home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава третья

На следующее утро Сара проснулась от грохота. Это дочь хозяев, войдя в комнату, с размаху поставила кувшин с теплой водой на умывальник.

— Простите, миссис Армстронг, я вас не разбудила?

— О, ничего… — Потирая заспанные глаза, Сара смотрела, как Дейзи, явно страдающая плоскостопием, тяжело шагает через комнату и отдергивает занавески. Утро оказалось удивительно ясным, и на несколько мгновений у Сары возродилась надежда на скорое продолжение путешествия, но Дэйзи быстро вернула ее с небес на землю, уверив, что ни один экипаж не смог еще пробраться по заснеженной дороге.

— Я слышала, кто-то говорил, что сугробы местами намело высотой аж десять футов[4]! Хоть солнце и светит, но тепла никакого, и папа думает, что снова пойдет снег. Вам не уехать сегодня, миссис Армстронг. И завтра, пожалуй…

— Ну что же, ничего не поделаешь… — Сара вздохнула, смиряясь с необходимостью провести в «Приюте путешественников» по меньшей мере, еще один день. Уже окончательно проснувшись, она села в кровати и отбросила с лица растрепавшиеся волосы. — Вам удалось разместить всех пассажиров почтовой кареты?

— Да, мэм, но пришлось потесниться. Я уступила свою кровать фермеру с женой. Молодой господин и еще один мужчина заняли спальню мамы и папы, а грум мистера Равенхерста любезно согласился переночевать с Джо, так что дама в красивой красной шляпке заняла его комнату. Пожилой даме и тому мужчине, что все время ворчит, достались самые маленькие комнатки в дальнем конце коридора.

Сара, привыкшая беспокоиться о благополучии ближних, в тревоге подняла глаза.

— А где же спали вы все?

— Мы улеглись в нашей гостиной рядом с кухней. Но теперь я буду ночевать в доме тети — это чуть дальше по дороге. А моя кузина Роуз будет нам тут помогать. — Дейзи скорчила гримасу. — Только Роуз — взбалмошная девица и чертовски пронырливая. Когда-нибудь она плохо кончит, мэм. Вот увидите!

— Однако, я полагаю, вам не помешает лишняя пара рук.

— Это правда. Ма встала еще на рассвете, печет хлеб и все такое. О, я вспомнила! Она хочет знать, будете вы завтракать в своей комнате или в маленькой гостиной.

— Конечно, в гостиной, Дейзи. Вам и так достаточно забот! Не хватает еще все утро бегать с подносами вверх-вниз по лестнице.

Умывшись, Сара надела свое ненавистное серое платье, заплела длинные блестящие волосы в косу и аккуратно заколола на макушке.

Когда она вошла в гостиную, молодой капитан Картер с первого же взгляда высоко оценил внешность Сары. В отличие от Равенхерста, не покинувшего своего места и лишь холодно кивнувшего, капитан вежливо поднялся и, представившись, искренне поблагодарил Сару за то, что накануне она уступила им свою комнату.

— Не стоит благодарности, сэр. Уверяю вас, я не испытала никаких неудобств. — Сара села за стол рядом с Равенхерстом, но, бросив быстрый взгляд на грозный профиль, решила обратиться к более дружелюбному капитану. — Надеюсь, вы оба хорошо спали?

Капитан Картер весело взглянул на Равенхерста.

— В Испании приходится со многим мириться, мэм, хотя не думаю, что наш друг привык к подобным неудобствам. И безусловно, шумное появление хозяйской дочери ранним утром не улучшило ситуацию…

— Неуклюжая девица! — пробормотал Равенхерст и чуть прищурился, заметив, как дернулись изящные плечики соседки, пытавшейся подавить смех. — Между прочим, миссис… э… Армстронг, вы оставили свой несессер в нашей комнате. — Маркус указал на столик у окна, куда перенес вышеупомянутый предмет. — Я думаю, что он ваш. На крышке инициалы «СП.».

— О да, мой, — подтвердила Сара, мельком взглянув на свою самую ценную собственность и мысленно выругав себя за небрежность. — Мое девичье имя — Постлетвейт… Серафина Постлетвейт.

Маркус чуть не поперхнулся кофе и поспешно поднялся.

— Надеюсь, вы извините меня. Я хотел бы пройтись и своими глазами посмотреть, что творится на улице.

Чуть нахмурившись, капитан посмотрел ему вслед.

— Странный парень! Я так и не разобрался в нем. Одно мгновение он кажется воплощением чуткости, а в следующее… — Он резко осекся и виновато улыбнулся Саре: — Простите, мэм. Вы хорошо знакомы с этим джентльменом?

— Нет, сэр. Он приехал вчера вечером, и мы вместе ужинали. Действительно, довольно загадочная личность. Я сама еще не поняла, нравится он мне или нет. — Сара задумчиво откусила кусочек булочки с маслом. — Прошлым вечером он был очаровательным собеседником, однако сегодня утром… Подозреваю, в детстве его сильно баловали. — Сара не испытала ни малейшего укола совести, обсуждая своего опекуна с совершенно посторонним человеком. — Не говоря уж о том, что он принадлежит к аристократии и невероятно богат. Наверняка привык, чтобы все было так, как он хочет.

— О да! Наша привилегированная аристократия! Где бы мы были без нее! — горько усмехнулся капитан, затем, спохватившись, быстро поднялся. — Надеюсь, вы не сочтете меня невоспитанным, если я оставлю вас заканчивать завтрак в одиночестве? Пожалуй, я тоже прогуляюсь и выкурю сигару — дурная привычка, приобретенная в Испании.

— Не смею задерживать вас, сэр, — ответила Сара, удивляясь про себя, что могло вызвать в капитане такую злобу против высшего общества.

Пожав плечами, Сара вернулась к своим собственным проблемам и, закончив завтрак, подошла к несессеру, вновь проклиная себя за рассеянность.

Мог ли мистер Равенхерст догадаться? — думала она, пристально глядя на инициалы. В конце концов, «СП.» может означать все что угодно… ну, почти все что угодно!

Тем не менее, надо ему открыться. Осталось подождать лишь благоприятного момента. А пока не стоит прятать несессер и тем самым давать пищу для подозрений. Разумно оставить ящик на виду, но, безусловно, необходимо уничтожить проклятую улику.

Приподняв крышку, Сара смяла незаконченное письмо и бросила его в огонь.


Несостоявшийся получатель горевшего в камине послания в этот самый момент стоял в воротах конюшни рядом со своим преданным грумом и мрачно смотрел на глубокий снег, покрывавший весь двор. Капитан Картер наслаждался сигарой у кухонной двери, а хозяйский сын махал лопатой, пытаясь расчистить тропинку вокруг курятника.

— И думать нечего о том, чтобы убраться отсюда сегодня, сэр, — заметил Саттон, оглядывая небеса. — И завтра, судя по тем тучам.

— Да, снова пойдет снег. Мы должны смириться с тем, что останемся здесь еще на два дня, может, и дольше. — Маркус посмотрел на пожилого слугу: — Как ты устроился?

— Нормально, сэр. Джо, может, и туповат, но совершенно безвреден. А вот путешественники!.. Никогда не видел таких неблагодарных людей! Сплошные капризы. Можно подумать, под открытым небом им было бы лучше. А вы как ночевали, сэр?

— Вполне прилично. Но еще немного — и мы все до смерти надоедим друг другу. Это напоминает мне… — Тут Равенхерст умолк и несколько секунд смотрел на земляной пол конюшни. — Саттон, я изменил планы. Когда дороги расчистятся, ты отвезешь сэру Генри Бэмфорду мое письмо с извинениями. Теперь я не смогу погостить у него. Уверен, тебе найдется место в почтовой карете. Доедешь до Чиппенема, там без труда наймешь лошадь и доберешься до цели. Привезешь Квилпа и доставишь мой экипаж в бабушкино имение.

Саттон украдкой взглянул на хозяина.

— Снова погонитесь за девушкой, сэр? Маркус весело улыбнулся.

— Моя милая подопечная совсем недалеко.

— Понятно, сэр. Но где же? — Саттон озадаченно покачал головой. — Мне не нравится, что эта юная леди где-то блуждает одна. С ней может случиться что угодно.

— Да полно! Подумай хорошенько! Далеко ли она могла уйти? Помнишь, фермер видел, как какая-то девушка выходила из почтовой кареты на перекрестке. Карета повернула на север, а девушка пешком пошла на восток. Хозяйка почтовой станции красочно описала ее внешность, и мы знаем, что похожую женщину видел в мебельном фургоне сборщик дорожной пошлины в Чиппенеме. Мы выследили ее до самого Кална.

— Да, сэр, но вдруг это была не ваша подопечная, а другая девушка?

— Я допустил оплошность, не получив в Бате точного описания беглянки и ее одежды. Но я не сомневаюсь, Саттон: молодая женщина в сером пальто и моя подопечная — одно и то же лицо. Поверь мне, я водворю мисс Сару Пеннингтон в бабушкин дом раньше, чем ты прибудешь туда с моим экипажем, — уверенно заявил Маркус и отправился обратно в гостиницу.

Когда он шел через общую столовую, к нему обратился хозяин, любезно предложивший просмотреть «Морнинг пост». Маркус вежливо согласился, коротко кивнул пассажирам почтовой кареты, жадно поглощавшим обильный завтрак, и прошел с газетой в отдельную гостиную, где и обнаружил Сару, сидевшую за маленьким столиком у окна.

Сара, увлеченная написанием письма, не оглянулась посмотреть, кто вошел, и Маркус остановился, изучая ее со странной смесью раздражения и удовольствия на лице.

— Приятно видеть, что вы способны заняться чем-то полезным, миссис Армстронг, — заметил он, усаживаясь за обеденный стол.

— Как вы полагаете, сэр, на сколько дней мы здесь застряли? — Сара посмотрела в окно.

— Может, выберемся послезавтра, если нам повезет.

— Вы позволите присоединиться к вам? — Модно одетый молодой джентльмен, накануне узнавший Равенхерста, вошел в гостиную в сопровождении крепко скроенного пожилого мужчины с очень проницательными серыми глазами на приветливом лице. — Или мы помешаем?

— Вовсе нет, сэр! — Сара дружелюбно улыбнулась обоим. — Я не арендовала эту гостиную лично для себя. Пожалуйста, пользуйтесь ею, когда пожелаете.

— Вы очень любезны, мэм, — ответил молодой человек. — Равенхерст, будьте добры, представьте меня этой очаровательной даме.

Над развернутой газетой появились темные глаза.

— Миссис Армстронг, достопочтенный мистер Седрик Натли и мистер… э… Стаббз. Миссис Армстронг, — добавил Равенхерст после того, как джентльмены поклонились, — вообще не должна была здесь оказаться. Но поскольку она решила развлечься путешествием в снежную бурю, то, как и все мы, застряла в «Приюте путешественников».

Сара разумно проигнорировала ехидный тон опекуна, ограничившись суровым взглядом. Обменявшись любезностями с Равенхерстом, к ней подошел мистер Натли.

— Какой очаровательный несессер для письменных принадлежностей, миссис Армстронг!

— Благодарю! Эта вещь мне очень дорога. — Сара незаметно прикрыла чистым листом бумаги письмо, адресованное одной пожилой даме, которую она прежде регулярно навещала. — Прекрасная работа, а вот здесь есть секретное отделение, — объяснила она, нажимая на один из крошечных резных квадратиков, украшавших ящички, и маленькая досочка откинулась, открыв тайник. — Нет нужды говорить, что он пуст. Я никогда им не пользуюсь. И как я заметила, пружина туговата.

Мистер Натли несколько секунд с интересом рассматривал несессер.

— Если не знать секрет, невозможно догадаться о тайнике! На какой квадратик вы нажали?

— На этот… третий сзади. — Закрыв откидную дверцу, Сара любезно повторила процедуру, затем убрала свое письмо и захлопнула несессер.

— Боже милостивый! — вдруг воскликнул Маркус. — То-то статьи показались мне знакомыми. Газета — недельной давности. Минуточку… этого я раньше не читал. — Он пробежал глазами несколько строк внизу одной из колонок. — Пропали бриллианты Фелчета. Предложено вознаграждение за любую информацию об их местонахождении. — Маркус поднял голову, его взгляд остановился на мистере Натли. — Седрик, вы знали об этом?

— Думаю, все знали, — небрежно ответил молодой человек, усаживаясь на деревянную скамью рядом с мистером Стаббзом. — Их исчезновение было обнаружено утром после приема, посвященного помолвке. Вы тоже там были, Равенхерст. Неужели забыли?

— Да, на приеме я был, но уехал в Лондон очень рано утром и с тех пор не возвращался в Оксфордшир.

— О, ну, в этом случае… — Мистер Натли пожал худыми плечами. — Может, вы и не слышали. Такая шумиха поднялась, когда горничная обнаружила, что в шкатулке ее хозяйки нет колье. Шкатулка простояла на туалетном столике открытой всю ночь. Мой горячо любимый родитель отправился на охоту с лордом Фелчетом и несколькими другими джентльменами. К их возвращению леди Фелчет уже отослала беднягу Гарри в Лондон за сыщиками. Старый Фелчет пришел в ярость, когда это выяснил. Думали, его удар хватит, так он взбесился. Видите ли, он не хотел поднимать шум.

— Как странно! — озадаченно заметила Сара. — По-моему, лорд Фелчет должен был одобрить такие быстрые действия своей супруги.

— Возможно. Но на помолвку его сына Гарри была приглашена половина знати графства. Некоторые, включая мою семью, оставались до конца недели. Нехорошо, когда повсюду рыщут сыщики, вынюхивая и задавая каверзные вопросы. Нельзя выдвигать обвинения против соседей, мэм. Люди могут обидеться.

— Да, конечно, — согласилась Сара. — Колье было очень ценным?

— Стоило небольшое состояние, не так ли, Равенхерст?

— Безусловно, оно считалось большой ценностью, — ответил Маркус, уставившись в пол. — Интересно, нет ли тут связи?

Он поднял голову и обнаружил три пары устремленных на него глаз. Во всех читался один и тот же вопрос.

— В прошлом сезоне в Лондоне было украдено несколько ценных и хорошо известных ювелирных изделий. А летом в Брайтоне пропали знаменитые жемчуга Пелстоунов. Я как раз думал, не организовал ли эти кражи один и тот же человек… или люди…

— Но как они могли избавиться от украденного, сэр? — спросила Сара. — Если все эти украшения так хорошо известны, их же легко узнать!

Маркус посмотрел в серые глаза мистера Стаббза, напряженно вслушивающегося в разговор.

— Миссис Армстронг задала очень интересный вопрос, сэр. А вы как думаете?

— Конечно, ни один честный торговец не дотронется до этих украшений, следовательно, они должны были попасть в руки какого-то беспринципного перекупщика, который мог продать их за границу или вынуть камни, расплавить золото и сделать новую оправу.

— Но ведь это ужасно! — воскликнула Сара, потрясенная подобным бессердечием. — Эти драгоценности поколениями хранились в уважаемых семьях. Они имеют и духовную ценность.

— Для хозяев, но не для воров, милая леди! — возразил Маркус, вставая. — Ну, как я вижу, сейчас снегопад несильный. И солнце снова проглядывает. Пойду помогу расчистить двор.

— Что за странный парень! — заметил Натли, когда за Равенхерстом закрылась дверь. — Помогать слугам расчищать снег? Что последует дальше? Видите ли, миссис Армстронг, я знаю его всю свою жизнь и до сих пор не могу раскусить.

— Вы живете рядом с ним в Оксфордшире, мистер Натли?

— Да, мой отец — сэр Джайлз Натли. Наш дом находится примерно в четырех милях от Равенхерста. — Похожие на девичьи брови мистера Натли сошлись над бледно-голубыми глазами. — Чертовски странно видеть его здесь.

— Не вижу ничего странного, сэр, — ответила Сара как можно непринужденнее. Меньше всего на свете ей хотелось выслушивать опасные вопросы мистера Натли. — Я уверена, мистер Равенхерст упоминал о своих родственниках, живущих недалеко отсюда.

— Ах, да! Совсем забыл об этом! — Мистер Натли хихикнул, как девчонка. — Господи! Представляю, как он злится оттого, что застрял в подобном месте. Равенхерст привык к самому лучшему. Впрочем, он может себе это позволить, не то что мы, грешные. — В голосе Натли прозвучала обида. — Везунчик! Он совершенно независим. Ему не приходится путешествовать в общей почтовой карете, как мне, например, — и все из-за жалкого пособия, выделяемого отцом. — Его глаза злобно сверкнули. — Но уже недолго осталось ждать…

Очевидно, мистер Натли ожидал богатого наследства. Сара окинула быстрым взглядом его модный, даже щегольской наряд. Уж на первоклассную одежду этому франту точно хватает. Извинившись, Сара покинула джентльменов.

В общей столовой Дейзи убирала посуду после завтрака, и Сара предложила свои услуги.

— О нет, мэм. Ни в коем случае! У нас полно помощников. Моя кузина здесь. И фермер с женой предложили помощь, если папа возьмет с них поменьше. Они не предвидели задержки, и им не хватает денег. Хорошие работники оказались. Чего нельзя сказать о ней, — добавила Дейзи, показав на белокурую девушку в синем платье и белом фартуке, стройную и довольно хорошенькую. Переведя взгляд на полную некрасивую Дейзи, Сара сразу поняла причины неприязни бедняжки к кузине.

На верхней площадке лестницы Сара встретила старую деву из почтовой кареты.

— Доброе утро. Я — миссис Армстронг и, как и вы, была вынуждена искать здесь убежище.

— Гримшоу. Мисс Табита Гримшоу. Рада познакомиться, — ответила женщина так отрывисто, что сразу стало ясно: она абсолютно не рада знакомству. — Все это так неприятно, миссис Армстронг, — возбужденно продолжала она. — Я настаивала на покое и тишине, а потому не возражаю против того, что меня засунули в самый конец коридора, буквально в конуру. Однако представьте: я специально просила, чтобы никто ни под каким предлогом не заходил в мою комнату; вернувшись же после завтрака, обнаруживаю, что в моих вещах копались… Ну, это уж слишком!

— Боже! У вас что-то пропало?

— Пропало? О, нет, нет! Все на месте! — За стеклами пенсне ледяными искрами сверкнули синие глаза. — Просто я неважно себя чувствую в последнее время. Нервы, вы меня понимаете. Малейшая неприятность меня огорчает. Я буду настаивать, чтобы отныне еду мне приносили в комнату. Я нуждаюсь в уединении. И не желаю, чтобы кто-то ковырялся в моих вещах! — Она стояла перед Сарой, вся дрожа от негодования, — высокая, худая, с седыми волосами, стянутыми на затылке в тугой узел. Бледное лицо и черные круги вокруг глаз явно говорили о плохом здоровье.

— Я уверена, мисс Гримшоу, стоит вам только объяснить, что вы нездоровы, и хозяйка будет присылать еду в вашу комнату.

Мисс Гримшоу заспешила вниз по лестнице с проворством, удивительным для пожилой, ссылающейся на нездоровье женщины.

— Высушенная старая ведьма!

Сара обернулась. В открытых дверях одной из комнат стояла молодая женщина, приехавшая накануне в ярко-красной шляпе.

— Кто?.. Я?

Женщина расхохоталась. Ее звонкий заливчатый смех разрядил атмосферу.

— Нет, мисс Гримстоун, или как ее там! Ни слова из себя не выдавила с тех пор, как села в карету в Марлборо. И когда я — совершенно по-дружески — спросила, не встречались ли мы раньше, она так презрительно меня отшила… Жалкое ископаемое!

— Ну, может быть, у нее есть причины для такого поведения. Она нездорова. — Сара вдруг нахмурилась. — И я не думаю, что она так стара, как кажется.

— Ну уж точно старше вас или меня. Между прочим, меня зовут де Вайн. Доротея де Вайн.

Сара, улыбаясь, подошла к женщине.

— Миссис Серафина Армстронг.

— Это ваше настоящее имя? Сара опешила.

— Ч-что? Конечно, настоящее! Почему вы спрашиваете?

Молодая женщина подхватила Сару под руку и втащила в свою спальню.

— Вообще-то меня зовут не де Вайн, — призналась она заговорщическим шепотом. — Это псевдоним. Мое настоящее имя — Дотти Хог.

— О, вы актриса? Как интересно!

— Не так интересно, как многие думают. — Дотти печально вздохнула. — В данный момент я без работы — попробовала устроиться в Лондоне, но ничего не вышло, так что возвращаюсь в Бристоль. Там живет моя старая мамочка, и я поживу у нее, пока не устроюсь.

— Как я вам завидую! Вы наверняка знакомы с интересными людьми! — воскликнула Сара, принимая приглашение присесть рядом с Дотти на кровать.

— Разные встречаются, это уж точно! Как этот сброд из почтовой кареты. Мистер Стаббл — хороший человек. Приветливый, дружелюбный, не то, что старуха Гримлок или тот отвратительный клерк.

— Я с ним еще незнакома.

— Не много потеряли, миссис Армитейдж. Какой шум он поднял прошлой ночью! Молодой джентльмен не так плох. Хотя подмигивал мне, но я к этому привыкла. Только я не клюю на первое же приглашение. — Дотти продолжала болтать, хотя не все, что она говорила, Сара понимала. Однако одна из фраз совершенно ее озадачила: — А вот капитан — точно красавчик. Господи! Держу пари, он может отлично развлечь девушку. Как и тот джентльмен, ваш друг. Немного суров на вид. Но я люблю таких. Мужчина должен быть мужчиной. Если вы понимаете, о чем я. Я угадала? Он хорош, а?

— Джентльмен? Мой друг? — повторила Сара, удивленная странной речью Дотти. — О, вы, наверное, имеете в виду мистера Равенхерста? Он мне не друг. Он прибыл в гостиницу вчера вечером, и мы лишь вместе ужинали.

Дотти пришла в легкое замешательство.

— Ну, если это так, берегитесь, миссис Армшоу Он вами увлечен. Поверьте, я в этом понимаю! Как он смотрел на вас, когда вы уходили спать прошлой…

— Дотти, вы ошибаетесь! — Сара покраснела и поспешно встала с кровати. — Мистер Равенхерст совершенно мною не интересуется!

— Я уверена, он не хотел вас оскорбить. — Дотти тоже поднялась. — Видно, что вы леди. Только… О, не обращайте внимания! — Она вывалила содержимое саквояжа на кровать и стала рыться в куче вещей. — Вот, не хотите почитать? Один друг подарил мне. Беда в том, что у меня глаза уж не те, что прежде, и я не очень хорошо разбираю слова.

Сара с искренней благодарностью приняла потрепанный томик.

— Благодарю вас. Книга поможет скоротать время.

— И где-то у меня было письмо. — Это замечание Дотти остановило Сару. — Проклятая бумажонка! Куда я ее засунула, черт побери? — Дотти обследовала карманы очень яркого халата. — Я точно знаю, что привезла его с собой. О, ну ладно, если найдется, я была бы вам очень признательна, если бы вы мне его прочитали. Видите ли, у меня глаза болят.

— Конечно, прочитаю. И еще раз спасибо за книгу!

В отсутствие Сары кто-то прибрал ее комнату и разжег огонь. Она уже собиралась придвинуть стул поближе к камину, когда ее внимание привлек гул голосов.

Охваченная любопытством, Сара подошла к окну и увидела, как мистер Равенхерст, капитан Картер и еще двое мужчин, которых она не узнала, энергично расчищают дорожку перед фасадом гостиницы. Время от времени раздавались громкие взрывы хохота — видимо, все четверо от души наслаждались своим времяпрепровождением. Сара смотрела на мужчин, пока ее взгляд не остановился на одной голове с темными, слегка вьющимися волосами.

То грубый, то удивительно предупредительный, мистер Равенхерст, как справедливо заметил его юный сосед, очень непонятная личность. Однако в отличие от Натли, считавшего расчистку снега ниже своего достоинства, мистер Равенхерст, не колеблясь, предложил помощь, и, напомнила себе Сара, искренне поблагодарил простую женщину за хорошую еду.

Она вдруг испытала острое сожаление оттого, что совсем не знала его прежде. И вряд ли теперь, в тесноте переполненной гостиницы, это упущение удастся исправить. Однако надо постараться выкроить несколько минут наедине с ним и признаться, кто она такая на самом деле.


В тот день подобная возможность ей так и не представилась. Мистер Равенхерст не явился в столовую на легкий ленч, и Сара увидела его лишь вечером, когда пришла на ужин.

Почти весь день девушка провела в компании Дотти, которая, ловко уложив собственные белокурые локоны, умудрилась причесать и Сару — модно и к лицу.

Надев свое лучшее жемчужно-серое платье, Сара думала, что выглядит вполне прилично, но лишь до того момента, когда Равенхерст, прервав беседу с капитаном Картером и мистером Стаббзом, подошел к ней со словами:

— О Господи! Опять этот полутраур!

— Вы забыли, сэр, ведь я вдова.

— Ошибаетесь, дитя. Я ничего не забываю. — Он внимательно оглядел ее с головы до ног. — Хотя должен сказать, прическа уже определенно лучше.

Случайно или благодаря стараниям мистера Равенхерста, но за столом они оказались рядом.

Сара еще утром предложила замотанной хозяйке подавать еду постояльцам в общей столовой. А после трапезы все могли бы переместиться в маленькую гостиную, чтобы хозяева спокойно убрали со стола. Ее предложение было принято с благодарностью, и вся компания свободно разместилась за двумя сдвинутыми столами. Не хватало только фермера с женой, видимо ужинавших на кухне, и мисс Гримшоу, оставшейся в своей комнате.

После отличного ужина все перешли в гостиную. Хозяин снабдил постояльцев колодой засаленных карт с загнутыми уголками, и вскоре Сара оказалась вовлеченной в партию виста.

Мистер Равенхерст пригласил ее в партнерши, а мистер Натли объединился с капитаном Картером. Сара и Равенхерст выиграли первый роббер, затем довольно легко — второй, и Сара заслужила сдержанную похвалу от своего партнера, правда, в следующем его замечании прозвучало явное осуждение:

— Однако, миссис Армстронг, подобная ловкость в карточной игре заставляет предположить, что в вашем воспитании — в те годы, когда формируется личность ребенка, — были существенные пробелы.

— Да. Вы даже не представляете, до какой степени я потворствовала своим капризам! Если честно, я стала очень порочной, — беззаботно ответила Сара, чем развеселила капитана и поразила мистера Натли.

— Леди просто шутит, Седрик, — успокоил соседа мистер Равенхерст. — Полагаю, ваша очередь сдавать.

— Я пропущу следующий роббер. — И Натли встал из-за стола, предложив свое место мистеру Стаббзу. — Пожалуй, поищу этого мошенника хозяина. Я бы не отказался от стаканчика пунша.

После довольно долгого отсутствия мистер Натли вернулся с подносом, на котором стояли несколько бокалов и большая чаша. Немного отодвинув несессер Сары, он поставил поднос на маленький столик у окна и начал разливать теплый напиток.

— Кто составит мне компанию?

Отказались только Сара и мистер Равенхерст. Остальные же с удовольствием принялись за пунш, хотя капитан, как заметила Сара, скривился при первом же глотке. Натли заметно оживился, и Сара, предложив ему свое место за карточным столом, присела поговорить с Дотти, а затем удалилась в свою комнату и вскоре уснула.


Проснулась она внезапно. Что это было? Перевернулся стол?.. Или стул? Несколько минут Сара лежала, не смея пошевелиться, и испуганно вглядывалась во мрак, пытаясь уловить хоть какое-то движение. Но все было спокойно: даже тихий гул голосов не доносился из гостиной внизу.

Часы пробили два раза.

Девушка осторожно села в постели; найдя на ощупь трутницу, зажгла свечу, стоявшую на тумбочке, затем еще раз обвела взглядом маленькую спальню и удостоверилась, что в комнате действительно никого нет. Все было так, как и должно было быть, однако она была уверена, что слышала что-то… Но что?

Уже полностью проснувшись, Сара поняла, что сон ушел, и решила закончить письмо, начатое еще утром, но вспомнила, что оставила несессер в гостиной. Поколебавшись не дольше секунды, она отбросила одеяло, накинула на плечи шерстяную шаль и взяла с тумбочки свечу.

Ее босые ноги ступали по коридору совершенно бесшумно, но, когда она спускалась по лестнице, пересохшие доски предательски заскрипели. Вдобавок ко всему она наткнулась на стул, и он загрохотал по деревянному полу. Теперь во всех углах ей стали видеться ожившие тени и дюжины злобных глаз, следящих за каждым ее движением, но она выбранила себя за ребяческие фантазии.

В результате, открыв дверь гостиной и обнаружив стоявшую у открытого окна фигуру, закутанную в темный плащ, девушка отказалась верить собственным глазам. Но когда неожиданный порыв холодного воздуха задул ее свечу, а неясная фигура села на подоконник и, перекинув через него ноги, исчезла в ночи, Сара поняла, что ее воображение вовсе не играет с ней шутки.

Ей стало страшно. А вдруг у злоумышленника есть сообщник, поджидающий ее во мраке, готовый наброситься на нее в любой момент? Сара замерла, боясь пошевелиться, едва осмеливаясь дышать; но единственное, что она слышала, — грохот собственного сердца и торжественное тиканье высоких напольных часов в соседней комнате.

Несколько раз глубоко вздохнув в тщетной попытке успокоить расшалившиеся нервы, Сара осторожно направилась к камину… но чуть не упала, наткнувшись на что-то, лежавшее на полу.

Дрожащими руками девушка ощупала высокую каминную полку и нашла вощеный фитиль. Она понимала, что обязана немедленно разбудить хозяина, но не могла сделать еще хоть один шаг в темноте.

Быстро воткнув фитиль в тлеющие угли, Сара снова зажгла свою свечу и с трудом подавила истерический вопль. Оказалось, что она наткнулась не на ножку лежавшего стула, как думала, а на мужскую ногу — худую, обтянутую модными бледно-желтыми панталонами… И еще до того, как Сара обошла скамью и заставила себя взглянуть в раскрытые бледно-голубые глаза, она знала, что мистер Натли мертв.


Глава вторая | Колье для Изабеллы | Глава четвертая