home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

– Ами, вот я не пойму, что с тобой сегодня? Ты весь день сама не своя, – донесся до меня голос Мартиши.

Она сидела на своей кровати и читала какую-то непонятную книгу в черной кожаной обложке. Вероятно, чтиво это было действительно очень интересным, потому как отвлекалась от него моя соседка очень неохотно. И если сейчас снова, уже в четвертый раз за вечер, задала мне свой вопрос, значит, уже точно не отстанет.

К сожалению, хотя, может, и к счастью, Марти обладала нездоровой проницательностью. Она всегда безошибочно определяла даже малейшие изменения моего настроения и каждый раз считала своим долгом выяснить причины напавшей на меня грусти. В начале нашего общения я еще умудрялась привычно отмалчиваться, но вскоре все же поняла, насколько это бесполезно.

А сейчас мне действительно было плохо. Все задания оказались выполнены, нужные книги прочитаны, доклады подготовлены, и отвлекаться от мрачных мыслей оказалось попросту нечем. Да, мне очень хотелось поделиться хоть с кем-то тем грузом обиды, что давил на меня, подобно упавшей на плечи скале. И, наверное, стоило рассказать о случившемся. Хотя бы той же Мартише. Она бы выслушала. Может, даже пожалела. Но вероятнее всего, отвесила бы мне легкий подзатыльник за то, что позволила сотворить с собой такое, а после сама отправилась бы разбираться с Эмильером. Да… наверное, так бы и произошло. И ничто не смогло бы остановить эту решительную особу на ее пути к восстановлению справедливости.

Потому я решила хотя бы постараться перевести тему и сейчас не придумала ничего лучше, чем поговорить о ее книге.

– А что ты там такое читаешь? – спросила я, вставая из-за рабочего стола и направляясь к соседке.

– Да так, – отозвалась она, но книгу мне все же протянула. – У мамы на полке нашла, когда вчера домой ездила. Меня название заинтриговало.

Я же стянула с фолианта часть обложки и посмотрела на выбитые на черном фоне золотые буквы.

– «Мое темное прошлое», – прочитала я вслух. – Интригует. И о чем там пишут?

– Это что-то вроде мемуаров одной бывшей куртизанки, – пояснила Мартиша, наблюдая за тем, как я перелистываю страницы, пробегая взглядом по некоторым строчкам.

И если поначалу это чтиво показалось мне обычным романом, то, открыв книгу на середине и прочитав всего один абзац, я едва ее не выронила.

– Да, да, Ами, – рассмеялась соседка, видя, как мгновенно покраснело мое лицо. – Это не для таких, как ты.

Она с улыбкой забрала из моих ослабевших рук свою книженцию и как раз собиралась убрать ее в тумбочку, когда дверь нашей спальни неожиданно распахнулась и на пороге появилась чем-то несказанно довольная Нори.

– Я на минутку! – заявила она, забыв поздороваться. Впрочем, это было вполне в ее репертуаре. – Просто забежала спросить, как вы провели вчерашний выходной, и… – Девушка вдруг замолчала, резким жестом отбросила за спину свою длинную медную косу, нахмурила брови и направилась прямиком ко мне: – Ами, чего такая кислая? Что-то случилось?

Ну вот, теперь еще и от этой отбиваться. Что-что, а вот Нордине о своем вчерашнем казусе я точно рассказывать не собиралась. Во-первых, она совсем молодая и не стоит грузить девочку такими неприятными подробностями. А во вторых… она точно прикончит Эмильера. Ей хватит для этого глупости.

И только я собралась заверить гостью, что со мной все хорошо, но не успела даже открыть рот. Шаловливые ручки гостьи уже дотянулись до той самой книги, что читала Мартиша, раскрыли ту ближе к концу, а ее любопытный взгляд принялся бегать по строчкам. Но, заметив, как светлое лицо Нордины начинает краснеть, а в глазах появляется нечто похожее на шок, я тоже не смогла сдержать смешок.

– Еще одна недотрога, – бросила Марти, качая головой. – Рано вам такое читать. Маленькие еще.

– Мне девятнадцать, – странно строгим и совсем непривычным тоном выдала Нори, метнув в сторону блондинки напряженный взгляд. А потом вдруг нахмурилась сильнее, поправила обложку и посмотрела на нас обеих с откровенным упреком. – Эта книга запрещена в Сайлирской Империи. Где вы ее взяли?

Вот такой эту девушку я точно видела впервые. Честно говоря, до сего момента даже не подозревала, что наша ветреная, веселая Нордина вообще может быть такой серьезной.

– Там, где взяли, таких больше нет, – ответила Мартиша, забирая книгу из рук непривычно хмурой девушки. – Да не смотри ты на меня так. У матери я ее нашла. Знаю, что запрещенная. Так она уже лет тридцать как запрещена.

– Отдашь? – спросила та, правда, ее голос теперь звучал гораздо спокойнее.

– Нет, – мотнула головой Марти. – Обещала, что верну. Это, между прочим, коллекционный экземпляр. Там даже автограф автора есть.

– Серьезно? – воскликнула рыжая, забирая книгу обратно и раскрывая на первой странице. – «Моей любимой подруге»?! – выпалила она, поднимая на блондинку ошарашенный взгляд. – Ты хочешь сказать…

– Ничего я не хочу сказать, – бросила та, опираясь спиной на стену и переплетая руки перед грудью. – Я не знаю, откуда это у моей матери. Но если тебе это настолько важно, то обязательно спрошу.

– Спроси, – довольно грубо ответила Нордина. – Очень интересно узнать, как твоя мать связана с этой… куртизанкой.

– Эм… – протянула я, переводя взгляд с одной девушки на другую. – Я, кажется, чего-то не знаю?

И тут они обе будто опомнились. Ко мне повернулись одновременно, и судя по тому, какими растерянными были их лица, эти две заговорщицы явно имели от меня какие-то общие секреты. Не то чтобы мне было очень интересно, просто… да нет же, вру. Конечно, я сгорала от любопытства. И точно бы добилась от них правды, если бы не чрезмерная находчивость Нордины.

– Так, Амитерия, – протянула она, откладывая книгу в сторону и останавливаясь рядом со мной. – Рассказывай, что у тебя произошло?

– А с чего ты взяла, что у меня должно было что-то произойти? – поинтересовалась я, уже понимая, что она явилась сюда именно за этим.

– Мне сказали, что вчера ты вернулась в академию одна, перед самым закрытием ворот, и едва не опоздала. Причем была явно не в себе. Сейчас же я прекрасно вижу, что ты чем-то расстроена. И мой долг как твоей подруги помочь тебе.

– Наш долг, – поправила ее Мартиша, которая теперь тоже смотрела на меня будто воспитатель на провинившегося малыша. – Так что рассказывай, дорогуша. Что произошло? Помнится, вчера, уходя отсюда, ты вся светилась от радости. А потом тебя ожидало свидание с Эмильером. Ну и встреча с профессором.

Под этими взглядами я почти стушевалась. И уже думала, что вот сейчас все им и выложу, но… упомянув моего наставника, Марти сама дала мне прекрасную подсказку о том, как выкрутиться из такого положения.

– Поверьте, со мной все хорошо, – заверила я их, состроив самый беззаботный вид. – А расстроилась я из-за того, что теперь мне три раза в неделю придется заниматься с Его Высочеством. Он узнал, что у меня проблемы с совмещением стихий и что есть вероятность моего провала на практических зачетах. А вы ведь знаете, что мы с ним не очень ладим…

– Кстати, давно хотела спросить, почему? – не удержалась от вопроса Нордина. Она подтащила поближе один из стульев и, поставив его перед кроватью Мартиши, уселась прямо напротив нас.

– Да… не важно, – отмахнулась я, точно не желая вдаваться в подробности.

– Нет уж, расскажи, – не собиралась отступать рыжая. – Ты, конечно, извини, но насколько я знаю Димария, а знаю я его неплохо, он просто не мог сделать ничего настолько страшного, что ты теперь его боишься и воспринимаешь исключительно как врага.

– И откуда ты можешь так хорошо его знать? – ответила я вопросом на вопрос.

– Просто знаю, – заявила Нордина. – Это не важно, Амитерия. Его глупо бояться. Тем более тебе.

– А я понимаю Ами, – пришла мне на помощь Марти. – Нори, ты видела его глаза? Да он когда на меня смотрит, мне хочется признаться во всех преступлениях, которые я не совершала, и самой сдаться стражникам. Он даже когда улыбается, его взгляд остается ледяным.

– Я вообще стараюсь ему в глаза не смотреть, – согласилась я, поежившись. – Он меня действительно очень пугает.

Но наша младшая подруга продолжала смотреть на нас с искренним непониманием.

– Мы будто говорим о разных людях, – выдала она, задумчиво отвернувшись к окну, за которым уже давно стемнело. – Димарий… да как он может вообще кого-то пугать? Ну да, понимаю, с некоторых пор он стал более замкнутым, но… по мне, так это мелочи.

– Я, кажется, понимаю, почему ты так говоришь, – с видом знатока психологии ответила Марти. – Он раньше на самом деле другим был.

– Ты что, тоже его настолько хорошо знаешь?

– Нет, – поспешила заверить меня соседка. – Но мы были знакомы и неплохо ладили. Да только все это было до…

– И до чего же? – продолжала допытываться я.

– Да… – протянула девушка, видя наши заинтересованные лица. – Вы, видимо, не в курсе той истории. Тогда я вам расскажу.

Она подложила себе под спину собственную подушку, притянула к груди одно колено и только после этого продолжила, глядя на нас как настоящая сказочница.

– В общем, начну сначала, – проговорила она, странно хмыкнув. – Когда я пришла на первый курс и, к собственной радости, попала на факультет магической физики, то почти сразу познакомилась здесь с одним очень интересным парнем. Его звали Нардим Сиртари, он тогда учился на шестом курсе и считался старостой всего нашего факультета. Можно даже сказать, что я влюбилась в него по уши, – усмехнулась девушка. – Хотя это тоже быстро прошло.

– Что, такой писаный красавец? – удивилась Нори.

– Нет, – поспешила заверить ее моя соседка. – Внешне он как раз таки оказался даже немного страшненьким. Но вот во всем остальном – нравился мне до безумия. В нем было столько жизни, энергии, идей. Его весь наш факультет обожал. Преподы в нем души не чаяли. Он помогал по учебе всем, кто к нему обращался, вел несколько проектов в лаборатории, организовывал для студентов праздники и соревнования и при этом успевал прекрасно учиться.

После этой фразы она как-то особенно выразительно посмотрела на Нордину, но та только фыркнула.

– И как он связан с Его Высочеством? – не могла я удержаться от вопроса. Ну, мне на самом деле было очень любопытно. А еще больше настораживала фраза о том, что этот чудо-парень «был». Значит ли это, что ныне его уже нет?

– Знаете, после первой сессии мы устроили вечеринку в закрытой башне, – продолжила свой рассказ Марти. – Вообще ее организовывали только для старших курсов, но меня пригласил сам Нардим. Тогда я оказалась там единственной первокурсницей, чем ужасно гордилась. Он вообще хорошо ко мне относился… да и ко всем остальным тоже. Опекал, подбадривал…

– Так что же случилось? – не удержалась я. – Что с ним стало?

Мартиша почему-то посмотрела на меня с сочувствием и как-то особенно тяжело вздохнула.

– Ничего, – пожала она плечами. – Просто… однажды, после зимних каникул, он куда-то исчез. Никто не знал, ни где он, ни что с ним. А потом неожиданно объявился. Просто вошел в столовую во время обеда. Помню, там тогда собрались почти все студенты академии. Мы были рады его видеть. Я тогда даже хотела подойти, но он остановился в самом центре и странным ледяным тоном приказал… да, именно приказал обратить на него внимание. А потом демонстративно стянул с пальца какое-то непонятное кольцо.

Марти снова сделала паузу, будто специально раззадоривая наше любопытство, но я уже не могла ждать. Мне было слишком важно узнать…

– И что было дальше? – рявкнула, требуя продолжения.

– А дальше, Ами, все мы узнали, что за личиной Нардима Сиртари всегда был Его Высочество принц Димарий Аркелир. Но радоваться было нечему. Потому что он сам нам сказал, что больше не собирается прятаться, играть чью-то роль. Он заявил всем опешившим студентам, что с этого момента будет собой. Со всеми вытекающими последствиями.

– Димарий?! – воскликнула я, просто не представляя, что он мог вести себя так, чтобы его все вокруг боготворили. – Этот высокомерный принц несколько лет учился тут под чужой личиной?

– Да, Ами. Более того, он был другим. В его взгляде не чувствовалось холода. А после того представления, которое он устроил в столовой, я побоялась к нему приближаться. По правде говоря, мы с ним больше и не разговаривали до того, как ты появилась. Ни разу… даже парой фраз не перебросились. Я, конечно, здоровалась, как того требовал этикет, а он просто отвечал легким кивком.

Я опустила взгляд, стараясь осмыслить услышанное. В моей голове никак не укладывалось, что два настолько разных человека в итоге оказались одним и тем же. Но разве такое возможно? И что же должно было произойти, чтобы он сам решил избавиться от своей маски, да еще и так феерично?

И тут раздался сигнал, обозначающий время отбоя, а я вдруг вспомнила…

– Когда это произошло? – спросила я, снова поднимая взгляд на Мартишу.

– Говорю же, зимой… я на первом курсе была. Значит, почти четыре года назад.

– Ясно, – бросила, начиная понимать, что тогда, при нашей первой встрече, Его Высочество тоже был не в себе. Значит, на самом деле с ним случилось что-то очень нехорошее… даже ужасное. То, что и сделало его таким.

– А ты не знаешь, что могло произойти? – спросила Марти, обращаясь к Нордине.

– Нет, – хмуро ответила та. – Не знаю. Он не сказал. Я спрашивала… но он, как наша Ами, упорно утверждает, что с ним все прекрасно.

– Нори, – протянула я, поворачиваясь к рыжей. – И все-таки, откуда ты его так хорошо знаешь?

– Просто знаю, – чуть раздраженно бросила девушка. – И… Ами. Я давно уже тебе сказать хотела: не стоит относиться к нему как к врагу. Дим ведь хороший и никогда не обидит девушку. Он на подобное просто не способен.

Я очень хотела возразить. Сообщить Нордине о том, что ее драгоценный принц очень даже может… и не просто обидеть, а сделать куда хуже. Ведь до сих пор прекрасно помнила, какие синяки у меня на запястьях когда-то оставила его хватка. Да и недавнее обещание свернуть мне шею, если кому-то расскажу об обстоятельствах нашей первой встречи, было еще очень даже свежо. И тогда он вел себя далеко не как добрый милый лорд.

Наверное, я бы все же не сдержалась. Высказала все, что думаю о своем наставнике, но… в этот самый момент дверь нашей комнаты бесшумно распахнулась, и на пороге появились двое парней. И если первого я узнала сразу, то вот его спутник точно был мне не знаком. Хотя сейчас меня не особо волновал второй, куда больше пугало появление самого Эмильера. Причем, судя по легкой поволоке, застившей его глаза, он был пьян.

– Оу, леди, прошу прощения за наш столь поздний визит. Просто мне необходимо поговорить с моей… – Эмиль вовремя осекся, что в его состоянии было крайне странно.

– Так и с кем ты собрался говорить? – уточнила Мартиша, поднимаясь на ноги.

– С Амитерией, – невозмутимо ответил тот, кого я до вчерашнего вечера считала другом. Но, видя, что я разговаривать с ним точно не желаю, снова посмотрел на мою соседку и нагловатым тоном попросил: – Марти, милая, оставь нас, пожалуйста. Мы вчера немножко повздорили…

Я поежилась и посмотрела на подругу с откровенным испугом. Мой взгляд умолял ее никуда не уходить, не бросать меня с ним, и она прекрасно поняла все это без слов. Да только я видела по ее глазам, что теперь уж она точно стребует с меня объяснения.

– Ами не хочет с тобой говорить, – спокойно заявила моя соседка. – Вам лучше уйти.

– Мартиша, я не уйду, – насмешливо бросил Эмиль. – Она, – он указал в мою сторону, – моя невеста. Почти жена. Я имею право разговаривать с ней когда захочу.

От такого его заявления у обеих девушек удивленно округлились глаза, а Нори вообще посмотрела на Эмильера как на полоумного.

– Ты в своем уме? – усмехнулась она, тоже заметив состояние его опьянения. – Ами не могла согласиться. А даже если и согласилась, то явно по глупости. И вообще, это женская спальня и женский этаж. Вам здесь делать нечего.

– Нордина, деточка, иди-ка ты отсюда, – до ядовитого слащавым тоном протянул Эмиль. – Я сказал, что хочу поговорить с невестой, и значит сделаю это.

– Эмильер, я не давала тебе согласия на брак, – заявила я, заставляя свой голос звучать уверенно. – И прошу, во избежание скандалов покиньте нашу комнату. Иначе буду вынуждена пожаловаться на вас…

– Кому? – иронично поинтересовался он, перебивая меня. – Небось своему принцу настучишь? Он же твой наставник. Хотя… что-то мне подсказывает, что вас связывают вас куда более близкие отношения. Ведь с обычными студентками он никогда в кабинете не запирается. А с тобой не просто закрылся на ключ, а еще и пологом безмолвия прикрылся. Думаешь, я поверю, что вы там обсуждали учебный процесс?

– Эмиль, да что с тобой такое?! – воскликнула я, не зная, как реагировать на его намеки. – Мы разговаривали. Это нормально. Он – мой наставник. А вот ты для меня – никто! Я просила больше ко мне не приближаться! Уходите!

Распаленная собственной тирадой, я подскочила с кровати и указала рукой на дверь. Вот только никто на мои слова реагировать не спешил.

– Нет, милая, – протянул Эмильер, растягивая на губах пьяную похабную улыбочку. – Мы не уйдем. А вот твои подруги, увы, будут вынуждены нас оставить.

– Что?! – рявкнула Марти. – Ты собрался выставить меня ночью из моей же комнаты?

– Да, – самодовольно бросил парень, а потом кивнул своему другу и добавил: – Римс, прошу, помоги девушкам выйти. И еще… – бросил этот бесстрашный тип. – Сделай так, чтобы они вели себя тихо.

И к моему ужасу, темноволосый рослый парень, больше похожий на пахаря, чем на аристократа, схватил за руки Нори и Мартишу и быстро поволок к двери. А они хоть и пытались сопротивляться, упирались, царапались, даже кусались, но при этом от них не исходило ни единого звука. Даже шагов слышно не было, будто кто-то просто накрыл их пологом безмолвия. Хотя… наверное, так и было.

Из-за того, что использование магии для учащихся на территории Астор-Холт оказалось закрыто, многие студенты пользовались артефактами. Видимо, у этого верзилы как раз имелся такой. Потому теперь моя надежда, что девочки смогут позвать на помощь, растаяла, как утренний туман.

Едва они покинули комнату, Эмильер лениво подошел к двери, дважды провернул в замочной скважине ключ и закрепил на створке странный круглый предмет, похожий на массивный медальон. После этого вокруг стало до жуткого тихо… словно нас отрезало от внешнего мира глухой стеной.

В этот момент я окончательно поняла, что ничем хорошим наша беседа не закончится. Ведь если бы он хотел просто поговорить, то не стал бы запираться, да и звуки скрывать. А стоило мне заглянуть в его пьяные, полные решимости глаза, и я едва смогла сдержать крик.

– Ну что же ты, дорогая моя невеста, – протянул он, медленно подходя ближе. – Улыбнись будущему супругу.

– Ты мне не жених! – решительно заявила я, всеми силами стараясь побороть собственный страх, который сейчас только мешал. – Прошу по-хорошему, покинь мою спальню.

– О нет, милая. Я не уйду, – покачал головой Эмиль, растягивая на губах жутковатую улыбку. – Так уж получилось, что мне очень… ну просто очень срочно нужна определенная сумма золотом. А ты – прекрасный способ ее получить.

– Ты что-то путаешь. Откуда у меня деньги?

– У тебя, может, их и нет, – пожал плечами парень. – Зато размер твоего приданого меня вполне удовлетворит. Леди Эриол Карильская-Мадели не поскупится.

– Я всего лишь ее воспитанница. Не дочь и не внучка. Она не обязана обеспечивать меня приданым.

– И тем не менее на твое имя в Карильском Королевском Банке открыт счет на очень крупную сумму, – загадочным тоном сообщил мне Эмиль. – И к документам прилагается распоряжение, что воспользоваться этими деньгами ты сможешь только после того, как выйдешь замуж.

Вот этого я точно не ожидала. Серьезно. Ни разу даже не задумывалась о том, что моя опекунша может сделать нечто подобное. Нет, мне было хорошо известно, что они с лордом Каем очень богатые люди, но я даже не подозревала об их намерении обеспечить меня приданым.

– Эмильер, за тебя я точно не выйду, – выпалила я, решив отложить размышления о собственном материальном положении на более благоприятное время. – Мы с тобой маги, а значит, должны будем пройти через ритуал единения. А он не свершится без моего на то согласия.

Но эти доводы Эмиля явно не впечатлили. Более того, после моих слов он как-то особенно гадко улыбнулся и направился ко мне. Я же сдаваться просто так точно не собиралась. И пусть, находясь в стенах Астор-Холт, не имела никакой возможности обратиться к своим стихиям, но кто может запретить мне отбиваться?

Вот только… силы оказались слишком не равны. Да и куда мне, хрупкой девушке, которую воспитывали как леди, тягаться с молодым сильным мужчиной? И пусть я ударила его по лицу, а когда он меня скрутил, умудрилась заехать локтем по ребрам. Но разве это могло помочь?

Он же, видя, что я намерена сопротивляться до последнего, вдруг опрокинул меня на кровать, сам сел сверху и, поймав мои руки, связал их кожаным шнурком, которым были стянуты мои волосы. Но даже этого ему показалось недостаточно, потому второй конец шнурка он обмотал вокруг одного из деревянных столбиков, украшающих изголовье кровати.

– Вот так-то лучше, – проговорил он, слезая с меня и с удовлетворенным видом наблюдая за плодами своего труда.

– Развяжи меня! – закричала я, в отчаянии дергая руками. – Эмильер! Приди в себя! Тебя за это сошлют на каторгу!

– Нет, дорогая будущая супруга, – ухмыльнулся он, отрицательно качая головой. – И знаешь почему? Потому что ты сама этого не захочешь. Каково тебе будет растить нашего ребенка одной, да еще и не будучи замужем? Это ведь позор, который не смоешь никакими деньгами.

– Какого ребенка?! – в ужасе закричала я, но тут же осознала, что криками ничего не добьюсь, и постаралась говорить спокойнее. – Эмиль, ты не в себе. Пожалуйста, развяжи меня, и мы с тобой спокойно все обсудим.

– Нет, Ами, разговаривать нужно было вчера. А сегодня пришло время действовать.

Я с настоящим оцепенением наблюдала за тем, как он достает из кармана небольшой пузырек с мутной жидкостью внутри… как откупоривает крышку… направляется ко мне…

– Что это? – Голос все-таки дрогнул, выдавая всю степень сковавшего меня страха.

– Гарантия, – ухмыльнулся парень, склоняясь над моим лицом.

Как только я поняла, что он намеревается влить содержимое этого сосуда мне в рот, сжала зубы с такой силой, которой сама от себя не ожидала. Но, к сожалению, Эмиля это не остановило. Он с силой схватил меня за подбородок и заставил разомкнуть губы, а потом просто перевернул бутылочку горловиной вниз и позволил ее содержимому капать мне на язык.

– Глотай, – приказал этот отвратительный человек, сдавливая мой подбородок. – Давай, Ами. Ты должна выпить все до последней капли.

Я сопротивлялась, как могла. Старалась ударить его коленом, дергалась, брыкалась. Но толку от этого не было. Гадость, которую этот негодяй вливал мне в рот, имела отвратительный вкус, но сейчас куда сильнее меня пугал тот эффект, который она могла дать. Все же я слишком хорошо помнила то непонятное состояние, в котором пребывала после вчерашнего вина. И если эта жижа имеет те же свойства, то я просто сдамся… потому что потеряю само желание сопротивляться.

– Умница, – проговорил Эмильер, погладив меня по щеке. – А теперь постарайся расслабиться, потому что иначе тебе будет очень больно.

Расслабиться?! Он это серьезно?!

Эмиль провел рукой по шее и самым наглым образом принялся расстегивать пуговицы на моей рубашке. Одну за одной… он делал это медленно, словно сам процесс доставлял ему огромное удовольствие. А когда его пальцы сдвинули край простого тканевого бюстье, когда горячая влажная ладонь накрыла грудь, мне стало по-настоящему страшно.

– Эмиль… прошу тебя, не надо, – говорила, пытаясь поймать его затуманенный алкоголем взгляд.

– Не противься, Ами, – ухмыльнулся он, оставляя грудь в покое и сдвигая руку ниже… к моему животу. Но когда принялся расстегивать крючки на брюках, я с силой сжала ноги, отчаянно стараясь не позволить меня раздеть. – Глупая, – бросил Эмильер, с силой дернув их вниз, отчего ткань в некоторых местах треснула. – Я ведь все равно получу твое тело. Увы… после вчерашнего это снадобье уже не сможет заставить тебя испытывать желание, но вот забеременеешь ты точно. Отступать я не стану, и поэтому просто расслабься. Тогда даже сможешь получить удовольствие.

– Эмиль! – выкрикнула я, когда его ладони легли на мои бедра. – Эмиль, прошу… Пожалуйста. Не делай этого! Не нужно…

– Поздно, – бросил он.

А меня вдруг просто передернуло.

Это странное слово, сказанное таким самодовольным ледяным тоном, напугало сильнее всего происходящего. И я просто провалилась в какое-то жуткое, но до невероятного реалистичное видение…


…Надо мной разверзлось черное небо… Руки стягивали цепи, которые до крови впились в кожу, а в ушах зазвучал голос. Другой, не Эмильера. Бархатистый, глубокий… полный триумфа и жестокости. Он что-то говорил про время, про то, что оно закончилось. А я просто не могла пошевелиться. Только шептала что-то… сама не понимая что. Лежала… смотрела на тускнеющий мир… видела чужие незнакомые глаза… и понимала, что умираю.


Димарий был зол… и растерян.

На самом деле он пока сам не до конца понимал свое состояние, да только едва сдерживался от желания что-нибудь сломать, разнести к демонам парочку зданий, а может, даже сровнять с землей несколько гор. Его переполняли такие сильные эмоции, под гнетом которых разум отказывался подчиняться. Сила бурлила в крови, ища выхода, и Дим сам не понимал, как до сих пор умудряется держаться. И причиной этого стал простой мирный разговор с дедом. Да если бы Дим знал, что сегодня поведает ему дражайший император Дерилан, то нашел бы тысячу причин избежать этой встречи.

А ведь начиналось все так хорошо. Дедушка сообщил, что не станет больше давить на него в вопросе поиска супруги. Милостиво позволил не спешить с этим и выбирать женушку тщательно и лучше, конечно, по любви, а не только по политическим соображениям.

В тот момент Димарий оказался искренне удивлен подобным поворотом событий, ведь всего несколько месяцев назад они с дедом почти поругались именно из-за того, что Дим не желал искать спутницу жизни. Тогда же, решив закончить этот бессмысленный и многолетний спор, принц просто ткнул пальцем в список имен возможных невест, который для него составили фрейлины императрицы, и заявил, что женится на той, в которую попал. Волей судьбы ею оказалась Касалия Эрлинская. И если бы не бабушка Эриол, сейчас он был бы уже женат на этой… гулящей фурии.

Хотя, наверно, благодарить за это стоит именно Амитерию – девушку-недоразумение, которая сегодня, сама о том не подозревая, спасла его еще от одного обязательства. Правда, на этот раз спасение оказалось не полным. Дим всего лишь получил отсрочку – два года… Два коротких демоновых года, по истечении которых ему все равно придется принять бразды правления всей Сайлирской Империей.

А ведь дед сообщил ему об этом только нынешним вечером. После простой привычной беседы за бокалом вина вдруг признался, что устал… Что после пятидесяти лет правления ему хочется немного покоя. И пусть внешне император выглядел далеко не немощным, да и императрица до сих пор считалась одной из красивейших женщин страны, но они уже отдали Сайлирии все, что могли, и действительно заслужили провести годы старости подальше от дворцовой суеты.

Нет, Дим полностью одобрял желание деда оставить престол, но при этом считал, что тот передаст корону своему старшему сыну – Дамиру. Все это знали. Так должно было произойти. Оттого принц не сразу поверил тому, что император назначает своим преемником именно его – Димария.

– Почему? – только и спросил он, все еще надеясь, что это такая шутка. Вот только Дерилан явно не шутил. – Ведь отец…

– Когда-то твой отец сделал свой выбор, – проговорил Его Императорское Величество. – Но если бы он тогда поступил иначе, тебя бы сейчас не было.

– Я не понимаю! – нервно выпалил Дим. – Объясни мне. Он – кронпринц! Так почему трон должен принимать я?

– Все просто, – спокойно пояснил правитель Сайлирской Империи. – Один из пунктов древнего закона о престолонаследии нашей империи гласит, что император не может быть женат на вдове. А твоя мать, Димарий, перед тем, как стать супругой твоего отца, уже успела побывать замужем.

После этого утверждения принц просто опешил.

– Как…

– Это долгая история, – сказал его дед. – Ее первым мужем был Галий Армал. Правда, продлился их брак всего несколько дней. Потом его казнили… его же подданные, а Эрлисса стала вдовой. И тогда твой отец заявил, что все равно женится на ней. Выбирая между своей любимой женщиной и империей, он выбрал твою мать. Боги приняли их союз… но императором Дамир стать уже не сможет. Второй мой сын написал официальное отречение сразу после твоего рождения. И в настоящее время наследниками трона являетесь ты… и твоя сестра.

– Янорина не сможет править страной, – с грустной усмешкой бросил Дим. – Она сама еще ребенок.

– Она – да, – согласился Его Величество. – А вот ты, Димарий, станешь прекрасным императором. В тебе есть запал, есть силы. Ты любишь Сайлирию. И ты… истинный Астор, несмотря на то что носишь фамилию Аркелир.

– Астор, – повторил принц, в душе проклиная всех своих царственных предков, всю их демонову династию, из-за принадлежности к которой он теперь вынужден был подчиниться законам и… принять корону.

– Я понимаю тебя, – слова деда звучали почти ласково. – Понимаю, как тяжело с этим смириться. Потому и не хотел говорить раньше. Но теперь… Дим, я правда очень устал.

– Когда? – лишенным эмоций голосом спросил наследник престола… которому этот самый престол не был нужен ни капли. А если и нужен, то точно не в ближайшие несколько десятилетий.

– Думаю, через месяц, – озвучил свои планы император, чем попросту добил своего внука.

И Дим почти был готов смириться. Сказать, что примет обязанности, когда вдруг перед его мысленным взором промелькнуло лицо бабушки, а затем и Недоразумения по имени Ами…

– Дед, прости, но я не могу через месяц. И причины для этого у меня более чем веские.

– И что же тебе мешает? – спокойно уточнил его царственный родственник.

– Я дал слово леди Эриол, что присмотрю за ее воспитанницей, которая теперь учится в Астор-Холт. Пообещал, что сам буду с ней заниматься. У девочки три стихии, и она с ними не справляется совсем. И, как ты понимаешь, править империей и учить Амитерию одновременно я никак не смогу. Потому прошу тебя дать мне отсрочку больше.

– Сколько? – поинтересовался Дерилан.

Услышав этот вопрос, Дим решил пойти ва-банк:

– До окончания академии ей два года. Думаю, за это время я смогу свыкнуться с перспективой принятия императорской короны.

На несколько мгновений Его Величество отвернулся, что-то мысленно прикинул и снова обратился к внуку.

– Хорошо, – сказал он. – Я согласен. – Но не успел Дим обрадоваться, как услышал продолжение фразы: – Только у меня тоже будет условие. За эти два года ты найдешь себе жену.

– Дед, ну сколько можно? – взвыл Димарий. – Я не хочу! Мне не нужны оковы брака.

– А империи нужен наследник. Поэтому, Дим, ты получишь свои два года свободы, только если согласишься по истечении этого срока представить мне свою супругу. Трон вы примете вместе. Но если ты не согласен, то через месяц я заявлю об отречении…

– Согласен, – перебил его внук.

– Вот и прекрасно, – ответил ему император. – В таком случае не смею тебя больше задерживать.

И вот теперь, надеясь оказаться подальше от дворца, Димарий нервно шагал по длинному подземному коридору академии и всеми силами старался унять собственную злость. Да и был ли смысл злиться? На кого? На отца, который в нелегком выборе между долгом и чувствами предпочел жизнь рядом с любимой женщиной? На деда, которому больше некому передать престол? На дядю, столь нагло сбросившего на племянника свои обязанности? А может, проще злиться сразу на Судьбу, по чьей прихоти его угораздило родиться принцем?

Дим не просто злился – он был в бешенстве. Но стоило ему подняться на третий этаж спального корпуса, где располагались его местные апартаменты, и он просто застыл на месте, ошарашенно взирая на открывшуюся его глазам картину. А между тем в широком коридоре мужского этажа шло настоящее сражение. Две хрупкие на вид девушки отчаянно старались отбиться от высокого бугая, который пытался затащить их в одну из спален.

Не раздумывая больше ни мгновения, Димарий сорвался с места и метнулся вперед. Увы, сейчас он пребывал не в том состоянии, когда конфликт можно было бы решить словами. Потому первым его действием стал прицельный удар, направленный прямиком в лицо этого незнакомого человека. Причем силу Дим явно не рассчитал, потому как его противник не то чтобы не стал сопротивляться – он просто упал, мгновенно лишенный сознания. И в то же мгновение тишину коридора разбило громкое дыхание и голоса девушек, которые уже успели охрипнуть от собственных криков… Криков, заглушенных действием амулета безмолвия.

– Что случилось? – спросил Дим, с волнением глядя на явно напуганных студенток. – Куда он вас тащил?

– Запереть хотел, чтобы мы не подняли тревогу, – дрожа от пережитого сообщила Нордина. – Мы отбивались…

– Я видел, – бросил Димарий, стараясь придумать, что теперь делать с лежащим на полу пострадавшим парнем, у которого явно была сломана челюсть. А может, и что-то еще…

– Бежим! – выкрикнула вдруг высокая блондинка, в которой принц не сразу узнал соседку своей подопечной.

Она сорвалась с места раньше, чем он успел спросить, куда и зачем. Нори тут же рванула за ней, лишь на мгновение обернувшись к Диму и крикнув, чтобы он «летел следом». И тогда, быстро переместив пострадавшего парня в комнату, куда тот до этого старался затащить студенток, Димарий бросил его на одну из пустых кроватей и помчался за девушками. Но, оказавшись на втором этаже и увидев, что они безуспешно пытаются открыть дверь комнаты Амитерии, почему-то внутренне содрогнулся. Ведь получалось, что все происходящее как-то связано с ней!

– Дим, пожалуйста, помоги! – воскликнула Нори, глядя на него с мольбой. – Он артефактами закрылся. Мы не можем войти…

– Что там происходит? – хмуро спросил принц, тоже стараясь открыть дверь. – Кто «он»?

– Эмильер Вист, – ответила Мартиша, пытаясь унять дрожь в руках. – Он пьян. Пришел к нам с тем бугаем, приказал ему нас увести, а сам заперся с Ами.

– То есть? – не понял Димарий. – У них роман? Они позволяют себе…

– Нет у них романа! – рявкнула на него Нордина. – Но он почему-то утверждает, что она почти его жена!

Вот теперь Дим понял, что в этой комнате сейчас не происходит ничего хорошего, а его едва сдерживаемое бешенство достигло-таки своего апогея. Нет, внешне он продолжал оставаться все таким же спокойным и собранным. И только в его ледяных потемневших глазах отразились все грани и глубины самой настоящей бездны.

Он медленно перевел полный злобы взгляд на дверь, которая стояла тут точно не первый век и была магически защищена от любых повреждений. А в следующее мгновение в прочной деревянной створке образовалась огромная дыра… причем произошло это совершенно бесшумно.

Такой мощный выброс силы заставил Димария немного успокоиться и хотя бы попытаться взять себя в руки. Да только стоило ему войти и увидеть напряженного парня, прижимающего своим телом неподвижно лежащую девушку, осознать, что все это значит… и в то же мгновение те сдерживающие силы, что пока не давали Диму сорваться, окончательно канули в небытие.

Эмильера он просто отбросил в сторону мощнейшей энергетической волной, ни капли не заботясь о том, выживет тот или нет. А когда увидел дрожащую Амитерию… да еще и привязанную к кровати, то просто озверел окончательно.

И, наверное, он бы не сдержался, убил бы тварь, посмевшую так поступить с его подопечной, но в это мгновение Ами вдруг открыла глаза. И сейчас в ее синих озерах виднелось совсем не облегчение… В них ледяной коркой застыл панический страх.


Глава 3 | Первая ведьма | Глава 5