home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

– Они у меня хорошие, – ободряющим тоном повествовала Мартиша, резво шагая по тротуару одной из улиц Себейтира. – Уверена, ты найдешь с ними общий язык.

Я же лишь кивнула, очень надеясь, чтобы слова Марти оказались правдой. Почему-то мне было не по себе от предстоящего знакомства с ее родственниками, хотя сама я очевидных причин для волнения не видела. Тем более она написала матери записку, что придет не с женихом, а с подругой.

– Мама у меня очень добрая женщина. И папа тоже хороший, – продолжала рассказывать девушка. – Самый строгий в нашей семье – дедушка, но ему по долгу службы это положено. Он у меня всю свою жизнь работает в Департаменте Безопасности.

– А я вчера, кстати, познакомилась с его главой, – заметила, вспоминая светловолосого Литсери.

– Серьезно?! – удивленно выпалила подруга. – Дед говорил, что он очень своеобразный мужчина.

– Не могу с этим не согласиться.

Мы остановились у небольшой кондитерской. Марти попросила подождать ее на улице, а сама забежала внутрь, чтобы забрать заказ. Я же отошла чуть в сторону и, обернувшись назад, с улыбкой посмотрела на виднеющиеся вдалеке шпили башен Астор-Холт. Наверное, это странно, но за столь короткий промежуток времени я уже успела полюбить эту академию. Несмотря на некоторые неприятные моменты, мне было там хорошо и уютно. И пусть учебные нагрузки оказались больше, чем там, где мне довелось учиться раньше, но я легко с ними справлялась. А с практикой мне очень помогал Дим.

Да… надо признать, что, несмотря на его своеобразные методы обучения, результат от наших занятий определенно был. Теперь мне удавалось лучше чувствовать все свои стихии, уверенней использовать их для создания плетений. А еще появилось ощущение, что после каждого нашего практического занятия моя сила становится больше.

Что же касается наших с ним отношений… Хм. Я не стала рассказывать Мартише ни о вчерашних поцелуях, ни о том, насколько близко мы теперь общаемся с Его Высочеством. Но от нее вообще было сложно что-то скрыть. Все же Марти слишком хорошо умела подмечать незначительные на первый взгляд детали и складывать их в общую картину. Так получилось и в этот раз.

Перед отправлением в город, по правилам, мне было необходимо предупредить своего наставника и получить от него официальное разрешение покинуть академию. К кабинету Дима мы с Марти отправились вместе, но внутрь она заходить не стала. Хотя оно и неудивительно.

Димарий явно был занят составлением какой-то таблицы, но меня все равно встретил мягкой улыбкой. Спокойно выслушал мое желание посетить с Мартишей ее родных и дал свое позволение на пересечение магической границы Астор-Холт. Но не успела я обрадоваться такой его благосклонности, как Дим вдруг хитро улыбнулся и пальцем поманил меня к себе.

– Подойди, пожалуйста, Амиша, – попросил он, глядя на меня с каким-то явным предвкушением.

Я сделала несколько шагов вперед и остановилась у противоположного края его стола. Да только его подобный расклад явно не устраивал.

– Ближе, – попросил Димарий. – Я ведь хороший наставник. Добрый, милый, покладистый. Отпускаю тебя в город. А ты меня даже не поблагодарила.

– Спасибо, – тут же сказала я.

– Нет, Ами. Так не пойдет, – бросил он и красноречиво указал пальцем на свою щеку.

В общем, намек был более чем понятен, да и я не была против. На мгновение изобразив смущение, решительно обогнула стол, наклонилась к принцу и… оказалась перехвачена его сильными руками и нагло усажена к нему на колени.

– Вот так-то лучше, – улыбнулся он, погладив меня по щеке. А потом поцеловал… в губы. Причем совсем не целомудренно.

Я же поначалу просто растерялась. Но прошло всего каких-то несколько мгновений, и меня в полной мере захлестнули уже знакомые безумные эмоции. На его поцелуи я отвечала с таким энтузиазмом, будто только о них и мечтала большую часть своей жизни. А когда мои руки оплелись вокруг его шеи, когда пальцы зарылись в мягкие волосы, я едва не задохнулась от удовольствия.

Боги, как же мне было с ним хорошо! И сейчас меня ни капли не волновало, что он – мой наставник, что фактически мы целуемся в самом сердце академии Астор-Холт, что дверь не заперта и в любой момент сюда могут войти. Все это казалось неважным, глупым, второстепенным. А на первом месте для меня был Димарий.

От этих поцелуев сознание все сильнее уплывало в неизвестные дали. Кожа горела, требуя все больше ласк. Руки мечтали прикоснуться к теплому мужскому телу, а не к ткани рубашки. И, наверное, я бы окончательно растворилась в этих желаниях, если бы Дим не нашел в себе силы остановиться.

Он прервал поцелуй и уткнулся лицом в мою шею. Говорить ничего не стал, но по его тяжелому, неровному дыханию, по бешеному стуку сердца и так было понятно, что для Димария все происходящее между нами – настоящее испытание. К слову, я чувствовала себя ни капельки не лучше. Тело слегка трясло, кровь по венам мчалась с огромной скоростью, а внизу живота появилось тягучее томление. А еще очень хотелось снова поцеловать Дима, причем не только в губы.

– Ами, мы так точно с тобой доиграемся, – проговорил он спустя несколько минут молчания. Потом чуть отстранился, поймал мой взгляд и добавил очень серьезным тоном: – Ты ведь понимаешь, чем это закончится? Рано или поздно. Ты, Ами, хочешь меня. А я… просто не знаю, насколько еще хватит моей выдержки.

Его слова странным образом умудрились меня не смутить. Более того – отразились в теле новой волной жара. О, да, Светлые Боги, он был как никогда прав. Но… что мне теперь со всем этим делать?

– Амиша. Подумай, доверяешь ли ты мне? Позволишь ли… нам обоим получить то, чего мы так остро желаем? – проговорил Димарий, не отрывая взгляда от моих глаз. – Поверь, в этом нет ничего плохого. А учитывая то притяжение, что ощущается между нами, рано или поздно мы все равно окажемся в одной постели. Так… есть ли смысл мучить друг друга?

– Это неправильно, – возразила я, при этом продолжая пропускать сквозь пальцы его волосы, некоторые пряди которых уже доставали до плеч. – Если то, что произошло между мной и Эмильером, еще можно сохранить в тайне, то связь с тобой рано или поздно все равно станет достоянием гласности. Это… уничтожит мою репутацию.

Дим же лишь вздохнул и ослабил объятия. Едва его руки перестали меня удерживать, я тут же поспешила подняться и отойти от такого притягательного мужчины на безопасное расстояние. Спешно поправила костюм, заправила за пояс брюк непонятно как вылезшую оттуда рубашку, застегнула пуговицы, поправила камзол…

– Ами, я могу сделать так, чтобы никто ничего об этом не узнал, – заверил Дим, наблюдая за моими действиями. – Но для меня важно, чтобы это решение ты приняла сама. И если вдруг оно окажется в мою пользу… ты знаешь, где моя комната.

После чего протянул мне подписанный листок с разрешением выйти за пределы академии и снова вернулся к своим таблицам. Мне же не оставалось ничего иного, как покинуть его кабинет.

Вот только стоило выйти, стоило встретиться взглядами с ожидающей меня Мартишей, и все стало еще хуже. Ведь она прекрасно поняла, что именно произошло в кабинете профессора. Причем ни капельки не сомневалась в своей правоте.

К счастью, сразу она говорить ничего не стала, до самой булочной рассказывала о своих родственниках, тот же разговор продолжился и в пассажирском картеле, на котором мы добирались до нужной улицы, расположенной на другом конце столицы. И только когда мы покинули транспорт и двинулись по пустому тротуару вдоль небольшого парка, Марти решила вспомнить о Димарии.

– Итак, – протянула она, хитро ухмыльнувшись. – Ты целовалась с Аркелиром.

Конечно, я хотела возразить, но Мартиша не дала мне сказать ни слова.

– Не отрицай. После посещения его кабинета ты вышла с покрасневшими губами, чуть растрепанной прической и… видела бы свой взгляд. Ух… Если бы я не знала, что ты провела там не больше десяти минут, то подумала бы, что вы там поцелуями не ограничивались.

На самом деле мне было неприятно об этом говорить. Я считала наши отношения с Димом слишком личным вопросом и не собиралась ничего никому о них рассказывать. Но сейчас Мартиша казалась мне именно тем человеком, который мог помочь разобраться во всем происходящем.

– Что делать-то? – спросила, не подтверждая, но и не опровергая ее догадки.

– С Аркелиром? – уточнила Марти. – Ну… не знаю. Мне ведь неизвестно, как вы друг к другу относитесь. Но думаю, после того, что было между тобой и Эмильером, тебе бы не помешали положительные эмоции в постели с мужчиной.

– Марти! – осадила ее я. – Как ты можешь так легко об этом говорить?

– А что в этом такого? Амитерия, я же не леди, и без всех этих предрассудков мне живется намного комфортнее. Да, я спала с Райеном. Более того, мы с ним раньше все выходные проводили в его квартире. И мне не стыдно за это. Да и чего постыдного может быть в отношениях между мужчиной и женщиной? Тем более если они испытывают друг к другу определенные чувства.

– Между нами нет чувств, – отозвалась я, тяжело вздохнув.

– Уверена? – с усмешкой уточнила Марти. – А мне кажется, что все совсем наоборот. Тебе нравится наш принц, да и он испытывает к тебе сильную симпатию. И для начала этого уже больше чем достаточно. Кто знает, вдруг вам будет настолько хорошо вместе, что он решит на тебе жениться? Император ведь давно требует, чтобы он выбрал супругу. А в конце лета его вообще едва не женили.

– Знаю, – бросила я. – И мне даже известно, почему свадьбу отменили.

– Да, я слышала его восклицание вчера утром, когда в тебе тьма открылась, – хмыкнула Марти. – Полагаю, что ты имеешь к этому отношение.

– Косвенное.

Слова Марти про тьму снова напомнили о том, что теперь мне следует быть очень осторожной, причем как с самой силой, так и с людьми. И пусть Эрки с Димарием придумали прекрасное объяснение тому, почему моя шевелюра изменила свой цвет на белоснежный, но мне все равно очень не хотелось встречаться с императорскими дознавателями. Именно поэтому, едва мы вышли за ворота Астор-Холт и общее ограничение магии перестало действовать, я сразу набросила на саму себя легкую иллюзию. Теперь для всех окружающих мои волосы стали казаться просто светло-русыми. Думаю, без подобных мер прохожие на улицах давно бы начали показывать на меня пальцем. А так… просто не обращали внимания.

Мы как раз прошли мимо высокого кованого забора, густо обвитого плющом, и остановились у красивой калитки, исполненной в виде переплетений металлических роз.

– Ну что ж, Ами, добро пожаловать в мой дом, – улыбнулась моя подруга и хозяйским жестом пригласила меня войти.

Дальше мы миновали выложенную диким камнем дорожку, прошли через густой сад, отдаленно похожий на тот, что я видела во снах, и оказались перед трехэтажным особняком, выполненным из желтого камня.

– Недурно, – заметила я, улыбнувшись.

Мне было известно, что отец Мартиши – далеко не бедный человек, хоть и не аристократ. Он владел сетью пекарен под названием «Мэнриш», а также рядом булочных и несколькими кофейнями. Вероятно, все это приносило ему неплохой доход, а если судить по дому – очень даже хороший.

Снаружи дом оказался довольно интересным, у него имелось несколько больших балконов и даже две круглые башенки, что делало его похожим на маленький замок. Но внутри он показался мне очень милым. В обстановке его комнат не было кричащей роскоши, зато чувствовался стиль и уют.

– Мартиша, – послышался из коридора мягкий женский голос. – Доченька, ты даже раньше, чем обещала.

Когда же перед нами возникла стройная светловолосая женщина, выглядящая ненамного старше нас с Марти, я просто растерялась. И дело было даже не в смущении или стеснении. Нет… просто мне вдруг показалось, что я хорошо ее знаю… но очень давно не видела. И даже имя в памяти всплыло. Почему-то я не сомневалась, что ее зовут Мариэлла.

– Мама, познакомься, это Амитерия Мадели, моя подруга, – представила меня Марти. Затем повернулась ко мне и добавила: – Ами, это моя мама, Мариэлла Крилт.

Не знаю, как мне удалось сохранить спокойное выражение на лице… Как получилось удержать все рвущиеся на свободу эмоции. Я даже смогла найти в себе силы улыбнуться новой знакомой. И благо, она не заметила, насколько меня поразила наша встреча. Не почувствовала, что внутри меня трясет от нервного напряжения и самого настоящего шока.

Боги… я не просто знала эту леди, а могла с ходу сказать дату ее рождения. Мне откуда-то было известно, что в детстве она часто болела и поэтому мать привозила ее к морю… в старое родовое имение.

В «Эльсерну».

– Пойдемте, девочки, – улыбнулась хозяйка дома. – Все уже собрались. Мы ждали только вас и моего брата.

– Он в городе? – с искренней радостью воскликнула Марти. – Это ведь прекрасно! Ами, тебе очень понравится мой дядя. Клянусь, он по части обаяния даже лучше твоего наставника.

Она схватила меня за руку и потащила в глубь дома. Я же шла за ней, всеми силами стараясь успокоиться. Уговаривала себя быть сильной, убеждала, что все это просто совпадения и происки моей разыгравшейся фантазии. Но стоило нам войти в гостиную, и мое самообладание лопнуло, как мыльный пузырь.

– Бабушка, дедушка, добрый день. Познакомьтесь, это моя подруга, Амитерия Мадели, – снова представила меня Марти.

Я же просто боялась поднять взгляд. Ведь уже знала… чувствовала, кого именно увижу.

– Ами, это Роберт и Ангелия Сарсет, – продолжила представлять мне своих родственников небывало воодушевленная Мартиша.

– Нам очень приятно познакомиться с вами, леди Амитерия, – учтиво ответила женщина… таким знакомым голосом, и мне все же пришлось посмотреть на нее.

В тот момент, когда наши взгляды встретились, мое сердце пропустило удар, а в сознании будто что-то щелкнуло, разорвалось… выпуская наружу то, что никогда не должно было вернуться к жизни. То… что принадлежало другой.

Воспоминания.

– И мне приятно, господин Роберт, леди Ангелия, – проговорила, отчаянно стараясь отрешиться от всех мыслей.

Не думать. Не чувствовать.

Но, Боги… сдерживаться было уже невозможно. Я смотрела на эту женщину, пусть и поседевшую, постаревшую, но с такими же яркими зелеными глазами… и едва могла сдерживать рвущийся наружу крик. Я знала ее… слишком хорошо, при том что видела впервые.

– Боюсь, это обращение ко мне неприменимо, – отозвалась та, но посмотрела на меня с явной благодарностью.

– Вы были рождены леди и всегда ею останетесь, – не смогла промолчать я. Хотела… но рот сам проговорил эти слова. – Женщины из рода Артарри всегда остаются леди. Несмотря на изменение их социального положения.

По тому, как округлились ее глаза, я поняла, что умудрилась сказать лишнее. Более того, теперь леди Ангелия смотрела на меня с сомнением… и явным недоверием.

– Ами, я ведь не говорила тебе, что… – начала Мартиша, не понимая, откуда мне может быть это известно. И, возможно, я бы нашла, что ответить… если бы не новая порция проснувшихся воспоминаний.

Боги… я даже вспомнила Марти младенцем. Малюткой, которая появилась на свет здесь, в Себейтире. В этом самом доме. На втором этаже. Даже имя повитухи, принимающей роды, помнила… И то, как нервничал Сержарио – ее отец. Как мы с ним… пили коньяк, чтобы успокоить нервы.

Все. На этом мое самообладание погибло смертью храбрых, уничтожив остатки здравого смысла. Сдавленно извинившись, я развернулась и стремительно направилась к выходу. Причем не шла – бежала. Летела, мечтая как можно скорее оказаться подальше от этого особняка и этих людей, из-за которых чувствовала себя сумасшедшей. Ненормальной.

Выскочив из дома, бегом рванула по дорожке к той самой калитке, через которую мы с Марти вошли не далее как пять минут назад. Но внезапно металлическая створка распахнулась, явив моим глазам Анидара Артарри собственной персоной.

– Ами?! – удивленно воскликнул он, явно не ожидая встретить меня здесь… да еще в таком взвинченном состоянии. Но, быстро определив, что я явно не в себе, осторожно поймал мои запястья и, глядя в глаза, спросил: – Что случилось?

– Катастрофа, – прошептала, тяжело хватая ртом воздух.

Меня трясло. В мыслях была каша из обрывков чужих воспоминаний. Отчаянно хотелось заплакать, но почему-то не получалось. Нет, слезинки на глаза все же навернулись… но на этом все закончилось. Будто самому организму было жалко тратить драгоценную влагу на столь бессмысленное дело.

– Пойдем в дом, – предложил мужчина, обняв меня за плечи. Но я резко замотала головой и даже попыталась освободиться, но меня не отпустили.

– Нет, прошу вас… только не туда. Иначе я просто сойду с ума, – выпалила, стараясь унять дрожь в руках.

И как ни странно, он не стал спорить. Просто бросил в сторону здания странный взгляд, вздохнул и вышел вместе со мной за калитку. Мне же было все равно, куда мы идем. Не казался важным даже тот факт, что сейчас рядом со мной находится человек, который когда-то от меня отказался. Откупился…

И словно в ответ на эту мысль память, живущая своей жизнью, выдала совсем уж противоречивые сцены. В них юный Анидар ругался с матерью из-за девушки, которую отдали замуж, пока он был в академии. Причем скандал был такой, что трещали стены «Эльсерны». Тогда я… точнее, Андамирра выступала миротворцем, старалась примирить вспылившего брата с леди Ангелией. Увы… они так и не помирились. По крайней мере, этих воспоминаний у меня не нашлось.

В реальность я вернулась, когда меня усадили на довольно удобную лавочку. Подняв лицо, осмотрелась по сторонам и удовлетворенно вздохнула – вокруг не было ни души. Судя по всему, эта часть парка, заросшая высокими кустами, вообще популярностью у горожан не пользовалась.

– Спасибо, – проговорила, поворачиваясь к присевшему рядом мужчине. – Это именно то, что нужно.

– Не за что, Ами, – ответил он, глядя на меня с нескрываемым волнением. – Что случилось? Почему ты так спешно покидала дом моей сестры?

– А вам неинтересно, как я туда попала? – бросила я немного резко, рассматривая его строгое лицо с правильными, аристократическими чертами. Все же надо признать, что лорд Артарри был очень даже красивым мужчиной.

– Сейчас это не столь важно, – покачал он головой. – Так что тебя расстроило?

– Знаете, это странно и… страшно… и если скажу правду, вы мне просто не поверите.

– Может… попробуешь?

Он не давил, не уговаривал, просто сидел рядом, держал меня за руку и смотрел в глаза. Дим, кажется, упоминал, что Анидар великолепный дипломат? Да, не могу с этим не согласиться.

– Помните, что было со мной, когда вы сказали, что леди Андамирра умерла в ночь моего рождения? – спросила, бесцельно рассматривая растущие рядом кустарники.

– Конечно, Ами, – отозвался он. – Ты тогда очень испугалась.

– Потому что я видела, как это было. Более того, я… почему-то помню многое из того, что помнила она.

Он ничего не ответил. Никак не отреагировал. Не заявил, что это бред и происки моей фантазии. Наверное, поэтому я и решила продолжить.

– А сегодня, когда Мартиша познакомила меня со своей матерью и бабушкой, случилось странное. Будто все те воспоминания леди Андамирры, что по каким-то причинам раньше были закрыты, теперь получили свободу и накрыли мое сознание сплошным потоком.

– Что ты помнишь? – осторожно уточнил Анидар.

Я же лишь хмыкнула и, оторвавшись от созерцания соседнего куста, посмотрела ему в глаза.

– К примеру, вспомнила то, что вы не знали о том, что мою мать отдают замуж. Более того, были категорически против этого. Хотели забрать меня после рождения. Но вас отговорила Андамирра. Вы были молоды. Вам прочили головокружительную карьеру при дворе. К тому же ребенку нужна была мать, которая уже была замужем. За другим.

Я замолчала. Но и Анидар не спешил ничего говорить. Просто смотрел на меня, разглядывал, будто видел впервые, и в этот момент почему-то показался мне невероятно близким. Будто… между нами на самом деле существовала огромная родственная связь.

– Ами… не могу сказать, что я любил твою маму, – проговорил он, чуть крепче сжимая мою ладонь. – Ламира была милой, симпатичной и смотрела на меня с обожанием. У меня же к ней чувств не было. Но… я всегда любил тебя. Ты – моя дочь. Единственная.

– И вас не пугает, что я почему-то обладаю воспоминаниями вашей сестры? – спросила я, поднимая на него удивленный взгляд.

– Нет, – отозвался Анидар. – У всего есть объяснение. И я уверен, что и этот феномен имеет свои причины. Мы разберемся. Не переживай.

– Но… что, если я и есть она? – Этот вопрос дался мне особенно тяжело. На самом деле даже теперь мне было слишком сложно поверить, что это может оказаться правдой.

Лорд Артарри снова нежно мне улыбнулся, и от этой улыбки на душе сразу стало намного светлее. Странно, но сейчас рядом с ним я почему-то начала чувствовать себя совсем маленькой девочкой, за чьей спиной всегда есть тот, кто поможет, выручит, поддержит. Кто всегда постарается понять. Увы, во времена моего недавнего детства я ничего подобного не ощущала. Нет, если бы я обратилась, уверена, и лорд Кай, и леди Эриол обязательно помогли бы, да только… я этого не делала. Несмотря на то что они относились ко мне очень хорошо, мне было сложно просить у них что-то… пусть даже простой совет.

– Ами, ты – это ты, – проговорил Анидар. – Ты – личность, которая родилась, росла, взрослела. Получала жизненный опыт, набивала свои шишки, делала выводы из ошибок. Ты шла и идешь по своему пути. А Андамирра погибла. Пала жертвой неизвестного ритуала. Не знаю как, но ты, похоже, получила ее силу, причем вместе с воспоминаниями. Но даже если душа моей сестры обосновалась в твоем теле, это все равно ничего не меняет.

Я кивнула, очень желая верить этим словам. После его объяснения стало намного легче и… не так страшно. А еще с Анидаром оказалось легко говорить. Словно мы были знакомы очень давно и всегда являлись добрыми друзьями.

– Знаешь, когда-то Андамирра очень долго втолковывала мне, что для тебя будет лучше, если ты никогда не узнаешь о моем существовании, – проговорил он, отворачиваясь в сторону пустой аллеи. – В итоге ей даже удалось убедить меня в этом. Тогда… смирившись с потерей еще не рожденного ребенка, я уехал обратно в академию. Позже, через пару лет, уже будучи выпускником, снова вернулся в Лемарис… и не смог пройти мимо вашего дома. Ламира впустила меня, даже позволила поиграть с тобой. Но ты, конечно, этого не помнишь.

В этом он был прав – я ничего подобного не помнила, но почему-то чувствовала, что лжи в его словах нет. Да и какой смысл ему был меня обманывать? Зачем выдумывать что-то?

– Конечно, как оно обычно и бывает, в тот день не вовремя из мастерской вернулся Гамил, – продолжил свой рассказ сидящий рядом мужчина. – Мы тогда едва не подрались. Он заявил, что не желает видеть меня в своем доме… я же пытался доказывать свои права и грозился забрать тебя. Ламира разрыдалась, на коленях умоляла этого не делать. Тогда-то я и понял, что мать для ребенка важнее отца. Тем более такого неопытного. Мы с Вейлсом пришли к соглашению, что я буду наблюдать за тобой издалека, но не стану приближаться или пытаться заговорить. Он же взамен пообещал любить тебя как собственную дочь. И… насколько мне известно, исполнил свое обещание.

– Да, – подтвердила, постаравшись улыбнуться. – У меня были очень хорошие родители. И, наверное, если бы не тот поспешный отъезд, я бы до сих пор жила с ними в Лемарисе. Или училась в Эрлинской академии магии.

– Тот ваш отъезд стал для меня неожиданностью, – покачал головой Анидар. – Приехав в город, я привычно направился к дому Вейлса, но никого не обнаружил. А когда спросил у соседей, оказалось, что вы уехали, продав все имущество за бесценок. Меня насторожил столь поспешный отъезд, и я бы докопался до истины… если бы не известие о том, что ваш корабль потерпел крушение.

Внезапно поднявшийся порыв прохладного ветра поднял с земли пожелтевшие листья и закружил их причудливым вихрем. Я же повернулась к своему собеседнику, и в этот момент умудрилась разглядеть в его спокойном взгляде отголоски былой боли. Он ведь действительно очень тяжело переживал потерю дочери. И мое неожиданное появление (или даже воскрешение) стало для него настоящим даром небес.

– Ами, давай вернемся в дом Мариэллы, – предложил он, видя, с каким интересом я его рассматриваю. – Подозреваю, что наших с тобой родственников несколько озадачил твой побег. Ты ведь пришла с Мартишей, я правильно понимаю?

– Да, – кивнула я в ответ. – Мы с ней живем в одной комнате в Астор-Холт.

– А еще она твоя двоюродная сестра, – добавил он, сообщив то, что я и сама уже сообразила. Видимо, кровь рода Артарри действительно очень сильна, ведь с самой первой нашей встречи я чувствовала в Марти нечто родное. Наверное, потому новость о нашем родстве не стала для меня шокирующей.

– Мне бы хотелось отправиться в академию, – сказала я, отводя взгляд в сторону. На самом деле я была просто не готова к встрече с родней. Может, позже все изменится, но сейчас мне почему-то стало страшно снова оказаться с ними в одной комнате.

– Хорошо, – не стал спорить Анидар. – Я провожу тебя, а потом вернусь и все объясню матери и Мариэлле.


Едва мы вышли из парка и добрались до ближайшего перекрестка, я заметила направляющийся к нам картел без водителя. Он был черным, блестящим, рассчитанным минимум на четверых. На его боку красовалась эмблема с изображением крылатого единорога, что являлось отличительным знаком «Первого Императорского Завода», на котором выпускались картелы марки «Арк». Они считались лучшими не только в Сайлирии, но и во всем нашем мире и стоили столько, что позволить себе подобное приобретение могли только очень состоятельные люди.

А еще лишь у таких картелов имелась функция поиска. Они сами прилетали на зов хозяина, и для этого тому стоило лишь отдать мысленный приказ.

Наверное, мое изумление все же слишком ярко отразилось на лице, потому что Анидар вдруг улыбнулся и весело подметил, что я все же очень мало знаю об Артарри. И с этим нельзя было поспорить. Да, я многое вспомнила, но все эти воспоминания были обрывочны и касались только родственников.

Так, теперь я знала, что в тридцать пять лет леди Ангелия, то есть моя бабушка, стала вдовой и приняла решение отказаться от титула герцогини и обязанностей главы рода. Она покинула «Эльсерну» и вышла замуж за Роберта Сарсета – простолюдина, работающего в службе внешней разведки Сайлирии. Так она стала простой горожанкой, а потом родила дочь – Мариэллу.

Анидару тогда было всего три года. Он довольно долго прожил с матерью и отчимом, а вот его старшие сестры остались в Эльсерне, где их воспитывали престарелая бабушка, няньки и гувернантки. По правилам, титул главы рода должна была унаследовать Антагерра, но по непонятным причинам она была совсем слабым магом и потому сама отказалась от этого звания. Так герцогиней Артарри стала средняя из сестер – Андамирра.

Когда после совершеннолетия титул окончательно перешел к ней и она оказалась в имении полноправной хозяйкой, туда снова начала наведываться леди Ангелия вместе с сыном и младшей дочерью. Вот во время одного из таких посещений на тот момент уже двенадцатилетний Анидар заявил, что он остается жить в «Эльсерне». И это было вполне ожидаемо, все же он являлся лордом, пусть и юным, а в Сайлирии к нему относились как к простолюдину.

Таким образом получилось, что Нид взрослел под присмотром Андамирры. А когда, получив должность верховного мага, она перебралась в Мирол – столицу Эрлинии, он тоже отправился с ней и поступил в тамошнюю академию.

События же, предшествующие моему появлению на свет, произошли летом, когда Нид вместе со всей семьей гостил в «Эльсерне». Ему едва исполнилось двадцать. Он был молод, красив, свободен, богат и в целом очень доволен жизнью. Юная горничная приглянулась ему сразу – по крайней мере, Андамирра знала об их взаимной симпатии. Она пыталась повлиять на брата, просила его не терять голову, но тот не слушал. Он был слишком самовлюблен и самонадеян. Считал, что контролирует ситуацию. И если бы на месте моей матери оказалась любая из столичных студенток, то ничего бы не случилось. Те все поголовно пили отвары от нежелательных последствий близости с любовником или носили амулеты с теми же функциями. Но у юной Ламиры не было ни того ни другого. Более того, Анидар стал ее первым мужчиной, и она просто не имела знаний о том, как защититься от беременности. Сам Нид свой амулет опрометчиво оставил в академии. И вот в результате этой его забывчивости… получилась я.

А дальше все было просто и банально. У горничной Ламиры начались странные утренние недомогания, и экономка отправила ее к целительнице в город. Та определила беременность и посоветовала сразу сообщить обо всем герцогине. Андамирра, узнав о столь щекотливой ситуации, поставила в известность мать, и ими было принято решение отдать беременную горничную замуж. Желающий нашелся почти сразу, ведь плотнику Гамилу Вейлсу давно нравилась Ламира. Да, он знал, что она беременна от другого, но все равно согласился взять ее в жены. Тем более что герцогиня пожаловала им на свадьбу очень щедрый подарок.

Сейчас, прокручивая в голове все эти воспоминания, я не могла понять, осуждаю я Андамирру или нет. Ведь если бы не она, все могло бы сложиться иначе. Нет, Анидар бы не женился на моей матери, это точно. Но… представим, что он подарил бы нам с ней дом в городе, иногда бы посещал нас. Да только при этом я считалась бы незаконнорожденной. На меня бы показывали пальцем, смотрели косо. А если бы Нид забрал меня к себе… все стало бы еще хуже, ведь в высшем обществе точно бы не приняли дочь горничной.

Но так получалось, что Андамирра и леди Ангелия выбрали самый правильный вариант. Я росла в семье, меня любили, воспитывали, со мной играли, меня учили. И ничего бы этого не было, если бы не вмешательство моей тети.

– Анидар, – позвала я, поворачиваясь к управляющему картелом мужчине. – Я вам действительно дорога?

Он улыбнулся, неспешно повернул рычаг и, когда мы плавно прошли крутой поворот, мельком посмотрел на меня.

– Очень, Ами, – ответил тот, кто в моих воспоминаниях так и остался двадцатилетним парнем. – Я понимаю, что тебе сложно меня принять, но я был бы счастлив, если бы ты дала нам шанс узнать друг друга лучше.

– Хорошо, я постараюсь смириться с той мыслью, что вы мой отец, – ответила я, глядя вперед, на широкую улицу, ведущую прямиком к воротам академии.

– Спасибо. Ты даже не представляешь, как много для меня значат эти слова.


– Ами, стой! – окликнула меня староста группы, когда я уже поднималась по ступенькам спального корпуса. Пришлось остановиться и подождать, пока Миранда преодолеет разделяющее нас расстояние. – Тебя просил срочно зайти профессор Аркелир, – добавила она, когда подошла ближе. – Причем он выглядел так, будто совершил великое открытие. У вас с ним что? – хитро прищурившись, поинтересовалась она. Но не успела я смутиться, считая, что ей что-то известно о наших поцелуях, как девушка сама развеяла мои страхи: – Небось какой-то совместный проект разрабатываете? Да?

Боги, как же все-таки хорошо, что наша староста полностью повернута на учебе. Мне иногда казалось, что для нее не существовало ничего важнее книг, лекций, семинаров. А профессора и преподаватели казались ей как минимум богами. Подозреваю, что если бы она узнала о моей связи с Димарием, то придушила бы собственноручно… исключительно за нарушение учебного порядка.

– Спасибо, – ответила я, разворачиваясь и направляясь вниз. Но, пройдя несколько ступенек, вдруг остановилась и снова обернулась к Миранде: – Он в кабинете?

– Нет, в лаборатории, – сообщила она. – И не «он», а профессор Аркелир.

Пришлось кивнуть, дабы не нервировать излишне щепетильную сокурсницу. Интересно, а вне стен академии она такая же правильная? Или так на нее действует общее ограничение магии?


Найти Дима в лабораториях оказалось непросто. Для экспериментов студентов здесь был отведен целый этаж западного крыла. Помещения были отделены плотными стенами, способными удержать даже сильный удар стихийной силы, а войти в ту или иную лабораторию можно было лишь имея официальный допуск от куратора группы или декана. У меня ничего подобного не имелось, потому пришлось просить помощи в поисках у других студентов.

Димарий появился спустя десять минут, а увидев меня, так довольно улыбнулся, что мне почему-то стало страшно. Все же за время нашего общения я успела познакомиться с некоторыми его особенностями. Так вот, такая улыбка являлась явным признаком возникновения в его голове гениальной идеи, которую он собирался немедленно осуществить.

– Рад, что ты вернулась так быстро, – проговорил он, подталкивая меня к выходу. – Давай-ка поторопись. У нас большие планы.

Я сглотнула. Видимо, моя догадка оказалась верна и кое-кто задумал что-то поистине грандиозное.

– И чего касаются эти планы? – спросила я, все же шагая рядом с ним.

Но если сначала мне казалось, что он ведет меня в свой кабинет, то вскоре выяснилось, что идем мы прямиком в северную башню. Именно там располагалось единственное место на всей территории академии, откуда можно было перенестись.

– Сначала пообедаем, а потом я все тебе расскажу, – ответил принц. – Или ты не голодна? Ты же собиралась присутствовать на семейном обеде у родственников Мартиши. Только вернулась гораздо раньше, да и… выглядишь усталой.

– Увы, покушать не удалось, – грустно усмехнулась я, в душе радуясь тому, что сейчас нахожусь в стенах родной академии, рядом с Димарием. А с ним мне почему-то было ничего не страшно. – Вместо этого я вспомнила половину жизни леди Андамирры, лично познакомилась с ее матерью и младшей сестрой и мило побеседовала с Анидаром.

– Да-а, – бросил Дим, на пару секунд останавливаясь и оборачиваясь ко мне. – Насыщенно ты проводишь время. А… при чем здесь родственники Мартиши?

– Так это они и есть, – отозвалась я, поднимаясь вслед за ним по крутым ступенькам северной башни. – Марти – дочь Мариэллы, младшей сестры Андамирры.

– Но подожди, – не понял Дим. – Артарри – аристократы. Мартиша – простолюдинка. Скажи, чего я не понимаю?

Пришлось пояснять. Хотя если бы не воспоминания моей погибшей тетки, я бы сама точно запуталась во всех этих семейных делах.

– Леди Ангелия Артарри была единственной дочерью в семье герцога. Чтобы получить все привилегии главы рода, она должна была выйти замуж за лорда. Любого… мужчину с титулом. И вышла за Кирана Сертелли. Он был всего лишь сыном престарелого графа, титул своей семьи не наследовал, потому стал просто мужем герцогини Артарри. А после его смерти леди Ангелия отказалась от титула, оставила детей и укатила в Сайлирию, где быстренько связала жизнь с бывшим шпионом. Вот такая история, Дим.

– Ну, ничего себе, – протянул он, открывая передо мной двери портальной комнаты. – А у тебя занимательные родственники.

И я собиралась ему ответить… но едва мы оказались наедине, Димарий притянул меня к себе, крепко обнял двумя руками и поцеловал в губы. Нежно, трепетно и очень горячо. А когда отстранился, я с удивлением обнаружила, что мы находимся не в академии, а на крыше какого-то здания, откуда открывался потрясающий вид на императорский дворец.

Заметив мой растерянный взгляд, Дим улыбнулся и повел меня к небольшой дверке, выкрашенной в белый цвет.

– Это крыша моего любимого столичного ресторана, – милостиво пояснил мой непредсказуемый спутник. – Во дворце, конечно, тоже очень вкусно готовят, но здесь меньше лишней суеты. Да и поговорить спокойно можно.

Как оказалось, для тех, кто ценил уединение, в этом заведении имелись отдельные комнаты. Мы направились прямиком к самой дальней, где нас уже ожидал одетый во все белое официант. Димарий вежливо поинтересовался, насколько я голодна и чего бы мне хотелось, и сделал заказ.

– Рассказывай, что задумал, – попросила я, едва мы остались наедине.

– Небольшое путешествие, – честно ответил Дим, даже не пытаясь скрыть собственный энтузиазм. – Но пока не поешь, я ничего не скажу. Есть вероятность, что мой рассказ отшибет у тебя аппетит напрочь.

Честно говоря, после такого вступления мне вообще не хотелось ничего слышать. И хорошо, что официант вернулся быстро и можно было отвлечься на еду. А готовили здесь действительно потрясающе. На самом деле я раньше даже не подозревала, что мясо может быть таким мягким, просто таять на языке. Да и салатов таких никогда не пробовала. А десерт вообще оказался выше всяких похвал.

После столь шикарного обеда мое настроение стремительно поползло вверх. Жаль только, достигнуть высот ему не дали.

– По моей личной просьбе поиском информации об Андамирре Артарри занимался лично Литсери, – проговорил Дим, попивая сок.

Я же как раз собиралась сделать глоток чая, но после этих слов решила, что безопаснее вообще отставить чашку подальше. Вдруг подавлюсь?

– Подозреваю, что он откопал нечто очень важное, – ответила я, пока не понимая, почему все это так интересует Димария.

– Именно, Амиша, – подтвердил он. – Более того, сейчас мы с тобой отправимся туда, где ее убили. Сам Лит там не был, но координаты мне предоставил точные. Он, кстати, тоже считает, что она стала жертвой какого-то кровавого ритуала. Но… пойдем, – бросил он, подавая мне руку. – Остальное расскажу на месте.

Я не хотела никуда перемещаться, тем более туда, где кого-то когда-то убили. Даже не кого-то… а, возможно, меня саму. Но Дима мои возражения не волновали ни капли. Более того, он назвал меня трусишкой и сказал, что ожидал от меня большего энтузиазма.

Портал он строил классическим способом, путем начертания схемы и внесения магических координат места назначения. Но перед перемещением вручил мне уже знакомый амулет, изменяющий ауру, и только после этого провел через мерцающую арку.


Глава 10 | Первая ведьма | Глава 12