home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add




* * *

По мере удаления от замка страх Фионы уменьшался. Неприятный холод в груди улетучился. Все шло как нельзя лучше. Отец Ниалл сообщил охране, что благочестивая женщина, которая поедет с ними, намеревается посетить монастырь Богоматери, а потом продолжит паломничество по святым местам. Воины приняли слова священника за чистую монету, поэтому не докучали Фионе лишними расспросами.

Тяжело нагруженная повозка, влекомая неторопливыми волами, медленно тащилась по неровной узкой дороге. Фиона пристроилась позади нее, чтобы случайно не наткнуться на ветви деревьев, которые иногда нависали над дорогой. Вдруг ее слух привлек доносившийся сзади частый топот копыт, кто-то явно их догонял.

Фиона сразу вся напряглась и встревожилась. Обернувшись назад, она сквозь рассеивающийся туман увидела одинокого всадника. Сердце у нее подпрыгнуло и бешено заколотилось, дыхание перехватило. Неужели Гэвин? Но через миг она разглядела женщину. А еще через миг ей показалось, будто это Эйлин.

Фиона сразу осадила лошадь и повернула ее обратно. У Эйлин, несомненно, имелось к ней какое-то дело, но об этом лучше всего было поговорить наедине, подальше от воинов, охранявших повозку. Фиона отъехала чуть назад до неширокой полянки и пустила слегка разволновавшуюся лошадь по кругу, дожидаясь Эйлин. Предстоящая встреча встревожила ее, в замке через невесту Гэвина могли узнать, куда она направилась, поэтому Фиона решила взять с Эйлин твердое обещание никому не рассказывать о встрече с ней.

Заметив Фиону, Эйлин умерила галоп своей лошади. Приблизившись, она остановилась рядом, почти вплотную. И радостно воскликнула:

— Фиона, я так и думала, что это вы. Я заметила вас вместе со священником еще во дворе замка. А куда вы направляетесь? И почему вы так поспешно уехали из замка, даже не попрощавшись со мной?

Ее вопросы звучали вполне уместно и справедливо, и Фионе даже стало немного неловко. Но разве могла она открыть Эйлин подлинные причины своего отъезда?!

— Прошу меня извинить. Я торопилась, поэтому не успела попрощаться с вами. — Намеренно пропустив первую половину вопросов, Фиона ответила лишь на последний.

Эйлин бросила на нее недоверчивый и одновременно вопрошающий взгляд.

— И все-таки почему вы уехали из замка? — настаивала она.

Фиона растерялась. В ее душе поднялся вихрь чувств, в котором невозможно было разобраться. Несмотря на это, она сумела сохранить хладнокровие.

— Мне надо было уехать, Эйлин.

— Но почему? Что побудило вас уехать из замка? Клянусь вам, я никуда не уеду, пока вы не скажете мне правду. — В подтверждение решительности своих намерений Эйлин соскочила с лошади.

Сохранять самообладание становилось все труднее. Фиона слишком далеко зашла, а тут совсем некстати ее планы вот-вот могли разрушиться. Надо было что-то срочно предпринимать. Любопытство Эйлин раздражало. Неужели она ничего не понимает? Не видит, что это лучший выход, между прочим, для всех?

Чертыхаясь про себя, Фиона тоже спрыгнула с лошади. Стук копыт и скрип колес повозки постепенно затихал вдали. Ничего, она все равно успеет нагнать повозку. Прежде всего надо как можно скорее уговорить Эйлин вернуться в замок и, главное, держать рот на замке.

— Я очень признательна графу за его доброту и гостеприимство, — начала Фиона. — Более того, он взял на себя обязанность обучить Спенсера военному ремеслу, чем избавил меня от тяжелого бремени ответственности. Однако мне стало совестно злоупотреблять его радушием, и я уехала из замка.

Эйлин встретила ее объяснение недоверчиво.

— Ваши оправдания просты и убедительны, зато ваши действия противоречат сказанному. Почему в таком случае вы уехали из замка тайно посреди ночи? Знает ли граф о вашем отъезде? Вы что-то недоговариваете, Фиона.

— С чего вы взяли? — дрожащим от волнения голосом спросила Фиона.

Эйлин тяжело вздохнула.

— Когда я только что приехала в замок, кое-кто из прислуги поспешил сообщить мне кое-что о вас. Это были мерзкие, злобные и грязные сплетни, которым невозможно было верить. Я отмахнулась от них, мало ли что болтает прислуга. — Лицо Эйлин стало мрачным и серьезным. — Неужели я ошиблась? Неужели вы в самом деле любовница графа?

— Эйлин! — с горечью воскликнула Фиона и невольно сделала к ней шаг. Лицо у Эйлин потемнело, взгляд стал неприязненным, и она отшатнулась от Фионы.

— Клянусь, все, что было между мной и графом, закончилось, как только вы ступили на двор замка.

— А до этого?

Фиона потупилась и покраснела от смущения.

— Что было, то прошло. Все кончено, забыто.

— Не всеми, — не без горечи, решительно сказала Эйлин. — Граф точно не забыл.

— Вы ошибаетесь, — прошептала Фиона, дрожа и замирая от проснувшейся надежды.

— Нет, не ошибаюсь, — тряхнула головой Эйлин. — Что-то здесь не так.

Фиона хотела возразить, но запнулась. Внезапная странная слабость охватила ее. Пережитые за последние дни волнение, боль, стыд, печаль и расставание незаметно подточили ее душевные силы.

— Эйлин, отправляйтесь назад в замок, — тихо произнесла Фиона. Она вдруг ощутила страшную апатию: спорить, возражать сразу расхотелось. Надо было побыстрее заканчивать этот нелепый разговор и ехать дальше. — Эйлин, прошу вас, забудьте, что вам говорили обо мне, забудьте, что видели сегодня рано утром. Впереди у вас вся жизнь, будьте счастливы.

Эйлин молчала, уставившись в землю и не двигаясь. Вдруг она вскинула голову. Ее глаза яростно блестели, а губы кривились от злой усмешки.

— Не надо говорить со мной, словно с маленьким ребенком. С глупым, застенчивым ребенком, который верит всему, что ему рассказывают, который послушно выполняет любое указание взрослых. Вы считаете меня наивной простушкой, и совершенно напрасно.

— Что вы, Эйлин! Я никогда не думала так о вас. Да, вы еще очень юны, невинны. Но у вас любящее сердце и сильный характер. Благодаря этим качествам ваша семейная жизнь будет счастливой.

Но Эйлин отмела прочь все попытки Фионы смягчить ситуацию.

— До вас мне нет никакого дела. Мне небезразлично другое, то, какими глазами смотрит на вас граф.

— Что? — удивилась Фиона.

— Он скрывает это, и довольно умело, но время от времени это прорывается наружу. Нежность в его глазах, печаль в морщинке между бровями. Только, ради Бога, не вздумайте это отрицать. У меня и без этого тошно на душе.

Горечь, прозвучавшая в голосе Эйлин, поразила Фиону. Ее собственное горе настолько поглотило ее, что она совершенно упустила из виду то, что и у Эйлин могут возникнуть веские причины для недовольства и разочарования.

— В таком случае вам лучше, чем кому-либо другому, должно быть понятно, почему я уехала.

— О да. Лучший выход, я понимаю. Еще бы! Неужели вы так слепы, что не понимаете: если вы бежите от него, то он будет преследовать, искать вас.

У Фионы замерло сердце.

— Он не найдет меня, если вы будете держать язык за зубами и не проболтаетесь о том, что видели меня.

Эйлин, отвернувшись, уперлась руками в круп своей лошади, словно пытаясь найти какую-то опору.

— Неужели вы не видите, что так еще хуже! Он всегда будет вспоминать о вас, если не отыщет. И как мне дальше жить с этим?

Фиона с откровенным удивлением посмотрела на Эйлин.

— Вы преувеличиваете его чувства ко мне. Они далеко не такие сильные и откровенные, как вам кажется. Пройдет несколько недель, и граф напрочь забудет обо мне.

Лицо Эйлин страдальчески искривилось.

— Именно об этом я молюсь каждую ночь. Я не хочу делить своего мужа ни с кем. Если он будет спать со мной, то не должен думать ни о какой другой женщине. Если он женится на мне, то должен это сделать по доброй воле, охотно, в противном случае… ничего не получится.

— Но ведь он уже выбрал вас, — запинаясь, проговорила Фиона. — Вы его невеста, а скоро станете его женой и графиней.

Эйлин закрыла глаза. По всему было видно, как она мечтает о том, чтобы это исполнилось. Сохраняя самообладание, Эйлин произнесла хриплым голосом:

— Отец и граф обо всем договорились между собой. Я, будучи послушной дочерью, согласилась, ничего не зная о ваших отношениях.

Как это ни удивительно, Фионе стало жалко Эйлин. Все-таки она была такой юной! И вместе с тем такой проницательной, сумевшей постичь несправедливость окружавшего их мира, в котором всем заправляли мужчины, а женщина играла такую маленькую и подчиненную роль. При заключении брака у женщины редко, а то и вообще не спрашивали согласия, не говоря уже о том, нравится ей жених или нет. А после венчания в большинстве случаев им приходилось терпеть и страдать, и лишь кончина мужа делала их свободными.

— Но вы же не можете идти против воли вашего отца, — как можно деликатнее заметила Фиона.

Эйлин пристально взглянула на нее.

— Мой отец не будет неволить меня, если узнает, что граф хитрит и потакает собственным прихотям. Со своей стороны могу сказать, что выйду замуж за графа, если он честно будет выполнять клятвы верности, которые даются при венчании.


Глава 16 | Как соблазнить грешника | Глава 17