home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 2

— С вами все будет в порядке, — повторила она.

И Брэм поверил ей. Искренне поверил. В эту минуту он действительно чувствовал себя чертовски хорошо. Они очистили дорогу от овец, нога была более или менее, а привлекательная молодая мисс ласкает его. Так какого же дьявола он должен жаловаться?!

Конечно, мисс считала его форменным идиотом. Ну что ж, пускай. Зато глаза у нее пронзительно-синие, как, скажем… ирисы. А пахла она, как весенний сад. Пахла не только цветами, но и травой, и соком мяты, и богатым плодородным духом земли. Ах, какое же прекрасное место он выбрал для приземления — такое теплое и мягкое, и как глупо, что под ним не было женщин так долго… Теперь даже не вспомнить, была ли когда-либо подобная этой…

О Боже! Он что, действительно поцеловал ее?!

Да, поцеловал. И ей повезло, что он не сделал большего. Но Брэм тут же предположил, что в этом виноват был взрыв. Хотя, возможно, она.

Она сейчас сидела почти рядом. Пряди распущенных волос упали ей на лицо, ярко-золотистые, с медным оттенком, напоминавшие расплавленную бронзу.

— Вы знаете, какой сегодня день? — спросила она неожиданно.

— А вы?

— Здесь, в Спиндл-Коув, у нас свое собственное расписание. По понедельникам — загородные прогулки. По вторникам — купание в море. А по средам вы найдете нас в саду. — Она снова коснулась его лба. — Так что мы делаем по понедельникам?

— Мы еще не добрались до четвергов.

— Четверги не имеют значения. Я проверяю вашу способность запоминать информацию. Что вы помните про понедельники?

Его душил смех. А ее прикосновение было необыкновенно приятным. Если она продолжит ласкать и поглаживать его так, как сейчас, он вполне может сойти с ума.

— Назовите мне ваше имя, — попросил он. — Я обещаю вспомнить его… через какое-то время, возможно. Ведь вместе с пороховым зарядом исчез какой-либо шанс для официального представления.

Черт бы побрал этот пороховой заряд! И как не вовремя явился блестящий вдохновитель осады овец.

— С вами все в порядке, мисс? — спросил Колин, приблизившись.

— Да, все хорошо, — ответила Сюзанна. — Но боюсь, что не могу сказать того же о вашем друге.

— О Брэме?.. — удивился Колин. — Но он неплохо выглядит.

— Ах, он совершенно сбит с толку, бедняга. — Девушка погладила Брэма по щеке. — Он был на войне? Как давно это с ним?

— Как давно? — Колин ухмыльнулся. — Полагаю, всю жизнь.

— Всю жизнь?

— Да, он мой кузен, я его хорошо знаю.

На щеках девушки вспыхнул румянец.

— Если вы его кузен, вы должны лучше заботиться о нем. О чем вы думали, разрешая ему бродить по деревне и воевать со стадом овец?

— Да, конечно, вы правы, — ответил Колин с серьезнейшим видом. — Он совершенно безумен. Иногда даже пускает слюни. Но — черт возьми! — он управляет моим состоянием и контролирует мои расходы, все до последнего пенни. И я не могу указывать ему, что он должен делать.

— Все, хватит, — проворчал Брэм.

Пришло время положить конец этой глупой болтовне. Одно дело наслаждаться общением с женщиной, но совсем другое — выслушивать оскорбления. Он поднялся без всякого труда и помог девушке встать. Отвесив короткий поклон, представился:

— Подполковник Виктор Брэмвелл. Уверяю вас, у меня прекрасное здоровье и здравый рассудок. И еще у меня есть кузен-бездельник.

— Но я не понимаю, сэр. Те взрывы…

— Просто пороховые заряды. Мы разбросали их по дороге, чтобы отпугнуть овец.

— Вы взорвали порох, чтобы прогнать овец?! — Сюзанна принялась изучать ямы от взрывов на дороге. — Сэр, я по-прежнему сомневаюсь в вашем рассудке. И нет никаких сомнений в том…

— Вы так и не назвали свое имя, — перебил Брэм. — Так кто же вы?

Прежде чем Сюзанна успела ответить, какая-то карета с шумом пронеслась по гребню холма и повернула в их сторону. Возница даже не потрудился замедлить ход — словно собирался наехать на них. Всем присутствующим пришлось посторониться, чтобы не оказаться под колесами.

Когда же экипаж промчался мимо них, девушка закричала:

— Миссис Хайвуд, подождите! Вернитесь! Я могу все объяснить! Не уезжайте!

— Они, кажется, уже уехали, — заметил Брэм.

Сюзанна резко повернулась к нему и пробурчала:

— Надеюсь, вы счастливы, сэр. Хорошо развлеклись сегодня. Вам мало было мучить невинных овец и устраивать взрывы на дороге. Вы еще и разрушили будущее молоденькой девушки.

— Разрушил? — Брэм не имел привычку разрушать судьбы молодых особ — это было привилегией его кузена. Что же касается поцелуя… Он тихо проговорил: — Мисс, это был всего лишь невинный поцелуй. И я очень сожалею, что при взрыве пострадало ваше платье.

Ее платью изрядно досталось. Полосы травы и грязи покрывали светло-розовый муслин, а рваные оборки спускались на землю. Декольте тоже сбилось, и левая грудь почти обнажилась. Но может быть, пора прекратить таращиться на нее?!

— Я говорила не о себе, — ответила Сюзанна, скрестив руки на груди. — Видите ли, женщина в том экипаже очень уязвима, и она нуждается в помощи. А теперь эта дама уехала и… — Она умолкла, потом вдруг спросила: — Так что же вам нужно? Мастер для ремонта колес? Провиант? Инструкции, как добраться до главной дороги? Просто скажите, что вам нужно, сэр, и я с удовольствием помогу.

— Мисс, мы не собираемся доставлять вам подобных хлопот. Покажите нам дорогу до Саммерфилда, и мы…

— Саммерфилд? Вы сказали… Саммерфилд?

Она нахмурилась и посмотрела на него с вызовом. Причем она была довольно высокой для женщины, а ему нравились высокие.

— Да, Саммерфилд, — ответил Брэм. — Это резиденция сэра Льюиса Финча, не так ли?

Девушка поморщилась.

— А какие у вас дела с сэром Льюисом Финчем?

— Мужские дела, моя милая. Остальное вас не касается.

— Но Саммерфилд — мой дом. А сэр Льюис Финч — мой отец. Поэтому, сэр, — она словно выстреливала каждым словом, — это очень даже меня касается.

— Виктор Брэмвелл! Наконец-то!

Сэр Льюис Финч поднялся из-за стола и быстрым шагом пересек кабинет. Когда Брэм попытался поклониться, пожилой джентльмен отмахнулся и, взяв правую руку гостя обеими руками, крепко пожал ее.

— Черт, как приятно видеть вас! Когда мы в последний раз встречались, вы были зеленым капитаном, только что окончившим Кембридж.

— Прошло много времени, не так ли?

— Я очень огорчился, узнав о кончине вашего отца.

— Спасибо, сэр.

Брэм в смущении откашлялся.

Сэр Льюис Финч был не только блестящим изобретателем, но и королевским советником. Говорили, что он имел возможность влиять на самого принца-регента. Одного слова этого человека было достаточно для того, чтобы вернуть Брэма в полк уже на следующей неделе.

И каким же идиотом он оказался, когда вступил в спор с его дочерью, порвав ее платье да еще и поцеловав без разрешения. Подобное поведение не заслуживало медали. К счастью, сэр Льюис, кажется, не заметил, в каком виде предстала перед ним дочь. Конечно, для Брэма было бы лучше завершить общение с сэром Льюисом до того как вернется мисс Финч.

Но увы, как получилось, так и получилось. И вообще он не виноват в том, что не понял, кто она такая. Ведь за исключением синих глаз во всем остальном она совсем не походила на своего отца. Мисс Финч была стройной и удивительно высокой для женщины, а сэр Льюис — полным, невысоким и лысоватым.

— Сядьте же! — воскликнул хозяин кабинета.

Брэм постарался не выдать облегчения, усаживаясь в кресло, обитое кожей. Когда сэр Льюис протянул ему стакан виски, он выпил его маленькими — в целях лечения — глотками.

Кабинет сэра Льюиса совершенно не походил ни на один из тех кабинетов, в которых ему приходилось бывать. Естественно, тут был стол, были стулья и, конечно, книги. Однако книжные полки красного дерева были разделены гипсовыми колоннами с египетскими мотивами, а в дальнем углу комнаты стоял огромный гроб кремового цвета, на котором были выгравированы ряды каких-то древних символов.

— Он из мрамора? — спросил Брэм.

— Из алебастра. Это саркофаг из могилы царя… — Сэр Льюис взъерошил волосы. — Забыл его имя. Оно где-то у меня записано.

— А надписи?

— Снаружи гроба — предупреждение о карах, которые постигнут нарушителя покоя фараона. А внутри — путь в преисподнюю. — Седые брови старика приподнялись. — Если хотите, можете полежать в нем… Знаете, очень полезно для позвоночника.

— Нет-нет, благодарю.

Брэм невольно вздрогнул.

Сэр Льюис хлопнул в ладоши.

— Что ж, я полагаю, вы провезли два экипажа через восемь застав не только для того, чтобы поговорить о древностях под хорошее виски.

— Вы правы, сэр. Праздная болтовня никогда меня не интересовала, но от виски я не откажусь.

— А позже — от ужина с нами, я надеюсь. Сюзанна уже сделала заказ повару.

Сюзанна… Итак, ее зовут Сюзанна. Это имя очень ей подходит. Простое и милое. Сюзанна Финч… Звучит как песня, которую хочется петь снова и снова.

Сюзанна. Сюзанна Финч. Прекрасная Сюзанна с медными волосами…

Брэм перевел взгляд на окно, которое выходило в безукоризненно ухоженный сад. Вон там — лаванда и шалфей. А там — гиацинты и розы… И другие растения, названий которых он не знал. Через открытое окно ветер донес их аромат, и Брэм тотчас же понял, что это ее, Сюзанны, аромат.

«Но ведь она дочь сэра Льюиса, — одернул себя Брэм. — И мне вообще не следует думать о ней».

— Так вы получили мое письмо? — спросил он у хозяина дома.

— Да, — кивнул сэр Льюис.

— Тогда вы знаете, почему я здесь.

— Вы хотите вернуть свою должность командующего?

— Да, конечно. И еще хочу спросить: не нужен ли вам ученик? У моего кузена имеется лишь один талант — все разрушать.

— Намекаете на Пейна?

— Да.

— Господи, вы хотите, чтобы я взял… виконта в ученики?

Сэр Льюис издал смешок.

— Он, может быть, и виконт, но в течение нескольких месяцев он под моей ответственностью. И если его не занять чем-то полезным, то он до конца года погубит нас обоих.

— Почему бы именно вам не занять его чем-то полезным?

— Меня здесь не будет, — сказал Брэм. Наклонившись вперед, он пристально посмотрел на пожилого собеседника. — Не так ли, сэр?

— Но послушайте, Брэмвелл…

— Просто Брэм.

— Брэм, я всегда восхищался вашим отцом и…

— Я тоже им восхищался. Как и вся Англия. — Отец Брэма отличился в Индии и, дослужившись до звания генерал-майора, получил множество наград. — Но мой отец восхищался вами, сэр, и вашей работой.

— Да, знаю-знаю, — кивнул сэр Льюис. — И я действительно был очень огорчен, когда до меня дошла весть о его кончине. Наша дружба как раз и есть та причина, по которой я не смогу помочь вам.

Брэм окаменел.

— Сэр, что вы имеете в виду?

— Вы ведь были ранены в колено? — спросил старик.

— Да, несколько месяцев назад.

— И как вы прекрасно знаете, травмы подобного характера заживают через год, если не дольше. Иногда же вообще не излечиваются. — Льюис покачал головой. — Нет, сэр, я не могу с чистой совестью рекомендовать вас на должность полевого командующего. Ведь вы офицер пехоты. Как же вы собираетесь вести батальон пехотинцев, когда едва можете ходить?

Вопрос ударил под дых.

— Но я могу ходить!

— Не сомневаюсь, что вы можете пройтись по этой комнате. Возможно — до конца пастбища и обратно. Но сможете ли вы преодолевать по десять, двенадцать, четырнадцать миль в изнурительном темпе ежедневно?

— Да, — заявил Брэм. — Я могу идти. И смогу ехать верхом. Я смогу вести своих людей.

— Мне очень жаль, Брэм… Если я отправлю вас в полевые условия в таком состоянии, я подпишу смертный приговор не только вам, но, возможно, и другим людям из вашей части. Ваш отец был моим другом. Я просто не могу…

— Тогда что же мне делать?

— Уйти в отставку. Вернуться домой.

— У меня нет дома.

Денег, конечно, было достаточно, что и говорить… Но его отец являлся вторым сыном, поэтому не унаследовал никакой недвижимости. И не нашел времени, чтобы приобрести поместье.

— Тогда купите дом. Найдите симпатичную девушку и женитесь. Обустройтесь на новом месте и заведите семью.

Брэм покачал головой. Совершенно неуместные предложения. Он не собирался уходить в отставку в возрасте двадцати девяти лет, в то время как Англия оставалась в состоянии войны. И, черт побери, он совсем не собирался жениться! Он намеревался служить — как и его отец, пока из его окоченевшей руки не вырвут кремневое ружье. И хотя офицерам разрешалось привозить с собой жен, Брэм твердо верил, что благовоспитанным женщинам не место на войне. Доказательством этого была его собственная мать. Она умерла от дизентерии в Индии, незадолго до того, как юного Брэма отправили в Англию учиться.

Оставаясь в кресле, он проговорил:

— Сэр Льюис, вы не понимаете… Я отшлифовал свои зубы порционными галетами. Я научился маршировать до того, как начал говорить. Я не такой человек, чтобы успокоиться. Пока Англия воюет, я не сложу с себя полномочия. Служба — больше чем мой долг, сэр. Служба — моя жизнь, и я… — Он покачал головой. — Я умею делать только это.

— Но есть и другие способы помочь стране. Вы могли бы…

— О черт, я слышал все эти предложения от своих начальников! Я не приму так называемое продвижение по службе, которое означает перекладывание бумажек в военном министерстве. — Брэм указал на алебастровый саркофаг в углу. — С таким же успехом вы можете засунуть меня в этот гроб и запечатать крышку. Я солдат, а не секретарь.

Выражение синих глаз смягчилось.

— Вы мужчина, Виктор. Вы настоящий мужчина.

— Я — сын своего отца! — Брэм стукнул кулаком по столу. — И вам не уговорить меня принять понижение в должности.

Он зашел слишком далеко, но ему было плевать на этикет. Сэр Льюис Финч был его последней и единственной надеждой. Старик просто не имел права отказать ему.

Сэр Льюис долго смотрел на свои руки. Затем с невозмутимым спокойствием проговорил:

— Я не собираюсь понижать вас в должности. Скорее наоборот.

— Что вы имеете в виду?

Брэм мгновенно насторожился.

— Я имею в виду именно то, что сказал. Я собираюсь сделать вам предложение. — Старик потянулся за стопкой бумаг. — Брэмвелл, готовьтесь к повышению в должности.


Глава 1 | Ночь в его объятиях | Глава 3