home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4


Кристофер заметил среди зелени ярко-синее пятно. Кто-то подслушивал их.

— Кристофер? — позвала мать, когда он остановился на половине фразы. — Что ты делал, чтобы забыть о прошлом?

Он ответил с улыбкой:

— Не уверен, что обязан рассказать тебе об этом после того, что ты тут устроила.

Герцогиня бросила на него гневный взгляд и поднялась.

— Тебе все равно не удастся рассердить меня, так что не старайся. Это… — Она замолчала, ища подходящее слово.

— Сводит тебя с ума? Теперь ты знаешь, что я почувствовал, когда обнаружил в доме гостей.

Герцогиня ущипнула его за щеку, словно ребенка.

— Ты все равно не сможешь долго скрывать от меня свои тайны. — Она повернулась и ушла прочь.

Кристофер остался стоять на месте. Он смотрел в глаза женщины, которая подслушивала их, и ждал, когда мать уйдет подальше. Незнакомка не убежала, и он с неохотой признался, что это достойно восхищения. Потом он протянул руки и просто вытащил ее из кустов. Кристофер услышал, как она охнула, увидел, как ее волосы зацепились за ветку, и одна прядь выбилась из прически и упала на плечо.

Это оказалась мисс Шоу, подруга леди Гвендолин. Она смотрела на него, и Кристофер понял, что ошибался насчет цвета ее глаз. Ему казалось, что они карие, в тон ее темным волосам. Но радужка была усыпана золотистыми искорками, которые мягко сияли, словно тайные сокровища. Кристофер ожидал, что девушка будет дрожать от стыда, но ошибся. Она лишь учащенно дышала, и положи он ей руку на грудь, почувствовал бы бешеный стук ее сердца.

Боже, о чем только он думает? Руку на грудь! Да после этого семья потребует жениться на ней еще до заката солнца!

Кристофер слегка встряхнул ее и отпустил.

— Что скажете в свое оправдание?

— Простите меня, ваша светлость. — Эбигейл с виноватым видом закусила губу.

Каковы на вкус эти губы?

Черт побери, эта девчонка шпионила за ним, а он думает о том, чтобы поцеловать ее!

— Я не собиралась подслушивать, — продолжила она. — Я осматривала место, когда услышала ваш разговор. Но я не хотела беспокоить вас, не хотела, чтобы вы подумали, будто я…

Она умолкла и беспомощно взмахнула руками. Но почему Кристоферу казалось, что уж беспомощной эту девушку никак нельзя назвать?

— Я имею в виду… нас ведь совсем недавно представили друг другу, — запинаясь, произнесла она.

Кристофер не понимал, почему вдруг разозлился. Ведь немало женщин пытались добиться его расположения. Но он почему-то чувствовал что-то похожее на разочарование. Он не знал ее, и теперь не хотел знать.

Но Кристофер не мог не замечать того, например, как приятно звучал ее голос. Он был ниже, чем обычный женский голос, но без северного акцента, хотя леди Гвендолин сказала, что она родом из Дарема.

— Вы, конечно, часто гостите у леди Гвендолин, — заявил Кристофер.

Такой поворот разговора явно сбил ее с толку.

— М-м-м… да, часто, — пробормотала она.

— Но во время последнего визита в Лондон вы выиграли главный приз в виде посещения Мэдингли-Корта, — язвительно произнес он.

— Я не совсем уверена, что появление в доме, куда меня особенно не приглашали и где я всем только докучаю, можно назвать «главным призом».

Кристофер нахмурился. Еще при первой встрече с мисс Шоу он понял, что она одна из немногих, кто может связно говорить в его присутствии. И ему это очень нравилось.

— Моя матушка не пригласила бы вас, если бы не хотела вас видеть, — коротко сказал Кристофер. — Вы ей не докучаете, как, впрочем, и леди Гвендолин. Так считаю только я. Докучаете вы только мне.

— Это больше не случится, ваша светлость, — тихо сказала она.

Но мисс Шоу не склонила покорно голову. Она продолжала смотреть ему в глаза. В это мгновение Кристофера вдруг посетило безумное желание прижать ее спиной к дереву и поцеловать, почувствовать, действительно ли ее тело такое мягкое и податливое, как кажется. Между ними как будто вспыхнули искры, воцарилась напряженная тишина. Кристофер опомнился первым, заметив, что девушка была так же удивлена этому, как и он сам.

Они оба сделали шаг назад.

— Могу ли я уйти, ваша светлость, — спросила она, — прежде чем я покраснею так, что не смогу появиться перед гостями?

— Идите.

Девушка повернулась и пошла прочь. Она не торопилась, и Кристофер смотрел ей вслед. Ее бедра покачивались при ходьбе, юбки шуршали и колыхались. У нее была полная грудь, крутые бедра, а талия тонкая, поэтому она и казалась изящной и хрупкой.

Но Кристофер чувствовал, что Эбигейл вовсе не хрупкая.

Может, она ушла, затаив на него злобу? Надо понаблюдать за ней и умерить свой пыл. У Кристофера уже несколько месяцев не было женщины, поэтому он так реагировал на роскошные изгибы тела мисс Шоу.

Вечером того же дня Эбигейл раздумывала, какое платье надеть, чтобы показать, что она раскаивается, но не раздавлена чувством стыда. Впрочем, наряд тут ни причем.

Столкновение с герцогом Мэдингли оказалось слишком захватывающим, хотя Эбигейл понимала, что вела себя не так, как положено воспитанной девушке. Герцог был в ярости, но почему-то они не могли оторвать друг от друга взгляда. Эбигейл не понимала, что означают странные ощущения, которые рождались в тот момент в ее теле.

И перед тем как она ушла, ей показалось, что герцог смотрел на ее губы. Неужели это на самом деле было так?

Ей нужно выкинуть такие глупые мысли из головы. За внимание герцога готовы поспорить три знатные и красивые леди. А она должна поразмыслить над очень важным заявлением его матери, что, дескать, он давно искупил прошлые грехи и теперь может наслаждаться жизнью.

Что же это за грехи?

Эбигейл радовалась, что напала на верный след. Что могло произойти, о чем знала только его семья? Вряд ли Эбигейл решится расспрашивать об этом сестру герцога. Во всяком случае, не напрямую. Если семья будет молчать, всегда можно обратиться к слугам, многие из них работали тут, когда герцог был еще ребенком.

Но Эбигейл сожалела, что теперь, после того как герцог поймал ее, когда она подслушивала его разговор с матерью, ей будет гораздо сложнее узнать правду. Придется вести себя очень осторожно.

В дверь постучали, на пороге появилась Гвен.

— Можно войти?

— Разумеется. Поможешь мне выбрать платье.

На первый ужин в Мэдингли-Корте Гвен надела золотисто-желтое платье.

— Если не хочешь привлекать к себе внимание герцога, — сухо заметила Эбигейл, — надень что-нибудь менее ослепительное.

— Ослепительное? — обрадовалась Гвен. — Вот это похвала! Но в поместье есть и другие мужчины.

— И все они смотрят только на леди Элизабет.

— Я так не думаю, — сказала Гвен, задрав нос. — Пока ты где-то таинственно пряталась, я обнаружила, что мистер Уэсли, местный викарий, приглашен только для четного числа гостей за столом. Эбигейл изумленно охнула:

— И он знал об этом? Как печально!

— Нет-нет, он всегда готов им помочь. Мистер Уэсли сказал, что он в долгу перед семьей Мэдингли, что он очень высокого мнения о них. Похоже, он любит о них говорить.

— Или, может быть, он был настолько смущен, что не знал, какую тему выбрать.

Гвен вдруг покраснела, затем прокашлялась и спросила:

— Так куда ты исчезла сегодня в оранжерее?

— Я уже объясняла тебе, — ответила Эбигейл, выбирая платье.

— Да, чтобы полюбоваться оранжереей. Тогда почему герцог появился у стола сразу после того, как к нам вышла ты?

Эбигейл повернулась к подруге:

— Да, я натолкнулась на него в оранжерее, он поймал меня, когда я подслушивала его разговор с матерью.

Гвен ошеломленно охнула, а потом бросила восхищенный взгляд на подругу:

— Ты следила за ним!

— Нет, я обнаружила их совершенно случайно. И не услышала ничего интересного, кроме того, что герцогиня уговаривала его покончить с прошлым.

— Ох! — Гвен подошла к ней ближе. — А потом они поймали тебя!

— Герцогиня меня не видела. Он подождал, пока она уйдет, а потом вытащил меня из кустов.

— Он касался тебя!

— Ты так взволнована! Может быть, тебе хотелось оказаться на моем месте? — заметила Эбигейл.

— Нет-нет, я ведь уже говорила, что герцог мне неинтересен. Но он очень осторожно ведет себя с девушками. Ведь многие из них готовы на все, лишь бы женить на себе.

— Что же, неудивительно. Но он, судя по всему, поверил моим извинениям. — Эбигейл не решилась поведать подруге о глупых романтических чувствах, которые герцог в ней пробуждал. Ей было стыдно о них вспоминать. — Теперь мне придется туго.

— Он будет тебя подозревать, — согласилась Гвен, чьи мысли витали где-то далеко.

— Но я с этим справлюсь.

Гвен ничего не сказала, но на ее лице появилось озабоченное выражение.

— Что-то не так? — спросила Эбигейл.

— Когда мы говорили о девушках, которые готовы на все, лишь бы женить на себе герцога, я кое-что вспомнила. Да, леди Теодосия и леди Мэй считаются претендентками на роль его супруги.

— А как же ты? — с улыбкой перебила ее Эбигейл. Гвен отмахнулась от ее слов и продолжила серьезным тоном:

— Но я была удивлена, не обнаружив в поместье еще одну даму. Если верить ее похвальбам, она должна быть среди тех девушек, которые интересуют герцога.

— Кто это? — с любопытством спросила Эбигейл.

— Ее зовут Мэдлин Престон. Она дочь джентльмена, у ее семьи есть земли и внушительное состояние. Ее брат учился в школе с Мэдингли, но в обществе он бывает редко, предпочитая жить в своем поместье в Шотландии. А вот мисс Престон часто замечали на балах, где она танцевала с герцогом. И она ясно дала понять нескольким подругам, которые и рассказали об этом мне, что его светлость неравнодушен к ней.

— Но ее тут нет, значит, его мать об этом не знает, — заметила Эбигейл. — Я разузнаю о ней поподробнее, когда вернусь в Лондон.

— Ты всегда действуешь решительно, Эбби, — произнесла Гвен, — хотя это не всегда идет тебе на пользу.

Эбигейл слегка толкнула подругу. Гвен сделала вид, что сейчас упадет.

— Не говори так положение серьезное, так что лучше помоги мне выбрать платье.

После отличного ужина, во время которого Эбигейл сидела между мрачным лордом Суортбеком и робким мистером Тилденом, дамы удалились в гостиную, оставив джентльменов выкурить сигары и пообщаться. Эбигейл очень хотелось услышать, о чем они говорят. Но она полагала, что его светлость ведет себя с мужчинами так же сдержанно, как и с женщинами. Что-то заставляло его скрывать свои чувства, но Эбигейл не представляла, что именно.

Хотя Эбигейл почти не участвовала в беседе женщин, она не чувствовала, будто ее намеренно игнорируют. Ей даже понравилось слушать их сплетни о том, кто с кем обручен. Наконец к ним присоединились мужчины. Воздух наполнился ожиданием. Незамужние девушки и холостяки теперь встретились лицом к лицу и поспешили занять выгодные позиции, как будто находились на поле боя, а не в гостиной.

Эбигейл стояла рядом с Гвен, когда, к ее удивлению, к ним направился сам Мэдингли. Она не знала, какие чувства ей следовало испытывать, когда он встал рядом, подавляя их своей близостью. Его глаза ничего не выражали, лицо оставалось непроницаемым. Рассказал ли он своим родным о ее проступке? Может, он сейчас начнет выговаривать Гвен зато, что та привезла ее с собой?

Герцог сухо им поклонился, они в ответ присели в реверансе. Эбигейл стало не по себе. Это было ей несвойственно, и она опять попыталась объяснить это тем, что ей приходится так много скрывать от него. Да, именно так Эбигейл объясняла свое смущение, но лишь до той поры, пока не повстречалась с ним в оранжерее. Она считала герцога замкнутым, он наверняка придет в ярость, стоит ему узнать, какова истинная причина ее появления в поместье. Эбигейл оправдывала себя тем, что Мэдингли человек публичный, а публика должна знать о нем правду, особенно если в прошлом он совершил какое-то преступление.

Но когда Мэдингли посмотрел на нее с высоты своего роста, у нее перехватило дыхание. Причиной тому было не волнение от расследования. Это было то же самое чувство, которое она испытала сегодня в оранжерее. Эбигейл полагала, что сейчас сможет с ним справиться, но ошибалась. Не нужно лгать самой себе: Мэдингли — потрясающий мужчина. Его красота поистине экзотична, характер — скрытный.

— Леди Гвендолин, рад вас снова видеть, — сказал он. От звука его голоса Эбигейл затрепетала. Он говорил и вел себя как истинный англичанин, Но Эбигейл чувствовала, что на самом деле Мэдингли отличался от других мужчин, и это завораживало ее.

— Со стороны вашей матушки было очень мило пригласить меня в поместье, — сказала Гвен, улыбаясь ему.

Он кивнул Эбигейл:

— Мисс Шоу.

— Как поживаете сегодня вечером, ваша светлость? — спросила она, опять присев в реверансе.

— Хорошо, спасибо, — ответил он.

— Правда? Сегодня днем я бы так не сказала, когда увидела, как вы вошли в гостиную, полную гостей.

Вместо того чтобы смягчить ситуацию, она лишь усугубила ее. Гвен изумленно смотрела на нее. Эбигейл услышала, как у нее за спиной какая-то дама ахнула, а чья-то чашка со звоном стукнулась о блюдце. Но она не обернулась, чтобы посмотреть, кого же она обидела. Ведь, судя по заинтересованному выражению на лице Мэдингли, он-то как раз и не обиделся. Это ей понравилось.

Герцог вскинул брови. Взгляд его темных, глубоко посаженных глаз, был устремлен на нее.

— Мисс Шоу, вы, не колеблясь, говорите все, что вам приходит на ум, не так ли? Я тоже предпочитаю откровенность.

— Однако вы не сказали, было ли вам известно о том, что ваша матушка пригласила в поместье гостей.

Герцог едва заметно улыбнулся. Его белые зубы сверкнули в полумраке, и сердце Эбигейл учащенно забилось.

— Вы настраиваете меня против моей матушки, мисс Шоу, — промолвил герцог. — Грубая правда не всегда идет на пользу.

Эбигейл вздернула подбородок и улыбнулась ему в ответ:

— А ваша матушка с вами согласна?

Наконец герцог отвел от нее гипнотизирующий взгляд и повернулся к Гвен:

— Леди Гвендолин, полагаю, ваша подруга обвиняет мою мать в манипуляциях.

Гвен рассмеялась в ответ и похлопала его по руке:

— Ваша светлость, любая мать готова на все ради счастья своих детей. А мне кажется, ваша матушка думает, что вы будете счастливее, если мы будем рядом.

Герцог посмотрел на Эбигейл так, будто слова Гвен касались и ее тоже.

— Если я стану отрицать, что ее метод работает, то прослыву грубияном.

— И все поймут, что вам совсем не по нраву ее план, — добавила Эбигейл.

Он поклонился и сказал:

— Это был очень интересный разговор, дамы. Герцог хотел их покинуть, но не успел.

— Прошу внимания! — поднявшись, громко сказала его сестра.

Ее лицо залилось румянцем, и Эбигейл заметила, что мистер Тилден смотрит на нее с нескрываемым восхищением.

— Дамы и господа, я хочу объявить вам об особенном развлечении, которое мы приготовили вам. Оно не будет сковывать вашу свободу. Вы можете заниматься им в группах, можете посвятить ему все свободное время, а можете вообще до минимума сократить участие в общем веселье.

— Рассказывайте скорее! — воскликнула леди Мэй. — Не выношу неизвестности.

Все рассмеялись.

— Очень хорошо, — продолжила леди Элизабет. — Я рада, что вы так же взволнованы, как и я. Мэдингли-Корт — старинное поместье, и тут, по слухам, водятся привидения. Я предлагаю устроить на них охоту!

Кто-то засмеялся, другие начали обсуждать это предложение. Несмотря на всю его несерьезность, гостями овладело любопытство.

Эбигейл посмотрела на герцога. В его глазах она уловила недовольство, которое быстро исчезло.

— Привидения появляются тут вот уже двести лет подряд, — продолжила леди Элизабет, — но сама я их еще ни разу не видела. — Они обменялись улыбками с матерью. — Мэдингли-Корт построен более двух с половиной веков назад, а руины замка рядом с ним еще раньше. Так что недостатка в предках, которые решили побродить после смерти на этой земле, у нас нет. В общем, тот, кто разузнает о привидениях в поместье больше всего, получит приз.

Несмотря на неудовольствие герцога, Эбигейл эта идея показалась замечательной. Теперь у нее появился законный повод бродить по дому и разгадывать тайны прошлого, о которых лучше забыть.

— Вы можете объединиться в группы или действовать в одиночку, — добавила леди Элизабет.

Эбигейл заметила, что леди Мэй и леди Теодосия смотрят на Мэдингли. Если даже хозяин дома попытается уклониться от соревнования, ему вряд ли дадут это сделать. Потом две девушки пристально посмотрели друг на друга. Похоже, они обе собирались предпринять решительные действия. Эбигейл подумала, что, может быть, ей стоит хитростью добиться того, чтобы герцог выбрал ее. Но после неприятной встречи в оранжерее он вряд ли поверит любым ее словам и поступкам. Ей нужно сначала завоевать его доверие. Сейчас она не может стать его напарницей.

Но кого же он выберет?



Глава 3 | Не дразни герцога | Глава 5