home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 5


После заявления сестры Кристофер почувствовал, как все девушки в гостиной уставились на него. На лице Элизабет появилось притворно-невинное выражение. Как будто она не знала, что ему нужны тишина и покой, чтобы закончить работу! Но Элизабет впервые играла роль хозяйки, и ей необходимо было порадовать и развеселить гостей. Кристофер не мог винить ее в этом. Теперь чужие люди будут носиться по всему дому в поисках привидений, и совать нос, куда не следует.

Кристофер не знал, куда деваться от пристальных взглядов трех подходящих на роль его супруги девушек. В итоге он обнаружил, что смотрит на мисс Шоу. В ее взгляде читались волнение и интерес. Действительно, с чего он так разозлился? Ведь женщины любят загадки.

Кристофер решил подождать, когда остальные начнут делиться на пары. Но в гостиной воцарилась тишина, все смотрели на него. Даже мужчины мешкали, отдавая ему право сделать выбор первым.

Он сдержал вздох и сказал:

— Элизабет, не знаю, сколько времени я смогу уделить этой затее, поэтому мне лучше искать привидение в одиночку.

Три молодые леди повели себя по-разному. Леди Мэй надула губы, леди Теодосия вздохнула, а леди Гвендолин просто отвернулась. Видимо, у нее была какая-то особая стратегия добиваться его расположения. Кристофера радовало, когда женщины не преследовали его открыто.

— В конце концов, дамы, — сказал он, поднимая руки, — как я могу отдать предпочтение одной из вас?

Ему показалось, что губы мисс Шоу изогнулись в иронической улыбке, когда она тоже отвернулась от него.

Взявшись за руки, они с леди Гвендолин отошли в сторону, тихо о чем-то разговаривая. Кристоферу казалось, что эта девушка умела различить сквозь нагромождение слов настоящую правду, что она могла читать его мысли.

Теперь подошла очередь леди Мэй и леди Теодосии. Они направились к нему вместе.

Леди Мэй сказала:

— Ваша светлость, какую прекрасную идею предложила ваша сестра! Но вы, конечно, не сможете оценить всю ее прелесть в одиночестве.

— Да, это сложно, — спокойно ответил он, — но справедливо.

— Ваша светлость, — зазвенел голосок леди Теодосии, — может, вам и не нужно выбирать. Ваша сестра сказала, что мы можем разбиться на группы, поэтому мы все три…

— Дамы, — прервал он их с привычно-любезной улыбкой, — из меня получится плохой член команды. Еще раз говорю вам — я не смогу уделить этому развлечению достаточно времени. Наверное, вам стоит объединиться друг с другом.

Он удачно выпутался из ситуации. Девушки изумленно переглянулись. Неужели ему когда-то казалось, что они могут его заинтересовать?

Но он не должен был судить их так строго. Когда он познакомился с ними, то решил, что перед ним очень милые, послушные девушки, красивые, знатного происхождения — в общем, идеальные претендентки на роль его жены. Ему нужно было найти невинную, покорную девушку из аристократического семейства, о которой он будет с легкостью заботиться, и никогда не будет за нее краснеть.

За леди Мэй и леди Теодосией постоянно следили сопровождавшие их родственницы, поэтому он мало разговаривал с ними. Теперь Кристофер вдруг увидел их в другом свете. Он подумал о том, как сильно давили на них родители, стараясь найти дочерям достойных мужей. Если они вели себя так же, как его собственная мать…

Кристоферу не хотелось оставаться в гостиной и вести светский разговор. Не сейчас, когда его ждали дела, а мысли витали где-то далеко. Гости начали разбиваться на группы, и ему удалось незаметно выскользнуть и скрыться у себя в спальне. Кристофер понимал, что о спокойствии теперь можно забыть. Ему придется всю эту неделю отбиваться от девушек, бегающих по дому в поисках привидений и мужа-герцога.

Развязывая шейный платок, он напомнил себе, что эти девушки еще очень молоды. Когда он был в их возрасте, его нисколько не волновало то, каким образом его действия скажутся на его семье. Он был необузданным, кровь в нем кипела, и он часто поступал необдуманно. Настоящий Кэбот! И, только совершив одну ужасную ошибку, испытав на себе ее последствия, он понял, что должен измениться.

С самого детства Кристофер знал, что рано или поздно тоже станет герцогом, что все будут уважать его и даже бояться. Но он не представлял, насколько одиноким он будет себя чувствовать в этой роли. Он не думал, что все вокруг будут видеть в нем не человека, а титул, необходимый для светской и политической жизни и, конечно, для счастливого замужества.

Теперь он строго контролировал каждый свой шаг, выполняя свой долг по отношению к королю, своей стране и семье, сдерживая любое проявление эмоций. Ведь он знал, куда могут привести чувства, не сдерживаемые разумом. Кристофер позволял себе предаваться настоящей страсти лишь со случайной женщиной, согласной лечь с ним в постель. У него никогда не было любовницы, потому что он опасался огласки, которая плохо скажется на его репутации. Кристофер мог позволить себе быть щедрым и деньгами, и телом лишь в отношении женщин, не принадлежавших к светскому обществу. Но он оставался с ними лишь на одну-две ночи. Эти редкие моменты страсти, когда он давал волю эмоциям, забывая, кто он такой, дарили ему не только плотское, но и душевное удовольствие.

Но в остальное время Кристофер вел себя так, как положено герцогу Мэдингли. Он был бесстрастен и заботился лишь о благе своей семьи. С детства Кристофер дружил со своими кузенами, Мэтью Леландом и Дэниелом Трокмортеном. Они были рядом в дни бесшабашной юности и взрослели вместе. Но Мэтью погиб в прошлом году, когда служил в королевской армии в Индии, оставив убитую горем невесту, а Дэниел женился месяц назад. Кристофер остался один. Даже Дэниел не знал о его тайне, как не знал и о способе, с помощью которого он снимал напряжение. И Кристофера это устраивало.

Кто-то постучал в дверь, и он вздрогнул. Так как это точно не могла быть одна из возможных претенденток на роль его супруги, Кристофер крикнул:

— Войдите!

В спальне появилась его мать. Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, сочувственно глядя на него.

— Ты слишком рано ушел, — сказала герцогиня.

— Мне нужно подготовиться к охоте на привидения, — заявил Кристофер.

Она улыбнулась и ответила:

— Не стоит подшучивать над бедной Элизабет. Она впервые выступает в роли хозяйки и хочет, чтобы эта неделя в поместье надолго запомнилась гостям. Похоже, ей это удастся. А тебе нужно расслабиться.

— Япостараюсь, — сказал он, пожав плечами.

И мать, и сам Кристофер знали, что у него это вряд ли получится. К тому же у Кристофера не было никакого желания ломать себя. Ведь всю свою взрослую жизнь он только тем и занимался, что контролировал каждый свой шаг.

Герцогиня отвела взгляд, будто раздумывая, стоит ли продолжать разговор.

— Что случилось, мама?

— К сожалению, мы сейчас не настолько далеко от Лондона, чтобы до нас не доходили сплетни.

Кристофер приподнял бровь и сказал:

— Мы уже привыкли к сплетням. Не может быть, чтобы это был опять мой кузен Дэниел. Он ведь остепенился после женитьбы.

— Я в этом не уверена, — произнесла герцогиня. В ее глазах зажегся веселый огонек, но через мгновение она со всей серьезностью продолжила: — Но нет, это не Дэниел. Это Мэдлин Престон.

Кристофер откинулся в кресле и вздохнул:

— Что она натворила на этот раз?

— Тебе не кажется, что она слишком открыто, заявляет на тебя свои права?

— Да. Поэтому я рад, что ты не пригласила ее.

— Ты чувствуешь себя виноватым, — серьезно проговорила герцогиня.

— А как же иначе? И все из-за ее брата. Слава Богу, мы теперь друзья.

— Но он не хочет, чтобы ты женился На ней только из-за чувства вины перед ним.

— Этого хочет она сама, — мрачно заметил Кристофер.

— Я знаю, что она пытается шантажировать тебя прошлым, — сказала мать.

— Матушка, пожалуйста, не волнуйся. Я со всей деликатностью дал ясно понять Мэдлин, что не хочу жениться на ней, несмотря на ее уверенность в обратном. — Герцогиня попыталась ему возразить, но он поднял руку и продолжил: — Если тебя это так волнует, я могу написать ее брату Майклу и попросить у него помощи в этом деле.

Герцогиня пристально посмотрела на него и молча кивнула. Его мать всегда позволяла ему самому строить свою жизнь, и так было до тех пор, пока она вдруг не озаботилась поиском подходящей для него жены. Кристофер подошел к ней и поцеловал в щеку, сожалея о тех страданиях, которые он причинил ей, когда был молод.

— Я выберу хорошую девушку, madre[1], — мягко проговорил он.

— Скоро?

— Да, скоро. Но не на этой неделе.

Она улыбнулась и хлопнула его по груди.

— Тогда почему бы тебе просто не повеселиться с нашими гостями?

— Я так и поступлю, обещаю. Но смогу быть с ними постоянно. И ты не должна заставлять меня искать воображаемое привидение, — добавил он с напускной строгостью. — С чего вдруг Элизабет пришла в голову такая безумная…

— Она еще молода, Кристофер. Да уж, если это будет самая глупая вещь, которую его сестра совершит в молодости, значит, она гораздо умнее его.


Эбигейл легла спать очень поздно, записывая все разговоры, услышанные вечером, и свои мысли по поводу того, что ей удалось узнать. Однако она позаботилась о том, чтобы на следующее утро встать самой первой в поместье, если, конечно, не считать слуг. Эбигейл выбрала платье с застежками спереди, поэтому ей не нужно было звать на рассвете горничную, чтобы та помогла ей одеться. Она намеревалась позавтракать в одиночестве и подготовиться к расспросам слуг. Нужно было сделать это так, чтобы ее любопытство не вызвало подозрений. К счастью, опека мисс Бери оказалась совсем ненавязчивой. Видимо, она считала, что одного ее присутствия в доме достаточно, чтобы ее подопечные вели себя хорошо.

Время шло, скоро появились и другие гости. Они строили планы, как будут охотиться за привидениями. Некоторые тут же заняли библиотеку, пытаясь найти старинные семейные предания, другие писали письма домой об интригующем развлечении, предложенном леди Элизабет. А Эбигейл меж тем совсем пала духом. Она обдумывала каждый свой вопрос, прикидывалась дурочкой, чтобы развеять подозрения, но так и не достигла цели. Все слуги, начиная от лакея за завтраком, горничной, которая выгребала золу в ее камине, и заканчивая прачкой, которой Эбигейл отдалa испачканное платье, так и не поведали ей ничего особенного о семье герцога. Конечно, все они получали деньги от Кэботов, на хозяев не жаловались и считали это семейство безупречным. Но слуги многого не знали.

Эбигейл выяснила, что дед нынешнего герцога Мэдингли не интересовался своими детьми, думая лишь о том, как приумножить свое состояние. В итоге их семейная жизнь наделала в обществе много шума. Одна дочь вышла замуж за бедного композитора, и в итоге ее обвинили в убийстве супруга. Другая стала женой профессора, который был замешан в скандале с препарированием трупов. А отец нынешнего лорда Мэдингли влюбился в простую испанскую девушку и женился на ней, наплевав на осуждение света.

Из расспросов Эбигейл поняла, что родные иногда ссорились между собой, но к слугам относились очень хорошо, и те были им за это благодарны. В другое время Эбигейл восхитилась бы этим. Но преданность слуг мешала ее расследованию.

Утром герцог так и не спустился вниз, и Эбигейл поняла, что он не собирается участвовать в охоте на привидения. Она услышала, что у него были встречи со своим управляющим и экономами из близлежащих поместий. Однако он появился на обеде, видимо, ради своей матери.

Сидя в другом углу гостиной, Эбигейл наблюдала за тем, как леди Мэй и леди Теодосия льнули к герцогу. Они были разными по характеру: первая — эмоциональная и требовательная, вторая — более скромная и уравновешенная. Но обе девушки преследовали одну цель и не скрывали этого.

И все же Эбигейл было жаль герцога? Впереди его ждало обеспеченное, полное всяческих удовольствий будущее. Он мог выбрать себе жену, в то время как ей придется выйти замуж за нелюбимого, чужого ей человека и прожить с ним всю жизнь. Но скандальная статья о герцоге вполне могла спасти ее от такой участи.

Леди Элизабет объявила, что сегодняшний обед пройдет в парке. После него последуют прогулка вокруг поместья и осмотр руин древнего замка — первого укрепленного жилища Кэботов, когда они были еще графами. История их рода столь глубоко уходила в прошлое, что каждый желающий мог найти в ней какую-нибудь историю, связанную с привидениями. Эбигейл заметила, что герцогу этот план не понравился, и он думает о том, как избежать всего этого.

Тут к ней подошла Гвен, взяла ее за руку и увела в темный конец коридора, подальше от гостей. Эбигейл потеряла Мэдингли из виду.

— Где ты была? — нетерпеливо воскликнула подруга. Эбигейл нахмурилась и ответила шепотом:

— Ты знаешь, зачем я сюда приехала. Я пыталась расспросить слуг, но они мне не рассказали ничего особенного.

— Неудивительно.

— Да, — с тяжелым вздохом сказала Эбигейл. — Но я должна была попытаться. Нужно найти способ заставить их говорить.

— Ну ладно, а теперь я хочу рассказать тебе о том, что узнала насчет привидений.

Эбигейл изумленно посмотрела на нее:

— Гвен, ты же не думаешь, что я…

— Просто послушай! Мистер Уэсли говорит…

— Викарий? Это с ним ты провела утро?

Гвен покраснела. Они направились следом за остальными гостями, прошли через парадную дверь и спустились по лестнице во двор. Хотя солнце сияло, а по небу плыли лишь безобидные белые облачка, Гвен прижалась к подруге и взяла ее за руку, словно пытаясь согреться.

— Мы были вместе с ним в библиотеке, — продолжила она, — и мистеру Уэсли удалось найти последнюю оставшуюся книгу о Кэботах, очень древнюю. В ней говорится о замке и о том, как зародилось это знатное семейство.

— Что значит «последнюю»?

— Тут эти глупые девчонки нас переиграли, — сказала Гвен, кивая на дам, сражавшихся друг с другом за внимание герцога. — Видимо, решили, что лучше им приглядывать друг за другом, и потому объединились. Мы обнаружили, что они спрятали почти все книги о Кэботах, чтобы остальные ими не воспользовались.

— Забавно, — сказала Эбигейл. — Я восхищена. Гвен вздохнула и посмотрела на герцога, который шел рядом с сестрой по зеленой лужайке.

— Бедняжка, — проговорила она.

— Думаю, если ты и дальше будешь его избегать, он в итоге заинтересуется тобой, ведь ты так отличаешься от этих двух девиц. Хотя у тебя есть еще викарий, — вспомнила Эбигейл, увидев выражение глаз подруги.

— Мы просто помогаем, друг другу в охоте за привидением, — объяснила Гвен. — Ведь я все утро тебя искала, но не могла найти.

— Я буду тебе плохой помощницей, — с сожалением сказала Эбигейл.

— И я знаю почему. Я сказала мистеру Уэсли, что у тебя слабое здоровье, что тебя мучают головные боли и тебе нужно много отдыхать. Он тебе очень сочувствует.

— Я похожа на больную? — воскликнула Эбигейл. — Что он подумает, когда увидит меня пышущую здоровьем?

— Он решит, что головная боль тебя ненадолго отпустила. Постарайся иногда выглядеть устало. А я пока буду охотиться на привидения. Это очень интересно.

Эбигейл усмехнулась:

— Особенно в паре с симпатичным мистером Уэсли.

— Это не так! — с горячностью возразила Гвен. — Мы будем просто помогать друг другу.

К удивлению Эбигейл, им пришлось идти еще довольно долго, пока они, наконец, не очутились в центре сада, украшенного скульптурами. Там был, натянут тент, перед ним расстилался большой пруд, на его другом берегу начинался лес, и находились развалины замка. Для гостей были постелены покрывала, а для тех, кто не желал сидеть на земле, поставили несколько стульев. Лорд Суортбек и лорд Гринвич с супругами, а также все пожилые гости расположились вокруг стола.

Девушки бросились занимать места возле герцога, неженатые мужчины соответственно возле леди Элизабет. В итоге Эбигейл обнаружила, что рядом с ней на покрывале оказались Гвен и лорд Кейн, который считал ниже своего достоинства, открыто преследовать даму, даже сестру герцога. Подруги, взяв со стола с закусками по куску пирога, салат и слоеные пирожные с джемом, вернулись к лорду Кейну. Тот уже разлегся на покрывале и тоже собирался подкрепиться. Эбигейл и Гвен аккуратно уселись на колени и отпили из кружек имбирное пиво, чтобы утолить жажду.

Лорд Кейн хоть и казался высокомерным, у него было хорошее чувство юмора, и они втроем все время болтали и смеялись. Эбигейл иногда украдкой смотрела на герцога, который, конечно, делил покрывало с леди Мэй и леди Теодосией. В отличие от лорда Кейна его светлость совсем не выглядел расслабленным, хотя выражение его лица, пока он говорил с девушками, было весьма приятным.

— Ужасно, что он не может просто наслаждаться жизнью, — заметил лорд Кейн.

— Вы имеете в виду герцога?

— Да. Вы разве не на него смотрели? — спросил он, едва заметно ухмыльнувшись.

Эбигейл заставила себя не краснеть.

— Да, сложно пропустить живописную картину охоты на герцога, — парировала она.

— А вы, дамы, разве не на охоте? — спросил лорд Кейн, подперев рукой голову.

Гвен и Эбигейл переглянулись и рассмеялись.

— Мы не на охоте, — сказала Гвен. — Мы приехали сюда, чтобы повеселиться.

— А что насчет вас, лорд Кейн? — спросила Эбигейл. — Разве вы не для того сюда приехали, чтобы ближе познакомиться с леди Элизабет? Кстати, вы хорошо знаете ее брата?

Лорд Кейн улыбнулся и, подложив руки под голову, уставился на иву, нависшую над их покрывалом.

— В школе мы учились в разных классах, но я уже тогда был близко знаком с Мэдингли.

Эбигейл едва сдержалась, чтобы не засыпать его вопросами. Но ей следовало вести себя сдержанно, ведь она журналист и ведет расследование.

— Он весьма достойный человек. Я слышала, он добился успеха в палате лордов.

— Достойный, — повторил лорд Кейн с явным весельем. — Да, достойный. Сейчас.

— Но был таким не всегда?

— В юности даже лорды порой ведут себя неразумно. Вы слишком любопытны, мисс Шоу, для девушки, которая не охотится за нашим герцогом.

Прежде чем Эбигейл успела ему ответить, в разговор вступила Гвен:

— Она спрашивает ради меня, милорд. До приезда сюда я и не думала, что герцог мог мной заинтересоваться. Поэтому теперь мне хочется узнать о нем как можно больше.

— Сейчас Мэдингли остепенился, но в юности был очень безрассудным. Люди объясняли его поведение «дикой испанской кровью». Но поскольку безрассудность свойственна всем Кэботам, мы не должны винить в этом необычное происхождение его матери. Во всяком случае, нам это как-то не к лицу. — И он ухмыльнулся, как будто сказал что-то забавное.

Гвен посмотрела на Эбигейл и тихо спросила:

— Что же он такого натворил в молодости? Я ничего об этом не слышала.

— Вы слишком молоды, — сказал лорд Кейн. — Мэдингли не сильно превзошел в безрассудстве любого другого молодого парня, который освободился от опеки родителей и учителей. Но эта история, боюсь, не для женских ушей.

Эбигейл едва сдержала стон разочарования. Ей хотелось потрясти его, потребовать объяснений. Но это невозможно. Надо набраться терпения.

Когда обед подошел к концу, герцог в сопровождении обеих молодых леди направился к руинам. Эбигейл не удержалась и последовала за ними. От замка остались лишь стены. Местами они были такими высокими, что Эбигейл старалась обходить их, опасаясь, что они могут в любой момент обрушиться. Мох и плющ обвивали камень, но, судя потому, что герцог с дамами уверенно шел вперед, руины не были непроходимыми. Эбигейл двигалась за ними.

Она была недалеко и слышала их беседу о том, есть ли шанс встретить тут привидение. Ей действительно было интересно поглядеть вблизи на древний замок. У Эбигейл было богатое воображение, и сейчас, когда она попала в круглую башню, часть оборонительной стены сооружения, она представила рыцарей в доспехах, защищавших когда-то жилище их господина — жилище предков нынешнего герцога. Интересно, каково это — знать историю своей семьи на протяжении нескольких столетий? Эбигейл слышала лишь о своем дедушке, который в детстве торговал газетами на улицах Лондона.

Внутри замка становилось все сумрачнее. Свет попадал только через редкие отверстия в стенах. Хихиканье девушек впереди эхом отдавалось в пустом пространстве, и Эбигейл замедлила шаг, опасаясь, что они услышат ее шаги. Вдруг прямо перед ней возник герцог.

Эбигейл опешила, а он приложил палец к ее губам и оттащил ее в сторону, где было совсем темно. Эбигейл оказалась зажатой между стеной и герцогом, как в ловушке. Он был слишком близко от нее, и от этого по всему телу разливалось тепло, как будто ее грело солнце. Стоило ей двинуться, и их груди могли соприкоснуться. Воздух замер вокруг них, в луче света недалеко от них танцевали пылинки.

— Куда он делся? — донесся голос леди Мэй.

— Он сказал, что увидел что-то в тени и пошел посмотреть, — ответила леди Теодосия. — Он не взял нас с собой, потому что тут слишком опасно. Вдруг со стены свалится камень?

Теперь Эбигейл видела их. Девушки в отчаянии озирались вокруг. Но она молчала, чувствуя, как ладонь герцога крепко удерживала ее за руку повыше плеча.

— Ты ведь не думаешь, что это могло быть привидение? — помертвев от страха, проговорила леди Мэй. — Его светлость не оставил бы нас на произвол судьбы.

У Эбигейл зачесалось в носу. Желание чихнуть стало почти невыносимым, глаза округлились и наполнились слезами. Если она выдаст их сейчас, то потеряет шанс получить его доверие.

— Пойдем отсюда, — сказала леди Теодосия. — Герцог найдет дорогу назад.

— Если привидение выпустит его, — добавила леди Мэй.

Эбигейл стало совсем нехорошо. Она задрожала, смахивая плечами пыль со стены. Наконец ей удалось перевести дыхание. Герцог отступил в сторону и сказал с облегчением:

— Они ушли.

Эбигейл начала чихать и не могла остановиться. Она почувствовала, как ей в руки всунули платок, и она воспользовалась им без особого смущения.

— Спасибо, — произнесла, наконец, девушка, вытирая слезы.

— Это вам спасибо, что не выдали меня, — сказал герцог. В его взгляде читалось едва заметное удивление.

Она со смехом ответила:

— Я видела, как отчаянно вам хотелось, чтобы нас не нашли. Не понимаю, почему вы, не можете просто попросить этих девиц оставить вас в покое.

— Не хочу их обижать.

— Их или вашу маму?

Его зубы блеснули в темноте.

— Считаете меня маменькиным сынком?

— Нет, просто человеком, который любит свою маму. Мэдингли промолчал. Воцарилась неловкая тишина.

Эбигейл вдруг поняла, что теперь, когда дамы ушли, они оказались одни в темноте, и герцог мог подумать, что она…

— Вы опять за мной шпионили? — почти дружелюбно спросил он.

Эбигейл вздохнула и посмотрела в его темные глаза.

— Мы пришли сюда пообедать и осмотреть замок. Вот я и осматриваю замок, так же как и вы. Хотя вас скорей вынудили это сделать.

— Никто меня не вынуждал. Долг хозяина общаться со своими гостями.

— Особенно если эти гости — приличные молодые леди, — сказала Эбигейл с улыбкой.

— Но я общаюсь сейчас с вами, не так ли?

— Это совсем другое дело.

Он прислонился спиной к колонне и уставился на нее:

— Что вы хотите этим сказать?

— Мы оба знаем, что я не та девушка, которая может стать вашей женой. В каком-то роде вы в безопасности рядом со мной.

Он улыбнулся одним уголком рта.

— В безопасности, вы так думаете?

Эбигейл знала, что Мэдингли дразнит ее, и повторила:

— В безопасности. Я бы не хотела стать герцогиней. Даже подумать об этом страшно.

— Вам — и страшно?

Герцог теперь улыбался во весь рот, и она с удивлением заметила, насколько его красит улыбка. Вместо бесстрастного, отвечающего за каждое свое слово герцога перед Эбигейл возник другой, более живой человек. Таким он казался ей гораздо интереснее, потому что заставлял вспоминать о более опасной стороне его характера.

— Я живу на задворках вашего мира, ваша светлость. — Это была чистая правда. — Мне нравится моя анонимность. Но у меня есть предложение, которое может вас заинтересовать.

Улыбка исчезла с его лица.

— Предложение? Эбигейл вспыхнула.

— Я имела в виду совсем не то, что вы думаете. Мэдингли приподнял бровь. Эбигейл еще больше смутилась.

— Я… хотела сказать, что намерена вам кое-что предложить. Позвольте, я все объясню. Видите ли, я герцогу не пара, вы должны жениться на девушке вашего круга, которая выше меня по положению и обладает приданым, не сравнимым с моим.

— Значит, вы считаете меня снобом, которому нужны только деньги.

— Вовсе нет, деньги вам не нужны. Но ваш титул налагает на вас определенные обязательства. Леди Мэй и леди Теодосия вполне вам подходят. Но они не понимают, что, преследуя вас, они губят шансы на замужество с вами.

Герцог поднял подбородок.

— Правда? Ну-ка расскажите мне, что еще я думаю.

Эбигейл проигнорировала сарказм в его голосе.

— Мне нужно лишь внимательно посмотреть на ваше лицо, чтобы понять, что у вас на уме. Вы не настолько непроницаемы, как думаете.

Вдруг он оперся рукой о стену рядом с Эбигейл и близко наклонился к ней.

— Тогда расскажите мне, что я чувствую, мисс Шоу.

Эбигейл была рада, что он сказал это достаточно спокойным голосом, но она чувствовала, что если бы Мэдингли захотел, то мог мгновенно повернуть ситуацию против нее.

— Вы ищете жену, — сказала Эбигейл, мысленно ругая себя за то, что не может сдержать дрожь в голосе. — Но вам не нравится, что вас торопят. Женитьба — серьезный шаг, его надо обдумать. Вас же преследуют две дамы, не давая вам времени даже перевести дух. Но я могу вам помочь.

— Каким образом?

Эбигейл терялась в догадках. Почему он так смотрит на нее, что происходит? Боже мой, ведь женщины буквально вешаются ему на шею. Зачем же он с ней играет?

— Вы можете притвориться, будто ухаживаете за мной. Остальные леди будут разочарованы, но оставят вас в покое. И вы не торопясь, примете правильное решение. Девушки вряд ли найдут за это время других мужей. Во всяком случае, они подождут, пока вы сами не определитесь с выбором. А поскольку мы оба знаем, что я не претендую на роль герцогини, со мной вы будете в полной безопасности.

Верила ли Эбигейл в то, что рядом с ним ей ничто не будет угрожать?



Глава 4 | Не дразни герцога | Глава 6