home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 11

Сразу на выходе со сцены Джокер аккуратно, не поднимая шума, взял под локоть Милли Давитт.

— Пройдемте со мной, леди. И постарайтесь не привлекать к себе внимания, это не в ваших интересах.

Та попыталась дернуться, посмотрела на моего напарника и застыла. Не знаю, что увидела в его взгляде, но плечи поникли, а в глазах мелькнуло затравленное выражение. И в следующее мгновение — снова гордая осанка и выражение превосходства на лице, будто и не было этой секундной слабости.

Допрос проводили в участке. Маленькая, холодная, слабо освещенная комнатка с противно-зелеными стенами, металлическим столом и парой стульев в центре. Жестко лязгнула запираемая железная дверь, ударило эхом по ушам. Я вздрогнула. Все для того, чтобы вызвать у преступника чувство неуверенности и страха. «Кажется, в данном случае мне здесь хуже, чем нашей предполагаемой преступнице», — подумала, поеживаясь. Милли же сидела на неудобном твердом табурете с гордым сдержанным достоинством, словно королева во время аудиенции. Я с уважением на нее покосилась. Что-что, а лицо держать умеет.

Кира с Джокером, похоже, обстановка совершенно не напрягала. Первый сел напротив подозреваемой, второй как-то привычно прислонился рядом к стене, наблюдая за обоими. Я попыталась сделать так же, но стоять в обнимку с холодной сыроватой штукатуркой мне не понравилось. Видя мои метания, напарник выглянул в коридор, сказал что-то стоящим там охранникам, и через полминуты мне принесли нормальный человеческий стул — мягкий и со спинкой.

— Ну рассказывайте, — спокойно произнес Кир, обращаясь к Милли.

— Что рассказывать? — так же спокойно отозвалась та, невинно похлопав ресничками.

В руках принца появилась изящная косметическая коробочка. Он поставил тени на стол и перевел взгляд на девушку. На лице Милли не дрогнул ни единый мускул, только кровь в долю секунды отхлынула от щек, заставив девушку побледнеть.

— Вам знаком этот предмет?

Девушка через силу кивнула.

Ситуация мне сразу напомнила разговор между мной и герцогом Сорби. Вот так же медленно и лениво его светлость доставал амулет и точно так же спрашивал, видела ли я его раньше… Кажется, тогда милорд заметил, что вести разговор в участке мне бы не понравилось. Что ж, он оказался прав. Если бы меня допрашивали в подобном месте, я бы созналась в чем угодно. Даже в том, чего не совершала.

— А можно проверить, не врет ли она? — шепотом спросила стоящего рядом Джокера.

— Уже, — послышался тихий ответ. — Она находится под действием заклинания и физически не может говорить неправду.

Я едва заметно фыркнула, обозначив этим свое отношение к подобным заклинаниям. Да, можно говорить правду, но не ту, которую от тебя ждут.

— Это коробка с тенями. Я видела ее утром. Госпожа Ванесса, — она легко кивнула в мою сторону, — принесла ее.

— А до того?

— А до того… — медленно процедила Милли, — я ее не видела.

Мало ли что она не видела…

— Но вы знали о ее существовании?! — не вытерпев, вклинилась я, вставая со стула. И почувствовала, как сильная рука напарника легла мне на плечо, усаживая обратно. Подняла глаза и увидела, как тот подносит палец к губам.

— Сиди, Кир сам справится.

— Да, знала, — помявшись, выдохнула Милли, зло зыркнув на меня.

— Послушайте, Милли, — обратился к девушке принц. — Как вы поняли, мы уже в курсе относительно вашего участия в покушениях на конкурсанток. Вам же будет лучше, если сами все расскажете и не заставите тянуть из вас эти сведения.

Я вздрогнула. Таким Кира я раньше не видела. Впрочем, много ли я про него знаю? От его кажущегося спокойным тона, от нарочито участливого взгляда веяло холодом. Стало страшно. Интересно, это издержки профессии или работа Дара? Неуютно поежилась, ощутив, что покрываюсь гусиной кожей, и судорожно сглотнула. Рука Джокера, тяжелая и теплая, снова легла на плечо, ободряюще сжав его пальцами. Я почувствовала себя увереннее, положила свою ладошку поверх его и благодарно улыбнулась напарнику. Тот чуть кивнул в ответ, но руку не убрал.

— Не обращай внимания, — тихо, на грани слышимости раздался его голос, — это работа, всего лишь работа. Это не настоящее, только маска.

Подозреваемая едва слышно вздохнула.

— Хорошо, я расскажу… — обреченно протянула она. — Только можно мне чаю? Пожалуйста… — умоляюще взглянула Милли на принца.

Через пару минут чашка с горячим напитком появилась на столе, и девушка обхватила ее ладонями. Я даже позавидовала, унюхав знакомый запах, — тоже не отказалась бы.

— Начну с того, что я, как и другие конкурсантки, конечно, почла бы за честь стать женой принца, — неспешно начала Милли, растягивая слова и делая паузы, чтобы собраться с мыслями, — но, поверьте, никогда бы не унизилась настолько, чтобы вести нечестную игру.

В этот момент подбородок девушки упрямо поднялся, а глаза сверкнули. Почему-то мне сразу захотелось ей поверить.

— История началась за неделю до моего поселения сюда. В то утро я осталась дома одна. Не считая слуг, конечно. Здесь, в Миртане. Отец отправился по делам, а мама с моей младшей пятилетней сестрой двумя днями ранее уехала в Силки. У нас там родовое поместье. Я занималась обычными делами — умылась, позавтракала, в сотый раз перебрала платья и вещи, которые собиралась взять с собой, села писать письма подругам. А потом появились они…

Лицо Милли стало хмурым, и девушка замолчала, погрузившись в себя. Пару минут мы выжидали, затем Кир вывел ее из задумчивости:

— Они?

— Да… за спиной послышался легкий шум, решила, кто-то из челяди. Но там оказались двое мужчин. Я понятия не имею, как они сумели пробраться в дом незамеченными. Наш особняк очень хорошо охраняется. Я не успела закричать, один из них зажал мне рот.

— Опиши их как можно подробнее.

— Да, конечно. Главного я почти не рассмотрела — он закутался в длинный, до пола плащ. И капюшон на лицо надвинул. Только подбородок выглядывал. Второй, наверное, его охранник. Здоровый мужик — деревенщина, волосатый и вонючий, — личико барышни брезгливо скривилось, — это он мне рот закрыл… Его я хорошо рассмотрела — крупный, ростом с господина Лемана, только шире раза в два. Кожаная куртка с перевязью — типичная наемническая одежда, причем не мне судить, но, кажется, не слишком дорогая. Зато меч… я в оружии не смыслю, но разбираюсь в украшениях. Из-под его плаща выглядывала черненая серебряная рукоять с искусно гравированным рисунком: змея, несколько раз обвившаяся вокруг от гарды до навершия, где она держит в зубах крупный рубин размером с перепелиное яйцо.

Я почувствовала, как напрягся Джокер при этих словах. Подняв голову, заметила, что мой напарник бросил Киру многозначительный взгляд, и тот в ответ кивнул. Надо полагать, про данный меч они слышат не впервые.

— Сам мужик… обычный. Светлые сальные нечесаные патлы, неровная щетина. Только шрам идет через все лицо, от виска через щеку и заворачивает на подбородок. — Милли на себе показала, как именно расположен шрам. И снова замолчала.

— С охранником ясно, — поторопил ее принц, — а что главный?

— Главный… Голос такой хриплый, неприятный. И с акцентом. Даже не знаю, может, исталиец. Больше нечего сказать. Как заметила раньше, лицо не получилось разглядеть. Странно, что вообще запомнила хоть что-то — так сильно испугалась.

— Ладно. Мы остановились на том, что в комнате появились двое мужчин и один закрыл вам рот. Что произошло дальше?

— Дальше главный начал говорить. Каким-то образом они узнали о моем свойстве Дара — я могу гипнотизировать людей. Кроме того, я происхожу из древнего рода и хороша собой, а значит, имею немало шансов выиграть конкурс. Поэтому они и пришли ко мне. Хотели, чтобы я победила.

— Зачем?

— Вы думаете, мне сообщили? — язвительно переспросила подозреваемая. — Кажется, им нужны какие-то волки. Краем уха слышала, как они между собой шептались. Мол, если стану женой принца, то через меня этих самых волков достать смогут…

«Волки?» — озадаченно подумала я, глядя, как Кир кивнул девушке. Сначала меч, потом животные какие-то… Я вопросительно взглянула на Джокера.

— Потом, — шевельнул он губами.

— И вы согласились на их помощь? — поинтересовался Кир.

— Конечно нет! — высокомерно вздернула нос Милли. — За кого вы меня принимаете?! Меня заставили…

Глядя на Милли, трудно было представить, что ее можно принудить к чему-либо.

— Да, заставили. Мужчина сказал, что мои мать и сестра похищены и, если я не соглашусь или расскажу кому-нибудь, их убьют… Как только «гости» ушли, так же незаметно, как появились, я первым делом завела самоходку и помчалась в Силки. Еще не доехав до поместья, знала практически наверняка, что мамы там нет. Единственную ведущую к дому дорогу запорошил снег трехдневной давности — и никаких следов. Тем не менее я все еще надеялась, что ошиблась и это просто глупая шутка. Но на месте мне даже не пришлось ничего спрашивать. «А мы вашу матушку ждали. Неужели не смогла приехать?» — спросила экономка, едва увидев меня.

Я поехала обратно. Выбравшись на центральную дорогу, остановилась, вышла из машины, чтобы умыться снегом. Меня мутило. Послышался визгливый звук тормозов, и рядом появилась еще одна самоходка. Оттуда вышел тот самый охранник со шрамом. «Надеюсь, леди, вы уже поняли серьезность наших намерений. Чтобы стало еще понятнее, вот, держите». Он бросил мне небольшой сверток. Там обнаружилась прядь волос сестренки и ее же письмо. «Дорогая Милли, у нас все хорошо. Нас кормят. Только здесь почти всегда темно, и мама плачет. Забери нас, пожалуйста, домой. Я люблю тебя. Силька». Едва я дочитала, как мужик, указав на локон, добавил, что, если не стану слушаться, в следующий раз вместо локона получу палец, и собрался уезжать. Я бежала за ним и кричала, что все сделаю. Все, что скажут. Уже на ходу он высунулся из окна: «С вами свяжутся». А я села на снег, прямо где стояла, и впервые за последние десять лет заплакала. Примерно так все и было, — подытожила девушка.

— Каким образом с вами связывались?

— Почмагом…

Как просто. Всего лишь почмагом.

— Адрес, — раздался громкий голос у меня под ухом, — какой адрес?

Девушка назвала, и Джокер скрылся за дверью.

— Простите, — замялась Мили, неожиданно украсившись румянцем. И наконец промямлила: — Мне бы… в туалет…

— Ладно, — махнул рукой Кир.

Две женщины из охраны зашли в допросную и увели девушку. Воспользовавшись случаем, я тоже поднялась размять ноги. В коридоре оказалось теплее, и я, обхватив себя руками, зябко повела плечами.

— Не по себе, да? — пробасил стоящий рядом офицер — крепкий дядька с огромными усами, в котором я узнала господина Бурлаша, одного из заместителей Кира. — Ты здесь первый раз, верно? Мне тоже когда-то не нравилось, а потом ничего, привык. Давай я тебе чайку покрепче да погорячее сделаю?

Я с явным удовольствием приняла большую пузатую кружку, щербатую с одной стороны. Крепко сжала ее пальцами. Видя выражение блаженства на моем лице, добрый офицер рассмеялся.

Вернулся Джокер с почмагом, я было сунулась к нему с расспросами, но он жестом меня остановил.

— Прости, мне надо с Киром переговорить, — кратко пояснил и закрыл дверь перед самым моим носом.

Можно подумать, отсюда не услышу. К моему удивлению, слышимость оказалась почти нулевая. Правда, мужчины с повышенных тонов быстро перешли на крик, поэтому подслушивать стало полегче.

— Повторяю в пятый раз: вызови Сорби! — Это Джокер.

— Ты в своем уме? Мне только разведки исталийской тут не хватает. Достаточно тебя и Ленси. — Ага, голос принца. — Зачем ты сюда приперся? Знал ведь, что я не буду рад тебя видеть?

— По-моему, это ты не в себе. Не надо приплетать сюда свои детские обиды. Ты вообще слышал, о чем Милли говорила?! На какой след мы напали?! А сейчас эти люди ищут оружие. Ты понимаешь, что это значит?!

— Понимаю. Проблема существует не первый день и не последний. Обойдемся как-нибудь! Скажи мне другое — Сорби позвал бы меня в аналогичной ситуации?

Послышался глухой звук, словно кто-то стукнул кулаком по столу. Видимо, Джокер, потому что сразу же добавил:

— Да ты даже охрану девочек организовать не смог!

По-моему, пора вмешаться, пока они друг друга не покалечили. Я уже взялась за ручку двери, как меня остановил господин Бурлаш:

— Не стоит. Пусть сами разбираются.

— Но ведь они же… — обеспокоенно начала я.

— И что? Врежут разок друг другу по морде, пар выпустят и расслабятся, — с усмешкой произнес мужчина, накручивая на палец длинный ус. — Давно пора. А то ведут себя как дети. И кстати, при всем уважении к начальству, Джокер прав — Сорби сейчас не помешал бы.

— А вы их слышите? — удивилась я.

— Конечно.

Сорби?.. Я заметно расстроилась. Выходит, мне только показалось, что Джокер и есть Сорби. Ну подумаешь, сидят они одинаково. Жалко как… а я уж размечталась.

— А вы, значит, давно их знаете? — решила я отвлечься от грустных мыслей.

— Конечно. Лучшими друзьями когда-то были. А потом поссорились. Не надо на меня так смотреть. Захотят — сами расскажут.

Через какое-то время за дверью все стихло.

— Ладно, можешь пока привлечь Ленси Арадера. Про Сорби поговорим позже, — наконец подал голос Кир. — Пусть попытается вычислить, куда пойдет сигнал почмага, и пошлет туда дежурный оперативный отряд — может, и успеют взять кого. Только, ради богов, лишь бы сам никуда не совался и жизнью не рисковал. Мне еще с Исталией проблем не хватало.

Я решилась приоткрыть дверь.

— Простите, что мешаю… Милли что-то давно нет, в туалете засиделась. Может, стоит проверить?

— Я сам, — коротко бросил Кир и вылетел за дверь.

Я едва успела за ним глазами проследить.

Напарник сидел на моем стуле, облокотившись на колени и спрятав лицо в ладонях. При моем приближении он поднял голову и устало посмотрел сквозь меня. Пригладил растрепанные волосы и медленно встал, уступая место:

— Садись.

Я послушно села, глядя на нарезающего круги мужчину, и все-таки решилась спросить:

— А мне не расскажешь, в чем дело? Если, конечно, это не государственная тайна.

— Не тайна. Но и с первым встречным болтать об этом не стоит. Как ты знаешь, Королевский Дар — это не род занятий, как большинство других Даров. Это скорее показатель социального статуса. Принадлежность к королевской семье определяется исключительно уровнем Дара. Третий, высший, и никак не ниже. Эта степень есть у самого короля и принцев, то есть его братьев, братьев отца или деда, их сыновей. Дети и внуки принцев, за исключением прямого наследника, становятся лик-принцами и эрд-принцами, которые по-прежнему имеют третий уровень. А дальше все. В побочных ветвях Дар начинает вырождаться. Дети эрд-принцев, если те занимают ниже пятнадцатого места в очередности престолонаследия, получают второй уровень Дара, то есть уровень герцога, и в королевскую семью не включаются. Там Дар вырождается еще быстрее. И так далее.

Я изредка кивала головой по ходу рассказа.

— Конечно, бывает, что кто-то умирает, или меняется наследник, или еще что. Вчерашние эрд-принцы могут сами стать принцами. Случается, врожденный Дар второго уровня переходит в третий, хоть и редко. Существуют, конечно, и побочные эффекты, вроде долголетия. Или того, что в королевских семьях дети рождаются в лучшем случае раз в сто лет — чтобы меньше за власть дрались, причем на десять мальчиков приходится одна девочка… кровь разбавляют извне. Но это все вторично. Главное, как я уже заметил, — социальный статус и общественная иерархия.

Напарник немного помолчал, раздумывая над чем-то, а затем продолжил:

— Так вот, получается интересная картина. Возьмем королевскую семью Адании: у нынешнего короля трое сыновей, из которых двое старших имеют уже своих детей. Кроме того, в семью входят братья короля с детьми и внуками, братья его отца и деда — также с детьми и внуками. Всего около тридцати человек мужского пола с третьим уровнем Королевского Дара.

Тебе никогда не казалось странным, почему в то же время в Исталии в монаршей семье всего три человека — король, принц Эрик и лик-принц Ленси? Более того, при наличии троих мужчин нормального детородного возраста на всю страну лишь одна девушка с Даром Королевской Спутницы. Никогда не задумывалась, почему ее не пускают на балы и выезды? Официальная версия — берегут, чтобы не совратил кто. А на деле все намного прозаичнее. Уже несколько столетий на королевскую семью идет охота. За последние пятьдесят лет шесть раз рождались девочки с Даром, не считая Фелицию Мальн, и со всеми произошли «несчастные случаи» со смертельным исходом. Чуть больше двадцати лет назад погибли родители Ленси. Более того, в рядах крупной аристократии тоже регулярно производятся зачистки. Последняя серия покушений прошла совсем недавно — всего три месяца назад. Тогда погибли двое.

Я вдруг вспомнила Джека, вернувшегося измотанным после недельного отсутствия. Он как раз тогда и говорил, что расследовал убийства.

— Значит, Фелицию стерегут именно из-за этого?

— Конечно. И думаю, кто-нибудь из наших все-таки на ней женится. Не исключено, что сам король. Стране нужны наследники, а выбирать не из кого. Но вернемся к делу. До сих пор неизвестно, кто за этим стоит. По-хорошему, трудно представить, что свергать власть стали бы свои же. Если королевская семья вымрет, третий уровень Дара проявится у одной из герцогских семей, причем нельзя заранее предугадать, у которой. Зато легко предположить, что в такой период государство станет особо уязвимым. Пока всех проверят, пока найдут новый Дар, пока официально коронуют и новый король войдет в курс всех дел, пройдет немало времени. Возможно, есть какая-то третья сила, желающая воспользоваться временным хаосом.

— И сейчас вы получили какие-то доказательства этого?

— Да… Во-первых, меч с рубином — это фамильная ценность королевского дома. Последним владельцем являлся отец Ленси. Это наводит нас на след убийц. Во-вторых, волки. Эта информация засекречена. Думаю, для Кира стало сюрпризом, что я о них знаю, — невесело усмехнулся Джокер, — а раз я смог пронюхать, то и другие смогли. Волки — новая разработка аданийцев в области военной техники.

Мне новости совершенно не понравились.

— Ты хочешь сказать… наши враги собираются убить всю королевскую семью, а затем, воспользовавшись беспорядками, захватить власть, причем не глядя на Королевский Дар?

— Надеюсь, я ошибся. Однако версия очень правдоподобна…

— Ты поэтому хотел позвать Сорби?

— Да, герцог уже лет двадцать ведет это дело — с тех пор как его начальница погибла. Не поставить его в известность… даже не знаю, как назвать такой поступок. Впрочем, Кир — человек разумный. Думаю, за день остынет и все-таки обратится в Исталию. Более того, если бы не я, а кто-то другой посоветовал принцу позвать его светлость, подозреваю, он сразу бы согласился.

Продолжить нам не дали. Вернулся Кир с Милли. Я уловила нотки страха и отчаяния, идущие от девушки. Наверное, плакала в туалете — что еще там полчаса делать можно.

Действующие лица заняли свои места. «Прям спектакль какой-то», — отстраненно подумала я.

— Кто дал тебе доступ к рейтингу?

— Пауль…

— Какой Пауль?

— Сын главного жреца.

— Сын?! — не вытерпела я и снова ощутила, как сильные пальцы сжали плечо, не позволяя вскочить… да, никакой выдержки. — Тот чернявый мальчик с большим потенциалом — сын жреца?

— Ну не знаю. Может, и не сын, — сварливо отозвалась девушка, — просто они так похожи, да и вертится все время в храме, я и подумала…

Мы с Джокером переглянулись. А если и правда… Мало ли — где-то по пьяни и на женщин потянуло. Может, как раз в том же Ашене, где жрец когда-то побывал. Не Пауля ли пытался он выгородить? Тогда становится ясно, почему слежка ничего не дала…

— Не наказывайте его строго, — торопливо прошептала Милли. — Он не со зла. Он меня любит, а я ему соврала, что сильно больна. И что скоро умру. А Дар Королевской Спутницы меня вылечит.

М-да… чему только люди не верят… Особенно влюбленные…

Дальнейшие показания мне стали неинтересны. Выясняли множество деталей: кто принес тени и прочие предметы, зачем было покушаться на «нерейтинговых» девушек? Откуда брались карточки? И так далее. Ответы один за другим оказывались предсказуемыми, и я слегка заскучала…

— А можно еще чаю… Здесь так холодно. Горло уже болит… — прервав очередной вопрос, попросила Милли.

«Сейчас чай, потом опять туалет, потом снова чай…» — раздраженно подумала я. Допрос начал надоедать, и я с большим удовольствием вернулась бы к себе в комнату. То, что я один день отлежалась, — еще не повод сильно переутомляться.

Вдруг в голове тренькнула неясная догадка, моментально подтвержденная интуицией.

— Кир, прости, что вмешиваюсь. — Я подошла к подозреваемой и обратилась приторно-вежливым тоном: — Милли… ты не можешь говорить неправду, правильно?

Утвердительный кивок.

— Ты ведь не так сильно хочешь чаю, как пытаешься нам показать?

Повисла звенящая тишина, девушка не проронила ни звука. Мой голос, резко сорвавшийся на крик, прозвучал неестественно громко, эхом отражаясь от стен:

— Ты сразу поняла, что не обязательно врать, можно умолчать о чем-нибудь. Ты просто тянешь время! — По привычке я ткнула в девушку пальцем. — Ведь так?! Зачем? Что должно произойти?!

С подозреваемой мигом слетело все хладнокровие. Лицо исказилось в ярости.

— Да! Да! Да! Да, я тяну время! Для вас я преступница, так?! А что я сделала?! Почему это свалилось на меня? Мне всего шестнадцать! Почему я должна решать? Почему я должна выбирать между чужими жизнями и жизнью дорогих мне людей?! — Выдержка Милли разлетелась на части. Девушка зашлась в истерике, лицо покрылось красными пятнами, в глазах заблестели слезы, а в голосе пробились визгливые ноты. — А вы знаете, каково это? Каждое мгновение оглядываться, беспокоиться за родных, бояться за себя и одновременно презирать за то, что делаешь?! И при этом вести себя как ни в чем не бывало. Улыба-а-аться! Коке-е-етни-чать! Продолжать эти дурацкие соревнова-а-ания! Словно ничего не происходит! А-а-а?! — приподнявшись, кричала она в лицо Киру. — За что мне это? Я виновата?! Это вы виноваты! Вы виноваты, что допустили такое! Слышите?! Слышите меня?! Вы! Вы все виноваты!

«Пора прекращать истерику». Не выдержав, я влепила девице пощечину, потом еще одну. Визг моментально прервался. Обняв себя руками, девушка закачалась из стороны в сторону и тоненько заскулила. Из глаз полились слезы. Мне стало на секунду стыдно — ей ведь и правда не позавидуешь.

— И да, — выдавила она, — вы правы, я не все сказала. Можете думать как пожелаете. Сознательно я бы никогда не причинила никому зла, но жизнь родных для меня важнее жизни какой-то безродной выскочки. — Выправка взяла верх, и Милли снова гордо выпрямилась. А я в который раз поразилась ее самообладанию. — Уже поздно. Вряд ли вы ее спасете. Да, я жалею о том, что натворила. Жалею. Но не раскаиваюсь. Если бы все повторилось, я поступила бы так же.

— Что ты имеешь в виду? — подскочил Кир.

Милли молчала.

— Ну?! — рявкнул Кир, встряхивая ее за плечо.

— Мне дали указание отправить Тали в храм. Все так удачно сложилось, у нее есть разрешение на выход. Сразу после сегодняшнего выступления она отправилась в госпиталь навещать Лессу. Я попросила ее по дороге отнести мое пожертвование.

— Зачем?! — потухшим голосом спросил принц.

— Я не знаю! И не хочу знать! Я не хочу знать, что с ней будет… Думаете, я совсем бесчувственная, да?! Думаете, мне от этого знания лучше станет? А я хочу увидеть маму! И сестренку! Живыми!

Кир вскочил, наклоняясь к Милли и чуть приподнимая руку. Мне показалось, что он сейчас ее ударит. Но нет, принц сдержался, лишь громко стукнул ребром ладони об стол.

— Уведите! — рявкнул он, провел дрожащей рукой по волосам, сел обратно на стул и уже спокойнее добавил: — Позже подумаем, что с ней делать.


ГЛАВА 10 | Мир в прорези маски | ГЛАВА 12