home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава десятая

Эми лежала в постели и размышляла о том, какой это было ошибкой — согласиться читать злополучную книгу. Она с теплотой относилась к глупой и восхитительно беспомощной миссис Беннет, так отчаянно стремившейся пристроить своих дочерей. Но ее собственное положение было слишком схоже с тем, которое с таким мастерством и силой описала Джейн Остин.

Все же ситуация была другая! Хотя, если сравнивать неумелое сватовство леди Беллингем с безнадежными попытками миссис Беннет… Эми страшно устала, но сон не шел к ней. Каковы бы ни были мотивы двух дам, результат оказался одинаковый.

Она не думала о счастье, которое наконец нашли Джейн Беннет и мистер Бингли. Ее больше интересовали отношения Лиззи Беннет и Дарси, так похожие на ее собственные тем, что они были обречены.

На самом деле, размышляла она, они с Маркусом не похожи на героев Остин. Напыщенный Дарси считал мисс Лиззи Беннет не ровней себе и потому не делал ей предложение. А Эми Финч оказалась обрученной с человеком, которому она, в сущности, была не нужна: ему надо жениться, чтобы получить наследство.

Если вдуматься, вообще нет ничего общего между ней и этими выдуманными героями. Ее расстраивала сама фабула романа. Если ей снова придется читать вслух, она попросит Маркуса принести другую книгу.

Эми никак не могла уснуть, ворочаясь на непривычной кровати, а из головы не выходили слова Маркуса: «Я очень нуждаюсь в том, чтобы у меня была жена».

Его слова прозвучали убежденно и искренне. Но надо быть такой ненормальной, как она, чтобы поверить, будто Маркус говорил о чем-то личном, а не просто цитировал роман.


Эми проснулась от яркого солнечного света. Она, видимо, все же заснула под утро, но постель была в таком виде, будто по ней пронесся табун лошадей. Эми глянула на свои часики и с изумлением увидела, что уже десять.

— Почему вы не разбудили меня раньше? — обратилась она к служанке, отдергивавшей шторы. — Я обычно так долго не залеживаюсь.

— Мистер Беллингем приказал вас не тревожить, мисс. Он просит вас спуститься вниз через полчаса и позавтракать с ним. Я принесла свежей воды для умывания. Если вам еще что-нибудь надо, только скажите — я все сделаю.

Слабая улыбка мелькнула на лице Эми. Слыхал ли кто-нибудь, чтобы так обхаживали компаньонку? Или что эта самая компаньонка валяется в постели Бог знает до которого часа? До этого момента Эми и в голову не приходило, что ее положение в доме совершенно изменилось — она невеста Маркуса Беллингема!

— Спасибо, я предпочитаю все делать сама, Догерти, так вас зовут?

— Да, мисс. — Служанка вышла из комнаты, осчастливленная тем, что ее собираются звать по имени.

Вспомнив, что сегодня ей предстоит поездка по городу, Эми выбрала элегантное зеленое платье из кисеи на чехле и такого же цвета шляпку и накидку. Слава Богу, что леди Беллингем, не переносившая неряшливого или убогого вида, всегда требовала, чтобы ее компаньонка была прилично одетой.

А не было ли это еще одной уловкой? Чтобы подготовить Эми Финч к ее новой роли в жизни?

Девушка отгоняла от себя эту мысль, но никак не могла от нее отделаться. Старая аристократка вполне могла воспользоваться ее наивностью.

Эми зачесала наверх волосы и похлопала себя по бледным щекам. Впрочем, в этом не было особой нужды. Стоит Маркусу отпустить какую-нибудь немыслимую реплику или сделать ей комплимент, на самом деле предназначенный для посторонних ушей, и к ней вернется ее обычный цвет лица.

Когда она спустилась вниз, Маркус уже был в столовой. Он поцеловал ее в щеку и сжал руку, и она поняла, что ей придется привыкнуть к этим нежностям, неизбежным в присутствии слуг.

— Доброе утро, любовь моя. Хорошо спали?

— Сносно. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к новому месту. Я не ожидала, что просплю так долго.

Маркус кивнул с таким видом, словно это была обычная беседа за завтраком. И к этому придется привыкнуть, и к тому, с каким одобрением на них посматривают слуги, поверившие в историю о «зове сердца».

— Вы покажете мне сегодня город?

— Да, но немного позже, потому что с утра у меня кое-какие дела. Я думаю, вы не будете скучать: у нас большая библиотека, а вы, насколько я знаю, любите читать.

Эми опустила взгляд. Он хочет напомнить ей о вчерашнем вечере, когда она с такой доверчивостью попалась в его ловушку.

— Я не буду скучать, Маркус. К тому же я не претендую на то, чтобы вы посвящали мне все свое свободное время.

— А вот этому я не поверю, — сказал он так тихо, что она едва расслышала.

— Что ж, именно таких слов ждет женщина от человека, за которого собирается замуж.

Маркус был явно удивлен. Но не успел ответить, так как в столовую ворвался Ронан Келли, которого по пятам преследовала миссис Монаген.

— Добрый всем день! — воскликнул Келли. — Я решил заглянуть и узнать о твоих планах на сегодня, Маркус. Хотя я понимаю, что вы, мои птички, только и мечтаете побыть наедине и сойтись поближе.

Келли довольно твердо стоял на ногах, но Эми уловила запах винного перегара и с отвращением отвернулась.

Маркус был более решителен.

— Ты пьян, парень. Так что нечего врываться сюда и отпускать глупые шутки в адрес моей невесты. Я думаю, тебе следует извиниться.

— Маркус, не надо… — попросила Эми, но он жестом остановил ее.

Лицо Келли побагровело.

— Если я сказал что-нибудь не то, — хмуро произнес он, — прошу извинить. Однако я не пьян, для этого мне придется опрокинуть еще пару стаканчиков. Так ты приедешь на прииск сегодня?

— Да, я скоро там буду.

Келли, поняв, что его присутствие нежелательно, ретировался.

— Простите, сэр, — извинилась экономка. — Я не смогла его остановить.

— Все в порядке, миссис Монаген. Не волнуйтесь.

Когда экономка вышла, Маркус обратился к Эми:

— Он вас расстроил?

— Я сделана из более крепкого материала, чем вы думаете. Но он мне не нравится. Особенно то, как он на нас смотрит — будто знает больше, чем делает вид.

— Ничего он не знает, а если начнет строить догадки, никто ему не поверит, посчитав это пьяным бредом.

Все же Эми показалось, что Маркус не так уж убежден в том, что сказал. Они должны все время быть начеку, потому что, если Ронан Келли догадается, что обручение фиктивное, он первый их разоблачит.

— Я вернусь через несколько часов, мы перекусим и отправимся в город.

— Вы не забыли, что мы приглашены вечером на обед?

— Не забыл, — ответил Маркус и поцеловал ее в макушку. — И перестаньте хмуриться, вы им понравитесь.

У Эми на этот счет были сомнения. Что бы там ни говорил Маркус, сэр Эдмунд прочил его в женихи своей старшей дочери Эдвине, которая и сама, верно, об этом мечтала. Как они отнесутся к тому, что выскочке Эми Финч достался лучший приз? Может, и француженка тоже была бы не прочь выйти замуж за Маркуса? Уж очень тепло она о нем отзывалась! Вероятно, даже младшая из сестер, взбалмошная Джулия, питала к нему детскую любовь.

Девушка провела дрожащей рукой по лбу. Каким простым ей казался сначала план Маркуса. А теперь все осложнилось, и она увязает все глубже. Меньше всего Эми хотелось бы вызвать гнев ревнивых дам.

На самом деле ей важно было узнать, не оказывает ли Маркус предпочтение кому-нибудь из трех. Эми усмехнулась: как легко можно перевернуть слова мисс Остин и применить их к себе. Ведь это ей хочется завоевать любовь Маркуса Беллингема.


Все утро Эми бродила по дому: сначала с удовольствием познакомилась с обширной библиотекой, а потом восхищалась благоуханным ароматом зимнего сада, полного экзотических растений. Было видно, что прежний хозяин постоянно пополнял их коллекцию.

У Эдмунда Чэпмена был, по-видимому, неплохой вкус. Эми представила его себе пожилым джентльменом либеральных взглядов, судя по подбору книг в библиотеке. Впрочем, может, он куда моложе, чем она думает.

Неожиданно она пришла в волнение. В своей жизни она редко встречалась с мужчинами, разве что с почтенными старцами, посещавшими леди Беллингем. Интересно познакомиться с человеком, у которого, несомненно, хороший вкус и который наверняка не ретроград.

Вот будет забавно, подумала Эми, улыбаясь, если она почувствует к нему влечение и даже более того — если оно окажется взаимным… Надо же, куда завела ее буйная фантазия, опомнилась она.

Она невеста Маркуса Беллингема, которого любит вопреки тому, что он к ней равнодушен, и с которым согласилась заключить фиктивный краткосрочный брак. А после этого отважится ли хоть один джентльмен связать с ней свою судьбу?

Ее вдруг стала бить дрожь. Воздух в зимнем саду показался липким и тяжелым. Срочно на свежий воздух! Не паниковать! Когда она станет свободной и богатой, ее жизнь устроится сама собой. Однако эта мысль не доставила ей особой радости.

* * *


Маркус вернулся к полудню, и они, немного перекусив, отправились в город.

— Что из себя представляет сэр Эдмунд Чэпмен? — спросила Эми, когда они сели в двуколку.

— В каком смысле?

— Маркус, не будьте таким занудой! Мне сэр Эдмунд представляется пожилым, скучным джентльменом, который настолько упрям, что не желает оставить за вами дом, пока вы не найдете золото.

— Эдмунд страшно обиделся бы, услышав такую характеристику.

По крайней мере ей удалось вызвать Маркуса на разговор, обрадовалась Эми.

— Ну какой он? — настаивала она. — Вы же должны меня предупредить, если он старый и немощный…

— Уверяю вас, он ни то и ни другое, — развеселился Маркус. — Но мы можем заехать к нему ненадолго днем, если вам так уж не терпится с ним познакомиться.

Они довольно долго ехали по главной улице, оказавшейся длиннее, чем думала Эми. Но, возможно, они просто слишком часто останавливались, чтобы Маркус мог поздороваться со знакомыми и представить им свою невесту.

— А вы личность популярная.

— И вас это удивляет, не так ли?

— Как раз наоборот. Я подумала, что ваша тетя была бы довольна тем, что вас здесь уважают. Почему вы вечно ищете в моих словах какой-то тайный смысл?

— Забавно! Вы же делаете то же самое!

— У меня на это есть причины, если вы не забыли, — съязвила Эми и услышала, как он тяжело вздохнул.

— Мир, Эми, мир. Я буду вам крайне признателен, если вы постараетесь, каких трудов вам бы это ни стоило, притвориться, что мы с вами без ума друг от друга. Сами понимаете, как важно, чтобы нам поверили. Чэпмены должны пребывать в убеждении, что мы хотя бы нравимся друг другу.

— Хорошо, сэр, я постараюсь сделать вид, что безумно вас люблю. Буду все время напоминать себе, что это предусмотрено нашей сделкой.

Маркус ничего не ответил.

Когда за церковью на склоне холма показался большой дом, она сразу догадалась, что это резиденция Чэпменов.

— Какой красивый! — воскликнула она, чувствуя, что пауза затянулась.

— Сэр Эдмунд богатый человек. В доме, который сейчас занимаю я, когда-то жила его мать. Я думаю, он намерен отдать его одной из своих дочерей.

— Понимаю. — Когда та выйдет замуж. Свадебный подарок Эдвине или Джулии. Не трудно догадаться, что предполагаемым женихом был Маркус Беллингем.

— Нет, не понимаете, потому что снова ищете скрытый смысл. Я просто изложил факты.

Когда они подъехали к дому, к ним навстречу выбежала темноволосая девочка и бросилась на шею Маркусу, как только он вылез из двуколки.

— Маркус! — возбужденно закричала она. — Как я рада тебя видеть! Папа сказал, что ты придешь сегодня вечером к нам на обед со своей невестой, а сейчас мы тебя не ждали. Только не говори, что ты передумал и не придешь вечером. Я специально для тебя разучила новую песню…

Маркус со смехом вырвался из объятий Джулии. Эми подумала, как, должно быть, здорово быть столь юной, жизнерадостной и непосредственной. В таком возрасте можно не заботиться о соблюдении светских приличий. Рядом с девочкой Эми вдруг почувствовала себя очень старой…

А Джулия между тем уже улыбалась гостье, очевидно сгорая от нетерпения с нею познакомиться. Маркус представил их друг другу.

— Мне так хотелось с вами познакомиться, мисс Финч. Вам будут завидовать все дамы Кэлланби, вы это знаете? Ведь многие добивались расположения Маркуса. История вашей любви так романтична!

— Стало быть, я должна быть счастлива вдвойне, — рассмеялась Эми, взяв Маркуса под руку. — И пожалуйста, зови меня Эми.

Итак, первое препятствие успешно преодолено. Джулия повисла на другой руке Маркуса, и так втроем они вступили в дом. Встреча с Джулией была как глоток свежего воздуха. А вторая сестра, если и имела виды на Маркуса, этого не показала. Более сдержанная, чем Джулия, Эдвина была образцом светского такта. Без всякой суеты, с достоинством она выразила Маркусу обычные в таких случаях соболезнования. Сэра Эдмунда не оказалось дома.

— Он повез Элен в Уиклоу за принадлежностями для живописи, которые она заказывала, — сообщила Джулия. — Их могли бы и доставить, но Элен никогда не упускает случая съездить в Уиклоу, а папе все равно нужно было встретиться с адвокатом.

Эми показалось странным, что богатый хозяин сопровождает гувернантку, но ей-то какое дело? Только выходило, что ей не придется познакомиться с сэром Эдмундом до вечера. Но она увидела его портрет, висевший над камином.

— Он давно написан? — тактично поинтересовалась Эми.

— Примерно два года назад, мисс Финч, — ответила Эдвина. — Не правда ли, у моего отца интересная внешность?

— Да, — вежливо согласилась Эми, хотя довольно мясистое лицо и глаза под тяжелыми веками не очень впечатляли.

Он выглядел слишком вялым, и в нем не было утонченности Маркуса.

— Почему вы не сказали мне, что сэр Эдмунд еще сравнительно молодой человек? — возмутилась Эми, когда они возвращались домой. — Я представляла его себе совершенно другим. Вас, несомненно, позабавило то, что у меня сложилось о нем неверное впечатление.

— Не скрою. Но ведь у вас обо всех складывается неверное впечатление, я прав?

Это было дерзкое замечание, и Эми обошла его молчанием, хотя в душе ей пришлось признаться, что ее представления о Маркусе менялись столько раз, что она уже не понимала, какие из них были верными.


Эми тщательно продумывала свой вечерний наряд. На обеде у Чэпменов будут еще три дамы, несомненно элегантно одетые.

Наряжаясь, Эми почему-то вспомнила об Элен Дюбуа. Может быть, между француженкой и сэром Эдмундом существуют более близкие отношения, а не просто деловые? Это ее, впрочем, не касается, ведь, если гувернантка влюблена в сэра Эдмунда, ей все равно, с кем обручен Маркус.

Девушка позволила себе немного помечтать, но быстро опомнилась. Как только Маркус получит наследство, их браку конец. Он обретет свободу и сможет жениться на ком захочет, по своему выбору. А где в это время будет Эми Финч Беллингем, известно одному Богу.


Шурша темно-красным шелковым платьем, Эми спустилась в гостиную. Маркус был, как всегда, элегантен, и Эми не могла не отметить, что из них получилась эффектная пара.

Положив ей руки на плечи, Маркус поцеловал ее в щеку.

— Не надо так волноваться.

— А что, заметно?

— Кроме меня, никто не заметит. Со стороны вы выглядите абсолютно спокойной. Если вы готовы, пора ехать.

Может, это ей только показалось, но и Маркус тоже нервничал. Все же он не такой бесчувственный, как она думала, и у него есть совесть. Ему предстоит изображать перед своими друзьями преданного жениха, а значит, участвовать вместе с нею в обмане.

Атмосфера в доме Чэпменов была более чем непринужденная, особенно благодаря Джулии, и Эми уже не удивило, что Элен будет обедать вместе с гостями. Видимо, ее предположения относительно француженки и хозяина дома были небезосновательными.

Что же касается самого сэра Эдмунда… С изяществом светского льва он поднес руку Эми к губам и поцеловал. Но он ей не понравился. Под внешним лоском угадывалась жесткость, если не жестокость натуры. Такому человеку нельзя доверять, мелькнуло у нее в голове.

— Значит, Маркусу наконец подрезали крылья, — сказал он не слишком вежливо. — И это сделала самая прелестная птичка, прилетевшая к нам из дальних краев, если не считать мадемуазель Дюбуа. Вас можно поздравить, Маркус.

Эми внутренне сжалась под пристальным взглядом сэра Эдмунда и попыталась отвернуть руку от его мясистых губ, как только это позволили приличия.

— Ты заставляешь Эми краснеть, папа, — пискнула Джулия. — Не дразнись, ты же ее совсем не знаешь.

Пусть его забирает себе Элен, подумала Эми. А француженка не обращала никакого внимания на любезности, расточаемые хозяином гостье, видимо уверенная в прочности своего положения.

В остальном вечер прошел довольно приятно. Джулия спела выученную специально для Маркуса песенку о неразделенной любви. Все слушали с большим вниманием, а когда девочка закончила петь, сэр Эдмунд рассмеялся.

— Видите, что вы сделали с моей дочерью, мисс Финч. Вы взяли в плен самого завидного жениха в городе и тем разбили ей сердце.

— Мне жаль, — ответила Эми, не зная, как реагировать на такой откровенный выпад.

Маркус поспешил ей на помощь: он отошел от фортепьяно, где стоял по желанию Джулии, и сел рядом с невестой на диван, обняв ее одной рукой за плечи.

— Непостоянное сердечко Джулии еще не раз обольется слезами, пока она вырастет, — сказал он. — А мое сердце еще никогда не билось столь радостно.

Маркус дотронулся указательным пальцем до щеки Эми, и у нее перехватило дыхание. Если бы только его полный любви взгляд предназначался не для публики!

Вечер оказался не таким уж страшным, как она ожидала, хотя от нее не ускользнули прозрачные намеки сэра Эдмунда на то, что срок аренды дома истекает и его надо бы продлить. Для непосвященных эти намеки остались незамеченными, но Эми удивилась тому, как ловко сэр Эдмунд подкалывал Маркуса при каждом удобном случае.

Перед уходом Маркус пригласил всех присутствующих отпраздновать через месяц его помолвку. Более ранний срок, объяснил он, невозможен из-за траура.

* * *


Дома Эми вздохнула с облегчением.

— Спасибо вам, — просто сказал Маркус, проводив ее до дверей спальни.

— За что? — недоуменно спросила она, взволнованная интимностью ситуации.

— За то, что вы вели себя именно так, как я хотел.

— Маркус…

Маркус обнял ее и коснулся губами ее щеки.

— Каким бы деловым ни было наше с вами соглашение, вы не можете заставить меня не замечать, какая вы прелесть, Эми. Мне нравится ваш искрящийся юмор, ваши очаровательные вспышки гнева и то, как вы краснеете. Мне кажется, что мы очень хорошо дополняем друг друга.

Эми слушала не шевелясь этот низкий чарующий голос. Время как будто остановилось. Как бы ей хотелось, чтобы все, что он говорил, оказалось правдой! Чтобы он соблазнял ее своим голосом, своими руками и поцелуями…

Когда он ее поцеловал, Эми подавила стон, готовый вырваться из груди. А в следующее мгновение она уже прильнула к нему, не в силах противиться своим чувствам. Это тот, кого она любит, ее суженый…

Нет, мелькнула отрезвляющая мысль, не суженый. Брак будет фиктивным, ей останется неизвестной физическая сторона любви…

Не подобает леди думать о таких вещах, это неприлично. Ну и пусть!

Почему бы не продолжить притворство, так удавшееся им в этот вечер? Сейчас Маркус обнимает ее, крепко прижав к груди. Эми не могла не почувствовать, как напряглось его тело, но это ее не испугало. Наоборот, ей страстно захотелось узнать все секреты любви.

— Лучше я отпущу вас, прежде чем поддамся искушению сделать нечто, о чем мы завтра оба будем жалеть, — немного сдавленным голосом сказал Маркус. — Доброй ночи, моя прелестная Эми, хороших вам снов.

Маркус открыл дверь и легонько подтолкнул девушку. Неужели он так увлечен ею, что боится потерять над собой контроль? Может, это любовь? Или какое-то низменное желание, не имеющее ничего общего с любовью, просто похоть, которую может удовлетворить любая женщина легкого поведения за несколько пенсов?

Уже очутившись в комнате, Эми обессиленно прислонилась к двери. Колени подгибались, нервы были напряжены. Ее осенила смутная догадка, что превращение юной девушки в женщину не обязательно происходит в первую брачную ночь. Ее страшила мысль, что женщина может испытывать такое же сильное физическое влечение, как мужчина. Оказывается, любовь и похоть не так уж далеки друг от друга.

Эми сорвала с себя платье. Это был неудачный выбор: ведь красный цвет символизирует страсть. Она надела его, чтобы быть посмелее, но это было ошибкой, хотя Маркус и был им восхищен. Однако в глазах сэра Эдмунда она прочла нечто другое. Его взгляд был похож на оценивающий и наглый взгляд мерзкого Ронана Келли.

— Больше ни минуты не стану о них думать, — пообещала она вслух в приступе гнева и разочарования.

Раздевшись, она достала самую строгую свою ночную рубашку, исключавшую малейший намек на плотские радости. Эми так устала, что уснула, едва ее голова коснулась подушки. Ночью ее донимали эротические кошмары. При свете дня она даже думать не позволила бы себе о том, что ей привиделось во сне. Но когда она неожиданно пробудилась среди ночи, сновидения пропали не сразу — ей хотелось их удержать.


Глава девятая | Только по любви | Глава одиннадцатая