home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 19.


— Чем могу вам помочь?, — обратился ко мне парень моих лет, в белой рубашке и бейнджиком на левой стороне груди с надписью «Александр».

— Помочь… хм… знаете, мне нужно десять блочных луков, мощных, но небольших, для, э-э, подростков, четырнадцатилетних примерно, — ответил я. — Есть такие?

— Вот вы задачку дали — мощных, но небольших, — покачал головой Александр. — Есть на складе кое-что, сейчас образец принесу.

Пока продавец в оружейно-спортивном магазине бегал за луком, я внимательно осматривался по сторонам, рассчитывая что-то подобрать интересненькое.

Когда появился Александр с каким-то непонятным уродцем в руках, я тут же ткнул пальцем в длинную и тонкую чёрную трубку, висевшую слева на стене над прилавком.

— А это что?

— Это? Духовое ружье от американской фирмы Cold Steel. Сделана из особого сплава, невероятно прочное и лёгкое, внутри зеркальная поверхность. К ней есть несколько типов стрелок — с тупым наконечником, с острым, с большим для максимально глубокого проникновения. Имеются бамбуковые стрелки-иглы, которые летят на несколько десятков метров и точно в цель! В США сейчас бум на экзотические вещи — охота с луком, с дульнозарядными мушкетами, с духовыми ружьями вроде этого образца.

— Если для охоты, то очень мощная штука?

— Как вам сказать, — задумчиво произнёс собеседник. — Бьют из таких вещей мелкую птицу и скорее это нужно считать соревнованиями, чем охотой. Но при попадании по месту, в шею тяжёлой стрелкой, к примеру, даже утка будет убита наповал. Хотите я вам продемонстрирую?

— Здесь?, — удвился я.

— Что вы, — засмеялся тот, — конечно, не здесь. В подвале имеется оборудованный тир.

— Ок, — кивнул я, — ведите.

В подвале имелось для стрельбы, вот только дистанция подкачала — тридцать метров максимальный рубеж.

Александр повесил на мишенный стенд мишень из пенопласта с кругами — чёрный кружок, самый маленький, едва ли пять сантиметров в диаметре, белый вокруг него диаметром около двадцати пяти и красный примерно шестьдесят сантиметров.

Для стрельбы он встал на дистанцию в двадцать метров.

— Здесь есть простой диоптрический прицел, перекидной, — он щёлкнул пластинкой, которая до этого плотно прижималась к телу трубки, поставив её перпендикулярно стволу. — Регулируется шестигранником для большей точности под каждого стрелка. Ключ — вот он, в зажиме на стволе под рукой. А вот ещё зажимы для запасных стрелок, они по кругу опоясывают духовое ружьё, очень удобно на мой взгляд.

Парень встал на позицию, вложил бамбуковую тонкую, как велосипедную спицу, стрелку в ствол и поднёс трубу к губам. Но тут же опустил её и щелкнул пальцем по утолщённой передней части оружия:

— Видите? Тут специальный нагубник сделан для удобства стрельбы. Американские производители не пожалели серебреного напыления даже, во как.

После чего сделал подряд пять выстрелов. Каждый выдох сопровождался негромким хлопком, очень хорошо слышимый в абсолютной тишине тира, но в джунглях даже самое острое ухо ничего не услышит.

— Видите насколько точное оружие?, — похвалился Александр, когда мы подошли к мишени. — А мощь? Хоть это и пенопласт, но птицу при должной тренировке можно пробить насквозь.

Все пять бамбуковых игл по самую головку-обтюратор вошли в плотный пенопласт и полностью скрыли чёрный кружочек. И это сделал простой человек, мой современник.

Кажется, я знаю, что подарю союзникам пигмеям.

— Длина трубки какая?

— Вот конкретно эта — сто семьдесят сантиметров. Есть короче — сто пятьдесят и длиннее — два и два с половиной метра. К каждой идёт комплект в двадцать стрелок: десять бамбуковых и десять тяжёлых с тупым наконечником. Заинтересовались, как я посмотрю?, — парень мне подмигнул.

— Заинтересовался. Сколько у вас есть вот такой длины?

— Примерно семьдесят. Неужели все возьмёте?!

Взял бы, да не потяну. Подсознание заранее ставит в известность, что мне по силам ровно семь десятков духовых ружей. Предел, после которого больше ни на что не буду способен.

— Нет, столько мне не нужно, а вот три десятка возьму обязательно, — тут мне пришла в голову мысль, что у пигмеев с таким дефицитом бойцов не все будут богатырями. — Половину точно таких же и половину полутораметровых. И по двести стрелок к каждому — сто тяжёлых, и столько же бамбуковых.

— Всё будет сделано. А что с луком?

— Уже не нужно, — махнул я рукой, но потом поправился, — пока не нужно.

Следующий магазин, в котором оказался по своему желанию, была лавка с маскарадными костюмами и масками.

— Здравствуйте, — здесь меня приветствовала молодая не старше тридцати лет женщина с короткой причёской иссиня-чёрных волос. — Что желаете приобрести?

— Маски для подростков двенадцать-четырнадцать лет, примерного вида… вот такие!, — я провёл взглядом по стене, увешанной всеми видами масок — от резиновой морды Кинг-Конга до маски зайца на тонкой резинке для новогоднего детского карнавала, и увидел ту, которая мне понравилась. Она выглядела, как  смесь морды назгула и маски из «Крика».

Опять подсознание шалит.

В посёлке до меня иногда доходили слухи о всяческих прозвищах в мой адрес, чаще всего называли сноходцем и призраком (последнее пошло после той истории, когда активировал портал сразу после боя с золотокожими и разобрался с шаманами из каравана с тикерами в муравьиной долине — прямо на глазах людей, которые меня просто не видели в это время). Ну, а ведь призрак — это нечто бесформенное, без особых черт лица, точно так же как и сноходец, который способен принимать любой облик  или не иметь его вовсе.

— О-о, весьма хороший выбор. Очень лёгкий и прочный материал, внутренняя сторона покрыта особым составом, который не потеет, крепления вечные — никакому ребёнку не по силам сломать, и невероятно лёгкие даже с ремешками. Сколько вам нужно?

— Шестьдесят штук.

Последнее, что сделал перед пробуждением — проверил интересную идею, на которую натолкнули мои татушки блокираторы способностей у иных. Ведь, если можно накладывать такие знаки на тело, то почему нельзя создать нечто вроде рун на неживом материале? Например, сделать так, чтобы стрелки из духовых трубок летели дальше и сильнее.

И я сделал это.

После моих магических экспериментов свежекупленые воздушные трубки выглядели так: рядом с нагубником на трубке появилась короткая и жирная золотистая стрелка, в середине ещё одна, но уже тоньше и в полтора раза длиннее, а на самом конце стрелка была в половину тоньше первой и в два с половиной раза её длиннее. Правда, энергию для постоянного эффекта пожалел, и теперь, чтобы эти руны действовали, необходимо приложить к каждой свежий тикер, ну, а чтобы тот не слетел, ещё и привязать ремешком или полоской ткани.

— Максим, ты как?

Рядом с моей кроватью на коленях стояла Ольга, и лицо у ней было сильно встревоженным.

— Живой. Сколько сейчас времени? Я долго был в отключке?

— Уже почти три дня… ой, то есть, три часа дня. Проспал вдвое больше, чем обычно.

Ага, встаю в семь-восемь утра, значит, всего меня не было около шестнадцати часов. Вполне нормально, учитывая мои эксперименты с подарками для дикарей. Могло быть и хуже, как случалось не раз до этого. Да и самочувствие не настолько гадское, как могло бы быть. А что у меня с энергией в камне… хм, процентов десять осталось, нормально, дальше живём.

— Максим, это очень опасно? Зачем ты так делаешь?

— Ну, пока живой. Оль, да ничего со мной страшного не случилось. Это обычная жизнь тронка — выпадать из реального мира на какое-то время, — я притянул девушку к себе и чмокнул её в губки, и тут же сменил тему. — От Медведя гонцы были?

— А то как же, — фыркнула девушка. — И сейчас имеются, вон, сидят неподалёку в тенёчке, тебя дожидаются.

— А…

— Вон лежат твои вещи, — быстро догадалась она, о чём я хочу спросить. — Зачем только тебе они? И духовых пушек, и масок у нас полно.

— Подарки союзникам пигмеям. Я немного подшаманил их, теперь они лучше всего того, что у нас в трофеях на складе валяется.

 Гонцы от Медведя были весьма примечательны: две крупных волчицы с белой и серой окраской, некрупная пантера и большая пятнистая кошка, оцелот, если я правильно запомнил название.

— Привет, девочки, — махнул я рукой, — я скоро буду у Медведя, только себя в порядок приведу.

Хищницы встряхнулись, на миг их очертания размылись, словно, я посмотрел сквозь стекло, заливаемое водой, и вот передо мной стоят четыре девушки.

— Мы подождём. Всё равно заняться нам нечем, — улыбнулась мне Эля. Она, как и три её подружки, коллеги из центра красоты, получили способность к метаморфизму или оборотничеству, так как среди иных до сих пор ходят споры, что именно получили девчонки при переносе. Эта четвёрка проводит очень много времени в своём втором облике, они буквально млеют от восторга, выделывая такие трюки, которые невозможны в человеческом теле. При этом со слов девушек они чувствует себя прежними, самыми обычными людьми, никакого преобладания звериных инстинктов, никакой неуклюжести — тело отзывается с легкостью, подсознание знает все возможности звериной ипостаси.

— Хорошо, как пожелаете, — пожал я в ответ плечами. — Только  учтите, что  мне потребуется минут сорок на сбору.

Метаморфы захихикали, одна из них со смехом произнесла:

— как красная девица собираешь, Макс, не стыдно?

— Стыдно, когда видно!, — вместо меня ответила Оля и что-то еще пробурчала себе под нос, я не разобрал, но явно что-то нелестное в адрес  хохотушек.

— Ой, девочки, кажется, я поняла, откуда сорок минут взялись, — сказала негромко, но так, чтобы все услышали. — И ещё кажется, что странно, что такой мужчина так мало просит времени, может дело в женщине, с которой он живёт?

— Ах ты…, — задохнулась от злости Ольга и чуть не выпрыгнула на улицу из моего шатра.

— Да тихо ты, тихо, — едва успел я ухватить за талию девушку, — хватит ревновать без повода, -  потом посмотрел на метаморфок. — А вам я двойку на занятиях поставлю и лишу права пользоваться тикерами на неделю, если будете устраивать конфликты, ясно?

— Максим, мы же просто пошутили, — тут же наградила меня обворожительной улыбкой Эля и невинно похлопала ресницами. — Олечка, правда-правда пошутили, извини, если обидели.

Вся четвёрка натянула на лица невинные выражения, но в глазах у каждой буквально носились бесенята и радость от удачного «зацепа». Как же, пошутили они.

— Оль, не надоело тебе с каждой, кто посмотрит на меня, грызться?

— А ты зачем их с собой привёл?

— Вообще-то пришли они от Медведя…

— Я не про сейчас, а вообще, — перебила она меня. — Зачем ты их взял из Города, мало народу было подходящего? Или на их сиськи повёлся, как кобель последний?

— Оль, без оскорблений, хорошо?, — громко выдохнул я и унял всколыхнувшееся раздражение. — Они молодые, а большая часть молодёжи — это кандидаты в иные, которые нам очень нужны. По указанию Медведя я собирал всякие ваши женские штуки, там же кроме женщин никого не было из людей, а все женщины как раз и были Элей с подружками. Они же тебя специально провоцируют, а ты ведёшься словно малое дитя.

Оля ответила гневным взглядом, но решила промолчать.

Я опять тяжело вздохнул… ну вот, теперь будет дуться до вечера на меня, хотя сама прекрасно понимает, что я ничуть не виноват в сложившейся ситуации.

Пока собрался, умылся, перекусил и вообще пришёл в себя после ночного шаманства, на улице осталась дожидаться меня только одна кошка, все прочие метаморфки куда-то удрали.

— Пошли, Оль, — предложил я Ольге, зная, что та всё равно увяжется, но если не скажу этих слов, то к грузу моих грехов в её глазах добавиться ещё одна гирька.

Эля в образе кошки  с важным видом потрусила рядом со мной, иногда касаясь то боком, то хвостом. Если хотела позлить Ольгу и вызвать у той эмоции, то жестоко обломалась — моя подруга даже внимания не обращала на метаморфку. Вот только не уверен я, что, якобы, случайно не отдавит той лапы и не поддаст на очередном шаге под хвост, окажись Эля рядом с ней.

Медведя в штабе не оказалось и пришлось его ждать почти пятнадцать минут.

— Здоров ты спать, Максим, — заявил он прямо с порога. — Что там опять наколдовал в мире Орфея?

— Вот, — я кивнул в угол, где стояла духовая трубка, на которой болтались две маски, — для пигмеев, с которыми скоро пойду встречаться.

— Хм, — глава покрутил в руках сначала маски, отложил их в сторону, на стул, потом заинтересовался духовым ружьём. — М-да… то, что лёгкие и, думаю, прочные — это я вижу, но стоило рвать жилы, максим?, — он посмотрел мне в глаза. — Ради чего? Трофеев таких у нас столько, что можно месяц печку топить без перерыва.

— Это моя визитная карточка, Медведь. Я сам себя не пойму, так сказать, если спихну союзникам трофейное барахло.

— И сильно ты им поможешь, думаешь, удивить неведомым материалом?

— Не только. Посмотри на трубу, видишь стрелки?

— Вижу? Они что-то значат? Только не говори, что тут какая-то нанотехнология… Тек-с, тут крошечное гнездо какое-то. Только не говори, что это волшебные трубки и им требуются тикеры. Не дам!

— А надо, Медведь. Бросать пыль в глаза не нами придумано. А вот такая пыль для шаманов дикарей покажется золотой. Ну, и по десятку хороших камней для каждого шамана и по пять вождям и воинам.

— Максим, а не много ты просишь?, — холодно спросил Медведь.

— Союзникам всё равно надо платить, так или иначе, — пожал я плечами. — Я могу и сам решить проблему с камнями, но тогда пигмеи будут должны только мне.

До собеседника мигом дошло, что я хочу сказать, и в его глазах холод сменился покладистостью.

— Эх, Максим, Максим. А ведь такой хороший молодой человек был раньше, помогал без вопросов, плату не просил, не считался ни с чем, а теперь что? То команду дай неподотчетную, то личную башню в замке, то камней для дикарей, которые лишь тебя признают одного.

— Вот только не надо тут этого. Я не тяну больше, чем отдаю в ответ… да и к слову, сам-то забрал большую часть вещей, которые я притащил в последний раз. И слухи пошли, что чуть ли не личный магазин хочешь открыть, где станешь торговать духами да шампунем с помадой, а?

— Кхм, что-то у нас тема не на то ушла. Ладно, будут тебе камни, только всё под опись и строго по головам: сколько шаманов, сколько воинов, сколько трубок. И ни на тикер больше!

— Договорились, — и не широко улыбнулся, не сумев сдержаться от удовольствия.

                                                                  ****

Несколько дней прошли в суете и заботах: уроки с иными, посещение крепости, где под меня была выделена целая башня, примыкающая к донжону, разговоры с союзниками дикарями.

Сегодня на рассвете я в сопровождении отряда из трёх десятков человек прошёл через телепорт в самую глушь джунглей, где на десятки километров не было ни единой разумной души.

Неподалёку от местного телепорта нас должно было ждать первое, самое большое племя, которое до этого пряталось от врагов среди безжизненных скал. Решив поберечь свои ноги и ноги спутников, я позапрошлой ночью сообщил шаману, чтобы он со всем племенем ждал меня у конкретного портала. Зачем ходить туда-сюда, раз переговоры я смог провести во сне?

— Уф, ну и парилка же тут, — шумно выдохнул Федька и несколько раз обмахнул лицо ладонью. — Даже рядом с крепостью не такая духота, да и не так воняет гнилью.

— Это же джунгли — тут всегда что-то гниёт, а у нас огромная река рядом. Она хоть немного, но всё-таки смягчает климат, — ответила ему Эля, которая с интересом крутила головой по сторонам.

— И где они?— негромко спросил у меня Медведь, который отправился со мной на встречу с союзниками. — Не могли обмануть или предать?

— Не должны, хотя ни в чём уверенным быть не могу, — так же тихо ответил я. — Сильфея, чувствуешь кого-нибудь?

— Да. В ста шагах в той стороне сидели двое, когда я вышла из портала. Сейчас их нет.

— Разведчики? Засада?, — нахмурился Медведь. — Почему удрали?

— Да я откуда знаю? Им в головы сложно залезть. Может, ждали меня, а вышла шши, вот они и рванули во все лопатки подальше от испуга…

— Там люди, — перебила меня девушка и указала в нужную сторону, — очень много. Среди них есть иные… шаман и кто-то ещё.

— Приготовиться!, — рявкнул Стрелец. — Агрессии не проявлять, но не дай бог опростоволоситесь или стормозите, я вас на полигоне заставлю чайными ложками копать блиндажи!

Через минуту из зарослей вышел старик шаман, которого под руки придерживали два мелких пигмея. Наверное, подростки, уж очень тощи и мелки, на воинов не тянут никак, но и детьми я бы не назвал их.

Метров за десять до нашего отряда шаман и его сопровождающие растянулись на земле, старик при этом что-то произнёс скрипучим голосом.

— Сильфея, что они сказали?, — поинтересовался медведь у шши.

— Прославляют тронк’ра вручают ему свои жизни и души, — перевела девушка речь дикаря.

— Где все остальные и почему он пришёл один, спроси у него, — сказал я.

Шаман выслушал её, проскрипел что-то в ответ.

— Они немного напуганы, и ждут решения тронк’ра в зарослях. Шаман пришёл первым, чтобы вызвать гнев на себя, если тронк’ра будет зол ничтожным видом жителей племени, некогда могучего племени, которое всегда чтило заветы предков и прославляло могущество тронков.

— Бла-бла-бла, — пробурчал я себе под нос. — Сильфея, пусть зовёт своих архаровцев, а то время у нас не резиновое. И пошустрее.

После перевода моих слов, шаман громко крикнул и тут же зашёлся в сухом кашле.

— М-да, что-то его колдунство совсем уважения не внушает, не откинет ли ласты он в ближайшем времени?, — совсем тихо, почти шепотом сказал Федька. — С кем нам стоять против тех гадов в джунглях? Как бы нам самим не пришлось этих карликов от их сородичей защищать.

— Да не шепчи ты, вряд ли он понимает хоть слово на русском.

В это время из зарослей стали выходить члены небольшого племени — мужчины, женщины, дети. Многие из представительниц слабого пола несли крошечных младенцев. Личных вещей при себе почти ни у кого не было, ну, не считать крошечные узелки объёмом чуть больше литра, за скарб? Скорее всего, там запас продуктов для перехода, детям , себе и воинам, которые несли только личное оружие и всё.

Каждый из подошедших близко ко мне дикарей, тут же падал на живот, не смея взглянуть в мою сторону.

— Так мы тут надолго застрянем, — покачал головой Медведь. — Сильфея, будь добра, скажи им, чтобы поднимались и шли к порталу.

Шши вопросительно посмотрела на меня.

— Скажи, скажи, — дал я добро.

Услышав слова Сильфеи, шаман приподнял голову, посмотрел на меня.

— Вставай и иди туда, — громко сказал я и махнул рукой в сторону  портального кольца. Конечно, слов моих старик не понял, но жест вполне себе красноречив. Что-то подобострастно проскрипев мне в ответ, шаман шикнул на своих малолетних поводырей и с их помощью поднялся на ноги, после чего сказал  длинную фразу, обращаясь к соплеменникам. После его слов первыми встали самые сильные воины, следом бойцы попроще, за ними самые крепкие подростки, а уж самыми последними на ноги поднялись женщины с детьми и старики. Как только племя перестало давить животами жирную сырую почву, шаман повелительно указал пальцем на портал и произнёс два слова.

— Медведь, тебе пора открывать портал, а то они ещё усомнятся в могуществе нашего главгада, ой, верховного шамана, когда войдут в кольцо, а то не сработает, — сверкнул улыбкой Стрелец.

— Главгад, значит, ну-ну. Завтра разнарядок на иных не получишь, — мрачно пообещал я.

— Да я оговорился, Макс, ты чего?, — притворно-искренне обиделся тот.

— Вот и я ошибусь, Федечка, я ж гад — мне можно.

Портал открывали с помощью амулета, одного из тех, что я вынес из своего сна когда-то. Эту волшебную вещицу держал при себе Медведь и редко кому доверял. Вторая находилась в тяжеленном сейфе в штабе. Самый первый амулет, испорченный пушечной картечью, лежал в сейфе у Бородина.

Сразу за пигмеями в портал вошли несколько бойцов с капсульными картечницами четвёртого калибра. Такое оружие даже на Земле уже лет сто не производят, но вот Федька вспомнил о таком калибре, когда занимался штуцерами и своей пушкой (не зениткой, это у него отдельная тема) и решил вооружить этими пушками несколько человек.

За ними в портал прошёл я с шши, Ольгой и метаморфками. За нами потянулись оставшиеся бойцы, и самым последним в подземелье крепости в портальном зале оказался Медведь.

К этому времени пигмеев уже начали выводить наверх.

Наверху в крепостном дворе я поманил к себе шамана, когда тот подошёл и вновь брякнулся на пузо передо мной, сказал Сильфеи. Чтобы она передала тому мой приказ: раболепие только по моему приказу, а не по собственному хотению, иначе, накажу за такое своеволие. Надо было видеть с какой прытью подлетел шаман с брусчатки, и как сильно побледнел.

М-да, тронков уже давно нет, а страх от них остался. Хотя, этому шаману может быть сто лет в обед, он еще помнит, что и как могли сделать тронки с любым живым созданием, а вот молодёжь, так может статься, даже не вздрогнет. Это как в современной мне России при слове НКВД молодёжь лишь скривится, да выругается, а их деды и прадеды, всё ещё топчущие землю, вздрогнут и побледнеют, вот как этот шаман.

— Возьми воинов и с ними подойти к тем столам, — я ткнул в сторону длинного стола, сбитого из нефугованых досок на скорую руку вчера под вечер.

Когда старик в сопровождении самого цвета своего племени выполнил моё указание, я ткнул рукой в сторону стопок масок, ровных рядов духовых ружей и холодного оружия, начищенного так, что солнечные зайчики пускали во все стороны, и сказал:

— Каждый берёт маски и оружие, а ты, шаман, иди сюда.

Выслушав перевод, старик ещё больше ссутулился и доковылял до меня, вид при этом у него был такой, будто он на эшафот всходит. Даже не знаю, что ему там в голову пришло, но явно подумал он о нехорошем.

-Выбирай пятнадцать любых камней, старик, — я протянул ему пластиковую тонкую коробочку, где на внутренней тряпочкой подложке лежали тикеры, всего чуть больше кристалликов разных оттенков. Удалось мне уговорить Медведя, чтобы наградить шамана чуть больше, чем десятью волшебными камешками.

Когда старик взял в руки коробочку и увидел горсть отборных сверкающих камней, то он весь затрясся. У меня от этой картины даже появились опасения, что он ещё рассыплет камни.

— Благодарю, тронк’ра! Благодарю!

Для себя шаман отобрал тикеры с янтарным отливом и тут же прилепил их на смолу на кожаном ремешке, что опоясывал его левое запястье. К этому моменту воины племени уже забрали по комплекту снаряжения: две маски, плевательная трубка с набором игл, нож или тесак. На каждом духовом ружье уже имелся тикер, который вдвое увеличил точность и дальность полёта иглы. До подключения волшебной батарейки я смог запустить бамбуковую иглу на семнадцать метров (точнее попал в мишень на таком расстоянии, сама же игла улетала на двадцать пять), а после установки тиккера я поразил мишень с тридцати пяти метров. Правда, Александр-продавец в моём сне показывал лучше результат, но на то он и консультант-демонстрант. Думаю, пигмеи переплюнут меня вдвое по показателям, что весьма и весьма неплохо и это даст превосходство им над нашими общими врагами, прислужниками кеметян.

После того, как воины племени вооружились, всех пигмеев вывели с полуострова на берег.

— Как тебя зовут, шаман?

— Я супиш По’Бча, тронк’ра.

— Супиш? Сильфея, уточни у него, что это значит.

Через минуту шши дала мне полный расклад. Супиш — это шаман племени, сиш — ученик шамана или очень слабый шаман, например, По’Бча имел всё право таким называться до момента, пока не получил от меня сильные тикеры или если бы в племени оказался бы кто-то помоложе и умелее его. Эдьяр — вождь племени, самый сильный и опытный воин. Фуст — это тот, кого земляне называли элитными воинами, носившие кожаные браслеты всего с несколькими кристаллами.

— Слушай меня, супиш По’Бча. Этот берег теперь ваш, можешь выбрать себе любое направление, куда вести племя. Где-то там же бродят отряды наших врагов, слуги кеметян. Задача твоего племени заключается в том, чтобы уничтожать их при любой возможности, все джунгли вокруг крепости должны быть безопасны для моих людей. Если врагов будет слишком много или окажутся сильны, то пришлёшь в крепость гонца, и тогда к твоим воинам присоединятся мои с грохочущим огненным оружием, против которого нет защиты даже у кеметян. И ещё кое-что тебе стоит знать, По’Бча. Скоро я приведу ещё одно племя, которое будет выполнять те же задачи. Что и ты, узнаешь по оружию и маскам. Никакой вражды у вас между собой не должно быть, это ты уясни, иначе я уничтожу всех в твоём племени и найду новых помощников, это ясно?

— Да, тронк’ра, — старик тут же растянулся на земле, всем своим видом выражая покорность и согласие с моими словами.

— Можете нанести раскраску на маски и оружие, чтобы отличаться от союзников, — разрешил я, опасаясь, что однотипность может вызвать недопонимание и вражду у дикарей из разных племён. — И ещё раз говорю: если появятся проблемы, с которыми не сможете сами справиться или решение потребует слишком много времени, то приходи в крепость, По’Бча. Я выслушаю и подумаю, что делать.

Выпроводив в джунгли одно племя дикарей, я отправился за вторым. Встреча с ними прошла практически под копирку, что и первая. Разве что, вместе с шаманом — супиш Ть’Лах — на земле передо мной валялся и вождь — эдьяр До’Сэш. Награды и разговор с ними прошёл по тому же плану. Из очередных отличий стоит отметить, что тикеры Ть’Лах выбрал с зелёноватым оттенком.

Разобравшись с дипломатическими миссиями, я отдал Медведю оставшиеся кристаллы и решил остаться в крепости на тот случай, если у союзников  сегодня-завтра возникнут вопросы ко мне или они найдут тот отряд врагов, которые отрезали нашим охотники головы. Думаю, что те окажутся не по зубам нашим пигмеям и придётся создавать совместный отряд.




Глава 18. | Крепость на реке | Глава 20.