывисто проговорил он.

— Что? — еле слышно пролепетала она.

— Я сказал, что ухожу. Уезжаю. Увольняюсь.

— Я… я слышала. — Шелби откинула упавшие на лицо волосы и плотнее закутала плечи в полотенце — ей требовалось время, чтобы найти нужные слова, но они, как назло, не приходили. — Почему? — наконец с трудом выговорила она.

— Я подумал… — Коди отвернулся и нервно передернул плечами. — Я просто подумал, что так будет лучше, вот и все. Ковбои вообще непоседы и подолгу на одном месте не засиживаются. Пришел и мой черед уехать.

— Но почему? Почему так вдруг? — упрямо повторяла Шелби. Ее сердце рвалось на части, а в душе появилось щемящее чувство пустоты. Он бежит, бежит от нее! Ничего не объяснив, даже не сказав, в чем дело! Он просто бежит! Эта мысль сводила ее с ума.

— Я уже сказал — так будет лучше.

— Лучше? Но кому? Тебе? Мне? Джейку? Ранчо, наконец?

В его глазах блеснула сталь отчаянной решимости.

— Всем, Шелби.

— Неужели?!

В ее голосе было столько горечи и злости, что он даже опешил от неожиданности.

— Коди Фарлоу, ты самый недалекий, упрямый и эгоистичный человек на свете. А в довершение всего ты еще и трус.

— Трус?! — Его глаза сверкнули гневом. — А теперь, Шелби, послушай меня. Ты и понятия не имеешь, о чем говоришь. Я никогда в жизни не пасовал в драках, но это совсем другое.

— Почему же?

— Другое, и все.

— И все! — передразнила она. — Этого не достаточно, Коди Фарлоу. «К + К» не может обойтись без управляющего. Тебя назначила Кэти, она верила тебе, и я тебе… тоже верю. Интересы дела говорят о том, что я не могу тебя отпустить.

— Меня вполне может заменить Джейк.

— А я не хочу, чтобы тебя заменял Джейк! Я хочу, чтобы ты остался. Я не намерена менять ничего из того, что сделала Кэти, по крайней мере сейчас. Я хочу, чтобы ранчо было таким же, как при ее жизни. Я хочу, чтобы управляющим был ты.

«И чтобы ты любил меня», — добавила она про себя.

— Все меняется, Шелби. Уж тебе-то это должно быть известно. Ничто не остается прежним.

Она хотела было горячо возразить ему, но он не дал ей этого сделать.

— Я ошибался, когда говорил, что тебе здесь не место. Ты похожа на Кэти даже больше, чем тебе кажется. Она была во всем права. И в том, что оставила ранчо именно тебе — тоже. Не сомневаюсь, ты справишься. Но я должен уйти.

— Но ты же так и не объяснил — почему, Коди! Я хочу это знать. Что случилось? Что я такого сделала?

Тронутый ее словами, ее нелепой мыслью о том, что она может быть хоть в чем-то виновата, Коди взял ее за плечи и посмотрел ей прямо в глаза. Больше сдерживаться он не мог. Он должен был сказать ей это, пусть первый и последний раз, но должен.

— Я люблю тебя, Шелби, но нам не суждено быть вместе.

— Ты любишь… любишь меня?! — воскликнула Шелби, чувствуя, как ее захлестывает волна невыразимого счастья.

— Да.

Он отпустил ее плечи и отступил в темноту.

Она порывисто взяла его за руку.

— Но почему ты считаешь, что у нас ничего не выйдет?

Вздох, больше похожий на стон, слетел с его губ.

— Шелби, мы принадлежим двум разным мирам, и хотя ты доказала, что можешь жить в моем мире, мне в твоем никогда не будет места.

— В моем? Я не понимаю тебя. Ты любишь эту землю, но ведь и я полюбила ее! Теперь это мой дом, и я никогда никуда не уеду. У нас с тобой один мир, Коди!

Он резко обернулся к ней.

— Нет, Шелби, не один. Ты — владелица ранчо, а я — твой служащий. Если тебе завтра придет вдруг в голову слетать на уикэнд в Париж, ты просто не задумываясь соберешь чемодан и сядешь в самолет. Мне же на такую прихоть пришлось бы копить не меньше года. Ты купила эту бешено дорогую спортивную машину и, могу поспорить, заплатила наличными. Мне бы для этого потребовалось лет пять…

Привстав на цыпочки, Шелби обвила руками его шею.

— Я люблю тебя, Коди Фарлоу, и все остальное не имеет значения. Ни деньги, ни машины, ни ранчо — ничего! Важно лишь то, что мы любим друг друга.

Не будучи в силах оттолкнуть Шелби, он все же снял ее руки с шеи и прижал их к своей груди.

— Нет, это имеет значение. Для меня. Я не могу жить на деньги любимой женщины, как какой-нибудь альфонс. Я не голливудский жиголо, Шелби, пойми! Пройдет совсем немного времени, и ты сама потеряешь ко мне всякий интерес. Меня вытеснят деньги!

Он уронил ее руки и отвернулся.

Смотря на его напряженную спину, Шелби лихорадочно вспоминала свой университетский курс бизнеса, где их учили вести переговоры, убеждать собеседника…

— Что ж, Коди, ты прав. У меня есть ранчо и куча денег, которых мне с избытком хватит до конца дней. Но я не знаю, как управлять «К + К». Это ранчо было смыслом жизни Кэти. Она посвятила ему всю себя, но я не уверена, что справлюсь с ним в одиночку, сколько бы денег я в это ни вкладывала. А ты справишься. Ты знаешь, как сделать так, чтобы оно работало как часы; знаешь, как вести себя с ковбоями… Да мне и за пять лет не узнать всего того, что знаешь ты! — Шелби подошла к нему ближе. — Если ты уедешь, мне придется искать тебе замену. Джейк не справится один, он слишком стар. А к тому времени, когда найдется подходящий человек, «К + К» может прийти в полный упадок. Сам подумай, если хотя бы раз гости останутся недовольны и расскажут об этом своим друзьям, а те — своим… Кроме того, — она придвинулась еще ближе, — без тебя, готового в любой момент прийти на помощь, я могу быстро потерять и ранчо. Я готова вложить в него столько денег, сколько потребуется, но не могу сделать это без тебя. И не хочу.

Коди медленно обернулся. Хмурая складка между его бровей еще не разгладилась, но он уже не выглядел таким суровым, как раньше.

— Шелби, я не знаю…

— Коди, я люблю тебя.

— А ты не боишься, что тебе быстро надоест нищий ковбой… ставший твоим мужем?

Сердце Шелби едва не выпрыгнуло из груди.

— Никогда! — шепнула она, и их губы встретились.

Скрытые от нескромных взглядов бархатным покровом ночи, не прерывая страстного поцелуя, они опустились на мягкую траву у подножия высоких сосен…

После нескольких часов любви, свидетелем которой была лишь золотая луна Монтаны, они долго говорили, строя планы на будущее. И Шелби знала, что мечта Кэти будет жить. Так же как и ее собственная.


предыдущая глава | Нежданное наследство | Примечания