home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 12.


Нам везло просто невероятно. Мало того что схлестнулись с сильным отрядом пигмеев, которые могли пустить нам крови порядочно, и вышли без потерь, так ещё и получили гору тикеров!

Про гору я не преувеличиваю.

Когда освободили камни от оболочек муравьиных яиц и высыпали их на пол, то получилась горка мне по колено и диаметром в метр.

Медведь сиял, как начищенная медяшка, словно, вобрал в себя удовольствие от десяти котов, обожравшихся сметаной. По сравнению с первым разом, кода нам досталось ещё и золото, сейчас мы получили раза в четыре больше магических камней.

— Пигмеи нам этого не простят, — хмыкнул Стрелец. — После такого удара под дых они нам местный джихад объявят.

— Согласен с тобой, — поддержал его Медведь. — Поэтому увеличь гарнизон крепости втрое, переведи туда половину боевых иных и дай им тройной запас тикеров. Все операции в джунглях свернуть на время. Охотников перевести в охранники или придать рыбакам.

Всё верно сказал. На несколько дней пути вокруг посёлка у нас точно нет порталов, как нет даже старого следа карликов. В основном они обитают в джунглях, и в случае их мести первой под удар попадает крепость, очищенная нами от зомби. Скорее всего, некоторое время они в той стороне не будут показываться, продолжая следовать табу, наложенного на полуостров. Так что, время провести срочный ремонт стен, установить заграждения у нас будет. В посёлок попасть можно только сквозь портал в могильнике, но там постоянный караул и единственный выход в скале, который легко перекрывается несколькими стрелками с автоматическим оружием, патроны к которому всё ещё имелись в арсенале, хоть и в крайне ограниченном количестве.

— Сильно не расслабляйтесь, — сказал и, словно, холодной водой окатил всех окружающих. — Шаманы карликов не все дураки, если вообще там такие имеются. Думаю, что кто-то из них может не хуже Максима летать призраком и разведывать местность. И потому я думаю, что наше местонахождение им скоро будет известно или известно уже. Камни они постараются отбить, иначе им не сдобровать от тех египтян с золотой кожей, которым они платят дань кристаллами и золотом. А то и вовсе вместе с ними придут к нашему порогу.

— А у нас пушек и пороха мало, — огорчился Федька. — Медведь, а не пора ли к Максимову наведаться и попросить у них хоть на время их иного, который с металлом творит чудеса? Хоть пяток картечниц из больших труб сделаем.

— Цыц, разбежался!, — прикрикнул на него Бородин. — У тебя пушек и так хватает за глаза! И пороха уже гору намешал из селитры, которую чуть ли не каждую неделю вёдрами из той селитряницы на берегу достаём, за что спасибо Максу. А вот укрепить станки, резцы, подшипники с пружинами на инструментах и тех же станках весьма необходимо. Ну, а будут станки — будут тебе и пушки, нормальные, а не твои стаканы с одним концом заваренным.

— Пока вы там начнёте выпуск «нормальных пушек», нас уже на кусочки разрежут на алтарях!, — запальчиво произнёс Федот, которому явно сильно пришлось не по душе высказывание «стаканы заваренные».

— Помолчите оба, — поморщился Медведь, останавливая зарождающийся спор. — Вы же делите шкуру неубитого медведя… м-дя, прямо каламбур. Кто вам сказал, что Максимов отдаст своего иного, обладающего таким ценным даром? Пусть даже на время. Лично я бы не отдал ни за что или поднял такую цену, что по миру без штанов пустил бы.

— Так у нас вон сколько этого добра, — Федот  кивнул на сверкающую и переливающуюся всеми цветами гору трофеев.

— А кто про  это знает? Заплатим и сразу дадим Максимову мысль, что нас доить можно бесконечно, а то и золотоградцы подключаться, решат на зуб проверить нашу прочность, чтобы добыть себе камней. Не думаю, что у них там большие запасы тикеров, скорее наоборот — они уже растратили большую часть и сидят на голодном пайке.

— Пусть сначала нас найдут, — включился в беседу Павел.

— Хорошо, — согласился с ним Медведь, — пусть так. Но не найдя нас, они решат взяться за Максимова, как только узнают, что у него столько кристаллов появилось. Может, и обломают зубы на нём, может, нет, но как бы там не случилось, лично я не хочу войны между землянами. Нас слишком мало, чтобы грызть друг другу глотки. Лучше пусть будет холодная война, чем кровопролитие. В Золотом правят иные, а иными, как всем известно, становятся только молодые люди, у которых эмоции и личное эго стоит на первом месте. Для них в порядке вещей заварить кашу, а потом думать, как её расхлебывать.

— И что нам тогда делать?, — поинтересовался Бородин. — В чём Стрелец прав, так это в полезности максимовского иного нашему анклаву. Не думаю, что у них, включая Золотой город, так много полезных металлических изделий по сравнению с нами. Но без ремонта и деталей всё это скоро придёт в негодность. Другое дело, если с помощью магии мы увеличим время докапитального ремонта раз в десять или даже сто!

— А в этом нам поможет Максим, — и кивнул, гад такой, на меня.

— Чего?, — удивился я. — Как я могу вам помочь, если даже не видел в лицо вашего иного?

— Иную, если быть точнее. Я же говорил, что это девчонка, — поправил меня Стрелец.

Но я только отмахнулся от его слов.

— Достань нам такого же иного из тех, кто застрял между мирами, пока ещё красная луна на небе, — сказал Медведь.

— Медведь, я вам, что, сотрудник кадров?, — разозлился я. — Как ты себе представляешь этот процесс?

Глава посёлка доброжелательно улыбнулся.

— Максим, не злись. Я в этом процессе вообще ничего не понимаю, но вижу по делам, что возможно такое вполне.

— Вы разберитесь с теми новичками, которые не смогли определить свои таланты, — буркнул я. — Может, они и есть нужные нам крепители.

— Уже разобрались. Они усиливают любо иного процентов на сорок-пятьдесят, причём, чем дольше контактируют с определённым иным, тем сильнее у тех заклинания выходят. Мало того, через несколько дней один из этих иных смог самостоятельно создать огненный шар, — сказал Медведь. — Небольшой, правда.

— Всё равно, это не в моих силах, — отрицательно покачал я головой. — Я толком не могу разобраться в том мире, астрале, блин. Тяну на себя всё, что вижу рядом, а кто это — люди или иные, вижу уже потом, после перемещения.

Ну да, немного скривил истину, но опять же ради пользы себе и народу. Я не надорвусь, и кое-кто не станет пускать слюну на мои способности.

— Хотя бы попытайся, Максим, — продолжил уговоры Медведь.

— Хорошо, я попробую, но ничего не обещаю. Взамен вы вытащите отца Потапа к нам.

— Договорились, — улыбнулся Медведь.

— И кристаллов отсыпьте, чтобы было на что входить в астрал.

— Отсыплем, — улыбка на лице главы угасла. — Ты ещё попробуй перетащить полезных вещей, если с иными не получится ничего. Особое внимание на женские принадлежности, косметику.

— Прокладки, — заржал Федька.

— И прокладки тоже, — невозмутимо подтвердил Медведь. — Если не получится с собственным иным, то придётся сманивать максимовскую, а женщины за духи с помадой, красивое бельё и удобные средства гигиены не то что душу — себя на панель отдадут. Было время, когда из стран Прибалтики ездили девушки на панель питерскую, чтобы заработать денег на корову или тёлку, с которой их потом брали замуж, а без такого приданого им светила только участь старых дев.

— Охренеть!, — охнул Федька. — Правда, что ли? Не знал.

— И особое внимание на станки, инструменты!, — чуть не в один голос произнесли Павел и Борода.

— Будут вам инструменты, — вздохнул я. — Пора вводить карточки на мои услуги и выдавать их буду лично. Глав маг, а пашу как гастрабайтер какой-то! Мои номинальные подчиненные слушаются кого угодно, только не меня и шляются чёрт знает где!

— Максим, успокойся. Никто не лишает тебя твоего титула верховного мага, как говорит молодёжь. Переедем в крепость, укрепимся и начнём стоить лестницу власти. Станешь министром магии, если тебе это принципиально, — сказал Медведь и подмигнул.

— Да ну вас к чёрту, — махнул я рукой на всех. — Пойду к себе, отдыхать и вообще. От меня тут больше ничего не требуется?… Вот и отлично.

На этом для меня совет закончился.

В свой шатёр вернулся с инкассаторской сумкой, наполовину заполненную кристаллами и там разделил аванс на две неравные части. Большую тут же поглотил. После чего смёл получившийся прах в совок и выбросил за порог, меньшую отложил в шкафчик, создав себе НЗ на чёрный день.

Ночью я совершил переход в Астрал, рассчитывая выполнить наказ Медведя и найти ему иных.

В этот раз я оказался в своём родном городе, который видел глазами, как наяву, а не в виде искр и звёздочек.

Что могу сказать о своём первом впечатлении? Всё паршиво. От города остались лишь обломки, почти все многоэтажки разрушены наполовину как минимум. Дороги усеяны обломками, давлеными машинами, сгоревшими, с распахнутыми дверями.

Увидел людей. Почти все они казались восковыми фигурами, слепленными в движении: кто-то кричал, другие порывались куда-то бежать, третьи испугано прижимались к стенам, машинам или приседали к земле, словно ноги перестали держать или почва ходуном ходила под ними.

Мужчины, женщины, дети, старики…

Я старательно вглядывался в них, пытаясь увидеть признаки иных, то самое свечение, которое в тумане предыдущего сна выдавало будущих магов. Но почему-то ничего у меня не выходило.

Вскоре я плюнул на всё и просто выбирал людей по внешним признакам: молодой — беру, много шансов, что станет иным; крепкий мужик, без пуза и с большой спортивной потасканной сумкой — с собой, явно рабочий (и не спортсмен, таких сразу видно), а не менеджер, от такого пользы поселению много; красивая женщина или девушка — становись в строй, нам красавицы нужны, особенно если пальчики без обручальных колец, что сулит избавление от проблем в виде истерик по потерянным детям, что родились в браке.

Честно говоря, девушек я брал из жалости и по симпатии. Не знаю, какая участь уготована тем, кто так и останется в междумирье, может быть, их вернёт на Землю, может их растворит в — как модно пишут в книжках — в Великом Ничто. Всех вытащить мне не под силу — это тысячи жителей! Но когда взгляд падал на красавицу, во мне пробуждалось мужское начало, появлялось чувство, что я один могу её спасти, защитить и закрыть от беды. И я выделял девушку из толпы, ставил свою метку для переноса на Эиксит. С женской частью у нас сильный перебор, от Медведя мне влетит утром после пробуждения (или после того, как приду в сознание) за то, что в жерло тлеющего вулкана подбросил несколько зарядов, но ничего поделать с собой не мог.

Всё происходило само собой: стоило мне подумать, что вот этот мужчина, паренёк или девушка могут стать полезными нашему анклаву, как неподвижную фигуру окутывал туман, наполненный разноцветными искрами, точь-в-точь такими же заполнен драконий тикер в моей груди.

Нахватав полсотни человек, я стал высматривать исключительно молодёжь лт девятнадцати до двадцати-двадцати двух лет и молодых мужчин с детьми возрастом не старше десяти годочков. Про первых, думаю, объяснять не стоит, а вторые… хм, может быть, я излишне жесток, эгоистичен и меркантилен, но отца так станет проще привязать в посёлке, лучше будет работать, сражаться, когда будет точно знать, ради кого он всё это делает. Ну, а если ошибаюсь, то чего уж тут. Вот женщин с детьми я не брал и мужиков тоже, если рядом с ним крутились те, кто мог оказаться его женой. Одинокая женщина может проще перенести перенос (если у неё детей нет), а вот  жена при муже тут же превращается в бабу — тупое, скандальное, неврастеничное создание. Таких примеров у нас в посёлке хватает. Забрать всех? Так тяжело же, как бы не надорваться, а метод тыка может и не дать гарантии, что вот эта дамочка рядом с мужиком в джинсовом костюме, ведущем мальчугана лет семи за ручку, его жена, а не вон та красотка, в пяти метрах позади у коробки мороженщика.

Когда увидел полицейский наряд в «четырнадцатой», припаркованной к городскому банку, то прихватил трёх крепких молодых парней без раздумий, решив, что два автомата и три пистолета, три комплекта бронезашиты что на них имелись, нам всяко пригодятся.

Потом вспомнил о просьбе Бородина, той самой, про станки и комплектующие к ним и решил заглянуть на наш бывший машиностроительный, а ныне и машиностроительный, и оконный, и чёрт знает ещё какой завод, так как множество цехов распродали разным хозяевам.

Мне с моими талантами даже идти не пришлось — хлоп, и я уже стою за центральной проходной.

Здесь разрушений было ещё больше, почти все цеха были разрушены, людей почти не видно, кроме пятерых человек на проходной. Трое из них были вахтёрами — женщина и мужчины возрастом около пятидесяти, один непонятный молодой паренёк в яркой футболке, расписанной множеством слов на английском языке, и мужичок тридцати пяти лет в потёртых джинсах и клетчатой рубашке с короткими рукавом и светлой жилетке, с отвисшими карманами. Последний, скорее всего, водитель китайского грузовичка с удлинённым кузовом, где установлен небольшой манипулятор и стоит… нечто.

Это нечто было закутано в толстый слой брезента до состояния бесформенности. Заинтересовавшись, я не поленился забраться в кузов, даром что он совсем не «камазовский», и стянуть часть брезентовой упаковки.

— Опаньки!

 В кузове «китайца» стояла пушка, точнее, зенитное восьмидесяти пятимиллиметровое  зенитное орудие. Её близнецов можно увидеть почти в любом городе на памятных постаментах. Метров пять в длину и пару в высоту, на четырёх небольших колёсах, рядом с которыми притулились винтовые опорные «лапы». Интересно, Стрелец назовёт меня богом и воздвигнет в мою честь храм, если я ему эту вещь передам?

Ладно, это всё шуточки, главный вопрос для меня в том: нужно ли брать зенитку или нет? Зачем её везут на завод, не в утиль ли, ведь с нашими некоторыми местечковыми чиновниками и такое легко ожидать? Для некоторых моральных уродов нет ничего святого, кроме очередной пачки денежных знаков.

Несколько минут крутился вокруг орудия, полностью очистив  то от «одёжки». По виду — старьё старьём, но видно, что совсем недавно над ним работали, заменили кучу деталей, которые выделяются чёрной и серой грунтовкой, бронзовыми и латунными поверхностями, вот только станина и ствол сильно выделялись старой облупившейся краской на бугристых боках. Реставрация?

Потом хлопнул себя ладонью по лбу и спрыгнул на землю, после чего почти что побежал в здание проходной к водителю, в руках у которого видел тонкий прозрачный файлик с листками бумаги.

Как и думал, там оказались сопроводительные документы на зенитное орудие, которое везли в цех с пескоструйной машинкой для обработки. Вместе с ней ехал представитель нашего городского политехнического института (зачем?!), видимо, тот самый «футболочник».

Пушку я взял вместе с её сопровождающим, без водителя, который мне чем-то не приглянулся. Было в нём что-то такое, от чего меня инстинктивно тянуло отвернуться в другую сторону и вообще быть подальше, если не хочу испачкаться в чём-то гадком.

«Ну, Федя, за это ты меня на руках носить будешь, и станешь моим агентом в Совете», — ухмыльнулся я, представив реакцию Стрельца на зенитку (почти исправную).

Следующим на повестке дня бал магазин косметики, самый большой и знаменитый в нашем городе. Цены на товары в нём зашкаливали, но это только привлекало людей: любой праздник, торжество или просто желание сделать подарок влекли сюда и мужчин, и женщин. Здесь же находились несколько салонов красоты, массажных кабинетов и прочие похожие заведения.

Центр красоты был разрушен на половину, и под обломками укрылась большая часть парфюмерного магазина, в то время как парикмахерские и массажные комнаты вместе с  соляриями сохранились.

Уцелели и девушки — продавщицы, массажистки, парикмахерши, которые набились в один из просторных кабинетов. Все молоденькие и весьма красивые, все как одна на подбор. И потому, хоть и чувствовал я, что энергии в камне осталось совсем немного, но удержаться от того, чтобы не прихватить этих красоток (и ведь мне с ними точно ничего не светило: сначала стресс от переноса, потом вникание в обстановку и на последок информация про мою шши, которая сильно пугала всех женщин в посёлке, которые имели на меня свои виды),  не смог.

Поставив на каждую девушку метку, я пошёл бродить по разрушенному залу, собирая все коробочки, баночки и флакончики, что попадались мне на глаза. В одном из кабинетов увидел стеклянный шкафчик с упаковками определённых вещей, без которых женщины чувствуют себя неловко, именно про них и шутил Стрелец, что потом подчеркнул с полной серьёзностью глава поселка.

Смущает меня такая настойчивость Медведя по поводу духов и кремов, ну, зачем нашему анклаву эта ерунда, когда больше пригодились бы радиостанции, те же китайские двухканалки, которыми завалены павильоны с сотовыми телефонами или пачки гвоздей, саморезов, пилы и ножовки с топорами из хозяйственных магазинов (и пусть по словам Бороды этого добра у нас в достатке)? Но с начальством не спорят, сказал — сделаю, и пусть отвяжется.

Но и Бороде с Павликом тоже кое-что нужно притащить раз уж с заводскими цехами не вышло ничего. Энергии осталось на самом донышке кристалла, но и этого хватило, чтобы в ближайшем магазинчике строительном взять два домашних станка — сверлильный и фрезерный, запас свёрл, фрез, отрезных дисков, резцов и прочего, без чего любой слесарь и токарь, как без рук.

Ну вот, вроде бы всё, что мне заказали, я добыл. Пора выбираться в реальный мир.

Все те вещи и люди с моими метками засветились и превратились в яркие искры, которые разом взлетели в небо. Следом за ними потянуло меня.




Глава 11. | Крепость на реке | Глава 13.