home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11. Дары Улья

– Две горошины и семнадцать споранов! При этом не одного истраченного патрона, а патроны, парни – это деньги! А деньги в нашем мире – это те же патроны, спораны, жемчужины! Так что сегодня мы сходили за деньгами.

Наверху раздался громкий лай с подтявкиванием и друзья вскочили с топчанов:

– Маруська! Нашла, зараза – догнала! – Обрадовался Макс, а Сухроб уже карабкался по приставной лестнице наверх. Опущенная им вниз собачонка сделала ознакомительный круг по подземелью и отчаянно молотя хвостом упала на спину прямо напротив стола.

– Ох, Маруся – где же ты гуляла? – Спросил с улыбкой Максим, почесывая волосатый собачий живот.

– Ага – Маруся! А еще Жучка, Ведьма, Принцесса. Да все ее кликухи никто не знает. – К почесыванию Маруськиного живота подключилась корявая пятерня Лошади. – Бегает по кластерам, у сталков живчик клянчит. А вообще – интересная собачка, выручить конкретно может. Для мертвяков такая дворняжка вкусней и желанней самого толстого иммунного.

– Собак мелкий вкуснее человека? – Спросил пораженный Сухроб и сталкер охотно раскрыл тему: – Вкусней конечно, еще как вкусней! Твари больше всего лошадей и коров любят – давно подмечено, иными словами травоядных. Травоядные, кстати – не заражаются. Котов, собак, птиц и прочую не инфицированную живность тоже очень любят. Так что Маруська ваша любому зомбарю вроде конфеты или шоколадки.

– Ишак паршивый вкуснее Перса! – Не унимался начинающий привыкать к своему новому имени Сухроб.

– Вкусней конечно! Так что – разъезжать по Улею на ишаке не рекомендуется. – Лошадь уже откровенно веселился. – Да, и вот еще чего. Все коты и мелкие собаки – наши друзья. Все что весит меньше пятнадцати – семнадцати килограммов не заражается вообще.

– И крысы, значит – зверь вполне здоровый – Задумчиво пробормотал Макс и посмотрев пристально на сталкера продолжил:

– Слушай, Лошадь, давно хотел спросить… Ты там с пулеметом под конец появился или схватку с самого начала наблюдал?

– Конечно, с самого начала. Я вас заметил когда вы еще границу кластера перебегали.

Зависла гнетущая пауза. Чесать Маруську резко перестали, она запрыгнула на топчан Макса и свернулась там калачиком. В глаза Лошади уставились две пары глаз Сухроба и Максима, или Фазы с Персом.

– Если видел, зачем смотрел, чего ждал? Интересно как мертвяк человек жрет или патроны к пулемет жалко? – Первым не выдержал Сухроб и, заметив на лице сталкера улыбку, сорвался на визг – Зачем малчишь, зачем рожа скалишь? Нас мертвяк жрал, крыса спасал, а он сматрел кино интересна, рожа скалил! Абаснуй зачем?

Успевший во время тирады прикурить сигарету Лошадь подавился дымом, закашлялся и сделал протестующий жест рукой, призывая таджика успокоится и выслушать. Кипевший от негодования Сухроб замолчал, а Макс судорожно прикидывал варианты, как без потерь покинуть этот подвальчик. После столь циничных откровений свое пребывание здесь он представлял немыслимым.

– А ну тихо, парни – быстро успокоились и меня выслушали! Начнем с того, что вашей жизни ничего вам не угрожало Тихо, я сказал! – На этот раз Лошадь уже рявкнул, заметив, что Сухроб снова подрывается с места.

– Вам Цыган про дар Улья рассказать не успел? Вижу что нет, тогда послушайте, будет интересно…

Поначалу его рассказ друзья воспринимали с недоверием. Ну не впечатляло, что неизвестный им Монгол запрыгивает на балкон второго этажа, а Пинцет за пятьдесят метров попадает камнем в бошку зомби. Подобные истории требуют или немедленного подтверждения, или выглядят как сталкерские байки. Как, например, поверить в то, что Моргун, прямо на глазах способен заживить любую рану, а Белка кипятит воду простым прикосновением к кастрюле? Но Сухроб вспомнил про свои беседы с мертвяками и лед недоверия дал широкую трещину.

– Лошадь – я мертвяк панимать начал. Сначала не панимал а потом сразу – панимаю. Он мычит – я понимаю, он скулит – я понимаю. Завет на помощь – панимаю тоже. Думал, что с ума сашел, Фазу стрелять прасил если челавек есть буду. – Сухроб горестно склонил голову, как будто признался в чем-то постыдном. Но Лошадь широко улыбнулся и дружески хлопнул таджика по плечу:

– Дар у тебя парень – сто процентов дар! Но дар в самом зачатке – его развивать надо. Горох принимать, жемчуг, но осторожно. Иначе травануться можно запросто.

– Аллах Акбар! Даром меня наградил Аллах!

– Аллах, конечно, кто еще? Аллах тут щедрый – всех одаривает и никого не пропускает. Вот только одних настоящим даром награждает, который помогает выжить, а других ерундой всякой. Например – воду замораживать в стакане.

– Лошадь, а тебя Аллах наградил даром? – Вопрос Максима прозвучал слегка ехидно, но сталкер не обратил на интонации внимания и кивнул головой: – Разумеется. Я вижу близкую смерть человека.

– Как смерть видишь ты святой? Скажи, когда я умирать буду?

– Да откуда я знаю – Лошадь на прямой вопрос Сух роба пожал плечами и продолжил: – Я далеко не вижу, но на один – два дня вперед никогда не ошибаюсь. Вы, например – еще пару дней проживете точно.

– И как ты видишь, голос в голове?

– Не, нету никакого голоса. Я когда смотрю на человека, пытаюсь его представить мертвым – например в гробу.

Не получается обычно – ничего не складывается, но если картинка сложилась Лучше тому в безопасном месте спрятаться и пару дней носа не высовывать. В нашем стабе все сталки перед рейдами ко мне заходят в гости. Вот и в тот раз, на эстакаде… Ничего, ребята вам не угрожало.

– То есть, ты сразу понял, что нас крысы выручат? – Максим не оставлял попыток докопаться до сути.

– Да ничего я не понял. Сначала в бинокль заметил вспышку на верхнем этаже высотки, потом пять раз дробарь шмальнул, потом смотрю – бегут в мою сторону два помятых гаврика и за ними мертвяки на расстоянии. Вы, ребята – были трупы, шансов выжить – ноль, но вот картинка с гробами не выскакивала! А я в таких делах не ошибаюсь. И стало интересно чем закончиться, что вас такое спасти может. Ну я пулемет на изготовку и наблюдать начал. А потом крысня полезла и, чем закончилось – вы знаете.

Максим с Сухробом подавленно молчали, обдумывая сказанное, а Лошадь развивал свою мысль дальше: – Мне крысы эти до сих пор покоя не дают. Если они защищали гнезда, то почему вас не тронули и кусали только тварей? Крысы мертвяков не жрут – проверено, а вот иммунных очень даже. Но тогда они людей не тронули, а атаковали зараженных! – Он замолчал, переводя дух – допил остывший кофе и чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету. На блестящей лысине выступили капли пота.

– Ну и какие варианты? – Обескураженный Максим задал лобовой вопрос, почувствовав, некстати – что рука под гипсом зачесалась.

– А что тут думать? – Спросил Лошадь и сам на свой вопрос ответил: – У кого-то из вас нужный дар ребята – точно. И учитывая то, что Перс болтает с зараженными – дар у тебя – Фаза. Я наблюдал бой со стороны и почти уверен – крысы вас защищать вылезли, а как угроза миновала – сразу спрятались. Что за способность пока неясно, но за собой ты наблюдай. А как до стаба доберемся – знахарю покажем вас, обоих.

– Знахарь, это который людей лечит? Так, вроде все само, как на собаке заживает, и даже лучше. Я когда с балкона на веревке съехал – порвал ладони в клочья. А сейчас уже почти все затянуло – Максим показал розовую ладошку левой руки и пошевелил торчащими из гипса пальцами правой.

– Знахарь нужен обязательно – раны всякие бывают. Хорошо у тебя перелом без смещения, а если конечность пополам и кости в разные стороны торчат? Тут без знахаря трудно, а еще он умеет определять дарованные Ульем умения и даже раскрывает их. Как попадем в стаб – сами все увидите.

Помыться у них в тот вечер получилось. Раздолбаный заводик имел на своей территории приличный пожарный водоем с отстоявшейся водой, которую бдительный Лошадь проверил дозиметром. Сухроб сколотил в углу подвала каркас из досок и обтянул его полиэтиленовой пленкой. Вода грелась на двухкомфорочном примусе в алюминиевой молочной фляге, и пока один принимал душ – второй поливал ему с ковшика сверху. На примитивную баню и бритье отросшей щетины ушел весь остаток вечера, о чем никто не сожалел – завтра решили отдохнуть и отоспаться. Последним с самодельной душевой кабины вышел счастливо охающий Макс и закончившие раньше его Сухроб и Лошадь пригласили за накрытый стол. С чаем, рыбными деликатесами и, разумеется – со спиртным.

– Слышь, Лошадь? – Спросил возлежащий на новеньком ортопедическом матрасе Макс. Загипсованной правой рукой он без особого успеха отодвигал Маруську, которая пыталась вылизать ему лицо, а в левой держал фужер с виски, стараясь его не расплескать. – Такой как у тебя лук достать, вообще реально? И если можно, то примерно сколько будет стоить?

– А считай сам. Мы с него за день охоты добыли две горошины и кучу споранов, верно? Патроны покупать к нему не надо, а стрелы стоят очень дешево. Я, вообще – их сам умею делать. Сильного мертвяка с него не завалить, но он бесшумный и себя быстро окупает. До десятка горошин попросить могут, но это смотря – что за лук. Мой – один из самых дорогих и такой еще найти надо. Так что – товар дефицитный. Арбалетов, правда – навалом всяких.

– Зачем лук, лук – игрушка детский! Пулемет нада пакупать, ай вещь хароший – там каропка сто патронов! – Зацокал языком Сухроб, он в пулемет Лошади влюбился с первого взгляда, как увидел.

– Пулемет, ребята – ерунда, найти можно, при желании, а вот патроны! Патроны – главный дефицит и думаете зря мы – все гильзы собираем?

– Грустно все. – Уныло подытожил Макс. К твоему стабу выйдем, а нам и купить там будет не за что. Ничего у нас нет и полная неплатежеспособность.

– Как так ничего? – Вскинулся с кушетки Лошадь – А спораны и горошины? Я, парни – не наглец и все будет по чеснаку. Патроны с пулемета выпущенные вычитаем и остальное строго на три части. За стрелы ломаные не возьму с вас ничего. Их новых сделать как два пальца. И, чтоб вы знали – свежаков дурить или обкрадывать, приметой весьма плохой считается. Испортить карму можно и репутацию. А братва узнает – попортить могут уже морду….

– Так значит, мы с деньгами? А пошли. Лошадь – завтра снова на охоту… – Максим отодвинул от себя Маруську, поднялся и начал сооружать на куске кекса бутерброд с форелью. Но реакция сталкера оказалась неожиданной. Он стремительно поднялся, отвернулся к стенке, молча постоял, и резко развернувшись выпалил:

– Парни, у меня к вам деловое предложение.

Молчание и пауза. Максим замер над своим сложным бутербродом, Сухроб застыл с огромной кружкой чаю.

– Лук, стрелы и научу их делать. Пулемет с цинком патронов, а это шестьсот штук. Весь хабар, что месте надыбали – ваш. Калаш еще могу подкинуть под калибр пулеметных патронов. И самое главное! Поручусь за вас, а слово Лошади в этом мире что-то стоит. Мое поручительство – это кредит в любом месте, где меня знают. Вам, пока себя не зарекомендуете – никаких кредитов и все расчеты за наличку.

– Что хочешь, нам ниатработать столька! – Взвился потрясенный перечисленным изобилием Сухроб. Он желал получить все сейчас и немедленно, а вожделенный пулемет вчера добровольно разобрал и почистил.

– Кстати, Перс! У меня к пулемету прицел еще есть – так он тоже твой будет!

– Зачем морда скалишь, издиваишся? Таджик савсем бедный – ничего нет. Фаза тоже бедный и рука сломан, придем стаб – всем скажу, как ты над свежак морда скалил!

Лошадь молча выслушал, тяжело вздохнул и явно через силу выдавил:

– Так не от хорошей жизни я вам предлагаю почти все, что имею. Попал я братцы, крепко попал. Как и весь наш невезучий стаб.

Поселение, к которому относил себя сталкер, от других внешне ничем не отличалось, но имело выгодное расположение. Рядом с их стабильным кластером располагалось несколько кластеров быстрых, дорогу в которые они контролировали. «Они», как понял Макс – это несколько сотен отчаянных головорезов, не признававших над собой никакой власти и решивших, что все проходящие через них караваны обязаны «отстегивать». Но не все так просто и нагло. «Отстегнувшие» имели право на бесплатный отдых, баню, ремонт техники по гуманным ценам и помощь «братвы» в критических ситуациях. У тех, кто не желал делиться оставался выход. На быстрые и оттого неистощимые на ценный хабар кластеры, имелось еще несколько дорог. Правда, не таких удобных и безопасных.

Кластеры грузились быстро, барахло возобновлялось и ни один караван пустым не уходил. Возвращались или упакованные под завязку, или пропадали вообще с концами. А бывало, что заходила вооруженная зенитками бравая колонна, а выползали жалкие ошметки в виде обезумевших от боли и страха бойцов. Тащивших на своих плечах орущих раненых, а на хвосте толпы кровожадных тварей. И в таких случаях выдвигалась на прикрытие хорошо вооруженная бригада «парней», а лекари стаба трудились не покладая рук.

Со стороны выглядело, что оседлавшая дорогу банда вообще никак не управлялась, но это лишь на первый взгляд. Органов власти в стабе имелось три, и не один другому не мешал и не пересекался.

Для решения значимых и наиболее важных вопросов собирался «сходняк» из наиболее авторитетных сталков, который действовал по образцу и подобию древнего новгородского вече. Имелся и выборный руководитель, который имел право принимать решения самостоятельно и последний год эту должность занимал уважаемый всеми Бульдозер. Но имелась в стабе и третья власть – тихая, незаметная но по влиянию точно не уступающая первым двум. Это торговцы. Представители могучей торговой организации, пронизывающей, словно щупальца спрута весь огромный улей и достающей до его самых страшных и темных уголков.

Через торгашей достать можно было все. Наркотики, лучших проституток, розовый и белый жемчуг, любое оружие вплоть до танков и вертолетов. А еще можно заказать киллера, нанять хорошо оснащенный и на все готовый отряд спецназа, выкупить свою жизнь, если ты приговорен в каком-то стабе за преступление. Торговцы решали почти любые вопросы. Их тайный орден никогда не стремился возглавлять стабы или многочисленные группировки, но очень любил влиять на их руководство. И поселение Лошади мимо внимания не проскочило – слишком выгодно те располагались.

– Да неужели и танк могут подогнать с боезапасом? – Спросил недоверчиво Макс. Услышанное так поражало воображение, что он не поверил.

– Могут, Фаза – могут. Эти твари почти все могут – только плати. Или об ответной услуге попросят. – Лошадь презрительно сплюнул под ноги, как будто речь шла о чем-то отвратительном и противном.

– Как то ты о них совсем жестко…

– Я жестко? – Сталкер вскочил на ноги и руки его не произвольно сжались в кулаки. – Да они весь наш стаб под молотки подставили – а это почти три сотни парней! И так все хитро сделали, что сами «не при делах» и предъявить теперь некому. Получается, что мы сами во всем виноваты. Ладно, слушай меня дальше…


Глава 10. Cтрельба из лука | S-t-i-k-s. второй хранитель | Глава 12. Баня, готы и танк посреди улицы