home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18

Аллегра судорожно сглотнула, осознав, что солнце уже зашло за горизонт. Если ей было за что благодарить судьбу, так это за то, что Рана не пришла в шатер. Ее не волновало, почему женщина оставалась в стороне, достаточно было самого факта. После ванны она надела приготовленное для нее одеяние. Оно больше подходило для гарема, чем для сурового быта пустыни, но она понимала, почему Нассар прислал его.

Ее тошнило от одной только мысли, что он коснется ее и ей придется терпеть его ласки. Если она не проявит ответной страсти, Нассар решит, будто она передумала. Аллегра не сомневалась, что Чарлз вернется, чтобы спасти ее, но ему понадобится время, чтобы собрать силы. Она сделала глубокий вздох в попытке немного успокоиться и прийти в себя. Лагерь берберов будет первым местом, куда он направится за помощью. Интересно, как отнесется Шахин к известию, что она снова оказалась в руках Нассара? При воспоминании о его жестоком поведении Аллегра закрыла глаза, борясь с захлестнувшей ее болью. Боже, какой она была дурой!

Снаружи послышался голос Нассара, отдававший приказы. Аллегра вздрогнула и опустилась на колени в ожидании его появления. Когда он вошел, она поклонилась так низко, что ее лоб коснулся ковра, лежавшего на полу. Дождавшись, когда перед ее глазами появились его черные сапоги, она подняла голову и посмотрела на него:

— Как я могу услужить вам сегодня вечером, ваше превосходительство?

Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы ее голос звучал мягко и успокаивающе.

На лице Нассара мелькнула улыбка.

— Оказывается, вы можете быть очаровательным созданием, когда пожелаете, дорогая.

Он медленно обошел вокруг нее, коснувшись ее волос. Аллегра с трудом сдержала дрожь отвращения. Она заключила сделку с дьяволом, и теперь ее жизнь зависит от ее способности ублажить Нассара. Если он решит, что она пытается нарушить их договоренность, ему ничего не стоит перерезать ей горло или подвергнуть пыткам. Она заставила себя взять его руку и прижать ее к своей щеке. Он напрягся, затем расслабился и погладил ее.

— Пойдем, я хочу есть. Обслужи меня.

Он указал на поднос с едой, который внесла одна из женщин. Вскочив на ноги, Аллегра направилась к низкому столику, стоявшему посреди шатра. Вокруг него были разбросаны мягкие подушки, служившие сиденьями. Когда Нассар опустился на одну из них, она потянулась за веткой винограда и повернулась к нему. На его лице появилось похотливое выражение, которое она часто видела у мужчин в заведении мадам Эжени. Аллегра попыталась вспомнить, что она делала, чтобы доставить им удовольствие, но не смогла. Ее сердце сжалось от ужаса. Боже, она не может сделать этого, не в состоянии уступить ему без борьбы! Она спасла своих друзей. Им больше ничто не угрожает.

«Но не тебе, Аллегра», — произнес холодный внутренний голос. Она узнала этот голос. Он опекал ее на протяжении трех лет, проведенных в борделе. Он поможет ей выжить и сейчас. Она подавила все эмоции и опустилась на колени. Приблизившись к Нассару, оторвала сочную ягоду от кисти и обвела ее языком, прежде чем втянуть в рот.

Нассар не шелохнулся, заворожено наблюдая, как она оторвала от кисти вторую ягоду. Но вместо того чтобы сунуть ее в рот, она зажала ее в зубах и предложила ему. Он подался вперед, чтобы взять ягоду у нее изо рта. От него исходил запах мускуса, такой густой, что она чуть не задохнулась. Ягода лопнула, когда он впился в нее зубами, и его язык скользнул в ее рот, слизывая сладкий сок. Это движение напомнило Аллегре змею, высовывающую свой раздвоенный язык. Крепко схватив за шею, он повалил ее и запечатлел на ее губах влажный поцелуй.

О Боже, если бы вместо него был Шахин! Если бы это была прошлая ночь!

При этом воспоминании ее сердце учащенно забилось. Она поняла, как сможет пережить унизительные ласки Нассара. Она представит себе, что это Шахин. Вряд ли одного воображения достаточно, чтобы полностью отгородиться от происходящего, но его образ поможет ей сделать то, что требуется, чтобы удовлетворить Нассара. Именно Шахин поможет ей вынести эту ужасную ночь.

С похотливым блеском в глазах Нассар прошелся рукой по лифу и обхватил ладонью ее грудь. Застигнутая врасплох, Аллегра резко выдохнула, сжавшись от отвращения. Его взгляд метнулся к ее лицу.

— Мне нравится, когда меня ласкают подобным образом, — шепнула она, изобразив обольстительную улыбку.

Он усмехнулся:

— Отлично, потому что я намерен ублажать тебя всю ночь.

Аллегра медленно сняла короткую жилетку, едва прикрывавшую ее грудь. От откровенной похоти, отразившейся на его лице, ее затошнило. Нассар склонился над ней, накрыв густым запахом своего надушенного тела. Закрыв глаза, она представила себе Шахина. Это его рука отвела ее руку, чтобы погладить вначале один сосок, затем другой.

Ее глаза распахнулись в надежде, что ей приснился кошмарный сон и это Шахин касается ее. Вместо этого она увидела Нассара, нависшего над ней. Его взгляд был прикован к его рукам, которые двинулись вниз, внутрь надетых на нее шаровар, но его ласки не вызвали у нее никаких ощущений, кроме приступа тошноты. Боже, она же куртизанка! Женщина, обученная доставлять наслаждение, и тем не менее ее тело не могло ощутить даже намек на желание. Она даже не увлажнилась между бедрами, и когда он это поймет, она будет обречена. В отчаянной попытке отвлечь его, она заставила себя погладить его по щеке.

— Ваше превосходительство, вы так и не поели.

Ее затопило облегчение, когда он вытащил руку из ее шаровар, издав ворчливый звук.

— Ты права, Аллегра. Вообще-то тебе тоже не мешает занять делом твой рот. Мы исправим это прямо сейчас.

С быстротой кобры он развязал тесемки шаровар, выпустив на свободу свое набухшее естество. Темно-красное, почти фиолетовое, оно подрагивало от возбуждения, и капелька влаги упала ей на грудь, когда он переместился таким образом, чтобы его естество коснулось ее губ. Содрогнувшись, она снова закрыла глаза, зная, что он увидит в них отвращение. Боже, а что, если она откажется? Внутренний голос приказал ей делать то, что требуется, чтобы выжить.

— Открой рот, Аллегра.

Она повиновалась, представив себе Шахина. Она помнила его стоны наслаждения, когда она ласкала его языком и губами. Цепляясь за воспоминания о Шахине, она услышала низкий стон, и Нассар излил свое семя. Застигнутая врасплох быстрым оргазмом своего мучителя, Аллегра чуть не задохнулась и вонзила зубы в его смягчившийся кончик. Крик боли огласил шатер. Нассар резко отстранился. Его лицо исказилось от ярости, и он безжалостно ударил ее по лицу, повалив на бок.

— Ах ты, злобная сучка! — прорычал он, вскочив на ноги, чтобы рассмотреть свое увечье.

Оглушенная ударом, Аллегра застонала и попыталась пошевелить челюстью. Ее лицо сразу же начало распухать. Попытавшись сесть под убийственным взглядом Нассара, она поняла, что вряд ли переживет эту ночь.

Шахин стоял в темноте на краю лагеря, глядя вдаль. Он всегда считал потерю Джеймса самой мучительной. Но ошибался. Ничто не могло сравниться с болью, которую он испытывал сейчас. Отъезд Аллегры оставил в нем пустоту. Пустоту, которую не сможет заполнить никто, кроме нее.

За его спиной послышался смех. Он даже не обернулся. Перед заходом солнца в лагерь прибыли Халид с Джабаром в сопровождении вооруженного отряда. Они подписали договор о союзе, и племя отмечало это событие. Легкие шаги сзади заставили его резко повернуться. Перед ним стоял Халид с сочувственным выражением на лице.

Шахин сверкнул глазами, отмахнувшись от друга:

— Оставь свою жалость при себе, Халид, я в ней не нуждаюсь.

Он отвернулся, устремив взгляд в темноту.

— А я тебе ничего и не предлагаю. — Шейх вздохнул и подошел ближе, остановившись рядом с ним. — Хаким сказал, что ты разнес командный пункт в моем шатре.

— Там все приведено в порядок, — ворчливо отозвался Шахин.

— Если ты…

Внезапно ночной воздух огласили крики, за которыми последовала стрельба. Не колеблясь, оба мужчины бросились на звуки, раздававшиеся в темноте. Шахин споткнулся о камень, но удержался на ногах и побежал дальше. Вождь племени следовал за ним по пятам.

Раздался пронзительный женский крик, напомнив ему об Аллегре, и сердце Шахина сжалось. Пробившись через толпу, собравшуюся на противоположной стороне лагеря, он увидел нескольких всадников, сгорбившихся в седлах. Несмотря на горящие факелы, было слишком темно, чтобы ясно все различать. Но в мужчине, который слез с лошади, было что-то знакомое. Направившись к нему, Шахин резко остановился при виде усталого лица своего кузена. Быстрый взгляд на его спутников сказал ему, что не хватает одного человека. Охваченный мрачным предчувствием, он рванулся к Шафтсбери и схватил его за грудки.

— Где она? — прорычал он. — Где она, черт побери?

— Нассар…

Шахин не дал виконту закончить, свалив его с ног ударом в челюсть.

— Вставай, сукин сын! — рявкнул он, нависнув над ним.

Готовый прикончить ублюдка на месте, он занес кулак для второго удара, но сильные руки Халида удержали его, а Джамал встал между ним и кузеном. Шахина захлестнуло чувство вины. Ему не следовало доверять ее безопасность никому, кроме себя. Это его ошибка. Аллегра снова в руках Нассара. Он подвел ее точно так же, как подвел Джеймса.

— Виконт не виноват, — резко произнес Джамал. — Никто не виноват. У Нассара и его подручных оказались более быстрые лошади. Они окружили нас.

— Ну да, и он отпустил всех вас, оставив одну Аллегру.

Он вырвался из рук Халида, бросив на него свирепый взгляд.

— Она поехала с ним по собственному желанию. — В голосе Джамал а прозвучало глубокое сожаление. — Мы не могли спасти ее.

Ничто не могло потрясти Шахина больше, чем это сообщение, когда слова бедуина дошли до его сознания. Чувство вины, которое он испытывал всего лишь несколько секунд назад, превратилось в жажду мести, причиняя ему почти физическую боль. Аллегра уехала с Нассаром по собственной воле. Почему она это сделала? Боже, она была в постели этого ублюдка, позволяя ему касаться ее. От этой мысли ему стало тошно. Как в тумане, он видел Джамала, которой шагнул к нему и положил руку ему на плечо. Шахин покачал головой, глядя на измученное лицо бедуина.

— Почему? — произнес он, скрипнув зубами. — Почему она так поступила?

— Я объясню!

Лейла проскользнула мимо Чарлза и Джамала. Ее обвиняющий взгляд ранил, как кинжал.

— Потому что он собирался убить Джамала и лорда Шафтсбери, а меня с Милли увезти в свой лагерь. Я говорила тебе, что нельзя было отсылать нас, но ты не послушал. Она пожертвовала собой в обмен на наши жизни.

Горечь в голосе Лейлы напомнила ему об ужасных минутах в кабинете отца, когда он пытался объяснить смерть Джеймса. С той лишь разницей, что Аллегра была жива, вынужденная отдаться мужчине, которого презирала. Перед его глазами мелькнул образ Нассара, ласкающего ее, и кровь вскипела в его жилах. Круто развернувшись, он нашел глазами Малика, стоявшего в толпе рядом с отцом. Резким жестом он подозвал его к себе.

— Оседлай для меня Тарека, — отрывисто бросил он.

Кивнув, мальчик исчез в толпе.

Халид схватил его за руку:

— Ты сошел с ума? Вряд ли ты сможешь спасти Аллегру, атаковав лагерь Нассара в одиночку.

— Я не намерен это делать. — Легонько оттолкнув Халида, он одарил его ледяным взглядом. — Совсем наоборот. Я буду очень осторожен.

— Мне кажется, что не стоит бросаться в такое дело сгоряча. Оно требует более осмысленного подхода, — вкрадчиво, но твердо произнес Джабар, шагнув в луч света.

Шахин помедлил. Несмотря на настойчивое желание немедленно отправиться за Аллегрой, он понимал, что нужно сохранять холодную голову. Если у Джабара есть идея, он готов выслушать, поскольку у него в голове сумбур.

— Что вы имеете в виду?

— Во-первых, вы даже не знаете, где находится лагерь Нассара, не так ли?

Эти слова подействовали на Шахина как ушат холодной воды. За все эти годы он научился вначале думать, а потом действовать, но, похоже, встреча с Аллегрой лишила его всякой способности мыслить разумно. Боже, он ведет себя, как Джеймс, позволяя гневу управлять его поступками! Шахин стиснул челюсти и покачал головой.

— Я это выяснил, — вмешался Джамал. — Когда мы добрались до Отмана, я отправился по следам его отряда. Вот почему мы так поздно прибыли сюда.

Чувство раскаяния захлестнуло Шахина, когда он понял, какой опасности подвергался его друг, следуя за Аллегрой в лагерь Нассара. Проглотив ком в горле, он устремил на него благодарный взгляд. В ответ Джамал едва заметно кивнул, но в его глазах светилось понимание.

— В таком случае вам понадобится отвлекающий маневр, мой друг, — произнес Джабар.

— Как это? — спросил Шахин, нахмурясь.

Джабар улыбнулся, но его серые глаза оставались серьезными.

— Если я и мои люди в чем и преуспели, так это в ночных налетах. Возможно, это тот шанс, которого вы ждали, шейх Махмуд. В конце концов, нет ничего лучше внезапности.

— Но вы говорили, что ваши главные силы прибудут сюда только завтра? — Судя по тону Халида, он не был уверен, что предложение предводителя разбойников заслуживает внимания.

— Верно, — кивнул Джабар. — Но мне приходилось и раньше совершать налеты на лагерь Нассара, и я никогда не брал с собой более трех десятков мужчин. Если шейх Шахин намерен отправиться за своей женщиной, едва ли он справится в одиночку. Мы уже договорились, что ударим по Нассару первыми, как только представится возможность. Почему бы не сделать это сегодня ночью, воспользовавшись внезапностью?

Шахин повернулся к Халиду. Вождь племени берберов задумчиво хмурился, скрестив руки на груди и поглаживая бородку. После недолгого размышления он медленно кивнул:

— В твоем предложении есть смысл, Джабар. Хотя это не совсем то, что мы планировали, пожалуй, лучше застать змею врасплох, чем ждать, пока она ужалит. — С каждым словом, которое он произносил, голос Махмуда становился все более уверенным. — Сколько у тебя людей?

— Пятнадцать лучших воинов, — отозвался Джабар. — Большинство из них были со мной в последний раз, когда я совершал налет на лагерь Нассара.

— Далеко он отсюда? — спросил Шахин у Джамала.

— Около трех часов езды, — ответил тот. — По моим оценкам, их человек двести, возможно, больше.

По толпе пронесся легкий ропот. Шахин огляделся, не удивившись при виде тревоги, написанной на лицах бедуинов. Даже объединившись с Халидом, его племя едва могло выставить сто пятьдесят бойцов. Вот почему им понадобилась помощь Джабара. Но тот прав. Темная ночь может оказаться верным союзником. К тому же, несмотря на то что Аллегра добровольно уехала с Нассаром, этот ублюдок может убить ее еще до рассвета — просто потому, что это доставит ему удовольствие.

— Нужно атаковать лагерь двумя группами. В первой должны быть лучшие воины, — произнес он, размышляя вслух. — Нассар и большинство его людей будут спать. Достаточно нескольких человек, чтобы заставить замолчать часовых, а если нам удастся пленить негодяя, остальные быстро сдадутся.

— Согласен, — кивнул Джабар. — Я готов напасть на лагерь первым со своими людьми. Как я понимаю, вы едете со мной, шейх Шахин?

— Да.

Он решительно кивнул.

— Я тоже, — заявил Шафтсбери, шагнув вперед.

Шахин бросил на него острый взгляд. Решение кузена не удивило его, норн испытывал противоречивые чувства относительно желания виконта присоединиться к ним. Помимо прочего, Шафтсбери мог оказаться полезным, если Аллегра откажется иметь с ним дело. Надо быть дураком, чтобы думать, будто она обрадуется, увидев его после того, что он наговорил ей этим утром. Что бы ни случилось, Шахин был уверен в одном: она постарается выжить. Тем не менее даже такая сильная личность, как Аллегра, имеет пределы терпения. Возможно, сегодня ночью она сломалась. При мысли о том, что этот ублюдок делает с ней в этот самый момент, Шахин стиснул зубы.

Халид выкрикнул несколько команд, и воины разошлись — готовиться к предстоящему сражению. К ним подошел Хаким.

— Я хотел бы присоединиться к Шахину, отец, — сказал юный наследник, отвесив официальный поклон верховному шейху.

На лице Халида отразилось явное недовольство просьбой сына. Затем, поняв, что отказать юноше будет ошибкой, он схватил сына за плечи и сжал в коротком объятии.

— Хорошо, — кивнул он, отпустив Хакима. — Но я даю тебе разрешение только потому, что с тобой будет Шахин. Ты храбр, но не забывай об осторожности.

Велев Хакиму позаботиться о том, чтобы передовой отряд оседлал лошадей и приготовился к рейду, Халид проводил сына, кинувшегося выполнять его поручение, долгим взглядом, в котором смешались гордость и страх. Затем, вздохнув, повернулся к Шахину:

— Он стал мужчиной практически за одну ночь. Если со мной что-нибудь случится, он вполне способен возглавить племя.

Уловив в голосе Халида грустные нотки, Шахин положил руку на плечо друга.

— Я позабочусь о нем.

Шейх кивнул, слегка улыбнувшись:

— Я всегда рассчитывал на это.

Джабар, закончив обсуждение предстоящего боя с двумя из своих людей, повернулся к Шахину и шейху:

— Во время нашего последнего визита в лагерь Нассара мы обмотали копыта лошадей тканью, чтобы заглушить звуки. Это сработало на удивление хорошо.

— Любопытная идея, — промолвил Халид, выгнув брови. — Признаюсь, я рад, что вы не союзник Нассара, иначе нам пришлось бы туго.

— Даже если бы я не заключил с вами соглашение, я никогда бы не объединил силы с таким типом, как он. — В серых глазах Джабара блеснул лед. — Это олицетворенное зло, от которого давно пора избавиться.

Шахин нахмурился, отметив стальные нотки в его голосе. Должно быть, между двумя мужчинами что-то произошло и Джабар намерен отомстить Нассару за его прегрешения. Он всматривался в лицо разбойника, задаваясь вопросом, так ли спокоен их союзник перед предстоящей схваткой, как хочет казаться. Словно почувствовав его взгляд, Джабар посмотрел на него в упор и холодно улыбнулся:

— Что вас так удивляет, шейх Шахин? У всех нас есть враги. Нассар — один из самых мерзких, и я просто ждал подходящего момента.

Халид перевел взгляд с Джабара на Шахина, и его лицо приняло сердитое выражение.

— Я сам займусь своим братом, понятно? Я имею полное право отомстить за Ясмию и никому не позволю лишить меня этой возможности.

Джабар собирался возразить, но жесткий взгляд шейха заставил его смириться. Он коротко кивнул. Когда Халид повернулся к Шахину, тот скорчил недовольную гримасу. Ничего ему так не хотелось, как вырезать сердце из груди Нассара за то зло, что он причинил Аллегре. Сжав челюсти, он кивнул в знак согласия. Пусть он отказался от права перерезать горло Нассару, никто не помешает ему избить мерзавца до полусмерти.


Глава 17 | Прекрасная куртизанка | Глава 19