home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА XVIII

Подняв сумку с платформы, Тристан отошел от таможенного сканера и направился по коридору к выходу.

— Добро пожаловать на станцию Ономичи, — прозвучал женский голос. — Приглашаем всех прибывших к главной площадке для посадки на звездолет. Выход к шаттлам через боковые двери.

Голос продолжал говорить, сообщая, что время суточного вращения Калео составляет 22.9 стандартных часов. Далее следовала информация о погоде в главных городах, но Тристан уже не слушал.

Зал космопорта станции Ономичи был в три или даже четыре раза больше, чем на Топаве, и, соответственно, многолюднее. Сжав ремень сумки, Тристан прошел через ворота к посадочной площадке и влился в толпу. Даже в Академии Айри-Сити ему не доводилось видеть такой пестроты и разнообразия. Люди, высокие и низкие, толстые и худые, черные, белые и желтые, а также негуманоиды, многих из которых он никогда и не видел, окружали его со всех сторон, занятые своими делами.

В зале ожидания все места оказались занятыми, но Тристану вовсе и не хотелось садиться. Отойдя к стене, он поставил сумку между ног и стал ждать.

«Не ищи его, — вспомнил Тристан, — он сам тебя найдет». Но он все же оглянулся, прежде чем повернуться и посмотреть на Калео.

Со времени прогулки с отцом по каньону, с той поры, как он провел со сферзахами целый день на скале, после разговора дома, Тристан был решительно настроен на то, чтобы приехать на Калео кандидатом в сферзахи. Но никогда не думал, что это произойдет так скоро. Прошло всего три недели.

«А кажется, что три месяца», — подумал Тристан.

Он вздрогнул, когда низкий негромкий голос произнес у самого уха:

— Тристан Середж? — Юноша резко повернулся.

Человек, стоявший у него за спиной, был,

наверное, лет на десять моложе его отца, и на 9-10 сантиметров выше. Плечи широкие, как у быка пейму, а кожа черная, как беззвездная ночь. Гражданская одежда, а не униформа. В толпе, пожалуй, на него и внимания не обратишь. Тристан склонил голову набок.

— Фати Тоназо? — неуверенно спросил он.

Мужчина чуть заметно кивнул.

— Пошли. — Он повернулся и в следующее мгновение растворился в толпе.

Тристан, поспешно подхватив сумку, последовал за ним. Тоназо шел быстро и в то же время плавно, как рыба в воде, не оглядываясь. Юноше пришлось обойти нескольких пешеходов и пробежать открытое пространство, чтобы догнать его.

Тристан поравнялся с Тоназо, когда тот остановился у лифтов. Юноша тяжело дышал. Встречавший молча взглянул на него и нажал кнопку вызова.

Лифт поднял их на несколько уровней и, выйдя из кабины, они очутились в еще одном зале: чуть поменьше, чем зал ожидания. Тоназо кивнул направо, где на частной стоянке уже ждал шаттл.

— Кидай сумку назад и влезай.

Тристан молча подчинился.

Он молчал до тех пор, пока «челнок» не отстыковался от станции и не вышел на полетную траекторию, и лишь тогда спросил:

— Что?..

— Тихо! — оборвал его Тоназо.

Тристан моргнул. Замялся.

— Но…

— Молчи! — повторил Тоназо, не повышая голоса. Ему это и не требовалось. Тон и выражение прищуренных глаз убедили юношу закрыть рот и промолчать.

Некоторое время Тоназо пристально смотрел на него.

— Даже если за время пребывания здесь ты ничему больше не научишься, — сказал он, — то я все же научу тебя послушанию, беспрекословному и быстрому. А учиться начнешь прямо сейчас. У меня есть несколько правил, их легко запомнить. Нарушение их или неподчинение мне, в чем бы это не выражалось и какими бы причинами не объяснялось, влечет незамедлительное и болезненное наказание.

Первое правило: ты не должен говорить, пока я не разрешу тебе сделать это.

Второе правило: ты всегда должен называть меня «ишку», что на шиотанском языке означает «хозяин» или «учитель». Если у тебя есть что сказать, ты обращаешься ко мне за разрешением со словами: «Ишку, могу я сказать?» и, лишь получив это разрешение, можешь говорить. — Тоназо посмотрел в глаза Тристану. — Это понятно?

Тристан кивнул.

— Отвечай мне, йатсу! — приказал Тоназо.

— Да… ишку.

Тоназо повернулся к пульту, а юноша еще долго смотрел ему в спину. Могучие бицепсы, крепкая шея, каменные скулы. Лишь через несколько минут он осмелился спросить:

— Ишку, могу я сказать?

— Можешь.

— А каковы другие правила?

Тоназо оглянулся через плечо. Смерил его суровым взглядом.

— Ты узнаешь в свое время.


* * * | Эхо далекой битвы | * * *