home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



16

ОСТОРОЖНЕЕ С ЖЕЛАНИЯМИ

ДАТА: 21 ИЮНЯ 2179 ГОДА

ВРЕМЯ: 12.07


Сидя вверх ногами на водительском сиденье вездехода, Ньют тихонько бормотала что-то себе под нос. От того, что она упиралась плечами и затылком, у нее немного болела шея, но она все равно тянула носочки, пытаясь достать ногами до крыши кабины.

– Ребекка, сядь нормально, – наказал ей Тим.

– А это что, ненормально?

– Ты сидишь вверх ногами.

– А может, это ты сидишь вверх ногами.

Брат протянул руку и обхватил ее ноги. Она попыталась вырваться, но упала, словно подрубленное дерево, оказавшись между передними сиденьями. Ньют замолотила ногами и почувствовала, что угодила правой ступней брату в бедро. Когда он протестующе вскрикнул, она не прекратила и еще раз его стукнула, улыбаясь сама себе.

– Ребекка! – сердито гаркнул он.

Она села на пол между двумя сиденьями и раздраженно посмотрела на него.

– Почему ты всегда меня так называешь?

– Потому что тебя так зовут, – ответил Тим. – И перестань меня бить.

– Ты сам меня свалил. Из-за тебя я упала. И мне это имя не нравится.

Тим вздохнул и сел повыше в своем сиденье. До этого он рисовал, но теперь его блокнот был отложен в сторону уже минут пятнадцать-двадцать назад.

– А мне, может, нравится сидеть вверх ногами, – пробормотала она, надув губки.

– Чего? – переспросил он, сердито на нее взглянув.

– Нравится сидеть вверх ногами.

Он закатил глаза.

– Ну и хорошо. Только делай это на другом сиденье. А я пока вздремну.

Ньют изогнула бровь и склонилась поближе к нему.

– Ого! Тебе, наверное, и правда скучно.

Тим посмотрел на нее.

– А тебе что, нет? Они взяли нас сюда с собой, но ничего не разрешают делать. В чем тогда смысл?

– Мне не скучно, – заявила Ньют.

Тим выровнялся на сиденье, потер прыщик на щеке.

– Хочешь сказать, тебе лучше здесь, чем было в колонии, где ты сейчас играла бы в Лабиринт чудовищ с Лиззи, Аароном и Кембреллом?

Ньют усмехнулась и сдула с глаз свалившийся локон.

– Конечно, там было бы намного веселей. Но мама с папой здесь, и мне нравится быть с ними. Это же приключение, забыл, что ли?

Тим склонился к ней и пристально посмотрел на сестру, словно она была каким-то странным насекомым.

– Да, только никакое это не приключение, – возразил он. – Мы просто тут сидим и все.

– Ты, может, и сидишь, – ответила Ньют, забираясь обратно на переднее сиденье. – А я думаю.

Покрутившись там, она снова встала на плечи и, подняв ноги вверх, дотянулась кончиками пальцев до потолка.

– Да ну? И о чем же ты думаешь?

Желудок Ньют издал тревожное урчание, а сама она вздрогнула.

– Я думаю, что мамы с папой нет уже слишком долго.


ДАТА: 21 ИЮНЯ 2179 ГОДА

ВРЕМЯ: 12.29


Пропустив обед в столовой, Бракетт разогрел себе миску супа, а потом занялся упражнениями, чтобы избавиться от нависшей над ним тревоги. Двести подъемов корпуса, двести отжиманий и бесчисленное количество приседаний ничем не помогли, и он переключился на турник, установленный его предшественником над дверью в ванную. Чувствуя, как горят мышцы, он подтягивался и опускался, плавно выдерживая темп.

От усилия его мысли начали рассеиваться, и чувство подавленности отступило. Впервые за час с лишним ему не хотелось постоянно сверяться с часами на стене и считать минуты, прошедшие после последнего контакта колонии с Джорденами.

По спине у Бракетта стекал пот. Сердце колотилось, отдаваясь в ушах, а он пытался упомнить, сколько выполнил повторов, и решить, стоит ли делать еще. Но ответ был прост: остановись он сейчас – его тут же потянет снова следить за часами.

«Что бы ни случилось, в этом нет твоей вины», – успокаивал себя Бракетт, вновь хватаясь за турник. В его мыслях вдруг возникло личико Ньют. Той самой Ньют – с губами, перемазанными фруктовым льдом, с большими глазами, глядящими таким не по годам серьезным и мудрым взглядом.

Он снова начал подтягиваться, вверх-вниз, вверх-вниз, пытаясь прогнать этот образ из головы. Но оказалось, это было так же трудно, как забыть Энн за все эти годы. Его жизнь шла своим чередом, и он был достаточно счастлив. Достаточно удовлетворен. Он думал, что больше никогда ее не увидит, и решил, что сможет с этим жить.

Непродолжительное время он был влюблен в пилота по имени Тайра, но тогда все закончилось отчасти ради их карьер и отчасти потому, что они оба пережили более сильную любовь ранее. Поэтому оба понимали, что их чувства были недостаточно глубокими.

А потом он получил это назначение на Ахерон. Какая-то его часть желала, чтобы этого с ним никогда не случилось. Ему вспомнилось мифологическое происхождение названия этой планеты. Река боли. Оно казалось весьма подходящим.

Кто-то постучал в дверь. Он спрыгнул с турника и, взяв полотенце, вытер пот с лица.

– Открыто! – крикнул он. Дверь распахнулась вовнутрь, и в квартиру вошла Джулиса Парис, с прямой спиной и деловитым видом.

– Капитан, – проговорила она, вместо того чтобы поздороваться.

– Есть какие-нибудь новости для меня, лейтенант?

– Боюсь, что нет, сэр.

Бракетт ощутил дрожь в позвоночнике.

– Значит, Джордены на связь не выходили?

– Так мне сообщили, – подтвердила Парис, печально глядя. – Насколько могу судить, Симпсон даже не пытался с ними связаться. Он делает вид, будто это не очень важно, и может, так и есть, но начальник смены, с которым я разговаривала, сказал, что народ там весь на нервах.

Бракетт ругнулся себе под нос.

– Что вы собираетесь делать, капитан? – спросила она.

– Пока ничего. Но будьте готовы. Для меня это дело принципа, и если я отступлюсь от своего, то буду выглядеть дураком. Но и если эта семья попадет в беду, я не собираюсь ее там бросать. Еще тридцать минут, лейтенант. Если Джордены за это время не отзвонятся, мы выходим за ними.

Парис отдала честь.

– Так точно, сэр.

Повернувшись на каблуке, она вышла. Бракетт закрыл дверь.

«Где же ты, Энн?» – думал он, быстро шагая в душ. Он хотел быть уже одетым и готовым выступать, если до этого дойдет. Задержка отчета могла быть вызвана проблемами со связью, либо они просто забылись в восторге от своей находки. Но в разуме капитана уже начинала обосновываться страшная уверенность.

«Позвони, черт возьми, – думал он. – Докажи мне, что я ошибаюсь».


ДАТА: 21 ИЮНЯ 2179 ГОДА

ВРЕМЯ: 12.56


Ньют сидела в водительском сиденье, обхватив себя руками.

Фары вездехода были включены, но тьма снаружи сгущалась. Поднявшийся ветер стал задувать в окна. Несмотря на включенный обогреватель, Ньют все же чувствовала просачивающийся снаружи холод и уже начинала задумываться, сколько еще смогут протянуть фары и печь. Закончится ли у вездехода заряд? Будь это возможно, мама и папа не оставили бы их там надолго, верно ведь?

«Намеренно – нет», – подумала она.

И впервые забеспокоилась не на шутку.

Ветер завыл еще сильнее, и она посмотрела на брата, свернувшегося на пассажирском сиденье и спящего уже, по меньшей мере, полчаса. Она хотела его разбудить, просто чт смеялись, но когда он уставал или нервничал, мог обращаться с ней резко и даже грубо.

Ньют посчитала, что не сможет с ним совладать, если он сейчас будет на нее зол.

Так что она просто сидела, выглядывая в окно на исполинский изогнутый корабль. В клубящейся пыли и мраке трудно было получить нормальную видимость, но когда ветер затихал, ей удавалось все как следует разглядеть. На корабле, казалось, все стихло, и было трудно представить, что там находился кто-то живой, что по нему кто-то ходил, что прямо там сейчас происходило семейное приключение Джорденов.

Подвинувшись на своем сиденье, Ньют отвернулась от огромного темного корабля. Теперь ей было тяжело даже думать о нем, тихом и пустом. Она подвинулась еще, и тогда ветер задул так сильно, что казалось, будто в вездеход ударила чья-то гигантская рука.

Задрожав, она смочила сухие губы языком. Затем протянула руку и на ощупь толкнула брата. Тим забормотал и отвернулся, попытавшись зарыться в сиденье и найти удобное положение.

– Тим, – шепнула она, тряхнув его чуть сильнее. – Тимми, проснись.

Она не называла его Тимми с тех пор, как была совсем малышкой. Ему это не нравилось, ведь они теперь подрастали, но в эту минуту она снова ощущала себя маленькой. Снова стала малышкой.

– Тимми, – повторила она, и брат сонно повернулся к ней и открыл глаза.

– Что? – проскрипел он.

– Их уже долго нет, – сказала она.

Какое-то мгновение ей казалось, что он сейчас на нее накричит и потребует оставить в покое. Но он немного выпрямился на сиденье и выглянул сквозь лобовое стекло на потемневшее небо, прислушавшись к ветру. До сих пор Ньют еще ничто так не пугало, как неуверенность в глазах брата.

Тим выглядел испуганным.

– Все будет хорошо, Ньют, – заверил он. – Папа знает, что делает.

Вдруг она почувствовала, что не может дышать. Тим никогда не называл ее Ньют. С чего он сказал так сейчас, как если не для того, чтобы успокоить ее, попытаться развеять ее страх?

Затем дверь сзади с внезапным шумом распахнулась. Ньют, повернувшись, вскрикнула, и к ней бросилась темная фигура. Пронзительно вопя, девочка отстранилась назад, ее сердце готово было вырваться из груди. Но увидев лицо ворвавшегося, она с потрясением узнала в нем свою мать. Та была в панике и выглядела такой безумной, что Ньют не могла перестать вопить.

Тим кричал вместе с ней, а мать протянула руку и схватила ручное радио, привязанное к приборной панели.

– SOS! SOS! – прокричала в него Энн, стараясь заглушить ветер. – Альфа-кило-два-четыре-девять вызывает «Хадли». Повторяю! Говорит…

Ньют посмотрела сквозь мать и увидела, что та была не одна. Отец тоже вернулся, но с ним было что-то не так. Он лежал на земле возле двери, и в свете, попадавшем на него из вездехода, было видно, что что-то скрывало его лицо. Какая-то мерзкая тварь, напоминающая паука, с множеством лап, похожих на костлявые пальцы, пульсирующая отвратительной жизнью.

Крики Ньют переросли в визг, а глаза раскрылись еще шире. Она вопила и вопила, и ее голос сливался с воем ветра, отчего казалось, будто весь Ахерон вопил вместе с ней.


ДАТА: 21 ИЮНЯ 2179 ГОДА

ВРЕМЯ: 12.57


Бракетт шагал в сторону командного блока, весь поглощенный своим неумолимым намерением. Теперь настала пора отбросить гордость и принципы. Прошло слишком много времени. Джордены явно попали в беду.

Лейтенант Парис шла рядом, в идеальной синхронности с капитаном. Будучи мудрой женщиной, она ни слова не сказала ему о том, что это было его решение, его желание раскачать ситуацию – и что именно оно привело к тому, что Джорденов отправили без сопровождения.

Симпсону такого благоразумия не хватило бы.

– Вы сообщили сержанту Кохлину…

– Собрать отряд, так точно, – закончила за него Парис. – Альдо будет за рулем. Еще мы возьмем Хауэра и Ченовского…

– Никаких «мы», – перебил Бракетт. – Я хочу, чтобы вы остались здесь. Если что-то случится, я не хочу, чтобы Дрейпер попытался взять тут власть в свои руки.

– Так точно, сэр, – ответила она. – Только…

– Что «только»? – спросил он в тот момент, когда они свернули за угол. Спереди до них доносился шум голосов и машинные гудки.

– Лучше вам самому остаться здесь, капитан Бракетт, – твердо проговорила она. – Простите, сэр, но вы здесь командир. Я ваш старший офицер. Если тут есть какие-то проблемы – а нам следует полагать, что есть, пока мы не убедимся в обратном, – ехать должна я.

Бракетт не смотрел на нее.

– В одном ты права, Джулиса, – ответил он. – Я командир, поэтому мне и ехать.

Они преодолели несколько ступенек, прежде чем она ответила:

– Так точно, сэр.

Прежде чем они дошли до двери, из командного блока показался Симпсон. За ним следовал один из его технических работников. Оба выглядели очень озабоченными; они разговаривали друг с другом, а затем администратор поднял взгляд и увидел приближающихся пехотинцев. По выражению его лица Бракетт в одно мгновение понял: что-то случилось, и что-то плохое.

– Капитан Бракетт, – произнес Симпсон, превращая свою озабоченность в насмешку. – Теперь вы, надеюсь, счастливы.

Парис выругалась.

– Может быть, вам стоит пересмотреть свое отношение, мистер?

Бракетт упреждающе поднял руку.

– Спокойно, – проговорил он, пристально глядя на чиновника. Тот выглядел испуганным даже при всем своем высокомерии и презрении. – Говорите скорее, Симпсон. Что случилось?

Симпсон осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что в пределах слышимости никого не было.

– Они обнаружили брошенный космический корабль, – сказал он. – Он очень древний, как говорит Энн Джорден…

«С Энн все хорошо», – вспыхнула мысль у Бракетта.

– …но несмотря на это, на борту что-то было. Какая-то пиявка, если я верно понял. Постоянно вклиниваются атмосферные помехи – плохо слышно. Рассу необходима медицинская помощь, причем срочно.

– Черт, – пробормотал Бракетт. – А что с детьми?

– Пока все хорошо, – ответил Симпсон. – Я собираю туда людей. Техников, добровольцев.

– Бросьте, – мгновенно отрезал Бракетт. – Мы сами этим займемся. Сержант Кохлин сейчас формирует отряд. Если вам этого еще не сообщили, мы пойдем все равно.

Симпсон подтянул на себе пояс.

– О, вы хотите сказать, это вас не очень затруднит? – съязвил он. – Ведь мы же не хотим нарушать протокол. Не хотим вас напрягать, капитан.

Бракетт стиснул зубы, сделал шаг вперед и ткнул пальцем администратору в грудь.

– Позже мы с тобой обсудим, как ты мог оказаться таким дураком, что, получив от Компании приказ такого рода – явно подразумевающий обнаружение очень ценной находки, – позволил Энн и Рассу Джорденам взять с собой детей.

Он еще раз ткнул Симпсона.

– А до тех пор, – добавил он, – иди-ка ты на хер.


ДАТА: 22 ИЮНЯ 2179 ГОДА

ВРЕМЯ: 04.02


Энн расположилась на переднем сиденье вездехода, положив обе руки на сидящих по бокам детей. Она сняла с себя куртку, словно та была каким-то образом испачкана в той мерзкой пелене, окружавшей коконы, оставшиеся на корабле. Даже спустя шестнадцать часов после того, как она затащила Расса в машину, у нее еще звенело в ушах от криков Ньют. Девочка очень долго не могла успокоиться, но теперь они с братом, наконец, уснули.

«А успокоились ли? – думала про себя Энн. – Она не спокойна – она в шоке. Да и ты сама тоже, раз уж на то пошло».

Она совсем не спала. Да и как она могла уснуть?

Тим пошевелился на заднем сиденье, сонно посмотрел на нее.

– Мам, почему мы еще здесь? – он сел и потер глаза, выглянул в окно – там была сплошная тьма. – Нам нужно везти папу в колонию. Доктор Комиски ему поможет, – и добавил: – Она ведь сможет ему помочь, да?

Энн молчала. От голоса брата проснулась и Ньют. Она подняла глаза, губы ее дернулись и, приникнув личиком к материнской груди, девочка снова начала плакать, задыхаясь от рваных всхлипов, которые накатывали на нее волнами.

Снаружи ревел ветер, и дверь громко хлопнула оттого, что Энн закрыла ее недостаточно плотно. Она немного передвинулась вперед, чтобы выглянуть из окна с той стороны. В свете фар было видно, как над неподвижным телом Расса проносилась пыль. Очки и куртка хорошо защищали его, но она накинула на него покрывало, частично скрыв и лицо. Ветер слегка трепал его, но не сдувал совсем, и уже это было хорошо.

Хорошо потому, что это могло спасти его от удушения, если мерзкая тварь, обхватившая его лицо, еще его не задушила. И еще хорошо потому, что не позволяло детям видеть, что случилось с их отцом.

– Мам, – взмолился Тим, – уже много времени прошло! Нам нужно самим везти папу!

– Мы не можем этого сделать, – ответила она.

– Так чего мы ждем? – спросил Тим. Его нервы были на пределе, так же как ее.

Энн посмотрела на Ньют. Она не хотела заводить этот разговор с Тимом и уж точно – объяснять все это шестилетней дочери. Но Ньют, казалось, почти их не слушала. Энн, даже при всем своем ужасе, чувствовала, как ее сердце обливается кровью, видя шок дочери.

«Тебе лучше быть в порядке, Расселл, – подумала она с негодованием. – Ты просто должен».

– Я потратила все силы, чтобы дотащить его до вездехода, Тим, – проговорила Энн тихо, наклонившись к уху сына и надеясь, что Ньют не услышит. – Но даже если бы я смогла занести его внутрь, я бы не стала этого делать. Он и сам бы этого не хотел.

– О чем ты вообще говоришь? – вскричал Тим. – Он… ты же видела… ему нужно…

– Тим! – прикрикнула она и тут же об этом пожалела.

Сын посмотрел ей прямо в глаза, ожидая найти в них ответ.

– Я не могу положить его здесь рядом с тобой и твоей сестрой, – сказала Энн, ненавидя дрожь в своем голосе, и почувствовала, что по щекам потекли горячие слезы. Она решительно их вытерла. – Что бы ни случилось с твоим отцом, он бы никогда мне не простил, если бы я это сделала. Я не знаю ничего об этой твари на его лице… о том, как она на него воздействует и что она могла бы сделать тебе и Ньют, если бы я занесла их сюда.

Ньют вздрогнула и промычала что-то ей в грудь, но слова заглушились рубашкой Энн.

– Что ты сказала, милая? – переспросила Энн, вновь выглянув в окно.

– Значит, нам придется ждать, – повторила Ньют. С красными и опухшими глазами, она постаралась принять бесстрашный вид. – С папочкой все будет хорошо.

– Хорошо? – изумился Тим. – Да ты эту тварь видела?

У Ньют сбилось дыхание.

– Еще раньше тебя. Но еще я видела, что когда мама накрывала папу, его грудь поднималась и опускалась. Значит, он дышит, а пока он дышит, с ним все будет хорошо.

Энн слабо ей улыбнулась. Она ненавидела этот вой ветра и грохот двери, но всем сердцем любила своих детей.

– Конечно, будет, – подтвердила она, с такой уверенностью, какой сама не чувствовала. Она чмокнула Ньют в щеку, а затем повернулась к Тиму и поцеловала его в лоб. – Конечно, будет.

Далее они сидели молча, и Энн прижимала детей к себе.

– Вы это слышите? – спросил Тим.

Энн напряженно прислушалась, стараясь уловить любой звук, который мог исходить от Расса или существа. Затем она различила шум двигателя, и сердце подскочило у нее в груди. Ньют выпрямилась на своем сиденье, посмотрела назад, и ее лицо залилось светом фар. Энн обернулась на заднее окно, и увидела, что свет там становился все ярче.

Спустя несколько секунд рядом с ними уже грохотал тяжелый вездеход.

Первым с него сошел Демиан Бракетт.

Ньют резко открыла дверь со своей стороны, выскочила и побежала к нему, запрыгнула капитану на руки. Бракетт отшатнулся назад, но удержал ее и крепко обнял. Поверх плеча Ньют заметил Энн – та твердо, обнадеживающе смотрела на него.

– Вперед! – скомандовал Бракетт, и остальные пехотинцы стали выбираться из вездехода. Он посмотрел на Расса, на покрывало, все еще развевающееся над его лицом, будто какой-то жуткий саван. – Заносите его в салон!

Энн наблюдала, как пехотинцы подошли к Рассу, видела ужас на их лицах, когда они впервые заметили тварь, приникшую к его лицу. Затем ее охватила студеная волна тошноты, и она заставила себя отвернуться и прогнать мысли о том, что это существо могло с ним сделать.

– Сержант Кохлин! – крикнул Бракетт, стараясь пересилить ветер. – Поведете вездеход Джорденов обратно! Хауэр, отправляйся с ним!

– Нет! – возразила Ньют, все еще сидевшая на руках у капитана. – Вы возьмите нас! Пожалуйста!

Бракетт замялся, склонив голову так, чтобы заглянуть Ньют в глаза. Пока другие пехотинцы укладывали Расса на носилки и поднимали с земли, Бракетт кивнул Кохлину и понес Ньют к матери.

– Ладно, – согласился он и подсадил девочку, чтобы та забралась в вездеход. Затем кивнул Энн: – Давайте уже возвращаться домой.


15 СТРАННЫЙ ГРУЗ | Чужой: Река боли | 17 НИЧЕГО ЖИВОГО