home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 19

Роксана отскочила назад, и хлыст Нандина щелкнул в воздухе. Она стала лихорадочно оглядываться в поисках оружия. Рука нащупала сосуд из мрамора, и она метнула его в принца, угодив ему в плечо. Он прыгнул к ней, размахивая хлыстом, и ей пришлось уклониться, чтобы избежать удара. Из его рта хлынул поток ругательств, а лицо еще больше исказилось от бешенства.

Роксана старалась держаться на безопасном расстоянии. Она была обучена приемам рукопашного боя, но понимала, что не может сравниться с принцем в силе.

— Что ты за человек, если сражаешься с безоружной женщиной? — спросила она. — Дай мне хлыст, и тогда я доставлю тебе истинное удовольствие.

Он двинулся на нее, но она опрокинула на него кресло из тикового дерева. Нандин в этот момент вытянул руку, так что одна ножка кресла ударила его по локтю, заставив застонать от боли.

— Я предупреждала тебя, — сказала Роксана, — что не стоит тратить на меня силы.

Он продолжал надвигаться, загоняя ее во внутреннюю комнату, где стояло огромное ложе с шелковым пологом.

— Прекрати эту глупую игру! На колени! Или ты хочешь, чтобы мои охранники раздели и связали тебя? Они не станут с тобой церемониться, как я. — Принц Нандин опустил хлыст. — Тебе все равно не удастся сбежать.

— Зови хоть всю свою армию, если хочешь! Но приготовься тогда стать всеобщим посмешищем. Что скажут о принце, который не в силах справиться с безоружной женщиной?

Краем глаза Роксана заметила круглый медный щит и старинную саблю, висевшие на стене. Она запрыгнула на диван и дернула клинок из ножен.

Нандин подбежал к ней и схватился рукой за бронзовое лезвие, но Роксана высвободила саблю.

— Берегись! — предупредила она. — У тебя теперь лишь одна рука целая.

Глаза принца расширились от удивления, когда он уставился на окровавленную ладонь.

— Ты не женщина, а демон!

— Я в большей степени женщина, чем ты мужчина!

Когда пальцы сомкнулись на рукояти сабли, ее охватила холодная ярость. Притупившееся или нет, это оружие оставалось смертельным. Нандин с пылающим взглядом стал приближаться. Роксана усмехнулась. Если он даст ей шанс, она сможет снести этому чудовищу голову с плеч.

— Ты сумасшедшая, — произнес он.

— У моего народа есть поверье, что смерть в бою возносит на небеса. Подходи, Нандин! Я прихвачу тебя с собой.

Он подошел к углу кровати и дернул за тяжелый бархатный шнур. Тут же в помещение вбежали стражники с саблями наголо.

— Взять ее! — крикнул принц. — Живьем!

Роксана прижалась к стене. Ни один мастер меча в мире не смог бы выстоять сразу против шестерых. Она подняла саблю, словно хотела отсалютовать, и прижала ее кончик к своему горлу, но на мгновение опоздала. Грубые руки вырвали у Роксаны клинок и швырнули ее на пол. Она смотрела снизу вверх на ухмыляющуюся физиономию Нандина.

— Туда! — указал он.

Они потащили извивающуюся Роксану к ложу и защелкнули на одной щиколотке серебряный обруч. Короткая цепочка крепилась к медному кольцу, закрепленному в полу.

— Вон отсюда! — скомандовал принц. Охранники с поклонами попятились из комнаты. Роксана дернула за цепь.

— Я убью тебя.

— Не стоит говорить со мной в таком тоне. — Между его редкими зубами показался кончик языка. — Я научу тебя истинному наслаждению и обещаю: ты проживешь до тех пор, пока будешь покорна моим желаниям. И ты доставишь мне удовольствие, маленькая дикарка.

Он погладил ее руку. Его пальцы были холодными и влажными. Роксана содрогнулась.

— Дикаркой называл меня человек, с которым тебе не сравниться ни в чем.

Нандин подошел к столу и налил в золотой кубок янтарного цвета жидкость. Он пил ее, делая медленные глотки, а его взгляд жадно скользил по ее телу.

— Я и не думал, что наша встреча начнется так бурно, — промурлыкал он. — А между тем ты должна быть благодарна мне, ведь именно я спас твою жизнь. Управляющий моего отца уверен, что ты лазутчица царя Пора, и уже пожаловался отцу на мое вмешательство.

— А что думаешь ты? Кто я, по-твоему?

Неожиданно в ее сознании всплыл образ гигантского питона, которого Александр убил в джунглях, и ей пришло в голову, что глаза Нандина очень похожи на глаза этой змеи. Она боролась с тошнотой, подступившей к горлу. Если он приблизится, ее вырвет прямо на него.

Он пожал плечами.

— Неважно, кто ты такая. Ни одна женщина еще не покидала эту комнату живой. Если Искандер и явится сюда, он никогда не узнает, что ты здесь побывала. Ему скажут, что ты погибла в джунглях. Как жаль — такая молодая и прелестная! Но джунгли не знают жалости. — Он начал снимать с себя тунику.

Роксана в напряжении выжидала. Если он рассчитывает, что при виде его восставшего члена ее охватит трепет, как девственницу-подростка, то глубоко заблуждается. Ее руки оставались свободными, и он вскоре поймет, что легче было бы попытаться овладеть тигрицей.

Нандин снял нижнюю тунику из тонкой ткани, и она чуть не задохнулась от увиденного страшного зрелища. Огромный широкий шрам начинался у его левого соска и тянулся через грудь и живот к паху. Когти тигра изуродовали его лицо, исполосовали тело и оставили руины в том месте, где когда-то висели его мужские принадлежности.

— Смотри! — приказал он, демонически сверкая глазами. — Тебе не становится дурно при виде мужчины, вынужденного справлять малую нужду через соломинку? Где же твои крики ужаса или отвращения?

Роксана отодвинулась, насколько ей позволяла цепочка. Нандин схватил ее за запястье, но она свободной рукой изо всех сил ударила его по лицу. С проклятиями он навалился на нее всем своим весом. Она отчаянно сопротивлялась, но принц оказался намного сильнее и прижал ее к подушкам. Он стер с лица кровь и попытался поцеловать ее в губы. Роксана высвободила руку и, схватив за волосы, дернула его голову назад.

Нандин ударил ее кулаком, на мгновение оглушив, а затем разорвал на ней тонкую ткань верхней туники. Роксана с оголенной грудью ударила его коленом в пах, а головой в подбородок. Когда он взвыл и согнулся пополам, ей удалось вырваться.

— Отродье скорпиона! Я убью тебя! — выкрикнул он и схватил хлыст за тяжелую рукоятку, развернул ее торцом вверх и угрожающе занес руку.

Роксана уставилась на него со сжатыми кулаками, вновь готовая сопротивляться.

— Твое высочество! — послышался мужской голос. — Принц Нандин!

Слуга распростерся лицом вниз на ковре, не в силах скрыть свой ужас при виде чудовищных увечий принца.

— Как ты посмел появиться в моих личных покоях без разрешения?

Нандин ударил слугу рукояткой хлыста в лицо, а затем нанес еще два свирепых удара по голове.

Принц пнул неподвижное тело голой ногой и схватился за свою разбросанную одежду.

— Когда я вернусь, мы закончим то, что начали, — пообещал он Роксане. — У нас ведь есть один общий секрет. — Он указал на свое изуродованное мужское достоинство. — Но цена такого знания очень высока.

Когда он ушел, Роксана села на кровати, забыв о своих ранах и синяках. Принц был настоящим безумцем. У нее было очень мало времени, но она понимала, что должна сбежать до его возвращения. Она несколько раз дернула за цепочку, но та была надежно прикреплена к полу. Серебряный обруч, охватывавший ее щиколотку, можно было снять только с помощью ключа, но он мог находиться где угодно.

Роксана поискала в резной шкатулке, стоявшей на низком столике у кровати, но ключа там не оказалось. На пол упала зубочистка из слоновой кости; она взяла ее и стала возиться с замком. Пальцы дрожали, она прикусила нижнюю губу, а по щекам полились слезы отчаяния. Все оказалось напрасным.

Она закрыла глаза, расслабилась и стала глубоко дышать, стараясь восстановить контроль над своими эмоциями. Прошептав молитву, Роксана снова взялась за зубочистку. Проходили минуты, и она уже совсем потеряла надежду, но механизм неожиданно глухо щелкнул, и обруч раскрылся.

Ее тонкие сандалии были хуже, чем ничего, и она сбросила их. В ящике у стены она обнаружила небольшой кинжал. Вооружившись им и старинной саблей, Роксана вернулась к проходу и присела возле тела слуги, распростертого на полу. Прикоснувшись к нему, она поняла, что этот человек мертв. То же случится и с ней, если она будет медлить.

Роксана закрыла дверь на засов. Он не сможет надолго удержать стражников, но все же увеличит ее шансы на спасение. Принцесса приставила к двери тяжелый стол и укрепила его с помощью прочей мебели, гобеленов и одежды.

Затем она приступила к тщательному осмотру помещений. Похоже, отсюда был только один выход — через ту дверь, которую она заблокировала. Она нашла и надела роскошную голубую тунику, которая оказалась слишком длинной, так что пришлось обрезать ее чуть ниже бедер и сделать разрезы по бокам для обеспечения достаточной свободы движения.

Роксана взглянула на себя в серебряное зеркало. Она все еще выглядела слишком соблазнительной. Необходимо было убрать волосы. Для этой цели вполне подходил тюрбан. Благочестивый муж Каланус научил ее искусству обматывания длинного куска ткани вокруг головы. Жаровня с углями снабдила ее основой для получения черной краски из смеси угля, краски для глаз и крема. Она нанесла темную смесь на кожу. Это должно было сработать. Над джунглями вставал рассвет, и времени на дальнейшую маскировку уже не оставалось.

Открытый балкон покоев принца находился слишком высоко, чтобы Роксана могла рассчитывать на благополучное приземление. Внизу виднелся сад, но она подозревала, что он также надежно охраняется. Что же, если она не может спрыгнуть вниз, значит, необходимо взобраться наверх. Она заткнула за пояс хлыст принца, а затем высыпала содержимое жаровни на кучу вещей, сваленных у двери. Ткани мгновенно вспыхнули, так что ей пришлось резко отскочить назад. Попугаи встревожено закричали, и она остановилась на мгновение, чтобы открыть их клетку.

Подъем с балкона на крышу при утреннем освещении стал ужасным испытанием. Роксана прижалась к камням и дюйм за дюймом начала подъем по осыпающейся кладке. Один раз она оступилась, но смогла удержаться за трехглавое изваяние какого-то местного божества. Если бы кто-то заметил Роксану на стене, ее уже ничто бы не спасло.

Еще одно, последнее, усилие, и одна рука ухватилась за выступ наверху. Негромко вскрикнув, она подтянулась, перевалилась за бордюр и упала на плоскую крышу, едва переводя дыхание. Затем она осторожно посмотрела вниз. Клубы черного дыма уже начали вырываться из комнат принца.

Неожиданно Роксана с удивлением подняла голову. Дым поднимался и над городом. Она забралась выше, поближе к огромному колоколообразному куполу. До ее ушей донесся слабый шум битвы, и она подавила в себе уже готовый выплеснуться торжествующий боевой клич. Это Александр! Там сражались две группы воинов, мелькали лошади, слоны, а вопли людей перекрывал звон мечей.

Грохот сражения усилился и стал доноситься еще с одной стороны, а затем и еще с одной. Похоже, начался общий штурм и сражение вступило в решающую фазу. Не оставалось никаких сомнений, что сюда пробивались фракийцы — Роксана уже различала их цвета. Александр! Но как он узнал, что она жива и находится здесь в плену? Роксане от радости хотелось прыгать и хлопать в ладоши.

Битва продолжалась все утро. К полудню индийцы отступили со стен города к дворцу. Полезут ли его защитники на крышу? Пожар продолжался, и дым уже шел из сотен окон. Во внутреннем дворе столпилось множество воинов. Роксана не знала, как долго еще крыша будет выдерживать напор огня. Камень, конечно, не горит, но опорные конструкции из дерева уже ломались и падали на нижние этажи, а крыша начала нагреваться.

Густой дым затмил солнце, и дышать становилось все труднее. Снова и снова раздавались мерные удары тарана в главные ворота. Должно быть, для этого использовали слонов. Слоны поочередно били торцом ствола дерева по окованным железом деревянным воротам. Долго это не могло продолжаться. Действительно, вскоре удары прекратились, раздался громкий скрежет и треск и яростная волна голосов возвестила о том, что воины Александра прорвались сквозь рухнувшие ворота.

Роксана спустилась с купола и побежала по плоской крыше, пригнувшись, чтобы спастись от ослепляющего дыма. Дышать стало трудно, и она обмотала лицо тканью тюрбана. Балкон на третьем этаже в дальней части дворца показался ей наиболее подходящим местом. Она повисла на выступе, а затем, как кошка, спрыгнула на каменный пол. Отдернув занавеси, она обнаружила, что комната пуста и дыма в ней почти нет.

В коридорах творилось нечто невообразимое. Солдаты и слуги превратились в обезумевшую толпу и занялись грабежом. Они кидались в разные стороны и зачастую попадали прямо в огонь.

На Роксану никто не обращал внимания. Отовсюду вырывались языки пламени, тут и там сверкали клинки. На полу валялись тела убитых и разбросанные ценности. Мимо двух спорящих солдат проскользнул худощавый подросток, и Роксана, схватив его за руку, приставила к горлу кинжал.

— Отпусти меня! — завопил он, показывая ей пустые руки. — Я ничего не брал.

— Выведи меня отсюда! — приказала она. — Покажи мне дорогу из дворца.

— Но нас убьют чужеземные демоны!

— Я умею разговаривать с демонами. Если ты дорожишь своей жизнью, веди меня!

Через полуоткрытую дверь она услышала крики женщины и заметила двух мужчин, поваливших ее на пол. Роксана заставила себя забыть о сострадании и толкнула мальчишку вперед.

— Поторапливайся!

Они почти бежали по коридорам и лестницам, ведущим вниз. Однажды пламя преградило им дорогу, и пришлось возвращаться, а затем идти обходным путем. Свернув за угол, они оказались в узком коридорчике, ведущем в помещения для слуг, и натолкнулись на человека, тащившего тяжелый, окованный железом сундук. Подросток, охваченный страхом, замер у стены.

— Держись от меня подальше, — прошепелявил мужчина, угрожающе поднимая кинжал.

— Парди?

Сабля Роксаны сверкнула в отблеске огня. Мальчишка, воспользовавшись ситуацией, что есть духу помчался в обратном направлении.

Парди уставился на Роксану, пытаясь разглядеть ее сквозь дым. Ее клинок прочертил красную метку на его щеке. Он неуклюже выставил перед собой оружие. С его губ срывались потоки проклятий, а она наступала, заставляя его отступать по коридору. Он выждал, пока дым стал гуще и, пригнувшись, кинулся на нее с кинжалом. Роксана сделала шаг в сторону, развернулась и нанесла ему искусный и точный удар. Парди вскрикнул, и его оружие полетело на пол. Он схватился за свою лишившуюся пальцев руку и заскулил, как раненый пес.

— Пощады! — вопил он.

— Нет, даже ради всех сокровищ Индии! — Ее клинок снова опустился, на этот раз отрезав часть его левого уха. Треск пламени становился все громче. — Но я все же проявлю больше милосердия, чем ты, — крикнула Роксана. — Я дам тебе шанс. Беги!

Парди посмотрел через ее плечо на горящий коридор.

— Но как? Куда? Я не могу!

— Разве благородный управляющий боится пламени? — Роксана снова подняла саблю, и Парди с криком отчаяния исчез в клубах дыма. Роксана повернулась и тоже побежала, на ходу выхватив бархатный мешочек из раскрытого сундука и спрятав его на поясе.

Она оказалась в большом помещении, где группа греческих мечников сражалась с охранниками дворца. Здесь почти не было дыма. Осознав, что ее легко могут принять за врага, она отступила и через арочный проход попала в большой зал с несколькими фонтанами в центре. Возле погибшего юноши лежал боевой македонский шлем. Меч павшего солдата был лучшего качества, чем ее древняя сабля. Сняв с него пояс с ножнами, она перекинула его через плечо и надела шлем с красным плюмажем. Она не могла позволить Нандину всего лишь быть убитым воинами ее мужа. Роксана стерла с лица черную краску.

Несколько знатных женщин под покрывалами быстро прошли мимо нее по коридору. Роксана не стала им мешать, а осторожно двинулась в том направлении, откуда они появились. Из бокового коридора выскочил стражник в красном тюрбане и напал на нее. Она удерживала его на расстоянии, пока из-за угла не выбежали два македонца и индиец убежал. Принцесса нырнула в огромный зал, расположенный чуть дальше по коридору.

Великолепное помещение превратилось в поле битвы. Повсюду летали дротики, стрелы, раздавался непрерывный звон сталкивающихся мечей, а каменный пол уже покраснел от потоков крови. Роксана заметила Гефестиона, теснившего двоих индийцев. Она прислонилась к колонне и стала думать, что же делать дальше. В глазах щипало от смеси пота и угольной краски. Дым саваном повис над ее головой, заставляя содрогаться от приступа кашля.

Чтобы восстановить дыхание, она пригнулась к полу. Если здесь, в гуще схватки, находился Гефестион, значит, ее супруг где-то неподалеку. Вот он, возле помоста! Эта шапка светлых кудрей не могла принадлежать никому, кроме Александра.

Оглянувшись, чтобы убедиться в отсутствии опасности сзади, она осторожно двинулась к трону, рядом с которым Александр сражался с искусным противником. Огромного роста индийский солдат уверенно размахивал двуручным мечом. Индиец был на голову выше Александра, хотя великого царя это никак не смущало, и он продолжал энергично атаковать. Сердце Роксаны пропустило удар, когда Александр поднырнул под меч соперника и поразил его в живот. Гигант рухнул на колено, и Александр уже поднял меч для смертельного удара, когда из-за ширмы цвета слоновой кости неожиданно появился принц Нандин.

— Александр! Сзади! — выкрикнула Роксана.

Ее муж резко развернулся на месте, успев блокировать коварный удар Нандина. Бронзовый меч Александра сломался, и царь ударил противника рукоятью в закрытое покрывалом лицо.

— Мой господин! — Роксана бросила ему свой греческий меч. Он схватил его на лету и повернулся к Нандину.

Принц снова двинулся вперед, но Александр контратаковал его. Шаг за шагом он отгонял индийца от трона. Клинок Нандина зацепил предплечье Александра. Царь уклонился влево, принц блокировал его ложный выпад, но меч Александра пробил защиту и поразил Нандина в сердце.

Роксана подбежала к Александру. Царь вытащил меч из тела врага и вытер его о тунику убитого. Она медленно сняла свой шлем и улыбнулась Александру.

— Отличная работа, мой господин! — заметила принцесса. — Все-таки нам удалось сделать из тебя настоящего мастера клинка.

— Роксана? — Александр ошеломленно уставился на нее. Она бросилась в его объятия и поцеловала в губы. — Роксана, неужели это ты?

— Разве я похожа на призрак? — Она отвела его в небольшую нишу. — Или ты прибыл сюда не для того, чтобы спасти меня?

Он молча прижимал ее к себе.

— Я не могу поверить, что ты лишился дара речи, македонец. — Она снова поцеловала его.

— Клянусь молнией Зевса, это ты! — Он стал покрывать ее лицо и шею поцелуями и еще крепче сжал ее в объятиях. — Ты жива!

— Я ждала, что ты придешь за мной.

— Я надеялся, что ты в плену, что ты не погибла. Солдаты раджи неожиданно напали на нас сразу после того, как я убил тигра. Если бы тигрица не вызвала панику среди врагов, мы могли бы и не вернуться в лагерь. Их было намного больше.

— Что за ражда?

— Царь этого города. Он убил моих послов и организовал засаду на нас в джунглях.

— Я видела там его солдат. Как же вам удалось спастись?

— Спаслись не все. — Он покачал головой. — Потом мы вернулись и стали искать тебя, но не обнаружили никаких следов. Тогда я решил, что тебя взяли в плен люди раджи.

— В конце концов, так и случилось. Это длинная и невероятная история, мой господин, которую лучше рассказывать, лежа в постели. — Она отстранилась, едва сдерживая слезы, и указала на неподвижное тело. — Это наследный принц Нандин. Самого раджу я никогда не видела. Однако если ты намерен спасти хоть что-то из трофеев, нужно спешить. Огонь уже поглотил большую часть дворца… тот огонь, что я зажгла в твою честь.

— Ты? Я должен был догадаться… — Он рассмеялся. — А раджу убили его люди. Несколько часов назад они сбросили его голову со стены города. — Он пожал плечами, а затем спросил: — Тебе не причинили вреда?

— Меня били, мучили, но того, что ты имеешь в виду, не случилось, мой господин. — Она подошла к мертвому принцу и сорвала с него одежду. — Мой мучитель, принц Нандин, не был способен взять у меня то, чем ты больше всего дорожишь.

— Нет, — возразил Александр. — Больше всего я дорожу не этим. — Его глаза затуманили нахлынувшие эмоции. — Я должен доставить тебя в безопасное место, женщина. Сейчас ты больше похожа на воришку из трущоб, чем на жену великого царя. Гефестион!

— Роксана! Мои поздравления, госпожа! Ты никогда не перестанешь удивлять меня. Похоже, что у тебя больше жизней, чем у кошки. — Гефестион, как бы в шутку отсалютовал ей.

— Проводи ее в безопасное место, — сказал Александр. — Мне нужно отдать необходимые распоряжения войскам, пусть из дворца вынесут все, что еще можно спасти, пока эти руины не обрушились на наши головы. — Он еще раз поцеловал Роксану. — Надежно охраняй ее, мой друг. Она выскальзывает из рук мужчин с легкостью утреннего тумана.


Около сорока индийских городов уже пали перед армией Александра, когда он дошел до реки Бис. Его войска двигались сквозь ливни и реки крови, завоевывая для него все новые земли. Рассказы о том, что находилось за раскинувшейся перед ним рекой, воспламенили воображение Александра. Богатые города, армии слонов…

— Территория Индии оказалась гораздо обширнее, чем я себе представлял, — говорил Александр. — Мы завоюем ее всю и доберемся до края земли. — Он стоял перед собранием своих ближайших друзей, сияющий и с полной до краев чашей вина в руке. — Птолемей! Гефестион! Разве вы не видите, что боги со мной? Моим свершениям нет предела… кроме как в моих собственных мечтах.

— Люди дальше не пойдут, — устало произнес Гефестион. — И твои пламенные речи больше не помогут. Они измотаны, больны и не желают воевать. У них уже столько сокровищ, что они не в состоянии их унести. Настало время повернуть назад.

— Именно так, — поддержал его Пердикка. — Возвращаемся назад. Ты сам слышал, что они говорят. Больше ни шагу вперед они не сделают — только в сторону дома.

Радужное настроение Александра мгновенно испарилось, а его друзья покинули шатер. Осталась только Роксана. Она сидела, скрестив ноги, на циновке и полировала свой кинжал.

— Неужели тебе нечего сказать? — спросил он.

— Ничего такого, что тебе стоило бы услышать.

— Все равно говори! Я ценю твои советы, маленькая согдианка. — Он обхватил голову руками. — Почему они не хотят меня понять?

— Мой господин! — Она опустилась перед ним на пол и положила голову ему на колени. — Они всего лишь люди. Ты не можешь ожидать от них того, на что способен лишь ты. Наступают времена, когда вождь должен поступить вопреки своим желаниям. Какой прок в том, чтобы быть великим царем всего мира, если у тебя нет последователей? Дай им то, что они хотят, и ты снова вернешь себе их преданность. Ты можешь превратить эту безвыходную ситуацию в победу, если подойдешь к делу с умом. — Она поцеловала его влажные кудри. — Есть и другие земли, Александр. Ты сам об этом говорил. Аравия, далекая страна Китай…

— Оставь меня одного… Я должен подумать об этом.

— Как пожелаешь, мой господин.


В течение двух дней великий царь оставался в своей палатке в одиночестве, а армия замерла в ожидании. На третий день он вышел и собрал войска, чтобы провозгласить о большом празднестве. Все будут пировать и наблюдать за играми. Будут возведены двенадцать превосходных алтарей в честь двенадцати богов Греции. Когда воины отдохнут и оправятся от ран и болезней, они начнут свой путь домой и двинутся в сторону Персии.

Птолемей многозначительно посмотрел на Гефестиона.

— Я не думал, что он пойдет на это.

Гефестион пожал плечами.

— В этой упрямой голове созрел какой-то план. Не забывай, что он хитер, как старая повитуха. Тем не менее, я буду рад снова выспаться на настоящем ложе и насладиться благами цивилизации. Кобры в постели — это сомнительное удовольствие.

Птолемей рассмеялся.

— Македония слишком далеко, мой друг. Я не рассчитываю вскоре увидеть ее зеленые холмы.

— А может, мы никогда их не увидим. — Гефестион ощутил, как по спине пробежал холодок, протиснулся сквозь ликующую толпу к Александру и стукнул его по плечу. — Возможно, ты не такой уж и безумец.

Роксана наблюдала, как сотоварищи сгрудились возле великого царя, а затем в радостном порыве подняли его на руки. Домой! Домом для нее была Согдиана и бесконечные степи, а также зубчатые горы Бактрии. Из соседней палатки вышел Оксиарт, подошел к дочери и обнял ее за плечи.

— Итак, мы возвращаемся, — сказал он.

— Мы дойдем до Джелума, а оттуда поплывем по реке к морю. Он не сказал, какой именно путь выберет, а только то, что возвращается в Персию.

— Хорошо, что хоть дожди поутихли. Эта проклятая страна годится только для индийцев и змей. Я рад, что все это закончится.


Глава 18 | Мой нежный завоеватель | Глава 20