home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 1

Нортумберленд, Англия

Сентябрь 1417года


Часовня замка. Стылый каменный пол. Этот холод сочится сквозь колени Изабель, проникает в тело, и каждая косточка, каждая мышца отдается тупой болью…

Однако не холод заставил ее прервать свои молитвы. Она снова скользнула взглядом по покрытому саваном трупу в окружении длинных мерцающих свечей.

Когда взгляд дошел до живота покойника, огромного, высоко вздымающегося под саваном, с губ Изабель сорвался вздох. Да, это и в самом деле лорд Хьюм.

Какая детская потребность в еще одном подтверждении! Бичуя себя зато, что прервалась, Изабель вернулась к молитвам. Свой последний долг перед мужем она выполнит до конца. А потом наконец-то будет свободна!

В следующий раз, когда Изабель открыла глаза, она увидела скукоженное личико замкового капеллана, склонившегося над ней.

— Мне нужно с вами поговорить, — заявил он без извинений.

Она кивнула и задержала дыхание, пока капеллан не выпрямился. Он что, ни разу в жизни не мылся? От него воняет почти так же, как от самого Хьюма.

О чем бы там ни хотел поговорить с ней священник, это должно быть что-то крайне важное. Как исповедник ее мужа, он наверняка знает, что душа Хьюма нуждается в молитве. И все же ей не хотелось оставлять слуг бдеть над покойным без нее. Хоть она и приплатила им, они наверняка замолчат, как только за ней закроется дверь. Хьюм никогда не был любим и почитаем слугами.

Изабель с трудом встала, но ноги отказались служить ей, и капеллан подхватил ее под руку, чтобы не дать упасть. Они покинули башню, в которой располагалась небольшая замковая часовня. Как только Изабель ступила во внутренний двор, налетел порыв холодного ветра, и она сильнее закуталась в плащ. Дрожа, она ждала, пока отец Данн, сражаясь с ветром, закрывал тяжелую деревянную дверь часовни.

Наконец он подошел к ней, и Изабель тут же спросила:

— В чем дело, отец Данн?

Отец Данн натянул капюшон поглубже, взял ее под руку и направился в сторону главной башни.

— Прошу вас, погодите, поговорим внутри.

— Хорошо.

Мерзлая земля похрустывала под ногами. Изабель подумала о жарко натопленном камине в холле — и прибавила шагу. Поесть тоже не помешало бы: полуденную трапезу она сегодня пропустила.

Поднимаясь по лестнице в башню, она отметила, что две ступеньки треснули, и добавила починку в список дел, который держала в голове. Теперь этот замок — ее. Никогда больше ей не придется вымаливать у Хьюма позволения сделать что-то, что сделать просто необходимо!

Войдя в холл, она увидела, что у камина греет руки их ближайший сосед. Она бросила на отца Данна пронзительный взгляд. Если капеллан решил, что прибытие Бартоломью Грэма — веская причина, чтобы прервать ее бдения, то он глубоко ошибся!

— Изабель!

Она сжала челюсти. Сколько же раз она просила Грэма не называть ее христианским именем!

— Примите мои искренние соболезнования по поводу кончины лорда Хьюма. — Грэм бросился к ней с распростертыми объятиями.

Изабель протянула руку для поцелуя, чтобы он не подошел слишком близко. Не сводя с нее взгляда серых глаз, он прижался губами к тыльной стороне ее ладони и задержался гораздо дольше, чем следовало. Как всегда.

Изабель не удивляли его ухаживания. Да, она была замужем, но и Грэм с детства слыл лжецом и мошенником. Но неужели он до сих пор не понял, что его неотразимая внешность и обаяние ей совершенно безразличны? Эта его слепота всегда ее удивляла.

— Благодарю, однако теперь мне нужно переговорить с отцом Данном. — Изабель высвободила руку из хватки Грэма.

Ей пришлось прикусить язык, чтобы не спустить на него собак. Обычно она отвечала на знаки внимания Грэма более утонченно, но сейчас на нее давила усталость и едва хватало терпения, чтобы не выгнать его взашей. Последние дни болезни Хьюма дались ей очень нелегко.

— Если желаете подождать, я прикажу подать закуски. — Она буквально заставила себя выговорить это.

Отец Данн прочистил горло.

— Простите, леди Хыом, но я попросил бы гостя остаться и принять участие в нашей беседе. — Наверняка все раздражение Изабель немедленно отразилось на ее лице, потому что он поспешил добавить: — Вы сами увидите, на то есть веские основания.

Она не могла себе позволить ссориться с замковым капелланом в присутствии слуг. Стиснув зубы, Изабель повела капеллана и Грэма по винтовой лестнице на второй этаж, где располагались семейные покои.

К своему списку дел Изабель добавила еще один пункт: заменить замкового капеллана.

В уединении гостиной Изабель уже не старалась смягчить тон.

— Ну, отец Данн, из-за какого такого важного дела вы отвлекли меня от молитв за упокой души супруга?

Капеллан нахохлился:

— Я счел своим долгом сообщить вам о некоем документе, который ваш муж вверил моим заботам.

— О документе? — Изабель ощутила, как под ложечкой засосало от волнения. — Что еще за документ?

— Это акт о передаче собственности.

А, так, значит, речь просто-напросто о том, сколько денег Хьюм отписал цистерцианцам в аббатстве Мелроуз, чтобы служили мессы за упокой его души? Денег ей не жалко, лишь бы только оставшихся хватило на ремонт, в котором замок давно уже нуждается.

— Вы имеете в виду завещание?

— Завещание не подходит для подобных целей, — забубнил отец Данн нудным голосом. — Человек может кому угодно завещать золото, коня и оружие — но не земли. После его смерти земли все равно отойдут наследникам. — Отец Данн закашлялся. Кажется, ему впервые за все время стало неловко. — А передать земли кому-то другому, — он вытащил из складок своего одеяния свернутый пергамент, — человек может только перед смертью.

Изабель уже несколько месяцев пыталась убедить мужа продать Джеймисону небольшую делянку, которую он возделывал, чтобы мельник наконец-то отдал за него дочку. Должно быть, Хьюм решился-таки на это, когда смерть уже постучалась в двери. Добрые дела, как и молитвы, сокращают срок в чистилище.

Вот, значит, из-за чего вся эта суета! Изабель улыбнулась и протянула руку:

— Что ж, позвольте мне взглянуть.

Отец Данн отступил, прижимая пергамент к груди:

— Леди Хьюм, полагаю, вам лучше бы сначала присесть.

Изабель скрестила руки на груди и топнула ногой:

— Я предпочитаю стоять!

Нет, ну правда, этот человек будит худшие стороны ее натуры.

Священник поджал губы и развернул свиток.

— Это очень простой документ. Если вкратце, то, согласно ему, все владения лорда Хьюма, включая этот замок, отходят к Бартоломью Грэму.

Капеллан, наверное, ошибся. Или откровенно лжет. Но все же от наглого, самодовольного выражения его лица у Изабель мороз пробежал по коже.

Она вырвала пергамент из рук капеллана и пробежала глазами написанное. Прочла второй раз, помедленнее. И третий… Подняла голову, невидящим взглядом уставилась перед собой. До нее только-только начал доходить масштаб того, что сотворил с ней муж. Нет, он не мог этого сделать. Нет! После всего, чем она пожертвовала, на что пошла ради него…

Восемь долгих лет она была на побегушках у капризного, вредного старика, который выматывал ей нервы непрестанным нытьем и придирками. День за днем, день за днем она выслушивала его нудные нотации. Старалась не смотреть, как питье и непрожеванная пища стекают по подбородку на дорогие наряды.

А по ночам…

Она прижала руку к груди, стараясь справиться с удушьем. Она снова увидела, как он, багровый, истекающий потом, пыхтит над ней. Боже милосердный! Как же она боялась, что он околеет прямо на ней и погребет ее под своей гигантской тушей! Годы шли, зачатия не происходило, и, в конце концов, ей удалось убедить его, что риск для здоровья слишком велик…

Ей отвратителен был каждый день и час этого брака, но она стерпела все и выполнила долг перед мужем.

— Это, должно быть, подделка, — пробормотала Изабель, взглянув на документ еще раз. Она узнала подпись священника, однако это ничего не значит. Дрожащими руками она развернула свиток до конца. И коснулась онемевшими пальцами знакомой печати.

Она видела, как пергамент выскальзывает из ее руки и падает на пол. Земля качнулась под ногами. Изабель хотела удержаться в сознании, но ее накрыла тьма.

Изабель очнулась, и то, что она увидела, показалось ей ночным кошмаром: над ней склонились Грэм и капеллан-мошенник. Не успела она собраться с мыслями, как Грэм подхватил ее и усадил на скамью. При этом руки его сверх всякой необходимости шарили по ее телу, отчего Изабель стало совсем мерзко.

Она поглядела вниз — на лиф платья упала ярко-красная капля. Изабель с удивлением потрогала ее пальцем.

— Падая, вы ударились головой о скамью. — Отец Дани протянул ей салфетку. — Я же предупреждал, что вам надо присесть.

— Отец Данн, оставьте нас, — заявил Грэм таким тоном, как будто уже стал владельцем замка.

Капеллан метнул взгляд от него к Изабель и попятился из комнаты. Она подозревала, что он ждет за дверью.

Ощупывая пальцами края ранки на лбу, она бросила на Грэма пронзительный взгляд:

— Как вам удалось подбить на это Хьюма?

Грэм сел на скамью рядом с ней, так близко, что его бедра прижались к ней. Изабель отодвинулась на другой край скамьи.

— Хьюм уверился в том, что я его сын, — улыбнулся Грэм. — Вы же знаете, как он мечтал о наследнике.

— Так вы ему солгали?

— Ну почему же? Может статься, это правда. — Он пожал плечами. — К счастью, дарственная имеет силу вне зависимости от этого.

Мать Грэма была богатой вдовой, снискавшей в округе славу определенного толка. Когда она понесла, многие мужчины стали претендовать на отцовство и наперебой предлагать ей руку и сердце. Она разочаровала всех, оставив при себе свои владения — и тайну происхождения сына.

— Я не давала мужу повода так наказывать меня, — пробормотала Изабель себе под нос. У нее никак не укладывалось в голове, что Хьюм оставил ее без крыши над головой и гроша в кармане.

— На самом деле старик пекся о вашем благополучии. — Грэм вытянул ноги и заложил руки за голову. — Он знал, что после его смерти я женюсь на вас, и это служило ему главным утешением.

— Что?

Наверное, она просто ослышалась.

— Нет, ну ведь вам в конце концов нужен мужчина, способный доставить вам наслаждение? — Он теперь жарко дышал ей в ухо, однако Изабель, потрясенная, не могла сдвинуться с места. — Я хотел тебя с тех пор, как ты девчонкой дралась с мальчишками на деревянных мечах.

Придя в себя, Изабель ударила по руке, которая уже ползла вверх по ее бедру.

— С чего ты взял, что я соглашусь выйти за тебя?

— А что, ты предпочтешь вернуться к отцу? — осведомился он.

Кровь отхлынула от ее лица. Ведь это чистая правда. Если она не сможет остаться в замке Хьюм, то податься ей больше некуда. Она прислонилась спиной к каменной стене и прикрыла глаза.

— Даже и не думай: отец не станет тебя содержать. — Грэм погладил ее по колену. — Да, конечно, ты уже не невинная девочка, но он без труда подыщет еще какого-нибудь старикашку, который согласится заплатить за то, чтоб ты согревала ему постель…

Изабель замахнулась, чтобы отвесить ему пощечину, однако он перехватил ее руку и крепко сжал запястье.

— Ты так будоражишь меня, Изабель.

Он силой разжал ее кулак и провел языком по беззащитной ладони, отчего ее пронизала дрожь отвращения.

Как же горько она ошибалась насчет него — считала его просто докучливым соседом, мелким эгоистом! Какая дура! Бартоломью Грэм оказался хитрым и жестоким человеком. Красивое лицо и безупречные манеры, как маска, скрывали бесчестного, злого человека. Человека, который возьмет все, что захочет.

— Через несколько дней я вернусь. Насовсем.

У Изабель руки и ноги онемели от облегчения, когда он встал и собрался уходить. В дверях Грэм обернулся и подмигнул ей:

— А не сможешь ждать так долго — пошли мне весточку.


Пролог | Рыцарь наслаждения | Глава 2