home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


Эпилог

Пробирая до мурашек, площадку накрыл вой сирены. Еще недавно этот звук ассоциировался у меня со спасением, напоминая о пожарных или машинах «Скорой помощи». Теперь все изменилось, и я уже не могла без содрогания слышать протяжный рев динамиков, предвещающий убийства. Поморщившись, я принялась еще яростнее вращать педали велотренажера, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей о смерти. Селина, занимавшаяся в наушниках, из которых неслась громкая музыка, по выражению моего лица поняла, что охота началась, и тоже нахмурилась.

Тренажерный зал – небольшая пристройка у коттеджа, максимально удаленного от барака с «игроками», – стал нашим ежедневным утренним убежищем. Сначала как необходимость – отсюда не было слышно ни криков, ни выстрелов, – затем как часть досуга. Вот только от вездесущего воя сирены спрятаться не удавалось. Пожалуй, я последую примеру Селины и попрошу Сатира купить мне такие же большие наушники во время его следующей поездки в Красноярск.

Жалюзи на единственном окне были опущены, и ни одна из нас ни разу не сделала попытки приоткрыть створки. Мы чувствовали себя комфортно и защищенно в этом закрытом мирке с несколькими тренажерами, два из которых – «бабских», как любил выражаться Сатир, – были установлены специально для нас. В предыдущие сезоны залом пользовались только егеря, но когда я обнаружила это место, мужчинам пришлось подвинуться. Их штанги и стойки с гантелями по-прежнему занимали практически все свободное пространство, но и для велотренажера с эллипсом нашлось место. Я просила еще и беговую дорожку, но ее уже некуда было ставить.

Первые несколько недель Сатир меня проверял и вместо рассказов об этапах подготовки шоу пичкал старыми архивными данными, видимо надеясь на мое непостоянство. Ожидая, что идея досконально изучить «Руно» покинет мою голову так же спонтанно, как появилась, он просчитался – я терпеливо изучала ненужные диски, придав лицу заинтересованный вид. И даже задавала правильные вопросы, анализируя вложения и возможные прибыли от них; для этого даже не нужно было искать в Интернете подходящие термины – хватило подслушанных разговоров отца.

Джейсон тоже не верил моему внезапному переходу «на темную сторону». В отличие от Сатира, он не стал тратить время на проверки и вполне ожидаемо сразу рассказал все единственному человеку, способному распознать мою ложь. К звонку отца я была готова и не стала юлить.

– Папа, я по-прежнему это не одобряю. – Ложь лучше начинать с честного признания, и когда собеседник не услышит фальши в голосе, можно приукрасить задуманное: – Но я хочу понять…

Отец дал высказаться, не перебивая. Я как могла убеждала, что постараюсь принять эту часть его бизнеса, когда узнаю, как все работает. А когда он был готов возразить, затронула более опасную тему, с театральным вздохом признавшись, что снова встречаюсь с Сатиром. План удался – отец не просто позволил увести разговор в сторону, но и вовсе забыл о причине звонка, правда, судя по тону, кандидатура моего избранника теперь его устраивала. А вот отсутствие документов, подтверждающих брак, беспокоило не на шутку. Отец больше никому не грозил убийством, но постоянными звонками сильно отвлекал от сбора информации. Устав с ним спорить, я позволила Сатиру купить мне кольцо, но надевать не стала, опасаясь, что в камне может быть спрятан чип слежения. Отец успокоился, а вот Сатир неожиданно обиделся:

– Оно недостаточно хорошо для тебя?

После двух ночей в одиночестве я пришла мириться, предложив в качестве компромисса сделать татуировки с именами.

– Место на мне можешь выбрать сам, – прошептала я, легко кусая его за мочку уха.

Сатира идея воодушевила, и мы до вечера не вылезали из кровати, исследуя тела друг друга. А еще через пару дней он привез на площадку знакомого татуировщика.

Воспоминание вызвало довольную улыбку; с глупым и беспечным выражением лица я медленно вращала педали, пока не услышала голос Селины, звавший меня уже не первый раз:

– Тейлор, ты закончила или нет?

Из тренажерного зала мы бегом вернулись в коттеджи – начал накрапывать дождь. Ненадолго заглянув к себе, чтобы принять душ и переодеться, я привычно расположилась на диване Селины и, пока она готовила обед, набросала очередную инструкцию детективу. Мы списывались всего три раза, и он проявил неожиданную понятливость в плане секретности, не задавал лишних вопросов и даже деньги на счет принял как оплату за покупку обуви.

Второй раз сирена завыла, когда мы с Селиной с энтузиазмом обсуждали разницу менталитетов и она безуспешно пыталась объяснить, что пьянство русских – стереотип, как и американская ковбойская шляпа. Замолчав, как провинившиеся школьницы, мы, насупившись, сидели на диване. Хорошее настроение мигом улетучилось, и даже когда вокруг все стихло, мы не смогли продолжить разговор. Неуютное ощущение не оставляло, и я засобиралась к себе в коттедж, чтобы там дождаться возвращения Сатира, но не успела выйти – он знал, где меня искать, и мы столкнулись на пороге.

– Лесли, останешься на обед? – Не дожидаясь кивка, Селина поднялась с дивана и направилась к полке с посудой.

Пока она наполняла тарелки, Сатир обнял меня сзади, притягивая к себе, и поцеловал в шею. Шутливо отбиваясь, я обернулась. По его взъерошенной шевелюре всегда можно было понять, где он провел утро. Если в монтажной – пряди были чисты, если сопровождал кого-то из охотников – в спутанной челке встречалась паутина или мелкие колючки, словно он напролом пробирался через лес. Сегодня его волосы были без сюрпризов от местной флоры и фауны.

Подтолкнув меня к дивану, Сатир плюхнулся следом и с восторженным возгласом принял из рук Селины тарелку с супом. Пока он с набитым ртом рассыпался в комплиментах, я сделала ему бутерброд, но, обидевшись, что его похвала меня обошла, откусила половину. Джейсон в мокрой куртке появился в коттедже последним.

– Не знал, что в столовой сломалась плита, – равнодушно бросил он с порога и ушел переодеваться в спальню.

– Нет, просто мы знали, что ты всегда рад гостям, – фыркнула я ему вслед, и не думая подниматься с дивана.

Мы редко обедали вчетвером, и когда это случалось, я ловила себя на странном ощущении покоя и комфорта. Сатир то и дело язвил, Джейсон саркастично отвечал с серьезным выражением лица, что делало шутку еще смешнее. Слушая их, Селина улыбалась, расслабленно расправив плечи, и я не могла не признать – мне нравилась эта компания. Мы вели себя как самые обыкновенные люди, словно ни у кого за спиной не было тяжелого груза вины за чужие жизни. В своих мечтах после закрытия шоу я видела наше будущее именно таким – спокойным и свободным от сожалений.

Вечером Сатир увел меня в глубь площадки – по расписанию у нас планировался урок стрельбы. Мне не нравилось брать в руки оружие, но обучение было лишним поводом пообниматься на людях. Прижимаясь спиной к груди Сатира, который помогал мне правильно зафиксировать локоть, я вглядывалась в кружок оптического прицела. Тяжелый приклад давил на плечо, соскальзывая и заставляя меня покачиваться то вправо, то влево.

– Не ерзай по мне, я не каменный, – усмехнулся Сатир, когда я в очередной раз на него оперлась, чтобы удержать винтовку.

– Не зли меня, а то опять схлопочешь по очень важному органу из-за отдачи, – усмехнулась я, тщательно прицеливаясь.

И, задержав дыхание, плавно нажала на спусковой крючок. Эхо выстрела утонуло в моем радостном визге – продырявленная банка из-под пива наконец слетела с подставки.

– Браво! – Аплодируя, к нам подошел один из охотников. Прикурив сигарету и выпустив облако дыма, он добавил, одобрительно кивнув: – Делаешь успехи.

Опустив винтовку, я ответно улыбнулась. Второй причиной, по которой я согласилась практиковаться в меткости, было место, отведенное для тренировок. Для экономии времени Сатир не стал уходить далеко от оружейного склада, выбрав в качестве учебного полигона стойку рядом с навесом, у которого любили собираться охотники, чтобы отметить удачный день и обсудить дальнейшие планы. Их даже расспрашивать было не надо – после пива или его более крепкого эквивалента все охотно делились подробностями из жизни, и мне оставалось лишь запоминать. Нескольких охотников я уже знала. Аплодирующий мне худощавый блондин – Фрост – приезжал второй раз за лето. Я постоянно кокетничала с ним, сначала чтобы подразнить Сатира, потом по привычке. Он не был интересным собеседником, но сигареты покупал отменные и охотно ими делился.

– Время барбекю! – Под навесом появился Вуди с початой бутылкой виски.

В Небраске он был простым учителем географии, лысеющим и неприметным, но его глуповатая улыбка лишь казалась безобидной. Убивал он быстро, как и Фрост, – с первого выстрела, и каждый раз они устраивали состязание в скорости выслеживания. Я знала, что после двух дней охоты была ничья – сначала победа отошла к Вуди, но позавчера Фрост сравнял счет.

– Два – один, Небраска рулит. – Вуди протянул мне бутылку. – Отметим?

Судя по тосту, сегодня он снова вырвался вперед.

– Ей уже достаточно. – Сатир перехватил бутылку, но пригубить не успел – я больно ущипнула его за ягодицу.

В отместку он шутливо меня шлепнул, вызвав смешок у захмелевшего Вуди.

– Давайте отмечать! – Из зарослей к навесу вышел Священник.

Сопровождавший его Молчун с тихим позвякиванием поставил на лавку ящик с пивом. Двое парней в камуфляже, идущих за ним следом, принесли уголь и принялись возиться у жаровни. Передав Молчуну винтовку, я вернулась к столу. Фрост первым откупорил бутылку с пивом и отсалютовал Вуди:

– Мое почтение Небраске!

Демонстративно обойдя Сатира, я присоединилась к тосту. Пока Вуди пьяно шутил, а Фрост тактично не комментировал его скабрезности, я дежурно улыбалась. Подобное времяпрепровождение за два месяца вошло у меня в привычку. Кивая и поддерживая беседу, я запоминала имена, адреса, памятные даты – все, что удавалось вытянуть из охотников во время разговора.

Селина подобные встречи игнорировала, отсиживаясь в коттедже, и присоединилась лишь к одной, в начале лета, когда на площадке появилась смазливая блондинка. Ее приезд вывел обычно спокойную Селину из состояния равновесия – она занервничала, едва услышав имя Кьяры. Сначала я не придала этому значения, пока во время вечеринки в честь первого дня очередной охоты не обнаружила Селину стоящей рядом со мной возле навеса. Ее приход не остался незамеченным, хоть наряд и не был броским или провоцирующим, скорее тщательно продуманным – белая юбка классического покроя, небрежно спущенный с одного плеча свитер и дизайнерские балетки, о наличии которых в ее гардеробе я не подозревала. Все было к месту: прическа, открывающая шею, макияж – яркий, но не вульгарный – и простые на первый взгляд украшения из плетеного серебра, в которых при ближайшем рассмотрении угадывалась ручная работа. Кьяра заметно сникла и принялась рассказывать истории из жизни, полные пикантных моментов, но ими заинтересовался только Механик. Никогда больше я не видела такого самодовольного выражения лица у Джейсона, как в тот вечер. Они с Селиной не касались друг друга, даже когда стояли рядом, но, казалось, воздух между ними вот-вот заискрит. Оба рано ушли, оставив Кьяру с ее пошлыми анекдотами на наше попечение. Отлучаясь от праздничного стола, я видела, что Джейсон все-таки дотронулся до Селины, когда взвалил к себе на плечо, занося в коттедж. Кьяра попыталась кокетничать и с Сатиром, но я быстро поставила ее на место. Блондинка переключилась на Механика, к дикому восторгу последнего, а у меня появился повод для капризов в постели.

– Оставь пиво, мы уходим.

Сделав вид, что не услышала Сатира, я произнесла новый тост за Вуди. Он уже еле держался на ногах, но сумел чокнуться со мной горлышком бутылки.

– Тейлор, не искушай судьбу, – прорычал Сатир мне на ухо.

Одной рукой он отобрал у меня пиво, а второй притянул к себе за талию.

– Ты не подождешь стейки? – Я изобразила наивность.

Более унылой вечеринки давно не было, и мне самой не терпелось уйти, но я не могла не подразнить Сатира. Не убирая руку с моей талии, он кивнул Священнику, оставляя на его попечение зевающего Фроста и пытающегося пританцовывать Вуди.

По дороге в коттедж мы молчали, но я чувствовала, что Сатир все еще раздражен. Назревала ссора.

– Тебе не надоело меня провоцировать? – начал он, когда мы оказались в спальне.

Вместо ответа я принялась раздеваться. Обычно этого хватало для примирения, но сегодня Сатир был не в духе и не двинулся с места, даже когда я стянула трусики. Скрестив руки на груди, он молча наблюдал за мной.

– Мне умолять о прощении? – Я опустилась на колени, приподнимая его футболку.

Татуировка на животе – чуть ниже и правее пупка – сообщала: «Собственность Тейлор Фарелли». Я потянулась к ней губами, но поцеловать не смогла – Сатир стянул мои волосы в кулак и заставил подняться. Я видела по его взгляду, что мой игривый настрой продолжает действовать успокаивающе, и принялась расстегивать пряжку ремня на брюках. Сатир меня не останавливал, но и лекцию с претензиями заканчивать не спешил.

– Я не мальчишка, чтобы бегать за тобой и повторять все несколько раз. А потом еще терпеливо ждать, пока ты меня услышишь.

– Так ты хочешь скучную домохозяйку? – Расстегнув ремень, я взялась за «молнию». – Без проблем! Буду послушно сидеть в коттедже, готовить обед… и принимать тебя в постели строго по вечерам и только в миссионерской позиции.

– Помечтай, – хохотнул Сатир, развернув меня лицом к кровати и уложив на живот.

Я бы не возражала оказаться сверху, но сегодня этого не будет – Сатиру надо доказать, что он главный. И он сделает это агрессивно и немного жестковато – все как я люблю.

– Ты сам это предложил. – Я обернулась, не без удовольствия наблюдая, как он снимает футболку и брюки и зубами надрывает упаковку с презервативом. – Можем начать прямо сейчас. Только не забудь погасить свет, я стесняюсь.

От последней фразы мне самой стало смешно. Сатир наклонился ко мне, чтобы поцеловать. Я приподнялась на локтях к нему навстречу.

– А ты закрой глаза и представь, что темно, – прошептал он перед тем, как накрыть мои губы своими.

И, сжав ягодицы, с напором вошел в меня. Я застонала ему в рот, выгибаясь и прижимаясь спиной к его груди.

– Да!

Оторвавшись от его губ, я запрокинула голову, касаясь затылком плеча Сатира, и сдавленным шепотом выдала все, что запланировала на сегодняшнюю ночь.

– Принято. – Сатира предложение завело. – Только ты забыла про душ.

Его ладони накрыли мою грудь, легко ее сжав и пропустив соски между пальцами.

– Тогда и там тоже, – простонала я.

Сатир яростно вонзался в меня снова и снова. Татуировки с нашими именами, соприкасаясь, терлись друг о друга. Я прижималась к нему ягодицами, показывая, что мне нравится выбранный ритм.

– Все еще хочешь домохозяйку? – часто дыша, поинтересовалась я.

– Ты слишком порочна для этой роли, – хмыкнул Сатир, не прекращая двигаться во мне.

Тихо вскрикивая от его самых напористых выпадов, я наклонилась вперед. Кончая, Сатир легко укусил меня за шею. Охнув, я уткнулась лицом в подушку, чувствуя, как приятное тепло, еще недавно пульсировавшее внизу живота, разливается по всему телу.

– Что ты там говорила про столик возле плиты? – Тяжело дыша, Сатир навалился сверху, не давая мне перевернуться на спину. – А потом про диван?

Я повторила дословно. И прибавила парочку новых фантазий – завтра охоты не будет, поэтому сегодняшнюю ночь можно использовать целиком. Сатир довольно фыркнул, одобряя все сказанное мной. Его дыхание приятно щекотало шею, а ладонь привычно поглаживала мои ягодицы. Вот парадокс – от Сатира за милю веяло опасностью, но ни с одним мужчиной я не чувствовала себя так спокойно. В любом другом месте это можно было назвать счастьем, но только не на площадке. Закрыв глаза, я постаралась отогнать тяжелые мысли. Охота не будет преследовать нас вечно. И уж точно я не буду думать о ней сейчас. Завозившись под Сатиром, я осторожно повернулась на бок и перекинула ногу через его бедра.

– К черту столик, пойдем в душ, – прошептала я ему на ухо.

– Душ тоже подождет, – усмехнулся Сатир, не давая мне подняться.

Отвечая на его поцелуй, я подумала, что завтра мы снова проснемся не раньше обеда. Отлично. Лучшего досуга я и не планировала.


предыдущая глава | Влюбись, если осмелишься! | Сноски







Loading...