home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 30. Туманный кластер

На визит воздушного разведчика каждый из троих отреагировал по-своему. Сухроб, не поднимаясь на ноги, упал спиной в заросли орешника, Агата поползла, через кусты – к башне, а Макс опрокинув на костер пластиковое ведро с водой – нырнул в расщелину между двумя большими валунами. Квадрокоптер методично облетал остров, но целенаправленно нигде не зависал, и у Максима затеплилась робкая надежда, что их маленький отряд не обнаружат. Маруська скалила зубы у него под боком, Сухроб, в своем орешнике сидел тихо как мышь, прикрывшись спальником зеленого, камуфлированного цвета. Что делать дальше было непонятно, Агата себя ничем не выдавала и наступила такая тишина, что слышался шелест воды в реке между камнями.

Что делать, как поаккуратнее прогнать назойливую железяку? Стрелять по ней можно только в самом крайнем случае, когда уже понятно, что их обнаружили и нечего терять. На квадрокоптере есть видеокамера, видеокамера подразумевает оператора, который сообразит, что их птичку сбили и можно в гости ожидать ребят на вертолетах. И тут Максима осенило… Идея показалась настолько смелой и безумной, что его, в предвкушении – заколотило крупной дрожью, а на лбу выступили капли пота.

– Не, не получиться… Но почему, а вдруг сработает? Да черт возьми, ну не получиться – что он вообще теряет? Смелее, Макс, смелее, сосредоточься – Уговаривал он сам себя и, наконец – сосредоточился.

Он бросил Зов. Тот самый Зов, которым призывал на помощь крыс и выставлял ворон на боевое охранение. Кстати – вороны! Сейчас он призывал именно их, как и вообще любых пернатых с крыльями. Макс вжился в роль и заставил себя бояться беспилотника и призывал своих летающих ангелов – хранителей помочь и защитить. И ангелы не подвели.

Кар-кар-кар… Две вороны, три, четыре… Максим выглядывая осторожно из-за камня, наблюдал, как птицы атакуют квадрокоптер, а тот крутит восьмерки, отчаянно пытаясь удержаться в равновесии. Его захлестнула волна радости, но он себя одернул. Вороны атакуют смело, но хаотично и их слабых сил для приземления или поломки вражеской машинки недостаточно. Он сконцентрировался и попытался управлять стаей, но птицы на удар толпой в один из двигателей оказались неспособны. Максимально, что ему удалось выжать из своего войска – это заставить держаться беспилотник над рекой, в надежде, что тот черпанет воду и утонет. И тут случилось неожиданное. Такого поворота Максим не ожидал, как, впрочем – и вороны. И уж тем более невидимый за много километров оператор летательного аппарата.

По мнению некоторых ученых, сокол – сапсан является самой быстрой птицей в мире. Маленький компактный хищник сначала зависает над добычей, потом стрелой падает вниз и убивает жертву ударом мощных лап с когтями. Момент зависания подоспевшего на помощь сокола не видели ни люди, ни вороны, просто в середину каркающей стаи влетела сверху молния и беспилотник разорвался на кучу металлических и пластмассовых деталей. Детали сразу утонули и, к сожалению – утонул сокол. Вода его через некоторое время подняла наверх, и серый маленький комочек отчаянно пытался удержаться на поверхности. Смелая и не умевшая плавать птица, казалось, что обречена, но в этот раз погибнуть соколу не дал Сухроб. Подняв огромный фонтан брызг, в воду, второй раз за это утро – упал «автомобиль без парашюта». Сапсан не понимал своего счастья и отчаянно клевал спасителя, но прокусить ладонь кваза с толстой шкурой не мог даже его мощный клюв. Максим счастливо улыбался – сегодня кажется – повезло всем, кроме шпиона – квадрокоптера.

– Ай да Фаза, ай да молодец! Да про такое представление сталки не один год будут обсуждать. Если, разумеется, мы с Персом сумеем возвратиться и рассказать миру про твой подвиг. Считай – прославился сегодня.

Агата стояла совсем рядом и картинно хлопала в узкие ладошки, изображая бурные аплодисменты. Сухроб восторг не выражал, а дул в залитые водой угли костра с такой силой, что поднимались густые облачка пепла. С него лилась вода ручьями, и он опять дрожал от холода.

– Агата, вот скажи, пожалуйста – если не секрет. У меня дар – любовь животных и коматоз. Перс зараженных понимает и вообще скоро начнет с ними «за жизнь» болтать, а вот про твое умение не слышали ни разу. Оно вообще, есть у тебя?

– Есть. Уменье в улье получает каждый. Вот только про моё вам знать не обязательно и более того – опасно. Бывает так, что дар не благо, а скорей проклятье и все, мальчики – замяли тему. Считайте, что у меня свои, женские секреты.

– раздул костер и вскипятил на нем пятилитровый котелок воды, в который щедро высыпал большую пачку чаю. Согревшись, кваз принялся варить обед. Агата залегла с биноклем в башне, а Макс отправился «поймать на ужин рыбки», достав для этой цели с рюкзака разборный спиннинг и коробку блесен. Ловля ручьевой форели в Райском стабе предусматривалась – пропавший Компас рыбалкой занимался точно.

Никто их больше не тревожил, и день прошел спокойно. Сухроб после обеда завалился спать, Агата не слезала с башни, а Макс наловил форели на хорошую уху, которую ввиду отсутствия картошки назвали «рыбным супом». Добавили рису, черемши, крапивы, перцу – вкус получился специфичным. Но, тем не менее, поужинали с аппетитом. Поужинав – дружно приступили к сборам. От страха перед выходом «тряслись поджилки», но и торчать на острове порядком надоело. Если Сухроб беседы монстров понял правильно, то очередная партия еды от зворгов должна упасть сегодня ночью и им следовало поторопиться.

Продуктов и снаряжения с собой принесли много – один только Сухроб тащил как четверо здоровых мужиков. Все принесенное раскинули на две неравных части и большая из них предназначалась Максу. Сухроб с Агатой взяли себе минимум. Отложили в сторону самое необходимое на обратную дорогу.

– Да вы с ума сошли, куда мне столько? Как мы потащим в горы эту кучу?

– Тебе тащить не нада. Есть Перс – тащить он будет. Ты лучше быстро – быстро свой задница таскай…

По словам Агаты, в Карусели следовало вплотную прижиматься к скалам справа и, учитывая густой туман – передвигаться желательно на ощупь. Заходить предполагалось с правой стороны от горного потока, который бушевал рядом и ближе к правой стороне ущелья. Стадо свирепого элитного зверья паслось, обычно слева – там больше места и мясо с неба валилось в той стороне. Надеяться, что твари побрезгуют или испугаются воды не стоило – они по Карусели шастали везде и реку свободно перепрыгивали.

– Агата, я боюсь, что в случае замеса мы все там потеряемся. Если еще видимость в тумане метров тридцать…

– Тридцать? Кто тебе сказал про тридцать? Там иногда в трех метрах ничего не видно. Если дойдет до драки с тварями, то ты, Фаза, никого не жди и со всех ног беги вверх по ущелью, а мы их отвлечем, как только сможем. Там есть проход, но трудный и по камням придется поскакать. С коматозом у тебя может получиться проскользнуть, но только не злоупотребляй умением и береги силы. Помни, что частое погружение в невидимость выматывает сильнее, чем нагруженный рюкзак. На, держи – но принимай лишь только в самых крайних случаях. – В руку Максима скользнул пакет с маленькими коричневыми шариками. – И да, чуть не забыла. Цепь не так просто со стены сброшена именно в том месте. Внизу имеется расщелина между камнями – в ней можно спрятаться, если сильно припечет и отсидеться. Вот только… Она многозначительно кивнула на огромного Сухроба: – Кваз там точно не поместиться.

– Насчет пещеры все понятно, но что за шарики – наверно спек?

– Да, спек, но качественный. Лайт–спек, он очень дорогой и добывается, по слухам с янтаря скребберов. Действует как сильный допинг и не вызывает привыкания. Держи и принимай когда совсем паршиво и ноги не идут. Персу тоже выдам – от него сегодня многое зависит. А ты, Фаза, когда прорвешься и освоишься – найди тропинку по козырьку и подними лебедкой груз со снаряжением. Мы с Персом этой ночью его прицелим обязательно. И еще вот что… Лучше всего радиосвязь берет в том месте, где лебедка – там выход из ущелья рядом, а если уйти глубже, то горы экранируют. Рацию с батареями мы положили в снаряжение, еще там должна быть рация Компаса и шестизарядный гранатомет «Бульдог» с гранатами. Компас его на козырьке держал. Все ясно?

– Понятно, но как-то неожиданно. Получается, что как только мы доходим до тумана – то разбегаемся, и дальше каждый в свою игру играет. Я думал – вместе прорываться будем…

– Фаза, ты о чем? Значит все, что я тебе рассказываю, ты вот так истолковал? – Охнула Агата и снова напомнила Максиму мамку, но на этот раз растерянную. Мамку, которой бестолковое дитя из магазина принесло вместо хлеба с молоком полбатона колбасы. – Я тебя на крайний случай инструктирую, ты понимаешь – КРАЙНИЙ! Там, в Карусели что угодно приключиться может, и я хочу, чтоб ты не метался как испуганная крыса по туману, а действовал продуманно.

Сухроб молчал и в диалоге не участвовал, но посмотрел на Макса с таким укором, что тот смущенно опустил взгляд в землю.

Остаток дня Максим с Агатой наблюдали с башни, а вот Сухроб – работал. Тщательно перебранное и разложенное по мешкам имущество Максима, кваз осторожно перетаскал поближе к точке входа в Карусель и спрятал в скалах рядом с речкой. Заодно, держась на безопасном расстоянии, послушал разговоры тварей и с удовлетворением отметил, что те возбуждены и в ожидании. Агата к его докладу отнеслась со всей серьезностью и сразу объявила «полную готовность».

Они с себя сняли все что можно. Сняли бронежилеты, рюкзаки, лишнюю одежду, но каждый оставил оружие, боеприпасы и дымовые шашки. Дымовая шашка не плохо сбивала с толку монстров даже в садовом или военном исполнении, но в улье ценились самодельные. Максим пристраивал по разгрузочным карманам один из наиболее убойных вариантов подобных самоделок, купленный по совету Гири у мастеров Ремтехники. Смесь гидроперита с анальгином густо дымила, выделяла большое количество тепла и отвратительно воняла запахом протухших яиц. Густой вонючий дым от монстров, разумеется – не панацея, но при определенных обстоятельствах бывает эффективней огнестрела.

Максим взял с собой четыре таких шашки, пистолет, нож, подогнал ремень у автомата и попрыгал. Решив, что готов к выходу, надел подвесную систему, в которой выступают скалолазы и ходят в горы альпинисты. Называлась конструкция «беседкой» и без нее никакая работа на цепи или веревке считалась невозможной. Беседку он сшил лично из буксировочных капроновых ремней и пристегнул к ней два карабина. За них он намеревался пристегнуться к лебедочной цепи.

До двух ночи за ущельем с башни наблюдал Максим, Агата спала рядом, чутко вздрагивая на каждый шорох. В два часа сама проснулась и показала жестом, что приняла вахту и он может отдыхать. Макс отрубился моментально и в четыре они снова поменялись. Он взял бинокль. Агата повернулась на бок и приспособила под голову разгрузку, но вот уснуть на этот раз у женщины не получилось. Снизу тихо гавкнула Маруська один раз, потом второй раз громче и лай сменился грозным продолжительным рычанием. Максим припал к биноклю и тихо охнул – туман в ущелье светился изнутри ровным голубоватым светом.

Мирно дрыхнувший в своем огромном спальнике Сухроб жалобно хрюкнул, когда миниатюрный ботиночек Агаты с размаху влился ему в бок. Кваз не пролезал в башню, что его освобождало от ночных вахт с биноклем и, сильно удивился – что его будят столь неделикатным способом.

– Подъем, ребята – срочно выдвигаемся! У них сейчас там самое начало жорева, на танке можно въехать – не заметят!

И они выдвинулись… Максим не помнил, когда и бегал с такой скоростью. Убегать, правда – случалось и не раз, но там совсем другие обстоятельства и другие стимулы…

Рычание, шум драки, визги, чавканье… Ничего этого не было, то есть ничего – вообще. Они вошли и погрузились с головой в вязкий туман, подкрашенный слабым голубым свечением, который впитывал все звуки и даже рев горного потока стал заметно тише. Как будто кто-то прикрутил наполовину регулятор громкости. Сухроб рванул с пояса дымовую шашку и уже собрался метнуть ее по ходу движения вперед но Макс одернул кваза. Зачем? Привыкли некоторые ломиться к цели сквозь преграды, обрушивая стены… Пока Маруська с ними – засады можно не бояться, и к ним никто не подкрадется. Агата все поняла как надо и вмешалась, одернула Сухроба и погрозила квазу кулаком. Их маленькая группка сбилась плотно в кучу, ощетинилась стволами и, почти на ощупь шагнула в неизвестность.

Первые пятьдесят метров прошли без приключений и остановились. Справа от них шла сплошная скальная стена, которая и служила ориентиром для движения. Заблудиться, впрочем, было сложно – с левой стороны ревела горная река, вверх по течению которой они и поднимались. Агата подняла руку, давая знак остановиться у большого валуна, Сухроб сразу развернулся и бросился бегом в обратном направлении. Отсутствовал недолго и вернулся с двумя огромными мешками. Груз сбросил и, не задерживаясь – побежал назад, вернулся быстро, и мешков у валуна стало четыре.

Каких либо мини-раций или переговорных устройств они с собой не брали, и Сухроб говорил знаками, отчаянно жестикулируя. Он показал, что все нормально, штатно – элитная охрана Карусели жрет и на такую мелочь, как нагруженный мешками кваз не отвлекается. Туман и шум реки общаться тварям ни мешали – их разговоры шли в низкочастотном диапазоне, и своеобразный радиосигнал распространялся довольно далеко. Сухроб пытался еще чего – то рассказать, но как он не гримасничал и не размахивал руками – Максим с Агатой ничего не понимали. Кваз не выдержал, схватил палку и написал, под их ногами на песке: «Они боятся. Сильно боятся – есть кто-то очень страшный. Они называют его Мне ни сказать никак, такого слова нет у людей».

Короткими челночными бросками они прошли еще несколько сот метров и Сухроб начал выдыхаться. Бег по камням с мешками отнимал силы, но до приема спека дело не дошло. Кваз запросил жестами отдых, и группа остановилась. Агата достала карандаш и на бумажной салфетке нарисовала схему, из которой следовало, что до подъема с цепью остался один длинный переход или два коротких. Сухроб рухнул на свои мешки и поднял вверх натруженные ноги, а Максим отправился к реке набрать воды в бутылку из-под Спрайта. Вернулся, сделал глоток живчика, вспомнил про Маруську и хотел налить ей в крышку, но не успел. Собачка резко прыгнула к его ногам и яростно залаяла, беззвучно открывая рот в сторону реки. Везенье кончилось и они, кажется – нарвались на проблемы.


Глава 29. Элита на рожон не лезет | S-t-i-k-s. второй хранитель | Глава 31. Прорыв на скорость