home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА ШЕСТАЯ:

Как только Максимус уехал, мы с Дексом попали в комнату, которую нам выделили Уилл и Сара. Она была маленькой, но удобной, с большой королевской кроватью и обоями в цветочек. На самодельном шкафчике стоял телевизор с рогатой антенной, своими руками были сделаны и столики по бокам кровати, и платяной шкаф, все были в одном стиле.

Уилл оказался мастером, сделавшим почти всю мебель.

— Я позову вас на ужин, — сказал Уилл, закрывая дверь.

Я посмотрела на Декс. Он лежал на кровати, сунув руки под голову, постукивая пальцами по макушке. Его лицо было нечитаемым.

— Не собираешься распаковываться? — спросила я, начиная рассовывать свои вещи в разные выдвижные ящики.

Он ничего не сказал, продолжая постукивать. Мне не нравилось тихое поведение Декса, от этого появлялось только больше неловкости, хотя из-за общей комнаты ее уже было много.

Я закончила раскладывать вещи и ушла в ванную. Там было чисто, ванна была на когтистых ножках, стоял старый рукомойник. Такой интерьер можно было и в журнал поместить.

Я впервые за день посмотрела на себя в зеркало. Я была, конечно, уставшей. На волосах и губах был слой пыли, кожа вокруг носа потрескалась. Огорчало, что я весь день так проходила, еще и Максимус это видел. Я не собиралась его преследовать (серьезно), но не хотелось казаться кошмарной рядом с высоким красивым мужчиной.

А еще Декса. Он вел себя своеобразно. Не страннее обычного, но, признаю, я была расстроена, что он ни разу не спросил, в порядке ли я, вообще не интересовался моим состоянием. Может, дело было в отсутствии таблеток, может, в Максимусе, а может, было что-то еще.

Я сняла мокрые от пота и грязные вещи и переоделась в светлые леггинсы и трикотажное платье, что было достаточно свободным, но и скромным, чтобы не пугать пару христиан. Я вернулась в комнату. Декс все еще был на кровати. Не сдвинулся ни на дюйм. Смотрел в точку на стене и отстукивал ритм по голове.

— Что стучишь? — спросила я.

Он не посмотрел на меня, стучал дальше. Это раздражало, и я не могла угадать, что это за ритм. Это точно не были «Slayer».

Я громко вздохнула и бросила через комнату грязные вещи. Они упали на качающееся кресло в углу, и оно пошатнулось, заскрипев. А ответа все не было.

Следующее мое действие было странно импульсивным.

Я запрыгнула на кровать и оседлала его. Вытащив руки из-под его головы, я прижала их к кровати.

— Эй! — завопила я в его лицо. — Муженек!

Он посмотрел на меня с удивлением и, наверное, со страхом. На миг я чувствовала себя глупо, но проигнорировала это. Я вжала его руки сильнее и заглянула в его глаза.

— Ты будешь обращать на меня внимание, ясно? Нравится тебе или нет, а я знаю, но не нравится, но я твоя псевдожена, и у нас есть работа, так что я бы хотела, чтобы ты хотя бы помнил, что я в этой же комнате. Усек, партнер?

Страх медленно исчезал на его лице, и я увидела хорошо знакомое выражение.

Саркастическую улыбку, сияющие глаза. Конечно, это возвращение к привычному Дексу сделало факт, что я была в дюймах от его лица и придавливала его к кровати, интригующим. И смущающим. Лицо мое тут же вспыхнуло.

Я оттолкнула его руки и слезла с него, после чего села в дальнем конце кровати. Я настороженно следила за его реакцией.

Он медленно сел и издал смешок. Он взглянул на меня и усмехнулся.

— Похоже, уже нет вопроса, кто главный в этих отношениях, да?

Я пожала плечами.

— Я просто пыталась привлечь твое внимание.

Он кивнул, закрыв глаза.

— Прости, я немного ошалел. Это…

Он не закончил. И не нужно было. Но это все еще не объясняло всего.

— А тебя явно не тревожит, что случилось со мной в конюшне, — не удержалась я.

Его глаза потемнели, словно свет заслонила туча. Он сел прямее и стал ближе ко мне.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не издал ни звука. Он посмотрел на руки и все обдумал.

— Прости, — сказал он.

И все?

— Другое дело, — сказала я, похвалив его.

Он едва слышно вздохнул.

— Не знаю, что сказать, — добавил он. — Ты очень напугала меня.

Я не сдержала смешок.

— Я тебя напугала? Декс, я заглянула в стойло, а через миг руки оказались на шее. А напарник в это время смотрел на меня так, словно я — дьявол.

— Я не совладал с собой, знаю. Прости. Просто… я не знаю, что со мной было в тот момент. Я, казалось, осознаю все вокруг хуже, чем обычно.

— Это из-за того, что ты не принимал таблетки?

Он пронзил меня взглядом. Я думала, он как-то огрызнется, но он замешкался. А потом расслабился.

— Наверное.

— Как ты себя чувствуешь?

Он покачал головой. Плохо. Почему он не откроется мне?

— Поговори со мной, — попросила я. Он поджал губы. Я склонилась ближе. — Прошу, — сказала я, пытаясь сломить его. Я с надеждой смотрела на него. — Понимаю, мы толком не знаем друг друга. И когда я думаю, что начинаю тебя узнавать, ты делаешь что-то другое, и мне приходится начинать заново. И это круто, я понимаю. Я знаю, что со мной тоже сложно. Но, прошу, начни говорить со мной. Даже если мы не друзья, мы напарники. По делу. Этот проект, это шоу много для меня значит, и для тебя тоже, и если мы хотим, чтобы все сработало, ты должен доверять мне. А я начну доверять тебе. И тогда мы сможем лучше понимать друг друга.

Я обвела жестом комнату, угасающий свет солнца оставлял на стенах длинные тени.

— Посмотри, где мы. Играем в семью с людьми, которых не знаем, в Нью-Мексико. Я нервничаю. Боюсь. У меня плохое предчувствие насчет этого места. Здесь женщина, которая не хочет, чтобы мы здесь были, какой-то чудак, сказавший, что я не протяну и дня, и я увидела страшное в той конюшне. Твой, так называемый, бывший друг даже предупредил насчет тебя…

— Предупредил? — он вскинул голову, глаза пылали.

— А еще есть напарник, с которым мне придется делить кровать, которого я почти не знаю, у которого много своих проблем, и он не рассказывает о них. Если не поделишься со мной, Декс, не знаю тогда, с кем вообще ты сможешь поговорить. Может, со своей девушкой, но ее тут нет. Я есть. Думаю, это уже многое. Я здесь, и мне нужно, чтобы ты поговорил со мной, потому что выходные грозят оказаться хуже, чем могли. И мы оба это понимаем.

Я глотнула воздуха. Было утомительно говорить все это, но мне полегчало. Я смотрела с опаской на него, мысленно умоляя, чтобы моя речь сработала, чтобы он рассказал мне хотя бы то, что я могла понять.

Он молчал какое-то время, обдумывая все, глядя на узор на покрывале. А потом склонился, глядя мне в глаза.

— Мое сердце колотится. Постоянно. Разные мысли крутятся в голове. Я взволнован.

Я импульсивен и боюсь, что вот-вот сорвусь. Я не знаю, что хочу сделать, но боюсь это понимать. Я хочу кричать, хочу бегать. Все сбивает меня с пути. Мне тоже не нравится это место, и предчувствия только усиливаются с каждой минутой. Я хочу сесть в машину и уехать. Мне кажется, что я все порчу. Серьезно порчу. Но я чувствую. Я не привык к этому.

Разум работает безумно быстро, но это даже круто, ведь меня посещают идеи, связанные с тем, что можно сделать с этой адской дырой. Мне нравится и не нравится это. Так я себя чувствую. И я борюсь с этим.

Я пыталась все это осознать.

— Может, тебе просто… отпустить себя?

Он саркастически улыбнулся, но себе, а не мне.

— Не думаю, что тебе понравится.

— Откуда тебе знать?

— Интуиция. Я… вряд ли тебе захочется это слушать, но я уже слишком многое рассказал… Я немного боюсь тебя.

Сердце екнуло, и я невольно прищурилась. Эти слова не удивляли, ведь я была уверена, что Декс говорил мне это, когда мы исследовали маяк.

— Почему, — спокойно сказала я, глядя на тени на стене, — ты всегда боишься меня, когда есть еще многое, чего можно бояться?

— Знаю, это не объяснить. И ты не… страшная.

Я закатила глаза. Да, теперь меня это тронуло.

— Максимус меня явно не боялся, — горделиво сказала я.

Декс не удивился.

— Знаю. Потому что он хотел бы добраться до тебя.

Я не могла отрицать, что мысль меня интересует. Я хотела спросить у него:

«Правда?» — и выведать информацию, как школьница. Но не стала.

— Очень смешно, — ответила я.

— Слушай, я не хотел этим оскорбить. Знаю, сложно в этом поверить. Это… явно расходится с тем, что ты думаешь обо мне, но я ведь о тебе знаю мало. Это не помогает. Я вижу, что и ты думаешь о многом, и что не мне ты все это расскажешь.

Как интригующе. Он хотел, чтобы я думала о нем?

— Мне нужно, чтобы и ты говорила со мной, — закончил он.

— Я говорю! — воскликнула я.

— Не сейчас. Ты ждешь, что я буду говорить, спрашивать, но ты не делаешь этого в ответ. Типичная женщина.

— Уж простите! — я резко вскочила с кровати, скрестила руки, пытаясь совладать с собой. Он лениво улыбнулся.

— Не кричи. Расскажи, что ты чувствуешь на самом деле.

Он со мной играет? Я автоматически начинала рычать. Если он хотел меня бояться, я испугаю его.

— Вт видишь! — сказал он, вставая и указывая на меня пальцем. — Вот и твои мысли забежали. И ты злишься, думаешь, что можешь со мной сделать.

Я бы назвала это паранойей, но он был прав.

Он обошел кровать, направляясь ко мне. Я ощутила опасение. Что он собрался делать?

Он подошел ко мне в той же манере, что и Мигель, но положил ладони на мою талию. Он заглянул в мои глаза, его лицо было в дюймах от моего. Я смущенно застыла.

Он собрался меня целовать? Такое было возможно.

Я шумно сглотнула, застыв в его теплых руках, оказавшихся уже на моей спине. И это я должна была пугать, хотя сама была готова умереть от страха.

Я пыталась изгнать из взгляда эмоции, не показывать ничего на лице, пока его взгляд скользил по моему лицу, замирая на глазах, щеке и губах. Уголки его рта приподнялись, появилась улыбка.

— И, — сказал он гортанно. — Можешь рассказать, о чем ты сейчас думаешь?

Нет. Я не могла. Я не могла ему рассказать, что хотела, чтобы он поцеловал меня. Я не могла сказать, что если он меня не отпустит, я поцелую его сама. Я не могла сказать ему, что все, о чем я могла думать, было то, как я сильно хотела его.

Я не сказала ему это. Я решила вести себя холодно.

— Думаю, ты не так понял, Декс, — сказала я осторожно (вдруг обеспокоившись из-за своего дыхания). Он улыбнулся и убрал руки.

— Наверное. Хотя я лишь сделал то же, что и ты. Это и есть импульсивность… ведь я подчинился потоку. И тебе не понравилось, да?

Я смотрела в его глаза, пытаясь понять, нравится ли ему все это. Возможно.

В дверь постучали. Мы подскочили и развернулись. Уилл открыл дверь и заглянул.

— Да?

Он увидел нас у стены и быстро отвел взгляд.

— О, простите. Я звал вас, но не услышал ответ. Простите…

Он начал закрывать дверь.

— Эй, Уилл, — позвал его Декс. — Не волнуйтесь, мы лишь кое-что обсуждали. Заходите.

Уилл был смущенным.

— Простите. Я должен был подождать. Я забыл, какова любовь в юности. Ужин готов.

Мы были бы рады, если бы вы присоединились к нам.

Декс кивнул.

— Конечно, мы придем.

Уилл кивнул, улыбнулся, думая, что помешал нам, и закрыл дверь.

Декс взглянул на меня. Пространство между нами принесло облегчение.

— Я знаю твой тайный страх, — вдруг пропел он баритоном, обошел кровать к своему чемодану и начал вытаскивать его содержимое.

Я не знала, что произошло. Я стояла там пару секунд, ничего не говоря.

И тут Декс начал снимать штаны.

— Ох, — пролепетала я и отвела взгляд на что-нибудь другое в комнате.

— О, ладно тебе, женушка, я в боксерах, — услышала я его. Лучше не стало. Но я должна была подсмотреть. Они были синими в звездочку. — Надеюсь, ты и до этого видела парней без штанов.

Но не так.

Он снял рубашку, и я увидела, наконец, остальную часть татуировки, что была на его руке. Там был большой черный флер-де-лис. На груди была надпись курсивом, но я не могла ее прочесть. Я была удивлена. И немного на взводе (снова, да). Я хотела рассмотреть получше, расспросить его про тату. Но его пресс отвлек меня, и я покраснела. Нужно уходить, пока я не сказала ничего глупого.

— Жду внизу, — быстро сказала я и вышла. Я не хотела видеть Сару и стол одна, но так было лучше.

Я тихо закрыла дверь и пошла с опаской по коридору к лестнице. Я хотела, чтобы меня не заметили, пока я разглядываю картины и фотографии на стенах. Было много писаний в рамках, типичных фраз и молитв из Библии, несколько крестов и картин, что были в основном с пустыней. Не было ничего народного, ничего от навахо. Похоже, они отвернулись от своих корней. Не мне судить, но… я считала это странным. Но все здесь было странным.

Я замерла у верхней ступеньки и глубоко вдохнула, готовя себя к ужину с незнакомцами.

— Иди уже, — раздался внизу голос Сары.

Как она узнала, что я стою здесь?

— Я чувствую твой запах, — просто сказала она. Это было страшно. Она и мысли читала?

Я спустилась и завернула за угол в их простоватую столовую. Стол был длинным, рассчитанным на большую семью, но они с Уиллом были по разные стороны и достаточно далеко от тарелок, для нас с Дексом.

— Простите, — сказала я. — Я ждала Декса.

Уилл указал на мое место нервно, но тепло.

— Прошу, садись, Перри.

Я улыбнулась и села. Еда уже была на тарелках. Кукурузная каша, соус, курица и прочее. Хорошо, что я не вегетарианец.

— Декс, — учуяла Сара. Она все еще была в фартуке, которым устелила край стола. — Что это за имя?

— Сокращенное от Деклана, — сказала я.

— Нет, — фыркнула она.

Я не хотела спорить с ней из-за его имени, так что сказала то, что знала:

— Может, его мама не знала, как его правильно произносить.

— Не знала?

Я решила указать ей, что она вела себя бесстыдно.

— Да, она умерла.

Вес моих слов заставил Уилла печально кивнуть, но не Сару.

— Твоя свекровь мертва? Повезло, — рассмеялась она. — Это мечта любой жены.

— Сара! — возмутился Уилл. — Прояви уважение.

— Прости, — сказала она, глядя на меня (или нет) с сахарной улыбкой. — А у меня были мечты, что миссис Ланкастер отправится в добрый путь.

Ох, это уже было неудобно. Где носит Декса? Нет, я не хотела, чтобы он слышал этот разговор, но все же.

— Не слушай ее, — сказал Уилл. — И не отвечай.

Я попробовала кашу. Неплохо.

— И как давно вы занимаетесь своим шоу? — спросил Уилл.

— О, только начали, — медленно сказала я. Мне не нравилось говорить без Декса, и мне казалось, что из-за этого нашу ложь могут вычислить.

— О? А что вы делали раньше?

— Я работал оператором. Перри все еще занимается рекламой, — сказал Декс, появляясь из темноты коридора. Я не знала, сколько он там стоял. И все же я была рада.

Он сел напротив меня.

— Простите, Джен звонила.

Мои глаза чуть не вылезли на лоб. От упоминания Джен мне было неприятно, и в нашем сценарии ее не должно быть, так что я старалась реагировать как можно холоднее.

Я посмотрела на Уилла.

— Джен — наш менеджер. Она очень тревожится за то, как мы тут справляемся.

Кто-то должен был сказать, что она тощая зараза, но я сдержалась.

Я не смотрела на Декса, чтобы ничего не выдать, но я видела, что он смущен своим проколом. Притворяться было сложно.

Ланкастеры ничего не спрашивали, и мы смогли поесть без происшествий, перебросившись парой фраз.

Кроме недовольных замечаний Сары, ужин был приятным, и мне стало проще мириться с Ланкастерами и ситуацией. Пока я не услышала о ситуации больше.

— Я волнуюсь за овец, — сказал Уилл, рассказывая о странных случаях. — Я могу пережить камни, брошенные в окна, и животных, бегающих по дому. Но не могу терять овец. Нам уже сложно. Правительство ничем не поможет.

— Эм, животные, бегающие по дому? — спросила я.

Он пожал плечами. Его обветренное лицо было равнодушным, но он не мог скрыть серьезность в голосе.

— Что-то бегает по дому… порой похоже на человека, порой — на животных… Я могу это стерпеть…

Я не сдержала фырканья из-за абсурдности этого.

— Да, но не стоит.

— Максимус мне помочь не смог. Если вы сможете, я буду очень благодарен.

— О, будто они помогут, — вдруг рассмеялась Сара. Она все это время молчала, только порой недовольно цокала языком.

Мы с Дексом переглянулись.

— Уильям, ты так глуп, — продолжала она. — Они не хотят тебе помогать, они хотят нажиться на твоей проблеме.

— Вообще-то, — вырвалось у меня, — он нас позвал.

— Потому что этот рыжий ему так сказал, — возразила она. — А вы снесете нашу ферму, только бы нажиться на этом. Вы не хотите нам помогать, и вы не сможете. Вы лишь кучка бездарностей.

— И вы думаете, что вам не нужна помощь, — сказала я, поражаясь своей смелости.

Она замолчала. Краем глаза я видела, как переглянулись Уилл и Декс. Они решили не участвовать в споре.

— Думаю, мужу кажется. Я не видела ничего бегающего в доме. И нет, не из-за того, что я слепая. Я могу уловить больше, чем вы глазами. Но овец крадут и жестоким образом убивают, и если это не намек человеку собирать вещи и уезжать, то я не знаю, что это.

На этом она вытерла губы салфеткой и бросила ее на стол.

— А теперь простите, но я спать. Гости в доме утомляют.

Уилл отодвинул стол и был готов встать, но она замахнулась в его сторону тростью.

— Останься. Ты знаешь, что я все могу. Не нужно устраивать шоу перед гостями.

Уилл закрыл глаза, пробормотал что-то под нос и сел, а Сара пошла наверх.

— Простите еще раз, — сказал он, извиняясь. — Она плохо ладит с незнакомцами. И она не верит в призраков и прочее сверхъестественное.

— Это хорошо, — убедил его Декс. — Большинство не верит. Хоть мы и страдаем от них.

Это он еще слабо сказал.

Уилл кивнул.

— Я рад, что вы здесь. Мне нужно понять, что я не схожу с ума.

Я вдруг ощутила тепло к нему.

— Вы не сходите с ума, мистер Ланкастер. Мы не оставим это, пока не поймем, что происходит.

— Прошу, называй меня Уилл. И спасибо. Приятно слышать это.

— Уилл, что вы видели? И когда это началось? — спросил Декс. — Не против, если я достану камеру?

Я и забыла о съемках. Это казалось неправильным. Уилл лишь вскинул руку и кивнул.

— Хорошо. Я понимаю.

Декс ушел и быстро вернулся с маленькой камерой и бумагами. Их было меньше, чем он давал мне. Он подошел к Уиллу и опустил бумаги перед ним.

— Просто нужно подписать, что вы не против съемок… Без этого будет сложнее.

Уилл кивнул и, чуть замешкавшись, подписал бумаги.

Декс улыбнулся.

— Идеально. Попробуем уговорить Берда и других утром. Я бы хотел взять у них интервью.

Вот и Декс в строю. Я не знала о таких тонкостях.

Уилл взглянул на него скептически.

— Не знаю, подпишут ли Шан или Мигель, но попробовать можете.

— Мигель, думаю, их не подпишет, — сказала я.

— О, уже видели Мигеля?

— Ага, — сказал Декс, сел напротив меня и завозился с камерой. — Очаровательный товарищ.

Уилл несколько раз кашлянул.

— С ним сложно ладить, но он трудолюбив. В хорошие времена я бы его не позвал, но у нас нет выбора. У него тоже тяжелая жизнь. Его сложно судить.

Странно, но мне было просто его судить. Я быстро взглянула на Декса, но он был занят камерой.

— А что с Шаном? — спросил осторожно Декс, не поднимая головы.

— Шан? — удивился Уилл. — Шан хороший. Он много лет как друг семьи. Рос с Сарой в городе. Умный. Молчалив, но с ним легко поладить. Он хорошо работает.

— Хорошо, — Декс поднял камеру и нажал на кнопку. Красный огонек перестал мерцать. К счастью, он навел камеру на Уилла, а не на меня.

Декс задал ему несколько вопросов о работе на ферме. Сколько у них овец, есть ли крупный скот, когда основали ферму, как изменения в экономике влияют на них, об атмосфере в Рэд Фоксе и прочее. Когда с вопросами было покончено, Уилл заметно расслабился. Я ему сочувствовала. Я думала, что не справлялась сама, думала, что жизнь была порой тяжелой, но мужчина чуть не плакал, рассказывая об испытаниях судьбы.

Быть коренным американцем на этой территории было сложно, и все добавившиеся сложности только ухудшали дело.

Декс погрузился в работу. Он направил камеру на меня, и я вздрогнула. Я не успела посмотреть на себя в зеркало перед съемкой, но уже поздно было тревожиться.

— Задавай вопросы, — сказал он. — О том, что случилось… здесь… позже.

У меня был целый день на подготовку, но я даже не вспомнила об этом. Это было ленью или плохим вниманием? Я ненавидела свои плохие привычки.

Я глубоко вдохнула и понадеялась на редакторские навыки Декса. Я повернулась к Уиллу, на лице отразилось выражение «репортера-исследователя».

— Скажите, Уилл, когда вы впервые заметили, что происходит что-то необычное?

Он вздохнул, а потом сказал:

— Пару недель назад. Я лежал на кровати и услышал рычание. Я подумал, что мне снится, но чем больше я слушал, тем громче оно становилось. Оно исходило из-за двери.

Я не знал, что думать. Я не хотел вставать, но внизу была Сара, ее нужно было защитить.

Я схватил старую бейсбольную биту и открыл дверь. Рычание прекратилось. Там ничего не было. Я не хотел будить Сару, но на следующий день она сказала, что тоже слышала рычание. И она тоже подумала, что это сон. А потом пришел Берд и сказал, что нескольких овец… разорвали на куски. Три, на склоне. Головы, ноги… все было отдельно. Но овец не съели. Кто-то будто так развлекался.

От его истории мне было не по себе. И дом вдруг показался большим и темным.

— И кто это сделал?

— Койоты, наверное. Или волки, но они тут редко бывают. Но в этом нет смысла. Они бы съели овец. Особенно, перед зимой. Им нужно наесться.

— А вы не думали, что это развлекаются дети из города? Люди могут вести себя ужасно с животными, — сказала я, помня, что по соседству пару лет жили убийцы котов.

Он покачал головой.

— Нет. Я знаю, детям из города порой нечем заняться, но они бы такое не сделали.

— У вас нет врагов, что хотели бы навредить ферме?

Он покачал головой. Я верила ему. Он вряд ли мог врать.

— А у Сары? — спросил осторожно Декс.

Уилл выдавил улыбку.

— Кто мы захотел обидеть слепую женщину?

Я боролась с желанием переглянуться с Дексом. Но это осталось бы снятым.

Уилл продолжил:

— А еще несколько дней назад группа детей ходила по холмам дальше отсюда. Не знаю, что они делали. Порой они ищут вещи навахо, чтобы продать. И они сказали, что на них напала пара лис.

— Лис? — повторила я. Милые лисички?

— Так они сказали. Думаю, они имели в виду койотов, но и это странно. Койоты никогда не нападают на людей, пока не оголодают. Никогда о таком не слышал. Уверен, если пойдете в паб завтра вечером, то найдете их. Спросите.

— На людей и животных нападают хищники? И одного вы слышали в доме…

— И видел тоже.

— Верно… — я не хотела оставаться в доме.

— Как раз перед приездом Максимуса для чтения. Я сидел в гостиной всю ночь, потому что бросали камни.

— Камни?

Декс пнул меня под столом.

— Он дойдет до этого, — прошептал он.

Я пронзила его взглядом, камера была на Уилле. Декс махнул ему продолжать.

— И я услышал скрип верхней ступеньки. Я позвал Сару, решив, что это она. А кто еще это мог быть? Ответа не было. И из гостиной лестницы не видно. Но я услышал фырканье. Цокот когтей по полу. А потом из-за угла вышла тень животного.

Он указал на угол, где столовая соединялась с гостиной. Я поежилась.

— Я не видел четко, но было похоже на койота. Зверь был небольшим, но шерсть на загривке торчала выше обычного. Казалось, его шерсть в два фута длиной. Я не видел глаза. Они не светились. Они были пустыми. Я подумал, что у него нет глаз, а лишь пустые глазницы. Я не знал, что делать, и застыл. Продолжали бросать камни, но животное не замечало этого. Оно обошло кухню и исчезло. И шум прекратился. Я сидел там минут десять, пока не собрался с силами и не побежал к Саре, чтобы проверить ее. А она была в порядке. Спала.

— А камни… кто-то бросал камни в ваш дом? — спросила я.

— Да, в дом. Порой в амбар. Порой в комнаты рабочих. Знаю, Мигель это слышал.

— А где они спят? Я не видела их дом.

— За большим амбаром есть домик, скрытый деревьями, чтобы было уединение.

Ничего вычурного, но у каждого есть своя комната. У Шана и Мигеля. Берд живет в городе.

Я кивнула и посмотрела на Декса. Я не знала, нужно ли спрашивать дальше. Он заметил мой взгляд и отвел свой взгляд от экрана. Он замер. Его взгляд сместился влево, над моим плечом.

Я тут же испугалась. Я раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но он покачал головой, глядя туда. Я повернула голову, взглянув на темную кухню сзади. Я видела лишь тени.

Я оглянулась на Декса и Уилла. Уилл насторожился и слушал. Декс поднял палец, показывая, что мне нужно молчать. Он поднял камеру и направил на кухню.

Я посмотрела снова. Я все еще ничего не видела. Потому я слушала. И не зря. Тихий стук в окно на кухне. Еще один. Мне стало не по себе.

Казалось, кто-то стоял за окном и стучал по раме пальцем. Звук был тихим и быстрым. Так могла биться из-за ветра ветка, но деревьев у дома не было.

ГРОХОТ.

Нас окружили звуки: стук, щелканье, грохот камней, падающих на крышу и летящих в окна.

— Твою мать! — воскликнул Декс. Он вскочил и побежал на кухню.

Я посмотрела на Уилла в смятении и страхе.

— Это камни?

Его глаза были огромными.

— Такими громкими они еще не были.

Он поднялся и пошел за Дексом. Я не могла сидеть за столом, пока дом окружала буря грохота, так что я побежала за ними на кухню.

Декс включил на камере ночное видение и целился на окно, которое дрожало. Были видны камни, что отлетали от стекла в темноту.

— Невероятно, — едва слышно сказал Декс и поманил меня к себе у окна. Хотя камни стучали громко, с ним рядом было безопаснее, чем на пороге кухни, где моя спина была открыта дому, так что я втиснулась меж двух мужчин.

Вблизи ничего не было видно. Только бурю камней. Но по окну попадало лишь несколько. Казалось, над домом была каменная туча, и крыша приняла основной удар.

— Это не нормально? — я перекрикивала шум.

— Нет! — отозвался Уилл. — Так плохо еще не было.

— Мы разозлили это своим присутствием, — отметил Декс.

— Это?! — вскрикнула я. Что еще за «это»? Дождь камней не был работой полтергейста. Его проделками были открытые шкафчики. Я не знала, с чем мы связались.

— Думаю, ты прав, — сказал Уилл.

— Это должно объясняться научно, — пыталась возразить я. — Порой с неба падают лягушки. В книге читала.

Да, так я звучала глупо, но это было правдой. Это было в книге Шарля Бурлица «Мир странных феноменов», порой выпасть могло что угодно.

Декс ткнул меня локтем в бок и указал на луну над черными вершинами гор.

— Небо чистое. Падающие лягушки и кукуруза, как это было в Колорадо в 1980-х, были связаны с погодой.

Звук утихал. Камни все реже ударяли по крыше. Как и по окну. Казалось, буря камней угасала. Я медленно выдохнула, все еще прислушиваясь.

Я повернулась к Уиллу.

— Это…

ТРЕСК!

Огромный камень попал по стеклу, оставив трещину. Я перепугалась. Мы отпрянули.

— Плохо дело, — выдавил Уилл. Декс направил камеру на окно, но сам нервно озирался.

— Да, наверное, мы должны…

БАМ! БАХ!

Камень пролетел сквозь окно к нам с Дексом. Не думая, я отскочила влево, сбила Уилла и ощутила на коже осколки стекла.

Уилл поймал меня и удержал. Я увидела, как камень упал на пол, прокатился по кухне к холодильнику. Декс был справа, согнувшись с камерой, прикрывая рукой голову.

— Нужно убираться отсюда, — прохрипела я.

— Я пойду за Сарой, — сказал Уилл и вышел из кухни.

Я опустилась рядом с Дексом и коснулась его плеча, а другой камень прилетел в место, где только что был Уилл.

— Боже правый! — завопила я и впилась в плечо Декса. — Ты в порядке?

Он кивнул и убрал руки от головы. В его глазах была паника. Я была уверена, что выгляжу так же.

— Что теперь? — спросила я.

— Пойдем наружу, — сказал он с решимостью на лице.

— Что?

Он, пригибаясь, взял меня за руку и потащил из кухни. В столовой мы посмотрели на лестницу. Ни Уилла, ни Сары там не было.

— Нельзя наружу, — прошипела я. — Там тебя забросают камнями, балда.

— Да? — спросил он.

Я не знала, как ответить.

— А Уилл и Сара?

— Они будут в порядке, а нам нужно это снять.

Декс замолчал и побежал к входной двери, таща меня за собой. Снаружи было как в холодильнике. Ушла жара и слепящий свет дня. Было темно, как в аду, и холодно, как в пещере.

Мы отбежали на пару футов от дома, безумно озираясь. Нам бы фонарь. Я все еще слышала, как камни били по дому, но ударов по стеклу слышно не было.

— Беги сюда! — закричал Декс и указал камерой на сторону дома, где была кухня.

— Ты смеешься?! Сам иди!

— Ты ведущая! — прорычал он. Только не снова. В прошлый раз в таком споре меня втащили по ступенькам маяка. — Соберись! — добавил он. — Я все время рядом, но ты должна быть снята.

Я покачала головой, но знала, что он прав. Зачем я подписалась на это?

Я медленно прошла к той стороне дома. Я не спешила узнавать, что там было.

Мы подходили ближе, а я сказала ему включить свет камеры. Мне ничего не было видно.

Свет сверкнул, и мой путь осветился, хоть и тускло. Я видела плохо, но все же разглядела окно кухни, разбитое стекло блестело, пробивался тусклый свет с кухни. Пара камней еще билась в окно. Декс направил свет туда, и я замерла, боясь увидеть, что там, но там ничего не было. Камни будто появлялись из воздуха. Там была лишь… тьма.

— Что происходит? — раздался сзади голос.

Я вскрикнула, мы развернулись. Декс выхватил светом Мигеля в паре футов от нас, он был в пижаме и с пистолетом.

— Боже! — я не сдержалась. Я была рада, что это не призрак, но Мигель с пистолетом пугал не меньше.

— Что творится? — прорычал он. — Я слышал крики и разбитое стекло.

— Я надеялся, ты нам скажешь, — сказал Декс, снимая его.

— Убери это от моего лица. Я ничего вам не скажу. Где Уилл?

— Тут, — услышала я Уилла. Он вышел из дома, тяжело дыша. — Сара в порядке. Думаю, это прекратилось.

Прекратилось. И мы зря стояли в эпицентре камней.

— Что в этот раз? — спросил Мигель. — Я говорил, что ты и дня не протянешь. Я никогда не кричал из-за каких-то камней.

— В этот раз кричал бы, ведь они пробили окно, — сказал Уилл, указывая на окно кухни. — Как мне теперь это менять?

— Чертовы подростки, — сказал Мигель. — Нужно снять их и схватить.

— Этим мы, в принципе, и заняты, — сказал Декс.

— Думаете, это подростки? Это вряд ли человек, — возразила я, злясь из-за слов Мигеля. Не продержусь и дня? Да пошел он.

— Она права, — согласился Уилл. — Мигель, так плохо еще не было.

— Все вы сумасшедшие. И все. Идите спать, — проворчал он и пошел по двору. — Я починю окно утром.

Утром. Это слово казалось незнакомым. Как нам дожить до утра?

Но все же мы отправились спать. Мигель ушел, и мы решили, что пора и нам уходить. Уилл настоял, что сам все уберет на кухне и в столовой, и я не возражала. После увиденного я не хотела быть на кухне. Я попросила Уилла закрыть двери миллион раз. Я не знала, как он не сошел с ума со всем этим кошмаром. Я уже пошатнулась.

На пути по коридору мы с Дексом прошли комнату Сары, стараясь не шуметь. Она слышала камни, но не боялась, не больше обычного. Или она хорошо притворялась, скрывая это от мужа. Она не могла не дрогнуть от такого.

В комнате я заперла дверь, включила весь свет и задвинула шторы. Тьма снаружи пугала даже со второго этажа.

Как-то за всем этим страхом я забыла о том, как неловко будет спать. Страх будто стер все остальные проблемы. В ванной я переоделась в штаны пижамы и футболку с концерта «Мистера Бангл» и быстро умылась, почистила зубы. Мне не нравилось быть одной, хоть за дверью и был Декс. Я включила воду, стены казались слишком тонкими.

Когда я закончила, Декс уже был в кровати, писал в блокноте. Он был без рубашки.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

— Вот в чем ты спишь. Классика.

— Надеюсь, и ты не голый спишь, — сухо ответила я, устраиваясь на своем краю кровати.

— Сама узнаешь, — сказал он, фыркнув. Я взглянула на него и укрылась одеялом. Я была в кровати, и она казалась маленькой. Я не могла не задевать его плечо.

Я смотрела на его грудь, ведь теперь могла увидеть слова на ней: «И с безумием приходит свет».

Он заметил мой взгляд.

— Восхищаешься мышцами или смотришь на татуировку?

И то, и другое.

— Татуировка, — сказала я. — Что она означает?

— Отрывок из песни, — сказал он, поджав губы, показывая, что спрашивать не нужно.

И я не стала. Про эту татуировку.

— А на руке? Зачем флер-де-лис?

— Я француз.

— Я думала, ты ирландец.

— Смесь. Вопросы закончены?

Я покачала головой и придвинулась ближе.

— Зачем тату, как не для начала беседы?

— Нам не нужно с чего-то начинать беседу, малыш.

Мы смотрели друг на друга пару ударов сердца. Мы были слишком близко друг к другу. Я видела маленькие завитки черного в его карих глазах.

— Тут уютно, — выпалила я, отвернувшись.

— Можно сделать и уютнее, — улыбнулся он, изогнулись и его усы. Он казался расслабленным после всего, что случилось раньше, учитывая, как он себя чувствовал.

— Ты ведь не хочешь боя подушками?

Он улыбнулся еще шире, сверкнув зубами.

— Я надеялся, что ты согреешь мои ноги.

И вдруг его ледяные ноги окружили мои. Я чуть не вскрикнула, но сдержалась. Я вздрогнула, тело застыло.

— Прочь! — зашипела я, ударив его по руке.

Он улыбнулся, но лишь придвинулся ближе к моим ногам, задевая кожу, где ее не закрывали штаны. Холод пронзал меня, и я не могла никуда сбежать. Я рассмеялась, отталкивая его.

— Я серьезно, — сказала я, толкнув с силой.

Он перевернулся, убрав ноги и улыбаясь.

— Но ты такая теплая.

— У меня горячая кровь, как у млекопитающего. А ты — хладнокровная рептилия. Вот так.

— Рептилиям тоже хочется любви.

Я замерла и взглянула на него с любопытством. Он все еще улыбался, но в глазах был сарказм. Я покачала головой и укуталась в одеяло.

— Надеюсь, ты не храпишь, — добавила я.

— Только когда ноги мерзнут.

Я вздохнула и отодвинулась от него. Он не выключил свет, чтобы писать, но мне было все равно. Я закрыла глаза, засыпая. Шутки прогнали страх из меня. Я не знала, планировал ли это Декс, но это сработало. И, несмотря на случившееся раньше, я чувствовала себя безопасно, ведь сейчас тревожили лишь его холодные ноги.


ГЛАВА ПЯТАЯ: | Рыжая лиса | * * *