home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 26


Люси дернула Альберта за ноги, он упал, и пуля просвистела у него над головой.

— Беги, — шепнула Люси. — Беги домой и не оглядывайся…

Альберт вскочил на ноги и исчез в кустах. Через мгновение из-за деревьев появился Джереми.

Он тяжело дышал после быстрого бега.

— Стой! — крикнула Люси и, вскочив на ноги, вцепилась в мужа. — Он ушел! Ты его не догонишь.

Джереми вырвался из ее рук и повесил ружье на плечо.

— Нет, догоню! — возразил он.

— Подожди! Ты не можешь бросить меня здесь одну.

Если было нужно, Люси могла неплохо сыграть роль беспомощной женщины. Она взяла Джереми под руку и, прижавшись к нему, задрожала. Впрочем, дрожь была подлинной, непритворной. Люси бил озноб от холода. Она продрогла до костей.

Джереми с досадой взглянул в ту сторону, где исчез Альберт.

— Ну конечно же, я тебя не брошу, — сказал он и нахмурился. — Черт побери, Люси, что ты вытворяешь?

— Я увидела издалека этого мальчишку и приняла его за тетю Матильду, — стала оправдываться Люси. — О Боже… А что с тетушкой?!

— С ней все в порядке. Мы столкнулись в холле, когда я возвращался из сада. Она хотя и страдает старческим слабоумием, однако ей хватает ума не покидать пределов дома и не бродить полуодетой ночью по лесу. Ты должна одуматься, Люси, и вести себя солиднее. За тобой не уследишь. Я не смогу постоянно вызволять тебя из беды. Никаких сил не хватит.

Люси было приятно сознавать, что этот большой, сильный мужчина заботится о ней и всегда готов прийти на помощь.

— Джереми, мне жаль, что я причинила тебе беспокойство. Но, честное слово, меня не нужно было спасать, я держала ситуацию под контролем, — сказала Люси, дрожа всем телом от холода.

— Ну да, конечно, я вижу, — пробормотал Джереми и, положив ружье на землю, обнял жену со странным выражением лица. Его глаза были черны, как ночь. Он тяжело и неровно дышал. — Как ты могла держать ситуацию под контролем, находясь ночью в лесу наедине с матерым преступником?

— Это не преступник, а изголодавшийся мальчишка.

Однако Джереми, казалось, не слышал ее. Он прижал жену к себе, и Люси почувствовала, что Джереми охвачен желанием. Его потемневшие глаза горели огнем безумной страсти. Возбуждение Джереми передалось ей, и у Люси мурашки забегали по коже. Вместе с тем неистовый пыл Джереми пугал ее.

Она вырвалась из его объятий и стала шаг за шагом отступать назад, пока не натолкнулась спиной на ствол дерева. Джереми неумолимо приближался к ней, медленно, но решительно.

— Ты почти раздета, — промолвил Джереми, снова вплотную подойдя к ней, и, распахнув пеньюар, сунул палец под бретельку ее ночной рубашки. — Тем не менее тебя не надо было спасать. Поскольку ситуация находилась у тебя «под контролем».

— Представь себе, — выдохнула Люси.

Джереми вцепился в ее запястье и припечатал Люси своим телом к стволу дерева. Свободной рукой он тронул ее сосок, и Люси ахнула от острого удовольствия.

— Тебя не нужно было спасать, — повторил Джереми, поигрывая через шелк рубашки с ее соском. Люси бросило в жар, и на ее теле выступила гусиная кожа. Закусив губу, Люси закрыла глаза.

— Смотри на меня! — прорычал Джереми. — Не отводи глаза, черт возьми!

Он снова ухватил ее за сосок, и она открыла глаза.

— Тебе не нужны мои деньги…

Он порвал ее бретельку, и ночная рубашка соскользнула вниз, обнажив одну грудь Люси.

— Тебе не нужны мои подарки…

Джереми положил теплую тяжелую ладонь на ее упругую грудь и стал поигрывать большим пальцем с затвердевшим соском. Люси застонала.

Она чувствовала, как в низ ее живота упирается вставший пульсирующий член Джереми.

— Тебе не нужна моя защита, — процедил Джереми сквозь зубы, нетерпеливо задирая подол ее рубашки. — Черт побери, Люси, я докажу, что нужен тебе! Я заставлю тебя признать это!

Склонив голову, Джереми припал губами к ее соску. Дрожь удовольствия пробежала по телу Люси. Она сразу же забыла про холод. Огонь страсти вспыхнул в ее крови.

Рука Джереми скользнула в ее промежность, и у Люси перехватило дыхание.

Палец Джереми проник в ее уже влажное от возбуждения лоно.

— Скажи, что я нужен тебе, — потребовал Джереми, глядя на нее потемневшими бездонными, как полуночное небо, глазами.

— Я… — начала было Люси, но тут же осеклась.

Она как будто разучилась говорить, произносить слова и складывать их в предложения. Впрочем, слова не имели сейчас никакого значения. Ее губы были предназначены не для слов, а для поцелуев. Люси прижалась лицом к шее Джереми и стала полизывать ее.

Джереми судорожно вздохнул.

— Скажи, что я нужен тебе, — настаивал он.

Сгорая от желания, Люси громко всхлипнула.

— Джереми, — выдавила она из себя, — пожалуйста…

— Делай то, что я тебе сказал!

— Ты мне нужен! — выкрикнула Люси.

И это была правда. В этот момент она превратилась в комок плоти, охваченный жгучим желанием близости.

Джереми впился в ее рот с такой силой и натиском, что у нее пресеклось дыхание.

Приподняв ее за бедра, он вошел в нее мощным толчком. Темп движений Джереми быстро ускорялся. Разгоряченные страстью и внутренней борьбой, они вскоре достигли разрядки и замерли, тяжело дыша.

— Черт побери, Люси, — прохрипел Джереми. — Повтори, что я тебе нужен. Немедленно повтори, потому что я не могу жить без тебя. Я убью того, кто попытается отобрать тебя у меня. И ни за что не отпущу тебя!

Люси погрузила пальцы в густые волосы мужа.

— Не отпускай меня, — прошептала она.


Восстановив дыхание, Джереми скинул сюртук и завернул в него дрожащую Люси. Взяв ее на руки, он побрел через лес.

Джереми был измотан физически и эмоционально, а до дома было еще далеко. И тогда он принял решение пройти по высокому крутому берегу извилистой реки до стоявшего на его отроге скита.

Тяжело ступая по мерзлой земле, Джереми посматривал на покоившуюся в его объятиях Люси. Она лежала с закрытыми глазами, длинные темные ресницы касались бледных щек. В призрачном свете луны ее кожа отливала жемчужной белизной. Каштановые кудри волной падали ей на плечи. Джереми чувствовал исходивший от ее волос аромат леса.

Люси была прекрасна. О Господи, как сильно он любил ее! А себя ненавидел… Чувство ненависти и отвращения к себе тяжелым бременем легло ему на плечи. Джереми был готов провалиться сквозь землю, в преисподнюю. Он считал, что отныне его место было именно там.

Он вернулся из Лондона с мыслью о том, что ему нужно заботиться о Люси, взять ее под свою защиту. Если бы она дала ему хотя бы один шанс, то никогда бы больше не плакала. Так он думал. Но вместо того, чтобы воплотить свои благородные замыслы в жизнь, Джереми прижал жену спиной к стволу дерева и грубо овладел ею, как последний сукин сын.

Да, Люси нужна была защита. Защита от него самого.

Наконец они добрались до скита. Джереми толкнул дверь ногой, и она с громким скрипом распахнулась.

В душе Джереми как будто что-то раскололось, и сердце пронзила острая боль.

Воздух внутри дома был затхлым. Джереми не мог дышать. Его охватила паника, и ему вдруг захотелось повернуться и убежать прочь. Джереми не был здесь двадцать один год и никогда не пришел бы сюда добровольно, если бы не случай. Он не мог рисковать здоровьем Люси и поэтому завернул в скит.

В проем открытой двери струился лунный свет, тускло освещая тесное помещение. Здесь ничего не изменилось. Джереми хорошо помнил эту убогую обстановку. На каминной полке несла караул шеренга оловянных солдатиков. На небольшом столе лежали рыболовные снасти. У двери стояли две пары грязных детских сапог. О том, что прошло более двух десятков лет, свидетельствовал только толстый слой пыли.

Джереми положил жену на циновку у камина. Люси спала.

Он почувствовал сильное стеснение в груди. Его дыхание было неровным. Казалось, еще немного, и Джереми зарыдает. Мысль о том, что он обречен терять все самое дорогое, надрывала ему сердце. И все самые тяжелые утраты Джереми каким-то мистическим образом были связаны с этим скитом.

Впрочем, убиваться и терзать себя запоздалыми упреками он может и завтра, а сейчас предстояло позаботиться о жене. Ей было холодно. Отогнав тяжелые мысли, Джереми занялся делом. Прежде всего ему надо было развести в камине огонь.

Закрыв дверь, он укрыл Люси шкурами, подложил ей под голову свернутое одеяло и сложил в камине обнаруженные в домике поленья так, чтобы они сразу занялись огнем. После этого Джереми поджег сухую ветку и сначала проверил, работает ли дымоход. Тот, к счастью, был исправен.

Вскоре в тесном помещении потрескивали дрова в камине. Опустившись рядом с Люси на колени, Джереми взглянул на нее. Ее грудь вздымалась и опускалась в ровном спокойном ритме. Когда щеки Люси порозовели, Джереми вздохнул с облегчением. Он нежно погладил ее, и она зашевелилась во сне.

Джереми знал, что запомнит эту минуту на всю жизнь. Он провел большим пальцем по нижней губе Люси, и она как будто поцеловала его во сне. Когда она проснется, все снова пойдет по-прежнему. Люси будет возиться со своими собаками, с котом, со слабоумной тетушкой, а на мужа у нее не останется времени.

Люси снова зашевелилась и открыла глаза.

— Джереми?

Его имя легко слетело с ее губ. Голос Люси был мягким и сладким, как мед.

«Ее нежность продлится недолго, — обреченно подумал Джереми. — Скоро она все вспомнит и станет проклинать меня».

— Не вставай, — промолвил он. — Тебе нужно отдохнуть.

Люси протерла глаза руками, и у Джереми сжалось сердце. Он заметил на ее запястьях синяки. Это были следы от его пальцев.

Джереми снял с нее шкуры, которыми Люси была укрыта, и отбросил их в сторону. Люси ахнула от неожиданности, но Джереми прижал палец к ее губам.

— Позволь мне осмотреть тебя.

Люси вяло кивнула.

Алый пеньюар из шелка превратился в лохмотья, и Джереми снял его с Люси. Бросив взгляд на обнаженное тело Люси, Джереми заскрипел зубами. Теперь он воочию видел, что натворил сегодня ночью.

Джереми душил гнев. Он проклинал себя за глупое поведение. На шее и плечах Люси остались следы от его поцелуев, засосов и укусов. Джереми раскаивался в том, что вел себя как дикий, необузданный зверь.

— Перевернись на живот, — глухим голосом произнес он.

Люси молча повиновалась. Взору Джереми предстала ужасная картина. Нежная спина Люси была исцарапана грубой корой дерева. Но больше всего Джереми поразило не это. Его внимание привлек большой темный кровоподтек на лопатке Люси. Джереми дотронулся до раны, и Люси вздрогнула.

— Это сделал не я, а тот, кого ты встретила в лесу, — сказал Джереми.

Люси кивнула.

Джереми молча встал, надел сюртук и стал озираться вокруг в поисках своего ружья.

— Что ты делаешь? — встревожилась Люси. — Куда ты собрался?

— Я убью этого ублюдка.

Люси села на циновке и, взяв рваный пеньюар, прикрылась им.

— Her, Джереми, ты этого не сделаешь.

— Ошибаешься!

Джереми повернулся, собираясь выйти из хижины. Должно быть, он оставил ружье на улице

Люси бросилась к мужу.

— Это всего лишь мальчик, Джереми! — воскликнула она, а потом повторила более мягким тоном' — Это подросток, почти ребенок

Слова жены ошеломили Джереми. Он тихо чертыхнулся.

— Сколько. — пробормотал он, но его голос дрогнул, и Джереми осекся. — Сколько ему лег?

— Лег двенадцать-тринадцать.

Джереми замер и долго смотрел на руку жены, которая вцепилась в его предплечье

— Я пыталась все объяснить тебе там, в лесу, — снова заговорила Люси. — Мальчика зовут Альберт. Его отец сослан на каторгу за браконьерство, а мать умерла. На его попечении находится пятилетняя сестра. Они голодают. Я вспугнула его, он не ожидал увидеть меня в темном лесу и потерял голову. Альберт не хотел наносить мне увечье.

Джереми сбросил руку жены со своего предплечья, подошел к столу и ударил по нему кулаком с такой силой, что стоявшая на нем глиняная кружка упала на пол и разбилась. Люси испуганно вскрикнула.

Не обращая на нее внимания, Джереми еще пару раз ударил кулаком по столу, вымещая на нем свою досаду.

Джереми злился на себя. Он обвинял себя в том, что был похож на своего отца. Да, они с ним были одного поля ягоды, несли людям боль, сеяли вокруг горе, были проклятием для ближних!

В течение двадцати одного года Джереми ждал и боялся этого момента, момента осознания того, что он и его отец — одно целое. Джереми всегда открещивался от роковых ошибок и жестокости отца. Безжалостность и непреклонность старого графа Кендалла порождали враждебность и ненависть со стороны арендаторов. Даже собственная жена втайне ненавидела его.

В детстве Джереми пытался противостоять отцу, надеясь таким образом обмануть судьбу. Если отец говорил «налево», Джереми всегда да поворачивал направо. Если отец подгонял его, он в пику ему шел медленнее. Но ему не помогли эти уловки. Судьба заставила Джереми платить по счетам отца и отвечать за его грехи. Арендаторы ненавидели его, хотя он не сделал им ничего плохого. Сегодня Джереми, как безумный, набросился на свою жену и довел ее до отчаяния. А потом едва не отправился в деревню, чтобы убить двенадцатилетнего мальчика.

Джереми охватило желание сбежать. Ему необходимо было уехать как можно дальше от Люси, которой он причинял боль и страдания.

— Джереми, это безумие! — воскликнула Люси, загораживая ему дорогу. — Я не верю, что ты способен убить ребенка!

— Люси, уйди с дороги, — процедил Джереми сквозь зубы. Он, конечно же, не собирался убивать Альберта. Джереми просто хотел избавить Люси от своего присутствия. — Прочь с дороги, я сказал!

Он буравил жену бешеным взглядом.

— Почему ты так ужасно ведешь себя? — закричала Люси, сжимая кулаки. — Ты орешь, угрожаешь, хватаешься за ружье. Зачем? Тебе хочется походить на своего отца?

Слова Люси задели Джереми за живое. Но она не унималась, не давая ему вставить слово

— Не надо пытаться подражать ему! — продолжала Люси. — Ты хороший, добрый, великодушный. — Люси вздохнула. — Я же помню, Джереми, что ты не мог пересилить себя и выстрелить даже в куропатку. Ты не способен причинить боль живому существу. В тебе нет зла и жестокости. Если бы это было не так, я бы не любила тебя.



Глава 25 | Богиня охоты | Глава 27