home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18


Остаток утра и первую половину дня они провели в своей комнате. Ребекке очень хотелось походить по деревне, изучить ее, но она понимала, чем вызвано нежелание Джулиана позволить это. Он не хотел, чтобы они показывались на людях лишний раз. Она почти слышала, как он скрипит зубами, глядя в окно.

Несколько часов она посвятила починке их одежды, позаимствовав нужные швейные материалы у благодарной служанки. Впрочем, взгляд Ребекки часто обращался к широкой спине Джулиана. Никогда в жизни она не проводила столько времени наедине с мужчиной. Теперь она понимала, почему это запрещается: такое пребывание пробуждало порочные инстинкты. Она начала раздумывать о том, чем другим могли бы они заниматься в комнате с кроватью.

Он был таким упрямым, так упорно сопротивлялся соблазну. Он хотел показать ей какое-то удовольствие, он ее хотел… но не собирался доводить дело до конца. У него были свои строгие понятия о чести, в которые он верил безусловно, и это помогло ему пережить кризисы, которые сломали бы другого. Ребекка восхищалась им.

Но это не означало, что она перестанет пытаться изменить его взгляды.

Позже, тем же днем, он спустился вслед за ней в распивочную, грозно маяча за ее спиной. Небритый и насупленный, он вызвал не один осторожный взгляд. Мужчины смотрели на него и сразу отводили глаза в сторону. Как ни странно, это вовсе ее не раздражало, она даже была довольна, что он считал необходимым ее охранять, — разумеется, если он не слишком ограничивал ее. Но до сих пор он этого не делал. Она даже начала думать, что он далеко не так склонен все контролировать, как она считала.

Оказавшись в распивочной, он внимательно рассмотрел каждый столик и стул, заглянул даже в заднюю комнату, где хозяин держал бочки с пивом и эдем. Там на крюках свисали с потолка сухие овощи и копченая свинина, и Ребекка усмехнулась, когда ему пришлось нагнуть голову, чтобы от них уклониться. Наконец он устроился за столиком в дальнем углу, откуда мог видеть все, что происходит. Только тогда она облегченно вздохнула и повязала свежий передник.

А вскоре она была слишком занята, чтобы думать о Джулиане. Все пять столов были полностью заняты голодными людьми, и ей нужно было получше обслужить их. Она удивилась тому, насколько устали ее руки. Вскоре от постоянных наклонов заболела спина, но чувство удовлетворения от полезного занятия не покидало ее.

Стоило ей посмотреть на Джулиана, как он встречал ее суровым взглядом из-под тяжелых век. Он подавал ей знак, когда хотел еще пива, и, по ее мнению, давно выпил лишнего. Впрочем, пьяным он не казался, лишь взгляд его становился все более и более хмурым, словно он не мог сдерживать свое недовольство происходящим. Ему не нравилось то, что она делает, но остановить ее он не пытался. И за это Ребекка была ему благодарна.

Она скоро заметила, что вечерние посетители очень разные. Утром мужчины заходили по дороге на работу или были постояльцами гостиницы, ожидавшими продолжения путешествия, среди них были и женщины.

А вечером она была единственной женщиной среди говорливых и хвастливых мужчин. Они хотели расслабиться после долгого рабочего дня, послушать местные сплетни, хорошо провести время за игрой в дартс, шахматы или шашки. Частью их развлечения было наблюдать за ней более открыто, чем делали другие мужчины в ее жизни. Разумеется, за исключением Джулиана. Конечно, она обращала на него больше внимания, чем на остальных мужчин. Каждый раз, принося ему напиток, она наклонялась, прижимаясь грудью к его плечу, и улыбалась, заглядывая ему в лицо. Он принимал ее заигрывания настороженно, но не протестовал: ведь, в конце концов, он играл роль ее мужа. Такого рода флирт не встречался на балах, где для привлечения мужчины использовался веер. Ее кокетство было чувственным и непристойным, ощутимым и таким заманчивым. В Лондоне женщина далеко не всегда могла понять, интересуется ею мужчина или нет, пока он не являлся с визитом и не усаживался напротив, благопристойно рассуждая о погоде. И такие сдержанные действия должны были объяснить ей все?

Нет, она знала все глубоко земные мысли и чувства Джулиана. Его взгляд буквально раздевал ее, его рука по-хозяйски ложилась ей на талию, когда она приносила ему очередную кружку. Его действия открыто провозглашали: «моя», и это приводило ее в восторг, пусть это было всего лишь временной игрой. Легкая грусть нахлынула и исчезла, когда она вновь напомнила себе, что всякое приключение рано или поздно заканчивается. Однако не стоило печалиться, пока оно не завершилось.

Она знала, что Джулиан наблюдает за ней, и это давало ей ощущение безопасности. Так что как бы ей ни хотелось отрицать подобное чувство, именно оно позволяло ей бойко передвигаться среди грубых незнакомых мужчин.

Она старалась спокойно воспринимать внимание посетителей. Им просто хотелось приятно провести время, а она была здесь новой мордашкой. Она отпихивала тянувшиеся к ней время от времени руки, а один раз почувствовала, как ее ущипнули за ягодицы. Ребекка поспешно глянула на Джулиана, но оскорбление произошло на дальней стороне стола, где он не мог его увидеть. Ребекка вздохнула с облегчением.

— Я знаю, что тебе это нравится! — заявил усатый мужчина, ущипнувший ее, и громко захохотал с приятелями.

Она отодвинула назад его кружку пива.

— Теперь ты, кажется, хочешь, чтобы я вылила ее тебе на колени?

— А она бойкая, а, Уилфрид? — сказал другой из их компании, снимая шапку и приглаживая свои рыжие кудри. — Может, покажешь нам, как умеешь танцевать?

Она почувствовала, что Джулиан возник за ее спиной даже раньше, чем у пьяных мужчин Широко открылись глаза. Его рука тяжело опустилась на ее плечо.

— Моя жена не танцует! — угрожающим басом произнес он. Никогда она не представляла себе, что мужчина, которого впервые увидела в бальном зале, мог говорить подобным образом. У нее мурашки побежали по коже от тревожного удовольствия.

Уилфрид вскинул вверх обе руки.

— Конечно, конечно! Ничего плохого в виду не имелось.

Джулиан с грозным видом вернулся на свое место. Когда наступило некоторое затишье в работе, Ребекка подошла к нему и негромко сказала:

— Я могла справиться с Уилфридом.

— А я думаю, что ты ошибаешься. — Он скрестил руки на груди и смерил ее сумрачным взглядом. — Такие типы считают, что могут делать все, что захотят.

— Ты понял это по нескольким словам, брошенным в пивной? — недоверчиво промолвила она.

— Да. Полагаю, ты не сможешь подлить воды в его пиво.

— Конечно, нет, — улыбнулась она.

— Тогда оставайся на дальней стороне стола от него.

— Попытаюсь.

Когда в следующий раз она приблизилась к противнику Джулиана, он с приятелями колотил руками по столу, явно наслаждаясь какой-то шуткой. Они заказали еще пива, а когда она вернулась с ним, Уилфрид схватил ее за талию прежде, чем она смогла отскочить. Она весь вечер играла в такую увертливую птичку, проскальзывая между мужчин, но, конечно, именно этому понадобилось ее сграбастать.

— Потанцуй для нас, Люси! Девочка моя, — заявил он, прижимая ее к себе. — Дора уже далеко зашла в беременности, чтобы нас развлечь.

Ребекка натянуто улыбнулась и оттолкнула его руку.

— Не сегодня, парни. Я ни для кого не танцую.

— Кроме меня, — раздался низкий голос позади. Она поморщилась, увидев, что Джулиан решительно направляется к ним. Выражение его лица было грозным и малопривлекательным. Она попыталась встретить его на полпути, но Уилфрид все еще обнимал ее. Она предупреждающе нахмурилась, глянув на него, но он не обратил внимания. Подбадриваемый дружками, он поднялся из-за стола на качающихся ногах. Он был более худым, чем Джулиан, и несколько меньше его ростом.

— Ну-ну, ребята, — начала было она.

Но Джулиан переставил ее в сторону с такой легкостью, словно она была ребенком.

— Давай, Уилфрид, покажи ему! — выкрикнул один из дружков усатого.

Граф Паркхерст — участник драки в пивной?! Из-за того, что кто-то тронул ее? Это казалось невозможным! Он был человеком рассудительным, который улаживал споры словами и разумными доводами побеждал деловых оппонентов.

— Я предлагаю тебе убрать руки от моей жены, — произнес Джулиан, надвигаясь на противника и подавляя его тяжелым взглядом.

Теперь он запугивал, а не уговаривал.

— Предлагаешь? Вот как? — парировал Уилфрид. — Надо же, какой вежливый! Просто стыд, что я не прислушаюсь к твоему предложению.

Из задней комнаты, вытирая руки передником, вышел хозяин. Это был пожилой мужчина с мешками под глазами и редеющими волосами. Он удрученно посмотрел на Уилфрида.

— Ребята, прекратите, — промолвил он.

Джулиан повернул голову к нему, и Уилфрид воспользовался этим шансом: ударил Джулиана по лицу. Ребекка ахнула, но Джулиан всего лишь отступил на шаг от удара. Выражение его лица стало еще мрачнее, зубы оскалились в свирепой усмешке.

Хозяин взмолился:

— Только не снова, Уилфрид! В прошлый раз ты сломал стол.

— В этот раз так не будет, — произнес Джулиан и, ухватив противника за лацканы куртки, вынес его наружу.

Все мужчины, сидевшие в пивной, последовали за ними. Ребекка бросилась следом. У нее кружилась голова от демонстрации силы графа. Ей хотелось ощутить свою власть над этой силой.

Хозяин шел рядом с ней, горестно качая головой.

— Уилфрид не может держать руки при себе, подальше от моих девочек, — сказал он. — Прошу прощения, Люси. Надеюсь, твой муж не очень пострадает.

— Он что, выглядит слабым? — пожала она плечами.

Но в действительности никакой радости она не испытывала. Возможно, Джулиан вообще не умеет драться. В конце концов, он ведь был деловым человеком… аристократом…

Он набросился на Уилфрида, резко ударив того кулаком в живот, а затем, когда противник согнулся пополам, добавил хороший удар в лицо. Два удара, и усатый валялся на земле и стонал.

Джулиан был бойцом. Она вздохнула от счастья.

— Надеюсь, это послужит тебе уроком, Уилфрид, — промолвил, качая головой, хозяин пивной.

Толпа разочарованно загудела. Кто-то зачерпнул ведро воды из лошадиной поилки, чтобы окатить ею Уилфрида.

Ребекка бросилась к Джулиану, который, подбоченясь, смотрел на поверженного противника.

— С тобой все в порядке? Правда?

— Все хорошо. — Он взял ее за руку и повел назад в дом. Когда он хотел провести ее мимо пивной, она уперлась.

— Я обещала поработать и должна закончить дело. Он посмотрел на часы на стене и спросил переминающегося с ноги на ногу хозяина:

— Сколько еще ей работать?

Усталые глаза того прищурились, что-то прикидывая.

— Еще часок.

— Ладно, — проворчал Джулиан. — Но если еще кто-то ее тронет или просто толкнет…

— Кто теперь осмелится? — ответил хозяин, оценивающе поглядывая на широкие плечи Джулиана.

Джулиан вернулся на свое место в углу, и Ребекка, посматривая на него с интересом, продолжала прислуживать за столами. Она думала, что драка его успокоит, потому что все посетители поняли, на что он способен. Но он все равно продолжал следить за ней из-под насупленных бровей, и рот его был крепко сжат в недовольной гримасе. Она чувствовала, что гнев его направлен не на нее, но… нет, она толком не понимала, что чувствует.

Все посетители были с ней вежливы, и последний час ее работы прошел без происшествий. Большинство людей разошлись по домам в предвестии очередного рабочего дня, а немногие оставшиеся допивали свое пиво. Хозяин кивнул ей, и Джулиан, явно дожидавшийся этого знака, немедленно поднялся на ноги.

— Я очень признателен тебе, Люси, — сказал хозяин. — С вас не возьмут платы за сегодняшний день.

— Спасибо, — бодро отозвалась Ребекка и взяла Джулиана под руку. — Я готова.

Она провела всю жизнь, мечтая о подобном путешествии, и вот сама его сотворила, убежав из Лондона и заставив Джулиана взять ее с собой. Она даже сумела заработать деньги на жизнь. Она должна была сама достичь своих целей, достигла их… и сегодня ночью добьется остального. Пытаться принудить Джулиана трезво оценить их отношения было бесполезно. Возобновившаяся прошлой осенью лихорадка показала ей, что в жизни ни на что нельзя полагаться, нельзя ни в чем быть уверенной. Она займется с ним любовью немедленно, на тот случай, если не доживет до следующего такого шанса. Ее долгое ожидание закончилось.

Они поднялись к себе по скрипучей деревянной лестнице, освещая дорогу свечой, которую Джулиан взял с конторки при входе в гостиницу. Ребекка держала его под руку, и он был напряжен. Словно окаменелый. Ей придется вести себя очень осторожно. Придумать, как преобразить его гнев в страсть.

Оказавшись в комнате, он поставил свечу на столик, а Ребекка закрыла за ними дверь и прислонилась к ней. Она не очень понимала, как ей принять соблазнительный вид, и просто стала смотреть на него, изучать его тело, воображая, как касается его, рассматривает все, что он от нее скрывал. Все ее члены блаженно отяжелели, сердце неровно билось в предвкушении. Нет, больше ему не удастся отказывать ей.

Но прежде чем она оторвалась от двери и подошла к нему, он схватил ее за плечи и притянул к себе. Она ошеломленно уставилась на него снизу вверх.

— Ты моя, — хриплым голосом объявил он и крепко поцеловал.

Ребекка чуть не упала в обморок от нахлынувшего жара, острой потребности в нем и облегчения, которое принесли эти его слова. А его поцелуй… мощный, сильный… Его язык вторгся в ее рот, одна рука держала неподвижно ее голову, а вторая чувственным движением скользила по ее спине. Он резко и плотно притянул ее бедра к себе, и его возбужденная плоть сказала ей все без слов.

С радостным самозабвением она обняла его за шею, запустила пальцы в его густые темные волосы. Она застонала, встречая его язык своим, дразня и завлекая. У него был вкус пива, и это было гораздо эротичнее, чем она могла себе представить. Она тесно прильнула к нему, словно ее ноющая грудь могла найти успокоение, лишь прикоснувшись к его телу.

Он поднял голову, и она на миг растерялась, даже почувствовала разочарование. Неужели он снова оттолкнет ее?

Однако вместо этого он развернул ее к двери и стал расстегивать крючки ее платья. Она склонила голову набок. Щека ее прилегла на прохладную шерсть его куртки, глаза закрылись… Она наслаждалась каждым мгновением. Он целовал ее шею, и Ребекка только постанывала от мучительного удовольствия. Она почувствовала, что одежда ее стала свободной, и Джулиан начал целовать ее обнажившиеся плечи.

Он снова повернул ее. Теперь спина ее была прижата к двери, а освободившийся лиф стал сползать вниз к талии. Платье задержалось на отвердевших сосках. Они посмотрели в глаза друг другу… Он потянул платье вниз, открывая ее обнаженное тело, красоту которого подчеркивал блеск алого алмаза, приютившегося в ложбинке груди.

Он опустился на колени и, бормоча ее имя, взял ее грудь в ладони. Ребекка слегка вскрикнула, когда он лизнул грудь и прошелся поцелуями по всей ложбинке до самых сосков. Она прижимала к груди его голову, когда он приникал к ней нежнейшими поцелуями. Не отрываясь, он посмотрел на нее снизу вверх, и она встретила его взгляд своим, полным томного предвкушения.

А потом он взял ее сосок в рот и ласково потянул. Она, ахнув, содрогнулась и удержалась на ногах только потому, что он поддерживал ее своим телом. Неописуемо прекрасное ощущение, наслаждение пронзило ее всю от кончиков пальцев до самых глубин живота. Он перешел к другой груди, доводя ее до опасного края своими губами и языком. Его пальцы поглаживали, успокаивая и дразня, первый сосок.

Теперь дрожь била ее, не останавливаясь. Казалось, перед ней сейчас откроется весь мир, новый и долгожданный.

Одним широким движением он столкнул ее одежду вниз с бедер, и Ребекка оказалась обнаженной вся… за исключением чулок и сапожек. Он удержал свои руки на ее бедрах, пожирая ее тело жарким и жадным взглядом, полным яростного желания.

А затем он поднял ее на руки и положил на кровать. Она распростерлась там, нагая, полностью открытая ему… и, вдруг почувствовав смущение, попыталась сдвинуть колени.

— Нет, — хрипло произнес он, положив руки на ее коленки и раздвигая их еще шире. — Не двигайся.

И она перестала двигаться, лишь наблюдала с благоговейным ужасом, как он с невероятной быстротой скидывает с себя одежду.

— Может, я могу помочь? — робко поинтересовалась она.

— В следующий раз.

Она чуть не рассмеялась от удовольствия: значит, будет еще и следующий раз?

Но желание засмеяться быстро пропадало по мере того, как ее взору открывалось его великолепное тело.

Мерцающий свет свечей, перемещающиеся тени подчеркивали его скульптурные мышцы, внушительные бугры накачанного пресса. Узкая темная полоска волос увлекла ее взгляд вниз… туда, где он снимал брюки и развязывал шнурки кальсон.

Наконец его мужская плоть освободилась, и Ребекка потрясенно на нее уставилась. Когда-то ей удалось на миг взглянуть на анатомические рисунки сестры, но она была совершенно не подготовлена к открывшимся ей размерам. Она испугалась, не представляя, как эта штука поместится в ней.

Но Джулиан уже склонялся над ней, опершись одной рукой на постель. Он провел костяшками подрагивающих пальцев по ее животу, и что-то внутри ее растаяло, стало нежным и трепещущим.

— Ты такая красивая, — прошептал он, нагибаясь, чтобы поцеловать ее живот ниже пупка.

По ее телу пробежала дрожь, она дернулась, дыхание стало тяжким и прерывистым. Предвкушение, ожидание кипело и бурлило в ней. Каждый миг промедления превращался в пытку.

— Джулиан, пожалуйста, — дрожащим голосом простонала она, — не заставляй меня ждать!..

Его пальцы скользнули в ее лоно. Ребекка всхлипнула. Он ласкал ее, медлил, гладил круговыми движениями, пока она не прошептала, задыхаясь, его имя.

— Я не могу больше ждать, — низким голосом проговорил он.

— Тогда не жди.

Он подвинул ее на середину кровати и навис над ней.

— Первый раз тебе будет больно.

Отчаянно не желая дать ему повод остановиться, она промолвила:

— Ах нет! У меня было много любовников.

Его ответный смех больше походил на рычание. Ребекка почувствовала его твердую плоть. Как раз в тот момент, когда она решила, что это совсем не больно, он сделал резкий выпад, и она ахнула от резкой жгучей боли.

Он замер, и только легкая дрожь в руках выдавала его волнение.

— С тобой все в порядке?

Она, прикусив губу, кивнула. Ей хотелось снова почувствовать этот прилив страсти, жар и потребность в нем, которые только что поднимались в ней волной. Ведь не может быть, чтобы на этом все закончилось…

А затем он начал двигаться, почти полностью выходя из нее и вновь глубоко погружаясь.

— О-о-ох! — выдохнула она, когда пришло понимание. — Это такое… о-ох!..

— Да, — прошептал он, и его выпады ускорились, пробудив в ней ответный нетерпеливый огонь.

Она отбросила все мысли и соображения, понимая, что только он может дать ей то, что она хочет. Она привлекла его к себе, двигаясь вместе с ним и навстречу ему, крепко его обнимая. Он встретил ее полуоткрытый рот глубоким страстным поцелуем. Когда их тела словно прикипели друг к другу, она совершенно растаяла, потерялась в своей потребности быть с ним. Она издавала звуки, которые вроде бы не могли исходить из ее горла, и он отвечал ей так же, без слов, сгибаясь, чтобы оказаться ближе к ее груди… чтобы снова взять ее в рот.

Она стремилась к непонятному концу, который ускользал от нее, и ее несло куда-то… все выше и выше. Напряженное затишье возрастало и накалялось… пока жаркое блаженство не накатило на нее волнами, затопив с головой. Она содрогнулась, потрясенная, благодарная и удовлетворенная. Какое замечательное место — этот мир!

Джулиан приподнялся над ней и увеличил быстроту выпадов. Ей оставалось только переживать это и держаться.


Глава 17 | В погоне за красавицей | Глава 19