home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 22

Она положила револьвер в кобуру и бросилась на колени. Однако Рупер, казалось, не слышал ее и продолжал отчаянно отбиваться.

— Черт побери! Руп! — в отчаянии закричала девушка. — Да что с тобой, почему ты один?

Внезапно Рупер затих, и Стив отпустил его.

— Элли? — неуверенно спросил окровавленный мужчина.

Элли обхватила своего друга за плечи. Вся, дрожа от пережитого, она беззвучно заплакала. Раны Рупера выглядели ужасно. А ведь она, минуту назад, ругалась на Стива, что тот не убил противника. Только благодаря выдержке Стива, ее друг остался жив.

— Да, да, Руп, это я, — тихо, дрожащим голосом ответила Элли. — Это я и Стив Такер.

Она посмотрела на Стива, который в этот момент растирал свои разбитые в кровь пальцы.

— Давай, иди к лошадям и принеси сюда вьюки! — скомандовала девушка. — Ему нужна вода. Да пошевеливайся же! Что, я за тебя должна думать?

Она тяжело вздохнула.

— Черт побери!

Это восклицание вырвалось у Элли, когда она увидела, во что превратилось лицо Рупа.

— Проклятый француз! Посмотри только на его челюсть! Ты что, собирался выбить ее?

— Да успокойся ты, Элли, — слабым голосом остановил ее Руп. — Он правильно делал. В вас ведь стреляли. Черт возьми, как все же я вас не узнал?! Я едва не пристрелил вас!

Он провел ладонью по лбу, пытаясь стереть кровь и грязь.

— Дилижанс захватили бандиты. Один их них выстрелил в меня, и я на время потерял сознание. Наверное, решили, что меня убили, и оставили здесь. А когда я пришел в себя, рядом уже никого не было. Рупер зажмурился от боли, когда дотронулся пальцами до раны на виске.

— У меня от ранения, кажется, голова распухла, и глаза ничего не видят. Впрочем, я даже и рад, что плохо вижу, а то просто совестно смотреть вам в глаза.

— Честно говоря, мне тоже, — смущенно ответил Стив, обрадованный тем, что Рупер не винит его в этой невольной ошибке.

Элли помогла Руперу сесть и прислониться спиной к камню, потом сняла льняной платок, завязанный у нее вокруг шеи. Когда Такер принес воды, она намочила платок из одной фляги и начала вытирать кровь и грязь с лица Рупера. Раненый потянулся за второй фляжкой и с жадностью сделал несколько глотков.

— О, черт, Элли! До чего ж у тебя тяжелая рука, — поморщился Руп, когда девушка мягкими движениями стала обтирать синяк на его подбородке. — Дай-ка ты мне эту штуку, я лучше сам.

Руп отбросил платок, вместо этого поднял над головой фляжку и вылил на лицо струю воды. Освежившись таким образом, он почувствовал себя немного лучше и даже попытался улыбнуться:

— Ух, Элли! Хороший удар у твоего француза!

— Он — не мой француз! — Элли резко выхватила фляжку из рук Рупа и метнула разъяренный взгляд на Стива, который стоял рядом, насмешливо улыбаясь. От этой его противной улыбочки, она пришла в еще большую ярость и рявкнула:

— Если бы он был моим, я бы упаковала его в какую-нибудь корзину и багажом отправила обратно во Францию!

— Знаете, а я бы с радостью поехал, — пожал плечами Стив. — Однако давайте лучше послушаем сейчас, что произошло с дилижансом. Может быть, другие охранники тоже где-нибудь лежат в пустыне. И если так, то нам нужно попытаться разыскать и остальных.

Рупер опустил голову.

— По правде говоря, мне не хочется, и вспоминать об этом, — глухо произнес он. — Здоровяк Билл погиб. Ему выстрелили прямо в сердце еще до того, как я был ранен и потерял сознание. Пассажиров у нас не было, правда. Но, черт их всех возьми, Элли, они забрали всю корреспонденции и деньги!

Элли выругалась, надеясь, что ни Стив, ни Рупер не заметят слез, показавшихся в ее глазах.

— За то, что они убили Билла, их повесят, я добьюсь этого! — поклялась девушка.

Рупер кивнул, так как и сам испытывал подобные чувства.

— А ты их узнал? — обернулась она к Рупу, настороженно ожидая ответа. — Это те же самые мерзавцы, которые охотились за нами все это время?

— Трудно сказать, Элли, — выдохнул задумчиво Руп. — Во всяком случае, эту троицу я никогда не видел. Один из них стоял на дороге с седлом в руках. Он помахал нам с Биллом, показывая, что хочет подъехать. А как только мы притормозили, откуда ни возьмись, выскочили еще двое верхом. Они стреляли как дьяволы, и я думаю, что все было кончено за минуту.

Он помолчал, потер ладонью глаза и закончил:

— Они с самого начала собирались убить меня и Билла.

— Пожалуй, нам следует поискать Билла, — произнес Стив, заметив, что приближаются сумерки. Он уже хорошо знал, что ночная пустыня похожа на мрачную морскую бездну, в которой опасность подстерегает за каждой волной.

— Надо будет похоронить его, — тихо сказала Элли. Она судорожно проглотила комок, подступивший к горлу, и поспешно отвернулась от мужчин.

— Где они… бросили его? — не оборачиваясь, глухо спросила она.

— Где-то там, на дороге, — ответил Руп, глядя на Элли с жалостью. — Развернули дилижанс и…

— Его мы тоже найдем, — резко оборвала его Элли. Ее голос еще дрожал, и, чувствуя это, она заговорила резко и уверенно. — Только, скорее всего, без корреспонденции.

Стив тем временем распутал лошадей и подвел Дюну к Руперу.

— Элли может сесть со мной, — сказал он. — Демон сильный конь, он и двоих легко повезет.

— Ладно, — с явной неохотой буркнула Элли. — Садись. Я буду позади.

Они проехали почти милю в сумерках, когда Стив заметил тело Здоровяка Билла, лежавшее в нескольких ярдах от дороги. Он услышал, как за его спиной всхлипнула Элли и, соскочив с лошади, бегом бросилась к убитому. Она встала возле него на колени, а Стив и Рупер подошли тихо и молчаливо замерли возле нее.

— Будь они прокляты! — сквозь рыдания произнесла девушка, подняв лицо к темнеющим небесам. — Будь они прокляты, эти подлые убийцы! Он был таким человеком! Таким другом! Почему?! Почему?!

Когда мужчины начали выдалбливать яму в твердой каменистой пустынной земле, она отошла в сторону и села на камень, скрестив ноги. Тело Здоровяка Билла уложили в неглубокую ямку и завалили камнями. Когда все было окончено, уже светила луна, и трое спутников собрались вокруг могилы, чтобы произнести над ней последнюю молитву.

Затем, они разожгли неподалеку маленький костер и занялись устройством лагеря. Послевсех дневных тревог, у них еще хватило сил, чтобы разогреть свой скромный ужин, а после него, утомленный Руп раскатал на земле одеяло и быстро заснул. Стив и Элли сидели у догорающего огня, молча глядя, как в ночную тьму отлетают яркие искры.

Стив вздохнул. Лицо Элли выражало мучительную боль — чувство, которое она изо всех сил старалась скрыть от него. Наверняка смерть Билла стала для нее очень тяжелым ударом. Такер вспомнил, что рассказывал ему Рупер о гибели ее брата и о том, как Элли винила во всем себя. И сейчас, он, верно догадался, что она обвиняет себя и в смерти Билла. Это чувство было ему хорошо знакомо. Стив сам жил с ним уже долгое время. Понимая, что сейчас испытывает девушка, как печаль разрывает ее сердце, Стив хотел от всей души помочь ей, хоть как-то утешить ее, однако он знал, что не сможет в эту минуту пробиться сквозь стену, которой она окружила себя.

Наконец он нарушил молчание:

— Я знаю, как бывает, когда теряешь близкого друга, Элли. Я знаю, какую в эту минуту испытываешь боль и гнев на судьбу. Снова и снова думаешь, что мог бы изменить то, что произошло, что-то сделал бы по-другому, и твой любимый человек остался бы жить. И, поверь мне, я очень хорошо знаю, каково это думать, что ты виноват в том, что произошло…

— Я виновата… — Элли встала и отвернулась от Стива. — Билл работал у меня, и поэтому его убили.

Опустив голову, девушка пошла прочь. И тогда Такер встал и, еще не зная, правильно ли он поступает, пошел вслед за ней.

Звука шагов мужчины слышно почти не было, но голос его эхом отдавался среди огромных камней, разбросанных по пустыне.

— Ты не могла знать, что произойдет еще одно нападение, — сказал он.

Когда Элли резко обернулась, Стива поразило, до чего она похожа на ребенка, которого ударили. В бледном свете луны было видно, как у нее блестят глаза, то ли от слез, то ли от гнева.

— Я знала, — сказала она. — И Билли тоже знал. Кому-то очень хочется, чтобы я разорилась. Думаю, и тебе тоже, впрочем.

Стив подошел к ней вплотную, положил ладони ей на плечи и почувствовал, как она дрожит.

— Неправильно, — мягко возразил он, покачав головой. — Ты сильно ошибаешься, Элли, думая так обо мне.

Затем он приподнял ее лицо за подбородок и добавил:

— Я очень хочу, чтобы «Райс Лайн» преуспевала до тех пор, пока ты не получишь ответ на свой запрос из Лондона. Еще я хочу получить свои деньги, но больше всего мне бы хотелось, чтобы мы смогли стать друзьями.

Мужчина провел пальцем вдоль линии девичьего подбородка, чувствуя ее напряжение и сдерживаемые рыдания.

— Тебе нужен друг, Элли…

— У меня был друг, — с горечью сказала она, — теперь он мертв.

Стив нежно обнял девушку. В эти мгновения перед ним, казалось, открылась совсем другая грань души Элли, которая до сих пор была для него недосягаема, как обратная сторона луны. Только с сожалением приходилось признавать, что эта минута близости возникла лишь потому, что ему довелось оказаться рядом с нею в этот трагический день.

Стив ничего не хотел, кроме того, чтобы утешить Элли. Однако ее дыхание было таким трепетно-горячим и нежным, так податливо гибко было ее тело и так упруги были холмики ее грудей, что он не выдержал. Желание охватило его подобно пламени. Мужчина привлек девушку к себе, и губы его прильнули к нежным завиткам волос у нее на виске.

— Я бы мог тебя так держать всю ночь, Элли, — прошептал он, задыхаясь от горьковатого запаха пустынных ароматов, впитавшихся в ее волосы. — Пусть твоя боль уйдет прочь. Позволь мне, и я изгоню ее из твоего сердца.

От осторожных, чуть шершавых прикосновений сухих мужских губ, лицо Элли загорелось, словно его овеял жаркий ветер песков. Стив протянул руку к кожаному ремешку, стягивавшему волосы девушки, и развязал его. Словно водопад пролился ей на плечи, а Стив запустил пальцы в эти теплые потоки волос, наслаждаясь их текучей нежностью и любуясь тем, как они мерцают при свете луны. Она вся, казалось, была окружена этим призрачным сиянием, словно нимбом.

Элли, зарывшись лицом в грудь Стива Такера, сотрясалась от беззвучных рыданий. Ее больше всего угнетало чувство, что она — она одна — виновата в смерти Билла. Если бы не упрямство, с которым она боролась за то, чтобы мечты ее отца воплотились в жизнь, возможно, удалось бы сохранить жизнь человеку. У нее уже не осталось сил, чтобы бороться с невзгодами. Какая-то более слабая часть ее «я» говорила: «Все, хватит! Сдавайся! Хватит смертей!» Однако Элли была твердо убеждена в том, что никогда не бросит свое дело, не позволит, чтобы были забыты планы отца, или чтобы смерть Билла оказалась напрасной. И еще ей в эту минуту вдруг страстно захотелось подольше оставаться в этом сильном кольце мужских рук.

Девушка мучительно захотела забыть обо всех горестных событиях сегодняшнего дня. Она так долго подавляла это тайное, еще незнакомое желание прижаться к Стиву Такеру, найти в его объятиях утешение! Это был настоящий зов плоти, зов одинокой души, и его нельзя было не услышать, нельзя было не удовлетворить. Она тихонько застонала, когда Стив нежно прижал ее к себе. От его поцелуев становилось так тепло, так уютно. Медленно, словно во сне, руки девушки обвились вокруг мужчины. Элли с наслаждением ощущала под пальцами перекатывающиеся бугры мускулов. От него исходило такое уютное тепло, будто от жаркого костра в холодную ночь. Словно в забытьи, Элли прошептала:

— Стив…

Затем подняла к нему свое лицо:

— Держи меня! Пожалуйста, держи!

Ее глаза блестели в темноте и казались бездонными, словно горное озеро. А губы ее, полные и манящие, молили о поцелуе. И он потянулся к ним, желая узнать их вкус, не думая больше о том, что это запретный плод. Стиву казалось, что он пьет какой-то хмельной напиток и никак не может утолить жажду. Его губы ласкали, дразнили и вызывали желание, которого Элли боялась и хотела, Стив пил ее дыхание, и она слабела, все подставляя свои губы, желая задохнуться в этом угаре и моля о новых поцелуях.

Непередаваемое ощущение овладело ею. Она почувствовала себя невесомой птицей в полете, стремительно взлетевшей высоко-высоко над всеми заботами и бедами земли. И там, на этой огромной высоте, оказывается, дует сильный ветер, его порывы пытаются сорвать с нее одежду, и она, испугавшись этого и обрадовавшись этому, обвила руками шею Стива и потянула его лицо к своей обнаженной груди. И уже в следующее мгновение вскрикнула, ощутив его губы вокруг своего набухшего соска. Какой же силой обладает он! Что за волшебство доверено ему, с помощью которого он сумел пробудить в ней женщину?!

Элли не знала, что с нею происходит.

— Ты никогда не пожалеешь об этом. Я обещаю тебе это! — страстно прошептал он, и она почувствовала на своей коже тепло его дыхания.

И вдруг ее словно хлестнули плетью. Внезапно Элли вспомнила о той шлюхе в «Алмазе» и вскрикнула, как будто резко пробуждаясь ото сна, который оказался жестокой реальностью.

— Назад! Отпусти меня сейчас же!

Ругая Стива, на чем свет стоит, Элли схватила блузку, которую он за минуту до этого снял с нее, и поспешно натянула на плечи. Потом отпрыгнула и, схватив горсть пыли, швырнула в мужчину. В следующую секунду она положила руку на кобуру и угрожающе сказала:

— Ну, погоди! Однажды…

Желая, чтобы она успокоилась, Стив не стал пытаться ее удерживать, а лишь насмешливо сказал:

— Однажды, Элли, с тобой не окажется этого револьвера.


* * * | Любовный пасьянс | ГЛАВА 23