home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

— Вы хотели меня видеть, мистер Хантер?

Фиби намеревалась вести себя с ним по-деловому, притворно спокойно глядя на него, стараясь не выдать своих переживаний и чувств, которые вот уже несколько недель не давали ей покоя. Фиби оставила дверь в кабинет открытой, если незамужняя девушка дорожит своей репутацией, она не должна находиться в одной комнате с мужчиной наедине.

— Закройте дверь, проходите и садитесь.

— Я думаю, что не…

— Просто делайте, как я говорю, Фиби. — В голосе Хантера сквозила усталость.

Она повернулась, чтобы закрыть дверь и увидела его. Прямо напротив нее. На стене рядом с дверью висел портрет мужчины с яркими зелеными, как у Хантера, глазами, такими же правильными чертами лица и странным, задумчивым взглядом. Мужчина выглядел гораздо старше Себастьяна. Фиби хватило мгновения, чтобы рассмотреть портрет. Но не человек с картины стал главной причиной, приковавшей взгляд девушки к портрету. Сердце бешено забилось.

— Фиби?

Она понимала, что должна обернуться и ответить Хантеру, но не могла оторваться от полотна. Она подошла ближе к изображению, вглядываясь в каждую деталь. Напряжение внутри возрастало.

— Это мой отец, — сказал Хантер.

Фиби уловила незначительное изменение в его голосе.

В кабинете воцарилась тишина. Она слышала, как потрескивал огонь в камине, языки пламени лизали дрова. По комнате распространился запах сосны. На столе тикали часы. Меньше всего она хотела сделать ему больно, но у нее не было другого выхода, как задать ему вопрос:

— Кольцо у него на пальце?..

Она не слышала, как он подошел, но почувствовала его близкое присутствие. Ее голос прозвучал тихо и спокойно, что никак не вязалось с возбужденным состоянием. Серебряная голова волка с изумрудными глазами. Кольцо соответствовало описанию, которое дал ей Посланник.

— Такое необычное. Какая интересная форма, — проговорила она, даже не рискнув посмотреть на Хантера.

— Единственное в своем роде, как говорил мой отец. — Голос Хантера прозвучал так близко за ее спиной, что она почувствовала, как по плечам пробежали мурашки.

— Интересно, а где теперь это кольцо?

В комнате не хватало воздуха. Ладони Фиби вспотели, и она почувствовала неприятное покалывание.

— Сначала оно принадлежало моему отцу, теперь мне.

— Вы, должно быть, храните его, как самое дорогое сокровище.

— Верно. Это последнее, что подарил мне отец, единственная связь, оставшаяся между нами.

Его слова всколыхнули в ее душе давно забытые тревоги. Она вспомнила, как тяжело ей было прощаться с вещами Элспет. Казалось, через годы она по-прежнему слышит рыдания своего отца глубокой ночью. Тогда он думал, что об этом никто не узнает. Отец. Одной мысли было достаточно, чтобы начать действовать. Потихоньку Фиби стала успокаиваться.

— Кольцо, — тихо проговорила она, не отводя глаз с портрета. — Где оно сейчас?

Хантер опустил руку на плечо Фиби. Она усилием воли заставила себя не реагировать. Он подошел ближе и развернул ее лицом к себе. Фиби не спускала глаз с его шейного платка. Минуты медленно тянулись, а Хантер все ждал. Фиби понимала, что дальше так продолжаться не может. Она подняла на него взгляд.

Между ними пролегла пропасть. Казалось, воздух между ними наэлектризовался.

— Под хорошей защитой, — нарушил тишину Хантер. — У моего сердца.

Взгляд Фиби упал на грудь Хантера.

Ветер на болотах завыл сильнее, и ветви старого дерева заскрежетали по стеклу.

Фиби очень медленно подняла руку и осторожно положила ее на черный отворот его жилета. Она почувствовала, как под ее ладонью бьется его сердце. Постепенно, словно подчиняясь чьей-то воле, она подняла взгляд на Хантера. Его глаза изумрудно-зеленого цвета напоминали два глубоких озера. Они застыли напротив друг друга. Пропасть между ними, казалось, стала уменьшаться.

Фиби понимала, что должна отвести взгляд в сторону, убрать руку с его груди и постараться перевести разговор на нейтральную тему. Но она так и не смогла пошевелиться. Тогда Хантер прильнул к ее губам в самом страстном, всепоглощающем поцелуе, который, казалось, проник в самую суть ее естества. Ее рука скользнула к его затылку. Хантер крепко ее обнял и так сильно прижал к себе, что ее грудь коснулась крепкого, мускулистого тела. Она ответила на его поцелуй со всей страстью и горячностью, на которые только была способна ее невинная душа.

Послышался стук. Вдруг дверь распахнулась, и в мгновение ока Фиби и Хантер отпрянули друг от друга.

— Забыл оставить… — Макэван застыл на пороге. Он посмотрел на них с большим удивлением. — Прошу прощения, — пробормотал он и удалился так же быстро, как и вошел с кипой бумаг в руке.

Дверь за ним резко захлопнулась.

Фиби, явно потрясенная случившимся, смотрела перед собой полными ужаса глазами, будто то, что она сделала, было верхом неприличия. Она взглянула на Хантера. На его обычно бледных щеках заиграл легкий румянец. В глазах читались гнев и желание. Не сказав ни слова, она повернулась на каблуках и выбежала из кабинета.


Макэван не желал оставлять этот вопрос нерешенным.

— О чем, черт возьми, ты думаешь, Хантер? — Управляющий перестал мерить комнату шагами, провел по волосам и недоверчиво уставился на Хантера. — Мы же договаривались, что ты будешь за ней просто приглядывать, а не пытаться соблазнить.

— Я ее не соблазнял, — сухо ответил он и задался вопросом, уж не пытался ли он и вправду соблазнить ее с самого начала их встречи.

— Тогда, значит, это она тебя пытается соблазнить? Чтобы получить свободный доступ к Блэклоку и свободно обыскивать комнаты?

Хантер стиснул зубы.

— Или все это лишь предлог для того, чтобы ее заполучить?

— Следи за словами, Макэван. Ты заходишь слишком далеко. — Голос Хантера звучал холодно и категорично.

— Извини меня, Себастьян. — Макэван подошел к Хантеру. — Но я за тебя очень волнуюсь. Я решил, что вся эта история с Фиби Эллардайс, как луч света в темном царстве, внесла оживление в твою унылую жизнь. У тебя появилась какая-то цель, задача, которую необходимо решить.

— Нет. — Хантер покачал головой.

— Да, Хантер, — настаивал Макэван. — Когда последний раз ты провел ночь в этом кабинете? Давно ль ты перестал опустошать бутылки с бренди за один присест? Ты что, не видишь в этом никакой связи с приездом мисс Эллардайс?

Хантер подумал, что Макэван прав, но не собирался это признавать.

— За последние несколько дней многое изменилось. Ты одержим этой девушкой, Хантер.

— Вряд ли, — пробормотал он, хотя и сам понимал, что не прав.

— Ты продолжаешь утверждать, что не хочешь ее?

— Я этого не отрицаю, — холодно бросил Хантер. — Я хочу Фиби Эллардайс с момента нашей первой встречи.

Макэван кивнул, слова Хантера подтвердили все его подозрения.

— Но это вовсе не значит, что я действую из соображений плоти, — заметил Хантер.

— Если ты действуешь из других соображений, — цинично заметил Макэван, — то как ты объяснишь свое поведение в тот вечер, когда я случайно застал вас в кабинете?

— Все было не так, как ты подумал, Макэван. Все под контролем. — Хантер снова соврал. — Я знаю, что делаю.

Может быть, ты ее еще в чем-нибудь подозреваешь? Она по-прежнему компаньонка твоей матери. Подумай, что могло произойти, если бы в кабинет вошел не я, а миссис Хантер?

— Моя мать сюда никогда не заходит. Кроме того, я все это делаю лишь ради того, чтобы ее защитить.

— Себастьян, ты уверен в этом? — уже мягче спросил Макэван.

Хантер не ответил. Вместо этого он подошел к окну и снова стал вглядываться в болота. Часы медленно отсчитывали секунды.

— Я знаю, что ищет Фиби Эллардайс.

— Интересно! — В голове Макэвана зазвучали встревоженные нотки.

— Кольцо моего отца. — Он повернулся к управляющему и жестом указал на портрет отца на стене.

Макэван подошел вплотную к картине и пригляделся к искусно нарисованной голове волка на одном из пальцев Хантера-старшего. Он покачал головой:

— Мне кажется, это маловероятно… Оно же не золотое. — Макэван повернулся к Хантеру. — С какой стати оно ей понадобилось? — в крайнем недоумении спросил он.

— Я пока этого не знаю.

— Себастьян, ведь ты будешь осторожен? Вырисовывается довольно щекотливая ситуация. Сам понимаешь, если что-то пойдет не так, то на репутацию твоей матери ляжет пятно, как, впрочем, и на твою.

— До этого не дойдет, — уверенным тоном проговорил Хантер, но озадаченное выражение не покидало его друга. — Я знаю, что делаю, Джед.

— Я уповаю на это, Себастьян. Ты же завязал. Уже несколько месяцев прошло с тех пор, как ты отошел от этих делишек. Не хотелось бы, чтобы ситуация приняла серьезный оборот. — Он похлопал Хантера по плечу и вышел из кабинета.

Хантер остался в одиночестве, но он не стал возвращаться к окну. Вместо этого встал на место, где перед этим стоял Макэван, и посмотрел на картину. Он обратил внимание на кольцо и почувствовал такой прилив эмоций, какой обычно ощущал, глядя на портрет. Только бы не кольцо… пусть это будет любая другая драгоценность в доме, но только не оно. Фиби Эллардайс хотела украсть у него то, что он поклялся жизнью охранять. Дрожь пробежала по спине, когда он вспомнил слова своего отца, прозвучавшие упрямо и настойчиво, несмотря на то что старик был при смерти. Хантер не мог избавиться от какого-то зловещего чувства. Он перевел взгляд на решительное и серьезное лицо отца.

— Какую важность представляет это кольцо, отец, почему она подвергается такому риску, чтобы его найти? — тихо прошептал он.

Но лицо отца оставалось непреклонным, взгляд выражал то же неодобрение, как и при жизни. В комнате было настолько тихо, что Хантер слышал биение своего сердца.

Когда на следующее утро Фиби вышла во двор, она совсем не удивилась, увидев, что ее уже ждет экипаж, около которого стоял Джейми. Небо было затянуто плотными серыми облаками. Впервые за все пребывание Фиби в Блэклоке на улице стояло полное безветрие. Воздух был тяжелым, и в атмосфере точно повисло странное предзнаменование. Фиби не понимала, связано ли это с осознанием собственной вины, или просто день выдался мрачноватый. Экипаж мистера Хантера, такой роскошный, черный и блестящий, стоял прямо перед ней. Джейми, одетый в серебристо-черную ливрею, опустил подножку.

— Мисс Эллардайс, — раздался голос Хантера, и послышался хруст сапог по гравию.

Сердце ее забилось.

— Мистер Хантер. — Фиби надеялась, что ей удалось скрыть нахлынувшие на нее эмоции.

В мрачноватом свете дня его светлая кожа приобретала мертвенно-бледный оттенок в контрасте с черными волосами и ясными изумрудными глазами. Фиби завороженно посмотрела на него. Хантер еще никогда не выглядел так великолепно. Глаза интригующе блестели, хотя лицо по-прежнему хранило тревожное, задумчивое выражение. Их взгляды встретились. Фиби почувствовала, как легкая дрожь прошла по каждой клеточке тела.

Он жестом показал кучеру, чтобы его подождали. В этот раз он, очевидно, ничего не собирался объяснять, даже не стал придумывать, что у него запланированная встреча в Глазго, или напоминать Фиби об опасностях на дороге. Она тоже не предприняла ни малейшей попытки отказаться от негласного предложения ехать с ним. Оба понимали, что дело обстоит гораздо серьезней. Фиби молча села в экипаж.

Она провела бессонную ночь накануне и чувствовала тяжесть в голове. Она постоянно думала о кольце с волчьей головой, своем отце и Хантере. Ей ни на минуту не удалось забыться от тревог и немного вздремнуть.

Фиби понимала, что ей необходимо поговорить с Хантером, но не знала, с чего начать. «Отдайте мне, пожалуйста, кольцо, чтобы негодяи не убили моего отца». Не самый лучший вариант. Она никому не должна об этом говорить, особенно Хантеру. К тому же она боялась, что уже успела вызвать в нем подозрения, и он в любую минуту спросит, с чем связан ее интерес к кольцу. Она также опасалась того, что может произойти между ними наедине в закрытом экипаже по дороге в Глазго. Но Хантер даже не упомянул про кольцо. Он едва обмолвился с ней парой слов, все время глядя в окно, но у Фиби сложилось впечатление, что он не замечал мелькавшего за окном пейзажа, а был поглощен решением трудной проблемы, которая, очевидно, его сильно мучила. Фиби показалось, что тревожные мысли его слишком угнетают, и решила увлечь его необременительным разговором. Однако Хантер не пожелал вступать в беседу и вернулся к своим тяжелым думам. Когда он посмотрел на нее, Фиби решила, что он разгадал все ее замыслы и, что еще хуже, чувства к нему. Меньше всего ей хотелось, чтобы он о чем-нибудь догадался, поэтому обрадовалась, когда он снова уставился в окно.

Теперь лишь скрип колес по дороге да топот копыт нарушали странную тишину. Пейзаж за окном проносился быстро, оставляя нечеткие, размытые пятна серого неба и фиолетово-коричневых болот. Чем дальше они отъезжали от Блэклока, тем больше возрастала напряженность Хантера. Он не произносил ни слова, не двигался, изредка бросая странные взгляды в сторону Фиби.


К тому времени, как они пересекли реку Клайд и двинулись по Аргайл-стрит, зарядил дождь. Мелкие капли забарабанили по крышам домов. Лишь одно утешало Фиби — скоро она встретится с отцом. Проехав пару кварталов, Хантер ударил тростью по крыше, выглянул из окна и что-то сказал кучеру. Наверное, напомнил, чтобы тот ехал по Хай-стрит к Королевскому лазарету или что-то в этом роде. Во всяком случае, так подумала Фиби. Но несколько минут спустя экипаж, не сворачивая налево, остановился прямо напротив городской тюрьмы.

Сердце Фиби замерло на мгновение, а потом бешено забилось. Казалось, кровь застыла в ее жилах. Где-то в животе поселилось всепоглощающее чувство страха. Через окно экипажа она увидела большое серое здание, ряды окон и лестницу, которая вела к портику над крышей. Фиби повернулась к Хантеру, стараясь придать лицу невозмутимое выражение.

— Почему мы здесь остановились?

— Потому что вы приехали повидать своего отца.

Фиби усмехнулась, словно это была какая-то шутка.

— Мой отец в Королевском лазарете.

— Вот уже семь месяцев сэр Генри Эллардайс находится в городской тюрьме в заключении.

— Так вы знаете? — едва слышно спросила она.

В голосе ее звучал ужас.

— Конечно знаю.

— И давно вы в курсе?

— Достаточно, — бросил он.

Фиби закрыла глаза, словно желая отогнать этот кошмар наяву. Она не верила своим ушам.

— Почему вы не сказали мне, Фиби?

Она открыла глаза и уставилась на него.

— А вы сами как думаете?! — воскликнула она возмущенно. Потом покачала головой и сказала: — Я не хотела терять место компаньонки вашей матери. — Она снова отвернулась к окну и печально взглянула на крошечное зарешеченное окно, за которым дожидался ее бедный отец. — Миссис Хантер тоже об этом знает?

— Нет. Она не в курсе.

Фиби вновь посмотрела на Хантера.

— Полторы тысячи фунтов за неудачную лекарственную кампанию…

Фиби поразилась осведомленности Хантера. Она и подумать не могла, что ему известны такие детали.

— Заключение вашего отца ничто по сравнению с тем, что делаете вы, Фиби. Вам что, мало страданий по этому поводу?

— Вы же не собираетесь рассказывать вашей матери правду о моем отце? — осторожно спросила она, не совсем уверенная в том, что она хорошо его поняла.

— Именно это я и собираюсь сделать, Фиби.

По лицу пробежала тень. Жребий брошен, Фиби прекрасно понимала, что Хантер имел в виду.

— Да, я понимаю, — проговорила она с болью в сердце. — Это все из-за нашего соглашения. Вы хотели…

В глазах Хантера загорелся недобрый огонек. В мгновение ока он схватил ее за руку:

— Нет никакого соглашения и никогда не было.

— Но…

— Если бы я был тем, за кого вы меня держите, вы бы оказались в моей постели в первый же день нашей встречи.

Она шумно вздохнула.

— Мы оба знаем, что это правда.

Они были так близко, что Фиби смогла разглядеть каждую ресничку. Какая-то странная сила притягивала их друг к другу.

— Какие еще тайны ты скрываешь, Фиби? — прошептал он. Его жаркое дыхание касалось ее кожи, а губы казались такими родными и одновременно такими далекими.

Фиби смотрела ему в глаза, хотела все ему рассказать. Действительно, была готова ему открыться, освободиться от тяжелого бремени, которое мучило ее уже несколько недель с тех пор, как она приехала в Блэклок. На мгновение она почти поддалась искушению признания, но на задворках сознания прозвучали слова Посланника. Они преследовали ее каждый день, каждый час. «Ни слова Хантеру или его матери, не то вы сами знаете, что может произойти… Не дай бог, если я узнаю, что вы проболтались». Фиби готова была поверить, что он и вправду узнает. Она уже успела убедиться в его обширных связях. Как бы она ни хотела рассказать все Хантеру, она не могла поставить под угрозу жизнь своего отца.

Она слегка покачала головой.

— Мне нечего вам рассказать, — тихо проговорила она с тяжелым сердцем. Собрав волю в кулак, она отвернулась.

Хантер не пошевельнулся. Фиби чувствовала на себе его пристальный взгляд в течение нескольких минут, которые показались ей целой вечностью. Наконец он отвернулся, уже открыл дверь и вышел бы на улицу, если бы Фиби его не остановила.

— Нет! Я хотела сказать, что было бы лучше, если бы вас не видели около тюрьмы… со мной. — Она мельком взглянула на улицу, вглядываясь в лица людей. Но, не заприметив нигде Посланника, почувствовала некоторое облегчение.

Она заметила, что он, проследив за направлением ее взгляда, посмотрел на нее гневно и возмущенно.

— Время свиданий скоро закончится. Раз уж я приехала сюда повидаться с отцом…

Он кивнул:

— Я буду ждать вас здесь, Фиби.


Хантер стоял вместе с Макэваном в кабинете у окна и наблюдал за плотной завесой дождя, которая окутала болота через несколько часов после того, как они вернулись с Фиби в Блэклок. В кабинете стало совсем тускло и сумрачно, словно приближалась ночь, хотя было всего шесть часов.

— Дороги все затопит, если дождь не прекратится, — заметил Хантер.

— Большинство слуг захотело уйти пораньше, — сказал Макэван.

— Им придется поторопиться, чтобы собрать весь скот и запереть дом. Ночью разразится буря.

— Кухарка оставила холодные закуски. — Макэван выглядел встревоженным. По мере того как усиливался дождь, волнение его нарастало. — Миссис Хантер еще не вернулась с гостей, — обеспокоенно заметил он.

— Моя мать не настолько глупа, чтобы выезжать в такую погоду. Полагаю, она останется с миссис Фрейзер в Ньюмильнсе.

— Я могу взять мисс Эллардайс с собой. Маири будет не против, — через какое-то время предложил Макэван.

— И для чего ты собираешься это делать?

— Ты сам все прекрасно понимаешь, Хантер.

— Маири будет беспокоиться о тебе, Макэван. — Хантер пристально посмотрел на друга. — Ты бы лучше возвращался домой.

Взгляд голубых глаз выдержал взгляд зеленых.

Хантер провел рукой по волосам и отвел глаза в сторону.

— Я должен… — начал он. — Я чувствую… — Хантер никак не мог сформулировать. — Макэван, все не так, как ты думаешь. Я не причиню ей боль. Я… — Слова застряли в горле.

Хантер почувствовал на себе проницательный взгляд друга. Он отвел глаза, но было поздно. Макэван и так уже увидел достаточно.

— Лорд Хантер, — тихо сказал Макэван, — я не представляю… — Он замолчал на полуслове, не желая вступать с Хантером в дискуссию, потом посмотрел на него и добавил: — Пожалуй, я оставлю вас с мисс Эллардайс вдвоем.


Глава 10 | Таинственный джентльмен | Глава 12