home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 14

Теперь Аманда уже почти совсем потеряла интерес к предстоящей игре, которой так увлеклись Норман и Джерри. Девушке больше ничего не оставалось делать, как принять в ней участие. Дэвид, Дина и Ева уехали, а погода стояла просто ужасная. Аманда вздохнула и стала подниматься по лестнице, покрытой ковром. Ей было очень любопытно посмотреть, что находится выше второго этажа, куда она еще не заглядывала.

Аманда оказалась перед старой, облезлой дверью. Она повернула ручку, та заскрипела от старости, и дверь открылась. За ней была кромешная тьма. Пройдя наугад несколько шагов, Аманда нащупала на стене выключатель, щелкнула им, и каморку залил яркий свет. Она огляделась вокруг. Это был типичный заброшенный старый чулан с наваленными кругом коробками, ящиками, старыми сундуками с одеждой. В углу лежали стопки книг, истрепанные страницы которых были покрыты плесенью. Рядом в беспорядке валялись кипы газет и журналов. И еще, конечно, огромное количество пауков. Потревоженные неожиданным вторжением Аманды, они бросились врассыпную.

Какое-то время Аманда бесцельно бродила среди этого хлама. На глаза ей то и дело попадались забавные безделушки, предметы когда-то красивой посуды… Теперь они были уже совершенно ни для чего не пригодны. Наконец она увидела старый средних размеров сундук. Замок его проржавел, и Аманде достаточно было просто потянуть за него, чтобы крышка отворилась. Взглянув на содержимое сундука, Аманда увидела восхитительной красоты женские вещи. Конечно, теперь таких никто не носил, все это давно уже вышло из моды, но все предметы одежды были выполнены вручную, с большим вкусом и талантом. Аманда подумала, что в свое время Джулия Харкер одевалась просто блестяще — со вкусом и по последней моде.

Погруженная в собственные мысли, Аманда с интересом рассматривала вещи Джулии. Вдруг весь дом, казалось, пошатнулся от сильного порыва ветра, вернув ее к реальности. Она порылась в сундуке и нашла то, что искала, — выцветшее бальное платье из голубого бархата. Оно было отделано когда-то белоснежными кружевами, теперь пожелтевшими от времени.

Достав платье, Аманда уже собиралась закрыть сундук и спуститься вниз, как вдруг что-то привлекло ее внимание. Она внимательно осмотрела крышку. В самом углу, в старой шелковой обивке была прорезана щель, а из нее торчал еле заметный клочок бумаги. Потянув за кончик, Аманда вытащила почтовый конверт.

Прочитав обратный адрес, она не могла сдержать улыбки. Письмо было написано матерью Нормана и могло быть адресовано мужу или любовнику. Держа письмо в руках, Аманда чувствовала, как ею все больше овладевает озорное любопытство, желание открыть конверт и посмотреть, что же там внутри. Впрочем, подумала она, это не ее дело.

Она уже хотела засунуть конверт на прежнее место и идти вниз, как вдруг, несмотря на то, что в чулане было тепло и даже душно, мурашки побежали у нее по коже. Письмо, написанное Джулией Харкер, было адресовано Неду Харкеру, отцу Нормана. И, судя по дате на конверте, оно было написано спустя почти год после таинственного происшествия у озера, когда, как считали, отец Нормана мог убить Джулию и ее любовника!

Аманда вздрогнула, пораженная внезапной догадкой. Значит, никто не убивал Джулию Харкер! Она просто убежала из дома вместе со своим любовником! Неужели сознание бедного старого мистера Харкера было настолько помрачено, что, прочитав письмо, он так и не смог этого понять? Выходит, что он вообще не понял, о чем в письме шла речь, и бросил его на чердак, где лежали все вещи, когда-то принадлежавшие Джулии?

Вот она, разгадка тайны, мучившей Нормана все эти годы! Вот чем должна закончиться его книга, вот как завершилась таинственная история! А вдруг, мать Нормана и сейчас жива, и значит, он сможет ее найти! Сейчас не время выяснять, почему Джулия Харкер так никогда и не вернулась, хотя бы для того, чтобы встретиться с сыном. А что, если, она боялась старого Харкера и не осмелилась показаться ему на глаза? Как бы то ни было, письмо нужно показать Норману как можно быстрее. Он должен прочитать его и получить ответ на вопросы, мучившие его столько лет. В принципе Аманду все эти личные дела и семейные тайны уже не касались. Но когда она бежала вниз по лестнице, сердце ее бешено стучало, и она просто сгорала от желания рассказать Норману о найденном письме!..

Когда она распахнула наружную дверь, сильный порыв ветра отшвырнул ее назад, в дом, и захлопнул дверь. Придя через несколько мгновений в себя, Аманда снова вышла на крыльцо. В сгустившейся темноте она едва могла различить согнувшиеся вдвое от яростных порывов ветра стволы старых пальм. Ливень прекратился, и теперь все вокруг окутывала плотная пелена тумана. Аманда глубоко вздохнула, пригнула голову и бросилась вниз со ступенек крыльца. К груди она крепко прижимала найденное на чердаке письмо.

Теперь Норман наконец освободится от мрачных тайн прошлого. Аманда громко засмеялась от радости. И они смогут уехать отсюда — уехать вместе! И вместе, рука об руку, они пойдут из прошлого в будущее…

Несколько раз Аманда спотыкалась и чуть не падала, не в силах противостоять порывам ветра. Но вскоре она уже различала контуры старой фабрики, где ее должен был ждать Джерри. В следующую минуту она услышала, как кто-то зовет ее по имени. Прячась от непогоды, Джерри стоял под навесом и махал ей рукой.

— Ужасная погода! — сказал он вместо приветствия. — Как раз то, что нужно Норману для книги. Ты сможешь найти дорогу к озеру?

— Это уже не имеет значения, — быстро проговорила Аманда, помахивая перед ним конвертом. — Я нашла это на чердаке, в сундуке с вещами Джулии Харкер. Оно торчало из разреза в обивке крышки сундука. Здесь есть и обратный адрес — Новый Орлеан. Письмо адресовано отцу Нормана и написано год спустя после исчезновения Джулии Харкер.

Какое-то время Джерри смотрел на нее непонимающим взглядом, потом воскликнул:

— Стало быть, и убийства никакого не было! Миссис Харкер просто сбежала!

— Да, да! — горячо подтвердила Аманда. — И мы должны теперь как можно быстрее найти Нормана, чтобы рассказать ему об этом. Может, теперь, после стольких лет, ему удастся найти свою мать! Нет больше никакой тайны!

— Он, наверное, у озера! Пойдем скорее! — отозвался Джерри.

Держась за руки, они быстро пошли по направлению к озеру. Сильный ветер хлестал их по лицам. Снова пошел проливной дождь, и скоро они вымокли до нитки. Джерри нес фонарь, освещая дорогу впереди. Каждые несколько минут они останавливались и, поднося сложенные рупором руки ко рту, наперебой выкрикивали имя Нормана, пытаясь перекричать рев бури.

— Какое счастье, что я не писатель и не сочиняю триллеры! — прокричал Джерри Аманде. — Ведь если реализм так важен, мне бы обязательно пришлось кого-нибудь убить, лишь бы суметь создать нужную атмосферу, а?

Аманда засмеялась и, споткнувшись, чуть не упала. Джерри вовремя подхватил ее, и они продолжили путь.

Слишком затянувшаяся прогулка не сулила ничего хорошего. Аманда ободрала ноги до крови об колючий кустарник. Мокрые, жесткие пальмовые листья хлестали по лицу, и у нее распухла и болела щека. К тому же вокруг летал сорванный с веток деревьев мох, и в лесу было мрачно, жутко и зловеще.

— Может, Дэвид и прав, — сказала она громко. — Все это небезопасно. Я почти не различаю дороги.

— Пожалуй! — В голосе Джерри слышалось беспокойство. — Сначала это казалось забавным, но шторм все усиливается, и мне уже не смешно. Думаю, нам лучше вернуться. — Он замедлил шаг.

— И оставить Нормана одного? — запротестовала Аманда. — Он ведь ждет нас. А потом нужно как можно быстрее отдать ему письмо, чтобы он узнал наконец, что все позади — все, что мучило его столько лет.

Джерри неохотно кивнул:

— Да, ты права. Долго еще идти до озера?

— Боюсь, что не знаю, — с тревогой ответила Аманда. — Оно находится на расстоянии примерно в четверть мили от старой фабрики.

Джерри тяжело вздохнул:

— Мы ведь прошли уже гораздо больше, Мэнди!

— Может, в этой темноте я по ошибке не туда свернула, — призналась Аманда. — Сейчас, в дождь, все выглядит совершенно незнакомым… Да еще и ветер так жутко завывает, будто кто-то кричит.

— Тогда, может, нам все же лучше вернуться? — начал было Джерри, но внезапно замолчал и стал пристально вглядываться в темноту. — Смотри! — Он протянул руку вперед. — Мне кажется… Да, я вижу свет, там, за деревьями! — Он сложил руки рупором и крикнул: — Норман, сюда! Ты слышишь меня?

Никто ему не ответил, лишь угрюмо завывал безжалостный, бушующий над их головами ураган. Вдруг фонарь, который нес Джерри, потух, и они оказались в полной темноте.

— Фонарь разбился! — произнес Джерри с леденящим душу спокойствием в голосе. — Господи, что же делать?

— Пойдем вперед, на свет! — Аманда нашла его руку и крепко сжала. — Кажется, больше нам просто ничего не остается. И давай кричать как можно громче.

Но на все их призывы и крики по-прежнему никто не отвечал. Однако, как им показалось, огонек впереди становился все ярче, и они продолжали идти. Внезапно Джерри вскрикнул, и рука его выскользнула из ладони Аманды. Теперь она стояла в полной темноте, вытягивая вперед руки, чтобы на что-нибудь случайно не наткнуться. Под порывами сильного ветра она еле-еле держалась на ногах.

— Джерри, где ты? — крикнула Аманда, до смерти напуганная его исчезновением. Она тщетно пыталась его найти и вдруг услышала знакомый голос. Он исходил откуда-то слева и, как ей показалось, снизу.

— Я поскользнулся и провалился во что-то! — крикнул он ей. — Стой на месте и не двигайся! Точно не знаю, но по-моему, это трясина. Кажется, меня засасывает. Мэнди, найди скорее что-нибудь, какую-нибудь палку, чтобы я мог за нее ухватиться. Только стой на месте, не делай ни шагу! Смотри не упади!

В голосе Джерри слышалась паника, и Аманда боялась сделать шаг в сторону, чтобы не угодить в болото. Она поводила руками вокруг, опустилась на колени и наконец нашла большую палку, которая показалась ей достаточно крепкой. Она протянула ее в темноту — туда, откуда слышался голос Джерри.

— Поймал! — крикнул Джерри. — Теперь держи крепче, Аманда! Только ради Бога, не выпускай! Я уже почти по пояс в воде, и меня засасывает все глубже.

— Норман, скорее сюда! — изо всех сил кричала Аманда, но шум ветра заглушал ее крики. — Пожалуйста, ну пожалуйста, Норман, услышь меня, услышь!

Однако источник света, находившийся на расстоянии примерно двадцати футов от них, не приближался. Никто не шел к ним на помощь.

Аманда опустилась на колени, уцепилась за палку так крепко, как только могла, и начала молиться:

— Господи, пожалуйста, помоги Джерри! Пошли кого-нибудь нам на помощь, пожалуйста! — Плача, в истерике, она стала выкрикивать имя Дэвида.

И Джерри это услышал. Тогда он сказал ей спокойно — так спокойно, как будто все происходящее с ними сейчас не имело к нему никакого отношения:

— А ты ведь любишь его, Аманда, все еще любишь… Признайся в этом хотя бы сама себе. И он ведь тоже тебя любит…

— Молчи, не говори ничего! — быстро прервала его Аманда. — С каждым движением ты погружаешься все глубже, я чувствую это. Молчи и не двигайся, а я буду звать на помощь.

Вдруг… Ей это только показалось или огонек впереди и вправду начал приближаться?

— Сюда, сюда! — закричала она. — Пожалуйста, сюда, Норман! Нужно вытащить Джерри…

— Джулия, это ты? — Слабый старческий голос отчетливо прозвучал рядом. — Иду, дорогая моя, уже иду! Я знал, что ты вернешься ко мне, Джулия, я всегда это знал…

— О нет, Господи, нет! — застонал Джерри, теряя последнюю надежду. — Я пропал. Господи, я пропал! Этот несчастный сумасшедший никому и никогда не сможет помочь!

— И к тому же он думает, что я Джулия! — с отчаянием произнесла Аманда. Вдруг в сознании ее мелькнула мысль: — Джерри, ну и прекрасно, пусть думает, что я Джулия! Тогда он нам поможет!

С шумом и треском продравшись сквозь кустарниковые заросли, старик вышел на небольшую полянку и увидел Аманду.

— Это ты, Джулия? — Он поднял над головой фонарь, осветивший все вокруг. — А я специально пришел сюда, чтобы тебя встретить. Боялся, что ты захочешь вернуться сегодня и потеряешься в этом ужасном шторме. Как хорошо, что я пришел! Пойдем, тебе нужно переодеться, ты вся промокла…

— Нет, сначала помоги моему другу! — Аманда показала ему на Джерри. — Помоги мне его вытащить!

Старик Харкер приблизился к ним на несколько шагов и протянул вперед фонарь, высветивший несчастного Джерри. Вдруг лицо его сморщилось от боли.

— Нет, ни за что! Ни за что я не буду помогать этому негодяю Бренту! Он должен умереть. Он заслужил это, он негодяй, решивший соблазнить чужую жену… Пусть он умрет! Пойдем отсюда, Джулия, ты совсем промокла!

— Нет, нет, это не Брент! Это Джерри, и мы должны ему помочь! — Аманда боролась со стариком, пораженная его непонятно откуда взявшейся силой. Он крепко схватил ее за руки и пытался вырвать палку, за которую держался Джерри.

Наконец старику удалось сбить Аманду с ног. Палка выпала из ее скользких, потных рук, и девушка по инерции устремилась за ней. Она обо что-то споткнулась, потеряла равновесие и, вытянув руки вперед, почувствовала, что падает. И вот она уже была в жидкой грязи, рядом с Джерри.

— Джулия, Господи, Джулия! — Старик опустился на колени над трясиной и протянул ей палку. — Держись, дорогая, я сейчас вытащу тебя!

— Хватайся за меня, Джерри! — крикнула Аманда и почувствовала, как его руки ухватили ее за талию. — Он вытащит нас обоих…

— Отец, что ты здесь делаешь? — раздался вдруг голос Нормана, неожиданно возникшего рядом.

Узнав его, Аманда закричала что было сил:

— Сюда, скорее, Норман! Мы попали в трясину!

— И поторопись, дружище, я уже по шею в этой грязи! — Джерри был до смерти напуган.

— Это ты! — Старик Харкер, увидев Нормана, поднялся на ноги и выпустил из рук палку, за которую держалась Аманда. Она же, чувствуя, как все глубже погружается в зыбучую грязь, еле-еле различала во тьме силуэты отца и сына. — Это ты! Ты всегда вмешивался в мои дела, ты все делал, чтобы я так никогда и не нашел Джулию. И теперь, когда я все же нашел ее, ты снова хочешь мне помешать?

— Отец, успокойся, я вовсе не хочу тебе мешать! — крикнул Норман. — Но поверь мне, это не Джулия, это не моя мать! Это Аманда и Джерри…

Аманда громко вскрикнула и содрогнулась от ужаса при виде того, как отец Нормана поднял руки, схватил сына за шею и бросил его на землю. Тот больше не шевелился.

— Оставайся же со своим любовником! — крикнул старик Харкер, обращаясь к Аманде, которую все глубже засасывала трясина. — Оставайтесь здесь вдвоем и умрите! Вы оба заслуживаете смерти. Вы — само зло…

Голос его перешел в рыдания; он повернулся и пошел назад в чащу. Аманда и Джерри громко звали его на помощь, но он даже не обернулся. Норман по-прежнему неподвижно лежал на земле, не подавая никаких признаков жизни. Ситуация была безнадежной. Они погружались в трясину все глубже и глубже, и им не оставалось уже ничего другого, как только молиться.

— Аманда… Джерри…

Аманда открыла глаза, пытаясь высвободить руку, чтобы вытереть слезы, но уже не смогла этого сделать. Ей показалось или кто-то звал их? Или же это был только шум ветра? Отец Нормана уже ушел. Сам Норман лежал без сознания. А больше здесь никого не было. И никакой надежды не было тоже.

— Аманда, ты здесь? Отзовись, где ты?

— Ты слышишь? — раздался рядом слабый голос Джерри. Он уже не держался за Аманду, понимая, что из-за него ее будет засасывать быстрее. — Ты слышишь, Аманда? Здесь кто-то есть!

Значит, это ей не показалось! Джерри тоже слышал, как кто-то зовет их! Она подняла голову и закричала в ответ из последних сил:

— Сюда! Мы здесь!

Где-то над ними замелькал свет. Огонек приближался все ближе и ближе.

— Аманда, где ты? — Это был Дэвид.

«Слава Богу! — подумала Аманда. — Слава Богу, это Дэвид!»

— Да здесь мы, здесь, только, ради Бога, смотри сам не упади! — ответил ему Джерри, потому что у Аманды от радости и вовсе пропал голос. — И посмотри, что там с Норманом. Старик сильно ударил его, он должен там где-то лежать.

— Молчи и не двигайся! — приказал ему Дэвид. — Я сейчас найду какую-нибудь палку и вытащу вас, только не шевелитесь. Иначе вас совсем засосет. — Видимо, Дэвиду не потребовалось много времени, чтобы оценить ситуацию. Аманда и Джерри угодили в трясину, их засасывает, и неизвестно, сколько они еще продержатся. Пошарив руками вокруг, он нашел толстую ветку, сорванную ветром с дуба. Посветив фонарем, он увидел их и протянул палку Аманде.

Она уцепилась за нее и почувствовала, что ее тянут наверх. Однако это было нелегко. Трясина держала ее, будто цепкие руки. Затем вдруг раздался странный громкий звук, и вот она уже на свободе! Дэвид подхватил ее за руки и вытащил наверх.

Она опустилась на грязную землю, жадно хватая ртом воздух. А Дэвид тем временем вытаскивал Джерри, который был в трясине уже почти по подбородок. Дэвид потыкал палкой в грязь, пытаясь найти руку Джерри, чтобы тот смог уцепиться. Затаив дыхание, Аманда смотрела, как отчаянно борется Дэвид за жизнь друга. Она слышала тяжелое дыхание Дэвида, напрягшего все свои силы.

— Все! — выкрикнул он наконец с облегчением. — Смотри снова не свались!

Он сделал еще один шаг вперед, подхватывая Джерри за руки и вытаскивая его на землю.

— А я уж думал, мне конец! — Джерри с трудом улыбнулся, опускаясь на колени. — Еще бы несколько минут… — Он вздрогнул от ужаса, представив, что могло случиться, если бы не Дэвид.

— Я отвез девочек в приют Красного Креста на побережье Коко, — объяснил Дэвид. — Но почему-то никак не мог успокоиться, наверное, из-за Нормана. Я чувствовал, что он не совсем в порядке…

— Если уж говорить о Нормане, давайте лучше посмотрим, жив ли он вообще, — быстро сказал Джерри.

Аманда вздрогнула. Радуясь своему спасению, она совершенно забыла о Нормане, который все еще был без сознания.

— Он дышит, — сказал Дэвид, быстро осмотрев его. — Так вы говорите, это старик Харкер его так? А где же он сам?

В это время Норман застонал, и Дэвид опустился на колени рядом с ним.

— С тобой все в порядке, Норман? Ты сможешь сам дойти до дома? Нам нужно уходить, шторм становится все сильнее.

— Кажется, все в порядке, — слабо произнес Норман, и Дэвид помог ему сесть. — Дай обопрусь на тебя, тогда я смогу идти. У меня немного кружится голова.

Дэвид обратился к Джерри:

— Ты сам-то как, можешь идти? Поможешь Норману и Мэнди добраться до дому? Я пойду искать мистера Харкера. Куда он пошел, в какую сторону?

— Да пусть идет куда хочет! — Норман ответил так резко, что все трое посмотрели на него с изумлением. — Он меня чуть не убил. Он просто сумасшедший! В конце концов точно кого-нибудь убьет.

— Нет, вовсе нет, он не убийца! — начала было Аманда, вспомнив о письме. Но ей не дали ничего рассказать. Дэвид с гневом высказал Норману все, что думает о его отношении к старому отцу. Джерри был с ним полностью солидарен.

Потом Джерри поднялся, и они пошли через чащу по направлению к старому дому. Норман плелся позади.

Когда они зашли внутрь и окунулись в благодатное тепло ярко освещенной комнаты, Аманда почувствовала удивительное облегчение — все страшное было в прошлом. Норман тяжело опустился на софу и лег навзничь. Она увидела запекшуюся кровь у него на лбу. Должно быть, он расшиб голову во время падения. Во всяком случае, у старика не хватило бы сил, чтобы нанести такой удар, подумала Аманда.

Она присела на табуретку рядом с камином и посмотрела на Нормана. Что-то произошло. Чего-то теперь не хватало в ее отношении к нему. Она не могла пока точно определить, чего же именно, но не сомневалась, что за несколько последних часов ее чувства к этому и впрямь странному человеку совершенно изменились. Как будто перед ней сейчас был незнакомец.

Джерри быстро вышел из комнаты и скоро вернулся с кувшином воды и кучей тряпок.

— Давай хоть немножко смоем грязь, Мэнди! — обратился он к ней. — Как только вернется Дэвид, поедем домой.

Внезапно комната погрузилась во мрак.

— Удивляюсь, что электричество отключили только сейчас, — тихо сказал Норман и добавил, обращаясь к Аманде и Джерри: — Лучше не ждать Дэвида. Он все равно никогда не найдет моего отца. Отец чувствует себя в этих болотах и зарослях как рыба в воде. И никто не сможет его найти, пока он сам этого не захочет.

— Мы не оставим Дэвида! — возмущенно ответил Джерри в полной темноте. — Господи, что же ты за чудовище, а? У тебя вообще есть сердце или нет?

Несколько мгновений они сидели в напряженном молчании. Снаружи были слышны лишь завывания урагана, бушующего над Флоридой и сотрясающего старый дом. Тогда Норман сказал почти шепотом:

— Да, у меня есть сердце. И ты, Аманда, знаешь это лучше, чем кто-либо другой, правда?

— Нет, Норман, не знаю. — Аманда произнесла это почти извиняющимся тоном, громко вздохнув.

И тут она вспомнила о письме. Только где же оно? Она ощупала карманы. До того, как она упала в трясину, письмо было у нее в руке. Разве не прижимала она его к себе изо всех сил? Но в той ужасной ситуации она легко могла его потерять, и значит, у них больше не было ключа к разгадке тайны, мучившей Нормана столько лет.

— Норман, прости меня! — Аманда не могла сдержать слез. — На чердаке в старом сундуке я нашла письмо. Оно торчало из дыры, из небольшого разреза во внутренней обивке крышки сундука. Это было письмо, адресованное твоему отцу. Твоя мать написала его. Оно было отправлено из Нового Орлеана через год после того, как Джулия Харкер исчезла вместе со своим любовником. Я несла его тебе — ведь это было явное подтверждение и доказательство того, что твой отец никого не убивал. Но… я потеряла его!..

Аманда разрыдалась.

Норман глубоко вздохнул:

— Это письмо я знаю наизусть, Аманда. Это я спрятал его в сундук.

Услышав это, Аманда лишилась дара речи. То, что из этих слов следовало, казалось совершенно ужасным и непостижимым. Однако какие-то остатки чувств к этому человеку помешали ей осознать все это в первое мгновение. Тогда заговорил Джерри:

— Ты хочешь сказать, что знаешь об этом письме? Значит, ты знаешь, где твоя мать? Тогда тебя нужно называть сумасшедшим, а не твоего отца!

— Я был совсем маленький, когда исчезла моя мать. И я чувствовал — здесь что-то не так. — Норман говорил тихо и спокойно, будто разговаривал сам с собой. — Я был тогда ужасно зол на своих родственников за то, что они ничего не хотели мне рассказывать. Однажды я нашел в почтовом ящике письмо, и хотя я не мог понять, что оно значило, я никому о нем не сказал и спрятал. Я просто хотел отомстить всем этим взрослым, которые не говорили мне правду. Теперь и у меня был от них секрет, и мне это очень нравилось. Потом, когда я вырос и все понял, было уже слишком поздно. Это письмо мать написала отцу, чтобы попросить у него прощения. Похоже, она надоела Бренту Ларкинсу вскоре после того, как они вместе убежали. Письмо было написано из туберкулезного санатория в Новом Орлеане, и когда моя мать его писала, она уже была тяжело больна. Она хотела вернуться домой и просила отца приехать за ней.

— Что же ты наделал?! — взорвался Джерри.

— А что я тогда мог сделать? — жалобно произнес Норман. — Сначала ведь я просто ничего не понимал. Конечно, потом я написал в тот санаторий, но мне ответили, что моя мать умерла через месяц после того, как отправила письмо. Ее похоронили на кладбище для бедняков в Новом Орлеане. Отец уже тогда был совершенно безумен, и мне ничего не оставалось делать, как просто спрятать письмо, не говоря никому ни слова.

— И ты спокойно смотрел все эти годы, как он бродит вокруг и ищет ее? И ты — единственный, кто все знал! — молчал? Ты позволил, чтобы его обвинили в убийстве? Норман, как ты мог?! — Такой боли, такого разочарования в любимом человеке Аманда никак не ожидала.

— Потом, когда я начал писать книги, то решил написать обо всем этом, — продолжал Норман. — Я думал, что, поскольку тайна до сих пор не разгадана, к ней остается интерес и мою книгу обязательно ждет успех. В конце концов, моя мать была уже мертва. И даже если бы я рассказал всем о ее письме, это ровным счетом ничего бы не изменило.

— Ну а уж это не тебе решать, — ответил ему Джерри. — Вокруг были люди, которые имели право знать, что же все-таки произошло. Твои родственники, родственники твоей матери, даже соседи — все они считали, что твой отец убил сразу двоих! Неужели ты ничего не понимал?

— Наверное, ты прав, — признал Норман. — Но сейчас говорить об этом все равно бессмысленно. Мне все время казалось, будто я от кого-то бегу, а теперь вижу, что бежал от самого себя.

— Это чувство мне очень хорошо знакомо, — тихо произнесла Аманда. — Наверное, каждый из нас когда-нибудь в своей жизни изо всех сил стремится убежать от самого себя.

— Может быть, Мэнди, — ответил Норман, — секрет только в том, что нужно вовремя остановиться. Иначе ты ведь можешь убежать слишком далеко. Чем дольше я тянул время, никому ни о чем не рассказывая, тем глубже, как мне казалось, погружался в трясину своих собственных ошибок. И так и шел на дно. Все эти годы у меня просто не хватало сил, чтобы признать свою неправоту. Ведь я единственный знал секрет, знал разгадку этой тайны. Я мог без труда, одним разом пресечь все слухи, сплетни и легенды, связанные с моей семьей и моим домом, но я ничего так и не сделал. Но, Господь свидетель, как же я этого хотел!

Впервые за все время разговора в голосе Джерри прозвучали нотки дружелюбия:

— И что же ты собираешься делать теперь, Норман?

Тот пожал плечами:

— Я и сам пока не знаю. Пойду в полицию и все честно расскажу, а там уж будь что будет. Наверное, потом я отвезу отца в приют для престарелых, продам дом, уеду куда-нибудь и начну все сначала. У меня уже нет сил, чтобы и дальше бежать от самого себя. Я устал. Я очень устал… Аманда! — Звук его голоса, произнесшего ее имя, заставил девушку вздрогнуть. Она была погружена в раздумья о собственной жизни, о том, как сама пыталась убежать от себя. — Аманда, я по-прежнему люблю тебя, — с болью в голосе сказал ей Норман. — Я понимаю, что сейчас не время и не место для объяснений, но я хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты уехала отсюда вместе со мной. Я знаю, как сделать тебя счастливой…

Аманде не хотелось причинять боль Норману. Несмотря на все, что произошло с ними, она знала, что он говорит искренне — то, что чувствует в данный момент. Но она знала уже и правду, истину собственной души — она не могла любить человека, который поступил так, как Норман. Она не могла любить того, кто не умел смотреть в лицо действительности, пусть иногда и не слишком приятной.

— Я не люблю тебя, Норман, — тихо сказала она. — Я обязана тебе жизнью, но я не люблю тебя настолько, чтобы выйти замуж и связать свое будущее с тобой. Пожалуйста, постарайся меня понять. Я от всей души желаю тебе счастья. Думаю, теперь, когда ты наконец освободился из плена прошлого, из тюрьмы, куда сам себя упрятал, ты найдешь покой и счастье. Но это будет уже не со мной. Я больше не люблю тебя так, как раньше. Прости меня. Иногда я спрашиваю себя, смогу ли я узнать свою настоящую любовь, когда встречу ее, — продолжала Аманда, обращаясь на сей раз больше к себе, чем к Норману. — Мне тоже кажется, что я бегу от самой себя, и кто знает, сумею ли я когда-нибудь остановиться.

Норман горько рассмеялся:

— Ты просто маленькая дурочка. Я же вижу, как ты смотришь на Дэвида и как он смотрит на тебя. Остановись же и подумай: может, тебе нужно устремиться как раз в ту сторону, откуда ты так упорно бежишь?

Внезапно в темноте послышалось чье-то дыхание, и все трое замерли в напряжении. В передней кто-то был.

— Я нашел твоего отца, Норман, — раздался голос Дэвида. — Он был недалеко от озера и молился, чтобы твоя мать вернулась к нему. Он слышал почти все, о чем здесь говорилось. И даже несмотря на помраченный рассудок, я думаю, он понял, что его жена мертва.

— О Господи! — прошептала Аманда.

Старик оказался в состоянии осознать смерть собственной жены! Теперь и он знает правду!

— Думаю, мы должны отвезти его в город как можно быстрее, — сказал Дэвид, и в голосе его послышалась тревога. — Ему нужен врач. Удар может оказаться слишком сильным для несчастного старика.

В темноте они вышли наружу и направились к джипу Нормана. Устроившись в машине, они медленно поехали к городу. Аманда обернулась и посмотрела на огромный темный силуэт дома. Теперь, когда тайна была разгадана, столько людей смогут обрести покой!

Дамба была покрыта водой на несколько сантиметров, но Джерри ухитрялся вести автомобиль даже по затопленной дороге. Остановивший машину полицейский пожурил их за то, что они не уехали в город раньше, до того как разыгрался шторм.

На прощание он помахал им рукой:

— Старайтесь хотя бы не съезжать с дороги. Через несколько минут мы перекроем движение. Несмотря на то что шторм почти закончился, дороги залиты водой и потому небезопасны.

Они потратили почти час, чтобы добраться до побережья Коко, — в обычные дни это путешествие занимало не больше двадцати минут. Джерри припарковал машину у приюта Красного Креста, который располагался в бывшем здании суда. Дэвид немедленно узнал, как пройти к доктору, и они с Норманом под руки повели его отца.

Джерри с Амандой подошли к Дине и Еве. Те сидели на жесткой больничной койке и пили горячий кофе.

— Что случилось? — первой к Аманде обратилась Дина. — Ты выглядишь просто ужасно!

Аманда с благодарностью взяла кружку кофе, принесенного ей служащим приюта, и устало опустилась на койку, тогда как Джерри стал рассказывать обо всем случившемся. Пока он говорил, Аманда пыталась собраться с мыслями. Да, слишком многое произошло за эти несколько часов — целая жизнь пронеслась перед ее глазами! Сначала эта ужасная трясина, потом жуткая история о том, как несправедлив был Норман к своему отцу все эти годы, и, наконец, Дэвид. Дэвид, пришедший ей на помощь и ни словом не упрекнувший. Сильный, мужественный, проницательный Дэвид! А теперь для нее настало время посмотреть и на собственную жизнь, чтобы трезво оценить все, что с ней произошло с того времени, как она уехала из Алабамы. Ведь все это время она убегала от того человека, которого, несомненно, сама бы и выбрала, будь у нее тогда право выбора.

Аманда почувствовала, как кто-то взял ее за руку. Подняв глаза, она увидела Еву. Та смотрела на нее, печально улыбаясь.

— Дэвид тут чуть с ума не сошел, когда привез нас, — сказала она тихо. — Он места не находил и проклинал себя за то, что позволил тебе там остаться.

Аманда попыталась выдавить улыбку.

— Если бы не он, нас с Джерри сейчас просто не было бы в живых. Мы бы смогли там продержаться еще несколько минут — и конец. До сих пор чувствую это ужасное ощущение — как тебя затягивает все глубже и глубже.

В этот момент Ева посмотрела на Аманду так пристально, что та уже готова была спросить, все ли с ней в порядке. И вдруг Ева выпалила:

— А не кажется ли тебе, что тебя затягивает все глубже и глубже с того самого момента, как ты сюда приехала, Аманда? Как мне кажется, ты любишь Дэвида, сильно и по-настоящему любишь, только слишком слепа, чтобы это увидеть. Проснись же, пока не поздно! — И Ева разрыдалась.

Аманда попыталась ее успокоить, но та отвернулась.

— Я всегда знала, что сердце Дэвида принадлежит не мне. Он все время думал только о тебе.

— Ева, ну я ведь тебе уже говорила, — в отчаянии произнесла Аманда, — между мной и Дэвидом все давно кончено. Конечно, мы нежно относимся друг к другу, не стану отрицать, но ведь это понятно — мы знаем друг друга с детства и все это время были рядом! Но теперь все кончено, Ева. Все и должно было кончиться. Должна же я когда-то найти себя!

— Как ты сможешь найти себя, если все время ходишь по замкнутому кругу? — плача, обратилась к ней Ева. — Все же абсолютно ясно, достаточно посмотреть тебе в глаза или взглянуть на Дэвида, когда он смотрит на тебя. Не будь же такой упрямой! Сейчас все в твоих руках. Тебе решать — просить ли Дэвида о возможности дать тебе еще один шанс или же от него отказаться, но при этом быть готовой к тому, что однажды, когда ты осознаешь, что же ты наделала, сердце твое разорвется от горя. Тебе решать.

В это время к ним подошел служащий Красного Креста, чтобы задать несколько вопросов. Таким образом, разговор был закончен. Однако одна мысль поразила Аманду, когда она смотрела в грустное лицо Евы, — ей самой сейчас надо принимать решение! Фактически первый раз за всю ее жизнь только от нее зависело, что будет с ней дальше. Сейчас ей нужно будет выбрать собственную судьбу. Может, Дэвид и не захочет, чтобы она возвращалась к нему, но у нее есть право спросить его об этом. Сейчас она, а не кто-то другой, должна была взвесить все хорошенько и принять нужное решение. Она, а не кто-то другой.

Время текло страшно медленно. Ева и Дина заснули. Джерри свернулся калачиком в соседнем кресле и задремал, беспокойно ворочаясь во сне. Аманда взглянула в окно: шторм прошел, и ветер стих, на небе появились светлые полосы — предвестники рассвета, нового дня, может быть, новой жизни. Весь ужас разбушевавшейся стихии остался в прошлом. И это прошлое уже не переделаешь. Точно так же и она уже не могла изменить свое прошлое. Зато у нее было право выбрать себе будущее.

Видимо, она все-таки задремала. Разбудил ее запах яичницы с ветчиной. В конце коридора располагалась столовая, и там уже готовили завтрак. Но Аманда не чувствовала голода. Больше всего ее сейчас волновало, как там старый мистер Харкер.

Аманда прислонилась к оконному стеклу и закрыла глаза. Вдруг она почувствовала чье-то легкое прикосновение. Открыв глаза, она вздрогнула от неожиданности: перед ней стоял Дэвид. Он поднес палец к губам, показывая, что не нужно говорить здесь, чтобы не разбудить остальных, и поманил ее за собой, указывая на соседнюю дверь. Аманда быстро и тихо последовала за ним.

— Знаешь, Аманда, — сказал он, когда они вышли на улицу, уже залитую золотисто-розовыми утренними лучами, — мистера Харкера забрали в больницу. Доктора говорят, что, возможно, им удастся несколько смягчить для него этот удар, хотя он уже в возрасте и действительно пережил сильное потрясение.

Аманда покачала головой и почувствовала, как боль и усталость разливаются по телу.

— Все это было просто ужасно! Лучше бы я вообще не находила это проклятое письмо.

— Нет, ты не должна так говорить, Мэнди, — быстро ответил Дэвид. — Пока правда остается неизвестной, те, кого она касается, не могут найти покоя. Норман сейчас в полиции. Он собирается обо всем рассказать. Теперь, когда тайна наконец раскрыта, перед ним открывается новая жизнь, и он снова свободен.

— А они ему ничего не сделают? Не окажется ли он в тюрьме?

— Да нет, думаю, его не в чем обвинить. Он был ребенком, когда украл письмо, и не понимал, что делает. Он не совершил никакого преступления, а лишь поступил несправедливо по отношению к себе, своему отцу и матери. Отвечать за это он должен только перед своей совестью. По-моему, он и так много страдал в течение всей жизни, — вздохнул Дэвид. — Норман уже заплатил сполна за все свои ошибки и просчеты. И вот еще что я должен сказать тебе, Аманда. — Дэвид пристально посмотрел на нее. — Я слышал все, о чем вы говорили тогда в гостиной, в том числе и твои слова. Я рад, что ты обрела себя, Аманда. Очень рад. Ты можешь чувствовать себя совершенно счастливой, теперь, когда перестала убегать от самой себя.

Она не знала, что ответить.

— Ну ладно. — Дэвид избегал смотреть в глаза Аманде. — Мне еще нужно забрать Нормана и попытаться как-то проехать к его дому, где стоит моя машина. А потом я собираюсь позвонить своему начальнику и узнать, можно ли мне закончить работу здесь раньше срока и вернуться домой. — Он невесело улыбнулся. — Видишь ли, после этого жуткого урагана мне, пожалуй, пора сменить пляжи Флориды на грязь Алабамы.

Он взял ее за руку, прощаясь, и постарался улыбнуться, но улыбка получилась вымученной, натянутой.

— Всего наилучшего тебе, Аманда. Наверное, теперь, когда ты избавилась от груза прошлого, жить тебе станет намного легче.

Он нагнулся, поцеловал ее и быстрым шагом направился к обочине, где стоял джип.

Как ни старалась Аманда сдержать слезы, ничего у нее не получилось. Она вернулась в здание приюта, надеясь, что Ева и Дина еще спят. Но они уже встали. Дина и Джерри были где-то на кухне, а Ева сидела на койке. Она внимательно посмотрела на Аманду, когда та подошла и присела рядом.

Аманда рассказала ей о мистере Харкере и Нормане, а потом сообщила, что Дэвид собирается уехать домой.

Ева кивнула:

— Он уже сказал мне несколько дней назад, что, возможно, ему удастся сбежать отсюда раньше срока. Я тогда поняла, что он бежит от тебя. Ему ведь трудно быть рядом с тобой, Мэнди…

— Да, я причинила ему много боли, — виноватым голосом сказала Аманда. — И ему, и своим родителям. Дэвид ведь замечательный парень!

— Да, замечательный. — Ева произнесла эти слова таким тоном, что Аманда вздрогнула. Она посмотрела на нее и увидела в ее глазах гнев, почти ярость. — Да, Дэвид — замечательный парень! И ты действительно сильно его обидела. И он не заслуживает, чтобы его обидели так еще раз. Перестань же гнаться за будущим, Мэнди! Лучше попробуй-ка догони свое прошлое. Догони человека, который никогда не переставал тебя любить, даже когда ты убежала от него, чтобы найти себя!

Ева замолчала, переводя дыхание, а Аманда в изумлении смотрела на нее.

— Ты ведь нашла себя, не так ли? И ты знаешь теперь, что Дэвид никогда не переставал тебя любить. Тогда что же сдерживает тебя? Я тоже люблю его, но он любит не меня, а тебя. Вы созданы друг для друга, Мэнди. Иди же к нему… пока у тебя еще есть такая возможность. Иди… Нет, беги, изо всех сил беги к тому человеку, от которого когда-то убежала! Ты же всегда хотела к нему вернуться…

В глазах Евы блестели слезы, но Аманда больше не слушала ее. Время было дорого, каждая секунда. И время уходило. Аманда сбежала вниз по ступенькам и выбежала на улицу.

«Беги же, Мэнди, беги! — приказывала она сама себе. — Беги к тому, от кого ты убежала когда-то, убежала только потому, что твое глупое сердце не смогло узнать настоящую любовь. Беги же и проси прощения, и моли его дать тебе еще один шанс…»

Дэвид уже сидел за рулем, когда вдруг, к своему немалому изумлению, увидел бегущую Аманду. По ее счастливому лицу текли слезы.

— Что случилось? — Он выпрыгнул из машины и прижал Аманду к груди. — Ну, в чем дело, Мэнди? Почему ты плачешь?

— Потому что я убежала тогда от тебя, Дэвид. — Она с болью произнесла эти слова. — Если бы тогда мне дали возможность выбрать свое будущее самой, я бы выбрала только тебя! А теперь я тебя потеряла.

— Разве настоящую любовь можно потерять? — Он не сводил с нее глаз. — Я люблю тебя, Аманда. Все это время я любил только тебя! И всегда буду любить.

Она посмотрела на него, пытаясь подобрать нужные слова, но потом выпалила разом:

— Я хочу назад, в Алабаму, Дэвид, если только ты возьмешь меня с собой!..

В ответ он тихо рассмеялся, прижал ее еще крепче и поцеловал в губы. В этом поцелуе были обещание, надежда, предвкушение будущего, которое они встретят вдвоем.

— Добро пожаловать домой, любовь моя, — прошептал он и потерся щекой о ее щеку, мокрую от слез. — Как здорово, что ты возвращаешься!

— Дэвид, да по-настоящему я никуда и не уезжала! — воскликнула она. — Я никуда от тебя не уезжала, просто поняла это только теперь.

Он поднял ее на руки и посадил в машину. Предстояло сделать еще очень многое, но теперь у них было время — время надеяться, строить планы, мечтать, любить… Потому, что наконец-то их любовь нашла дорогу домой.


Глава 13 | Будь со мной | Примечания