home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 15

Когда Глинис проснулась, сквозь одеяло, каким-то чудом все еще висевшее над ними, просачивалось солнце. Было ли все, что произошло ночью, на самом деле? Должно быть, было, потому что ей не хватило бы воображения все это придумать. Теперь Глинис понимала, почему женщины рады заполучить Алекса Макдоналда в свои постели хотя бы на столько времени, на сколько он сам захочет. Она рискнула повернуться и посмотреть на Алекса. До чего же он хорош, пожалуй, сами эльфы могут позавидовать. Она позволила себе рассмотреть его безупречные мужественные черты — прямой нос, высокие скулы, сильный подбородок, покрытый золотистой щетиной. Даже во сне уголки его губ слегка приподнимались, словно у него был какой-то плутовской секрет, который бы всех рассмешил.

Глинис вспомнила, каких мест на ее теле касался его рот, и ее щеки залил румянец. Этой ночью Алекс занимался с ней любовью три раза и заставлял ее изведать ощущения, каких она никогда раньше не испытывала. Она хотела познать настоящую страсть с мужчиной. И только сейчас, слишком поздно, Глинис поняла, что, возможно, было бы лучше и не знать всех этих новых для нее откровений. Ей было бы легче жить, если бы она оставалась в неведении. Она вспомнила блаженство, которое испытала в объятиях Алекса, и вздохнула.

Но она не могла жалеть об этой ночи. Она не забудет ее никогда.


— Расскажи мне о своем браке, — попросил Алекс.

Теплая со сна Глинис повернулась и посмотрела на него сонными глазами.

— Почему ты заговорил об этом?

Алекс пожал плечами:

— Мне просто любопытно.

Ее глаза, как всегда, казалось, видели его насквозь — до самого его неверного сердца. В действительности Алексу давно хотелось расспросить ее о браке с Магнусом. При мысли о мужчине, прикасавшемся к ней во всех местах, к которым прикасался он сам, Алекс ощутил доселе незнакомую ему ревность.

— Между вами сейчас такая враждебность, что я подумал: когда-то вы друг друга очень любили. От любви до ненависти один шаг.

На примере собственных родителей Алекс имел возможность убедиться в этой расхожей мудрости.

— Видишь ли, Магнус Кланраналд не любит никого, кроме себя.

Она не сказала, что он был ей безразличен.

— Это собственник, который терпеть не может терять то, что ему принадлежало, — сказала Глинис. — И считает, что я — одна из его вещей.

— Почему ты от него ушла?

— Нас поженили на острове Барра, в замке моих родителей, и я тогда не знала, что меня ожидает в его доме. — Глинис помолчала. — Там находилась его любовница, она вышла нас встречать вместе с несколькими другими весьма любвеобильными женщинами. Магнус даже не пытался их скрывать и не видел причин это делать. Он даже позволил своей любовнице занять мое место за столом.

Это выглядело со стороны очень похоже на то, что было в доме отца Алекса. Но мать Алекса жестоко боролась, и между его родителями шла война, полная горечи.

— Магнус — никудышный вождь клана, хуже некуда. — Голос Глинис посуровел. — Мой отец иногда ошибается в своих суждениях, но по крайней мере он всегда пытается сделать так, как будет лучше для его окружения. А Магнус всегда ставит на первое место не интересы клана, а свои собственные.

Алекс подозревал, что истинной причиной, по которой Глинис ушла от Магнуса, было то, что она его раскусила и в конце концов возненавидела.

— Я пыталась защищать от него людей его же клана, но не могла. — Глинис досадливо смахнула слезу. — Видела, как он однажды убил человека в порыве гнева. Тому не понравилось, что Магнус проявил интерес к его дочери.

Алекс погладил ее по щеке.

— Когда мы видели Магнуса в замке Дуарт, вся его злость, похоже, была направлена на тебя. Он когда-нибудь причинял тебе вред?

— Нет. Он знал, что, если сделает это, мой отец придет к нему с боевыми галерами, полными воинов. Магнус не хотел неприятностей. Но это было до того, как я ударила его ножом и ушла.

Алекс подумал, что при всех его грехах он по крайней мере увез Глинис достаточно далеко, чтобы она оказалась в безопасности от бывшего мужа. Это ему зачтется.


— Хватит серьезных разговоров. — По лицу Алекса расплылась улыбка, он наклонился над Глинис, его зеленые глаза плясали. — Если у тебя есть силы заняться любовью до завтрака, можешь на меня рассчитывать.

Глинис могла позволить Алексу прикасаться к ней в темноте, но сейчас, при свете дня, — совсем другое дело.

— Ой, извини. — Алекс нахмурился. — Я, наверное, сделал тебе больно?

Ей было больно, но не так, когда она вспоминала свое прошлое.

— А то мы можем попробовать что-нибудь другое.

Он бросил на нее такой греховный, многообещающий взгляд, что ее сердце сбилось с ритма.

— Я в порядке, — ответила она тоненьким голосом.

— Тогда что ты предлагаешь, Глинис? Ехать так ехать? — Он погладил внутреннюю сторону ее бедра, и у нее сбилось дыхание. — Когда исповедуешься священнику, епитимья, наверное, будет одинаковая, согрешим мы один раз или двадцать.

— Двадцать раз?

Ее голос прозвучал еще тоньше.

— Ты передумала? — Алекс вдруг посерьезнел. — Если да, только скажи, и я оставлю тебя в покое.

— Нет, — сказала Глинис. — Я просто не ожидала, что ты захочешь сделать это снова.

— Почему ты так решила? — Алекс засмеялся. Потом встал на колени и стал отвязывать от дерева углы одеяла. — Здесь душно.

Когда он потянулся вверх, Глинис бросились в глаза мускулы на его спине. Он не только способен задавать ей самые интимные вопросы таким тоном, словно они беседуют о погоде, он еще и совершенно не стесняется своей наготы. Впрочем, он же очень красив. И знает это.

Одеяло упало на землю, и Алекса осветило солнце. Он повернулся к Глинис, солнце блестело в золотистых волосках на его широкой груди и ласкало его рельефные сочленения. Глинис перевела взгляд ниже и сглотнула: Алекс был вполне готов заняться любовью прямо сейчас.

Он потянул вниз одеяло, которое Глинис прижимала к груди.

— Ну же, позволь мне на тебя посмотреть.

Глинис вспомнила, как Магнус высмеивал ее, говорил, что у нее слишком маленькие груди. Это был наименьший из всех его грехов, за которые он будет гореть в аду, но от этого ее воспоминания не становились менее болезненными. Она спросила:

— А мы не можем заниматься этим так, чтобы ты на меня не смотрел?

— Уж не начала ли ты стесняться — теперь? — Алекс скрестил руки на груди. — Если я тебя не увижу, мы сейчас же все прекратим. Я слишком долго этого ждал.

Глинис пришла в ужас:

— Ты с самого начала рассчитывал, что я лягу с тобой в постель?!

— Вовсе нет. — Он усмехнулся. — Но это не означает, что я не представлял тебя обнаженной.

— Это не одно и то же, — сказала Глинис.

Алекс поморщился:

— Конечно, я видел тебя прошлой ночью, но было темно.

— У меня слишком маленькая грудь! — выпалила она. Ее щеки пылали.

— Какой дурак тебе это сказал? — Алекс снова осторожно потянул за одеяло. — Ну, пожалуйста, Глинис. Ночью я достаточно много прикасался к тебе руками, чтобы иметь представление, какие у тебя груди. Пожалуйста.

Было ясно, что он собирается умолять ее, пока она не сдастся. Когда он снова предпринял попытку увидеть ее наготу, она разжала пальцы, и покровы упали.

— Ох, дорогая, мое воображение меня жестоко обмануло. Ты прекрасна, как те русалки, которые заманивают мужчин в море на погибель.

Его слова и польстили Глинис, и одновременно смутили ее.

— Алекс, может, теперь ты ляжешь?

Вместо этого он встал перед ней на колени и стал покрывать ее поцелуями, начиная от пальцев ног и перемещаясь все выше, пока не остановился возле колена. Пощекотав его языком, он двинулся еще выше. В животе у Глинис разлился жар. К тому времени, когда его губы достигли ее груди, у нее сбилось дыхание. Алекс обхватил ее груди руками.

— Они само совершенство. — Он напряженно посмотрел ей в глаза. — Как и их обладательница.

В разгорающемся солнечном свете Глинис смотрела, как Алекс ласкает языком ее набухший сосок. Потом он взял его в рот и застонал, Глинис закрыла глаза и отдалась охватившим ее ощущениям. Когда она уже думала, что не может больше вынести, он поднял голову и поцеловал ее в плечо, потом провел языком по ложбинке над ключицей. Теплыми губами и языком стал прокладывать дорожку по ее шее до уха. Когда он снова припал к ее губам, ей казалось, что она плавится и сливается с землей.

Каждым движением своих сильных рук Алекс стирал еще одно неприятное воспоминание о том, как ее касался Магнус. Глинис мечтала, чтобы этот мужчина без остатка вытеснил из ее жизни все неприятности и унижения и заменил их счастьем и радостью. Как же она его хотела! Глинис обвила ногами его бедра, торопя блаженный миг.

— В этот раз я не буду спешить, — сказал Алекс ей на ухо. — Я постараюсь сделать все, чтобы ты не очень скоро меня забыла, Глинис Макнил.

«Вряд ли это вообще когда-нибудь случится».

Глинис чуть было не рассмеялась, но у нее захватило дух — Алекс опустил руку между ее бедер. Поначалу, когда он только начал творить над ней свою магию, она ослабела, но потом наслаждение перешло в нарастающее внутреннее напряжение, и ей показалось, что она разлетится на кусочки. Глинис потянула его за плечи.

— Пожалуйста, Алекс, пожалуйста.

Он навис над ней, дразня и доводя до безумия поцелуями, пока наконец не сдался. И когда он вошел в нее, из ее груди вырвался счастливый стон.

Наконец-то!

Алекс, казалось, знал, как удерживать ее на грани, он входил в нее медленно и неглубоко, и вскоре Глинис уже хотелось молотить кулаками по его груди.

— Сильнее! — просила она, стараясь не сорваться на крик. — Сильнее…

— Скажи, что ты меня не забудешь. — Алекс вошел в нее глубоким толчком. — Скажи это.

— Я не забуду, — пробормотала Глинис, жадно ловя ртом воздух. — Не забуду.

«Буду помнить, пока я жива».

Глинис уловила миг, когда он потерял контроль над собой, его умелые рассчитанные движения сменились неистовством. Алекс был весь желание, он был полон такой же радости, какую чувствовала она. Они достигли пика наслаждения вместе, в едином взрыве раскаленного добела огня и звезд.

Но позже, когда Глинис лежала рядом с Алексом и смотрела на небо, радость постепенно уходила из нее капля за каплей. Она поняла, что Алекс Макдоналд может ранить ее таким способом, каким не мог Магнус. К Магнусу она ничего не чувствовала. Точнее, она его презирала. Она закрыла для него свое сердце еще до того, как закончилась их первая брачная ночь.

Но с Алексом все иначе. Ей придется охранять свое сердце, чтобы Алекс не унес его с собой. Он не собирался причинять ей боль, совсем наоборот — стремился, чтобы ей было хорошо. Но с каждым его подмигиванием, с каждой улыбкой он воровал у нее кусочек ее сердца. А когда он занимался с ней любовью, то держал его в своих руках.


Глава 14 | Грешник | Глава 16