home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



День 19

От Саагуна до Эль-Бурго-Ранеро

17 километров

«А, черт! Как болит горло!» – очнувшись, я поняла, что горло болело так же сильно, как и вчера. Я начала петь про себя песню Алиши Киз «Девушка в огне», потому что мое горло точно было в огне. Еще до начала паломничества я решила, что эта песня будет одной из тем моего путешествия, но не думала, что до такой степени.

«Воды!» – вздохнула я, потянувшись к свету в надежде, что Гамби сможет мне помочь. Я не могла даже простонать – так сильно болело горло. «Ну ладно, просто сжигаю остатки старой кармы», – прошептала я вслух каким-нибудь невидимым помощникам в комнате, пытаясь смотреть на вещи с оптимизмом.

По крайней мере, спала температура. Я проснулась вся в поту, но без головной боли, так что это был прогресс. Хотелось есть. Я приняла горячий душ, чтобы проснуться, согреться и облегчить боль в горле. Я быстро оделась, собрала сумку, запихнула Гамби в карман, надела рюкзак и кошелек через плечо и спустилась вниз. Настало время Пути!

Рядом со стойкой регистрации находилось маленькое кафе, где на прилавке уже были расставлены тарелки с тостами, маленькими стаканами с апельсиновым соком и крошечными пакетами йогурта на каждой. Я была расстроена своим скудным завтраком паломника, потому что была действительно голодна. Затем я вспомнила кафе, где сидела вчера с Клинтом, и решила вернуться и заказать там второй завтрак, после того как я освобожу номер в хостеле. Я проглотила вкусный кофе с молоком (хоть он не разочаровал) и заказала вторую чашку из-за его восхитительного вкуса. Теплый напиток ослабил боль в горле. Затем я приняла прописанный доктором пенициллин, получила штамп в паспорте паломника, оставила сумку на стойке регистрации и вышла. Я не была уверена, почему у меня было такое хорошее настроение, учитывая мое самочувствие, но подозревала, что это связано с вчерашним освобождением от очередного гигантского груза негативной кармы, что сделало меня гораздо счастливее.

Я посмотрела на часы и поняла, что уже девять часов утра, поэтому час пик для паломников ранним утром уже закончился. Так как сегодня мне предстояло пройти не так много и не было причин торопиться, я решила немного побродить по городу после завтрака.

«Пресвятая Богородица, помоги мне сегодня избежать болезни. Спасибо и аминь».


В отличие от воскресенья сегодня Саагун напоминал город-призрак, по крайней мере в такой ранний час. На площади я с сожалением обнаружила, что Девы Марии с ее плащом и париком уже нет, а большинство маленьких кафе закрыто, что оставляло ощущение грусти и заброшенности. Я поискала церковь, но не нашла ее, так что решила просто идти, словно следуя негласному правилу Пути, согласно которому ты не можешь идти назад, хотя я задавалась вопросом, не я ли сама придумала это правило.

Выход из города петлял через несколько маленьких улочек. Иногда в оставшейся части города я видела красный крест тамплиеров, нарисованный на углах разных зданий, но постепенно мои глаза опустились на землю и желтые стрелки, ведущие меня обратно к Пути. Следуя им, я снова начала напевать про себя «Мы в город Изумрудный идем дорогой трудной».

Паломничество по Камино де Сантьяго во многом напоминало поход к Изумрудному городу, так как в некотором смысле это было героическим путешествием к истинному и святому состоянию бытия. Каждый день предвещал очередные трудности и вознаграждение, и это было похоже на поиски сокровищ: обнаружить вознаграждение, не сбившись с пути из-за препятствия, – в точности то, что испытали Дороти и ее друзья.

Было холодно, но солнечно, пока я шла по ровной и лишенной растительности дороге, за исключением нескольких деревьев вдоль нее. Сама дорога была широкая и шла параллельно шоссе, но я не возражала, так как по ней было легко идти.

Я была рада тому, что, несмотря на два завтрака, положила энергетический батончик в рюкзак этим утром, потому что уже через два часа ходьбы я почувствовала голод. Пока я сидела и наслаждалась батончиком, я увидела довольно много незнакомых паломников, и мне стало интересно, откуда они пришли. Может быть, они приехали на поезде до Саагуна и начали идти отсюда. Два дня назад в хостеле я нечаянно услышала разговор красивой блондинки лет пятидесяти о том, как она приехала в Саагун и взяла такси до Кальсадильи, чтобы начать путь оттуда. Она приехала, чтобы завершить Путь с того места, где она и ее муж остановились тремя годами ранее.

Они планировали вернуться и закончить Путь в этом году, уже купили билеты и приготовили все необходимое, но затем ее муж внезапно скончался при нелепых обстоятельствах во время поездки на лыжах. Она была подавлена горем и надеялась, что завершение Пути самостоятельно поможет залечить ее раны.

Мне стало интересно, на что было бы похоже вот так внезапно потерять Патрика, и при этой мысли меня бросило в дрожь. Я знала, что наш брак расстроился, но я была бы убита горем при внезапной смерти Патрика. На самом деле, по рассказам, муж той женщины напоминал Патрика. Тот тоже был искателем приключений, любил кататься на велосипеде и лыжах и путешествовать – все, что любил делать Патрик.

Моя собеседница сказала, что вместе им было весело, несмотря на то что ему не нравилось работать учителем химии в старшей школе, и поэтому они отправлялись в эти путешествия, чтобы жизнь стала интереснее. Теперь после его смерти ей было очень одиноко и казалось, что жить дальше было незачем. Она не делилась всем этим со мной. Я просто сидела рядом. Она была абсолютно убеждена, что без ее молодости ни один мужчина больше не заинтересуется ею, так чего можно было ожидать?

Хотя я ей сочувствовала, ее разговор вызвал у меня раздражение. Мне кажется, многие женщины чувствуют определенную долю давления оставаться молодыми и красивыми, потому что наш мир помешан на молодости; но слышать, как женщина на самом деле считает свою жизнь законченной из-за возраста и принимает страх того, что она уже не может привлечь мужчину, выводило меня из себя. Я едва сдержалась, чтобы не сказать, что она прекрасна и совсем обезумела, если думает, что из-за старости она утратила всю ценность и теперь ее ожидают только отказы – как будто любовь мужчины вообще считается единственным смыслом существования. Я бы вмешалась, но тогда это показалось мне неправильным. Я знала, что она не будет слушать меня.

Так что я просто слушала и чувствовала, что ее дух сломлен. Конечно, я понимала, что она все еще была в трауре, вместе с которым появлялись различные страхи. Я понимала, потому что тоже сомневалась в личной жизни с кем-то, кроме Патрика. И хотя я пока что не могла это представить, я определенно не верила, что мой возраст может быть помехой и что это единственное, ради чего стоит жить.

С другой стороны, подумала я, может быть, мне надо было услышать ее рассказ, если я тайно разделяла некоторые ее страхи. В конце концов я, как и всякая женщина, стараюсь выглядеть красивой и да, молодой. По крайней мере, в остальной жизни помимо Пути. Хотя даже здесь я слежу за кожей и защищаю ее от солнца, чтобы избежать морщин. Так чем же я отличаюсь от нее? Неужели я тоже выпила из этой чаши бреда, которая предполагает, что моя ценность и привлекательность для мужчины зависят от того, насколько молодо я выгляжу?

Может, и так, потому что ее разговор заставил меня почувствовать себя неловко. Настолько, что сразу же отсела подальше от нее – так ее энергия влияла на меня.

Может, я услышала этот разговор, потому что Путь сейчас просит меня взглянуть в глаза своим страхам старения и необходимости мужского одобрения, подумала я. Может, уже стоит признать в себе старуху, перестать бежать от нее и принять стареющую себя. Может, с возрастом приходят мудрость и внутренняя красота, непревзойденная и могущественная. Может, мне стоит принять это.

Я начала размышлять о том, что я в принципе считаю красивым. Я знаю, как сильно я люблю и нуждаюсь в красоте и как много я стараюсь воссоздать ее в своей жизни. У меня красивый дом. Я создаю прекрасные чувства в своих учениках, когда я работаю с ними. Но чувствовала ли я себя красивой?

По большей части да, но все же с утратой и горем последних лет я не чувствовала себя такой красивой, как хотелось бы. Я также чувствовала, что злость делает меня менее красивой. Не то чтобы я не верила в пользу злости. Иногда приступ злости прекрасно разбивает на осколки то, что причиняет нам вред, и освобождает нас от этого влияния. Злость прекрасна, прямолинейна и блистательна.

Но я думала не о такой злости. Злость, не являющаяся прекрасной, статична и инертна. Застоявшаяся злоба. Злоба, которая обижается, обвиняет и действует как жертва. Это не прекрасно. Такая злоба уродлива и крадет красоту жизни. Я пережила подобную утрату красоты, когда чахла от этих застоявшихся чувств. По крайней мере, сейчас (слава богу) я освобождалась от застоявшейся злобы и возвращалась к красоте своего духа во время ежедневной ходьбы.

«Спасибо, Путь, – сказала я вслух в благодарности. – Спасибо тебе».

Также я подумала о доминирующей энергии и страхе той женщины. Ее страх был осязаем. Она жила в нем. Я молилась за нее, за то, чтобы она нашла дорогу к себе и ушла от этого темного чувства страха, поглотившего ее. Как ужасно чувствовать себя слишком беспомощной, чтобы превзойти его!

После мыслей о той женщине я подумала, нет ли у меня таких же страхов. Может, та женщина, так боявшаяся постареть и больше не чувствовать себя любимой, была храбрее меня, потому что, по крайней мере, была открыта и честна. Она говорила о своих страхах, в то время как я прятала свои в тени.

Мысли продолжали появляться. Может, суть Пути была в том, чтобы остановиться и посмотреть на все чувства и страхи, которые я прятала из-за того, что они лишали меня силы и красоты. Может, пришло время перестать осуждать даже эти темные стороны своей души и просто принять, что временами меня одолевают те же страхи, что и ту женщину. И может, пришло время вывести свои страхи на свет, как сделала та храбрая женщина, чтобы они тоже смогли двигаться дальше.

Была ли я готова освободиться от страха старения и обменять сияние молодости на внутренний свет мудрости? Честно, пока еще нет. Мне все еще хотелось чувствовать себя молодой. Я хотела быть молодой. Но что, если я отброшу эти привязанности? Что, если я полностью приму себя, стареющую женщину, и избавлюсь от страха стать старухой? Что будет тогда?

Могу ли я просто чувствовать себя комфортно в своем теле и любить нынешнюю себя? Всю себя и все свои страхи?

Хотелось ответить на эти вопросы «да» и верить этому каждой клеточкой своей души. Но я еще не пришла к этому полностью.

Я также знала, что все горе и печаль, которые я носила в своем сердце насчет неудачного брака и других несостоявшихся отношений, связаны с тем, что я пока не могу принять себя. Как бы ни было тяжело признавать, я знала, что это правда.

Когда я увидела, как другая женщина отвергает себя, мне стало грустно, это выглядело как огромная потеря для нее и для мира. Я не хотела терять ни одну частичку себя или отвергать какую-либо часть себя. Я хотела обнять, чуствовать, полностью любить и разделять все части меня.

«Неудивительно, что мое горло сегодня горит», – подумала я. Мои собственные слова и, что важнее, мои собственные мысли и убеждения не любили и не уважали меня. Дело не в том, что Патрик не любил меня. Это я не любила себя, а потом винила его.

Мое больное горло очищало все, что держало меня в западне, все, что заставляло меня чувствовать, что я неполноценна и всегда буду такой. Пора было освободить себя от всего, что заставляет меня отвергать себя, и вместо этого полностью полюбить мое прекрасное «Я». Я помолилась, чтобы прийти к этому. Это мое Сантьяго. Вот куда я стремлюсь.

В это время я вспомнила благословение коренных американцев, которое гласило: «Пусть твой путь будет полон красоты».

Я решила следовать этому. Я буду идти в красоте сегодняшней меня весь день. И я пошла, напевая про себя: «Эта девушка в огне!»


День 18 От Кальсадильи-де-ла-Куэста до Саагуна 22 километра | Неудержимая. 1000 км пешком по легендарному пути Камино де Сантьяго | День 20 От Эль-Бурго-Ранеро до Мансильи-де-лас-Мулас 19 километров