home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Как оказалось, кроме очаровательного голоса у секретарши Аферлица были роскошные каштановые волосы с золотым отливом и серые глаза с насмешливыми искорками. Явно она была способна не дать себя в обиду, и в то же время старалась бережно относиться к людям. Темно-синий свитер выгодно подчеркивал ее стройную фигуру. Ибо ко всему прочему у нее были стройные ноги с тонкими лодыжками.

— А как вас зовут? — спросил Саймон.

— Пегги Уорден, — ответила она. — А что?

— Пока ваши юристы составляют эпохальный контракт, вы должны меня познакомить с самыми талантливыми сценаристами.

— Прямо и налево, третья дверь. И не давайте им вывести вас из себя.

— Ну, моего терпения надолго хватит, — заметил Саймон. — Еще увидимся.

Он отыскал третью дверь и постучал. Услышав дикий рык: — Кто?! — Саймон решил принять его за приглашение.

Два человека сидели, водрузив ноги на единственный видавший виды стол. Похоже, стол к такому обращению давно привык. Еще было похоже, мужчинам было наплевать, как стол мог расценить их манеры.

Один был коренаст и невысок, с проседью, с опущенными уголками рта. Второй высок и строен, с очками в золотой оправе на лице, похожем на плакат с рекламы принадлежностей для бритья. Критически оглядев Святого, они дружно переглянулись, словно головы их приводились в движение одним моторчиком.

— Я думал, у него в кармане пулемет, — заметил седой.

— Жаль, люстры нет, — подхватил другой, — а то бы он повис на ней… А может, это вовсе не он?

— Простите, — совершенно серьезно сказал Святой, — мне поручили инспекцию этого цирка. Ученые морские львы — это не вы?

Двое снова переглянулись и привстали, чтобы поздороваться.

— Я — Вик Лазаров, — представился седой, — а он — Боб Кендрикс. Будьте, как дома. Присаживайтесь и присоединяйтесь.

— Как продвигается работа?

— История вашей жизни? Прекрасно. Ведь мы уже давно работаем. Сначала полагали, что это будет исторический фильм о Дике Тарпине. Потом мы переделали его в сценарий об авантюристе, сражавшемся в Интербригаде. Как раз тогда сценарием заинтересовался Орландо Флин. Потом перенесли место действия в Южную Америку — так требовало общественное мнение. И еще много раз мы все переработали…

— Скажите, вы дружили с китайцем из прачечной, когда были голодающим сиротой в Лаймхузе? — спросил Кендрикс.

— Вряд ли, — признался Саймон, — видите ли…

— Плохо. Это так здорово вписывалось в нашу историю: мол, вы работаете на китайское правительство, японцы захватили партизана и готовят ритуальную казнь, но тут вы узнаете в их руководителе человека, который как-то спас вас от голодной смерти. И вы идете на верную гибель, пытаетесь его спасти. Флину эта история очень нравилась.

— Да, неплохо, — согласился Святой, — но только я хотел сказать, что ничего такого не было.

— Послушайте, — вмешался Лазаров, — вы что, хотите, чтобы мы точно излагали вашу биографию?

— Ведь главное — свобода творчества, — пояснил Кендрикс. — И не волнуйтесь — у вас будет лучшая в мире биография.

— Как любит говорить Байрон, — подхватил Лазаров, — нам нужно сотрудничать. Вы собираетесь это делать?

Тут Саймон тоже водрузил ноги на многострадальный стол и закурил.

— А вы мне расскажите о великом Байроне.

Лазаров взъерошил остатки седых волос.

— Что именно? Его биографию? Он пересказывает ее по-новому каждый раз. На самом деле он рэкетир, ушедший на покой. Точнее, просто поменял род деятельности и теперь вымогает в другой области. Теперь его подручные, крепкие такие ребята, входят и говорят: «Как насчет одолжить нам свою яхту — съемки на натуре?» Но смысл тут тот же.

— Байрон Аферлиц — это его настоящее имя, — добавил Кендрикс. — И на учете в полиции он под ним стоит.

— И на наших чеках на зарплату по субботам. И в этом городе он еще не худший. Не больший самодур и невежда, чем многие другие продюсеры, с которыми мы работали, хотя их имена и не значатся в полиции. И наши шутки его не слишком злят. Только в глазах появляется такое выражение, словно он хочет сказать: «Ну, погоди у меня, умник». И тогда мы оставляем его в покое. По мне уж лучше работать с ним, чем с Джеком Грумом.

— У нас нет выбора, — вставил Кендрикс, — приходится работать с ними обоими.

— А кто такой Джек Грум? — поинтересовался Саймон.

— Тот самый гений, которому предстоит поставить наш и ваш шедевр. Маэстро с большой буквы. Знакомство с ним вам еще предстоит.

Действительно, Саймон с ним познакомился.

Грум оказался высоким, худым и сутулым типом с бледными впалыми щеками и спадавшими до самых густых бровей длинными черными волосами. Оглядев Саймона с полным безразличием, он вдруг спросил:

— За десять дней вы успеете отрастить усы?

— Наверное успею, — ответил Саймон. — Но вот зачем? Что, сейчас мода на усы?

— Усы нужны для фильма. И гладкая прическа. Это придаст вам более аккуратный вид.

— Было время, зачесывал я их гладко, — сказал Святой, — потом мне это надоело. И никогда я не носил усов, разве что только ради маскировки.

Грум покачал головой и устало откинул упавшую на лоб длинную прядь волос. Та тут же снова упала на прежнее место.

— Святой будет с усами, — непреклонно заявил он. — Начинайте отращивать прямо сейчас, ладно? Спасибо.

Вяло помахав рукой, он удалился, погруженный в свои мысли.

Когда Святой нашел дорогу обратно в приемную Аферлица, Пегги Уорден одарила его улыбкой поверх машинки.

— Ну, познакомились?

— Есть немного, — ответил Святой. — Но если кто-то и остался, я предпочел бы отложить на завтра. Не хочется портить впечатление избытком впечатлений. Пожалуй, костюмеры тут же начнут подыскивать мне более подходящую одежду, а бутафоры — объяснять, что за оружие я должен предпочесть.

— Могу я сделать что-нибудь для вас?

— Можете. Что вы делаете сегодня вечером?

— Но ведь у вас уже назначено свидание…

— Ну да?

— С мисс Квест. И вы должны за ней заехать в семь часов. Вот адрес.

— И что бы мы с Байроном без вас делали? — Саймон спрятал в карман отпечатанный на машинке адрес. — Тогда давайте сходим выпить!

— Мне очень жаль, — рассмеялась девушка, — но я веду здесь табель, и Аферлицу не понравится, что я возьму и уйду. Ведь вы вернетесь? Аферлиц хотел увидеть вас еще раз до ухода. Наверно, собирается проинструктировать, как нужно вести себя с мисс Квест. Если вы сами не знаете.

— Знаете, — заметил Святой, — вы мне нравитесь.

— Не стоит связывать себя до сегодняшнего вечера…

Байрон Аферлиц добился того, чтобы выпускать фильмы самостоятельно, и на неплохом уровне. Он арендовал помещение у студии «Либерти» в новом здании на Сансет, где напротив входа находился бар, в шутку нареченный «приемной». Саймон с удовольствием устроился на табурете с хромированными ножками, без особого отвращения оглядывая внутреннюю отделку из стеклянных панелей.

Сделать заказ оказалось делом непростым, так как бармен из бывших каскадеров занят был беседой с единственным клиентом.

— Он не может так поступить со мной, — заявил тот, глядя вдаль сквозь пальцы остекленевшим взглядом.

— Ну, конечно, нет, — согласился бармен. — Не стоит расстраиваться.

— Знаешь, что он мне сказал, Чарли?

— Нет, а что?

— Он мне сказал: «От тебя разит!»

— Точно?

— Да.

— Не расстраивайся.

— Знаешь, что я сделаю, Чарли?

— Что?

— Я поставлю этого сукиного сына на место.

— Не переживай.

— Он не имеет права так со мной поступать.

— Ну, конечно, нет.

— Я скажу ему прямо сейчас!

— Не расстраивайся, не все так плохо.

— Ему так легко не отделаться, я его убью!

— Может, ты вначале перекусишь? Тебе станет лучше.

— Я ему задам!

— Не расстраивайся так.

— Я к нему пойду прямо сейчас! — Человек тяжело встал на ноги, покачнулся, с трудом выпрямился и сказал: — До свидания!

— Пока, — ответил бармен, — и не переживай так!

Осторожно переставляя ноги, клиент вышел за дверь.

Это был на редкость красивый молодой человек с такими правильными чертами лица, словно он сошел с обложки модного журнала.

— Что вам, сэр? — спросил бармен.

— Двойного «Питера Доусона» с водой, — заказал Святой. — Что такое носится в этом городе в воздухе, от чего люди так напиваются?

— Дела у него плохи, — терпеливо пояснил бармен. — Трезвый-то он милейший человек на свете.

Что-то шевельнулось в памяти Святого.

— Я узнал его, — сказал он. — Это пуп земли — Орландо Флин.

— Да-а, он хороший парень. Но, когда пропустит несколько стаканчиков, с ним лучше не спорить.

— В следующий раз спросите его насчет китайца из прачечной, — бросил Святой.

И Саймону потребовалась немалая изобретательность, чтобы усыпить профессиональное любопытство бармена, разбуженное этим неосторожным замечанием, зато он с пользой убил время. Покинув стены студии, Святой снова почувствовал себя нормальным человеком.

Флин его нисколько не интересовал, и, возможно, тот забыл бы его, если бы судьба вскоре не столкнула их друг с другом.

Столкнула почти в буквальном смысле слова. Флин уже почти достиг конечной точки траектории своего падения, когда Святой, распахнув дверь кабинета Байрона Аферлица, чуть не споткнулся об него. Лишь благодаря своей мгновенной реакции он смог справиться с ситуацией и сгреб падающего актера мускулистой рукой.

— Здесь у вас всегда так развлекаются? — вежливо осведомился Святой у вскочившей Пегги Уорден.

Тут он увидел, что сам Аферлиц стоит в дверях кабинета, и понял, что тот — не просто герой театрального фарса.

— Убирайся отсюда, — ледяным тоном произнес Аферлиц. — И чтоб ноги твоей больше тут не было, пьяный бездельник.

Орландо Флин мог вновь оказаться на полу, не поддержи его Святой. Проведя рукой по своим разбитым губам, тот удивительно быстро протрезвел, и ни в речи, ни во взгляде бешено сверкавших глаз не осталось ни следа опьянения.

— Ладно, ублюдок чертов, — медленно произнес он. — Ты можешь меня выбросить, потому что я пьян. Но я про тебя все знаю. Мы еще с тобой разберемся, и можешь не сомневаться, я с тобой разделаюсь!


Глава 1 | Пикник на Тенерифе. Король нищих. Святой в Голливуде. Бешеные деньги. Шантаж. Земля обетованная. Принцип Монте-Карло | Глава 3