home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



18

Город лесных был в самом сердце тайги. Драконы приземлились на большой поляне, окруженной высокими кедрами, и она сразу стала казаться маленькой. Селенна сказала, что о нас уже сообщили лесным людям, они примут нас. И они с Кимманом улетели, сказав, что вернутся, как только мы почувствуем в них необходимость.

— Где же их город? Я ничего не вижу, — сказал Ник, оглядываясь вокруг.

Я тоже ничего не видела, но мама мне рассказывала, что вот так сразу город лесных людей и не увидишь.

— Идем, — я взяла Ника за руку и потянула его под кедры.

Мама рассказывала, что в лесах, где расположены города лесных людей, очень чисто. И правда, под деревьями не было ни валежника, ни поваленных стволов. Я подняла глаза и увидела высоко в ветвях мостки из дощечек с веревками вместо перил, а на них нескольких детей, которые с любопытством смотрели на нас. Я улыбнулась и помахала им рукой.

Тут же с одного из деревьев соскользнул худощавый молодой человек, одетый во всё зелёное. Сначала мне показалось, что он просто спрыгнул, но потом я заметила тонкую веревку, по которой он скользил.

— Приветствую вас в Кедровом городе. Меня зовут Кэл, — сказал он с приветливо-безмятежной улыбкой, с тем же любопытством разглядывая нас.

— Айланна.

— Никас, — представились мы.

— Драконы рассказали нам о вашей проблеме. Вам надо поговорить с нашими старейшинами.

— Мы будем вам за это очень признательны, — учтиво ответила я. — Где мы можем найти старейшин?

— Я провожу, — сказал юноша.

Он дернул за веревку, и сверху послышался звук, как будто кто-то стучал маленькими деревянными молоточками. Через мгновение сверху упала веревочная лестница. Кэл в одну секунду взлетел по ней на круглый помост, и пригласил нас следовать за ним.

— Ты высоты не боишься? — спросил меня Ник.

— Я только что летела на драконе, забыл? — усмехнулась я.

— Летать на драконе и ходить по веревочным мостам — это разные вещи, — сказал Ник.

— Я ни разу по таким не ходила, откуда же мне знать, боюсь я или нет. Вот сейчас и узнаем, — ответила я и начала подниматься по лестнице.

Следом поднялся Ник, и мы пошли по раскачивающимся в такт шагам мосткам за лесным юношей.

Ник оказался прав, ходить по мосткам было гораздо страшнее, чем лететь на драконе. Вернее, на драконе совсем не страшно, а тут, стоило лишь взглянуть вниз, как начинала кружиться голова. Такое же чувство я испытывала на колесе обозрения, мы с Игорем любили на нем кататься. Только там голова кружилась приятно, а здесь мне было как-то неуютно. Но чтобы мы с Игорем снова могли кататься на колесе обозрения, когда захотим, я должна пройти по этим мосткам. Поэтому я подавила страх, и просто старалась не смотреть вниз.

Мостки были в два ряда: по одним двигались в одну сторону, по другим — в другую. Наверное потому, что они узкие, и на них двум даже таким худощавым людям, как Кэл, было просто не разойтись. И этих мостков было много, они тянулись от каждого дерева к каждому соседнему. Лесные люди, и даже их дети, легко передвигались по ним, даже бегом, вовсе не держась за перила. Мы же с Ником шли осторожно, так как упасть вниз с двадцатиметровой высоты нам не улыбалось. Кэл понимал это, и шел медленно.

— Я никогда не видел людей и не бывал в их городах, — сказал он, ведя нас по мосткам всё дальше от поляны, на которой приземлялись драконы. — Но мне рассказывали, что вы строите дома на земле.

— Это правда, — ответил Ник.

— Это же очень неудобно, — сказал Кэл. — Значит, в ваши дома в любой момент может зайти медведь или рысь.

— В наших городах не водятся хищные животные, — ответила я. — А в деревнях люди запирают двери на щеколду, чтобы дикие звери из леса не могли войти в их дома.

— А в ваши дома они не могут зайти? — спросил Ник. — Как мне известно, медведи и рыси прекрасно лазают по деревьям.

— На наши уровни они залезть не могут, — ответил Кэл. — Для них здесь ветки слишком тонкие. К тому же домовые помосты слишком гладкие снизу, чтобы они могли за них зацепиться. Так что наши дома в полной безопасности.

Мы уже прошли мимо нескольких помостов, на которых стояли дома лесных людей. Они больше были похожи на юрты, расположенные вокруг стволов деревьев. Правда, в юртах обычно не бывает окон, а тут их много, и все открыты.

— Я слышал, люди строят дома из камня, — продолжал любопытствовать Кэл. — Он холодный, это не полезно для здоровья.

— В наших каменных домах есть печи и камины, которые дают тепло, — ответил Ник. — А вы как обогреваетесь зимой в ваших домах на деревьях? Я слыхал, зимы в этих краях суровые.

— Печи у нас тоже есть. Но мы, лесные, привычны к холодам, — сказал Кэл. — Главное, чтобы мы были сыты, тогда и в самый лютый мороз не замерзаем. Зимой у нас самая любимая забава — кататься с ледяных гор.

— И мы зимой это любим, — сказала я.

— Значит, у нас больше общего, чем мы считали, — ответил Кэл.

— Я слышал, вы не едите мяса, — сказал Ник.

— Летом — не едим. А зимой без него не обойтись, — ответил Кэл и добавил: — Ну, вот мы и пришли. Здесь у нас совет старейшин.

Мы оказались на большой платформе с самой большой юртой. Кэл пригласил нас войти, но сам остался снаружи.

Комната, в которую мы вошли, занимала четвертую часть юрты. В ней стояли красивые плетеные кресла и стол. В креслах сидели пятеро лесных.

Я ожидала увидеть старцев с седыми длинными бородами, но увидела трёх мужчин на вид лет сорока, и двух женщин, которые казались еще моложе мужчин. У всех были такие же приветливо-безмятежные лица, как и у Кэла. Я вспомнила, что у тех лесных, которых я видела в детстве, были такие же выражения.

— Здравствуйте, достопочтенные старейшины, — сказала я.

— Здравствуйте, — добавил Ник.

— Приветствуем и мы вас, юные странники, — сказал один мужчина. — Присаживайтесь, вы устали с дороги.

Мы с Ником сели в удобные кресла.

— Мы рады видеть у себя представителей знаменитых магических родов Айланну Эвайнон и Никаса Анхельма, — сказала женщина, которая показалась мне главной среди старейшин. — Позвольте представить старейшин города: Син, Криз, Ален, Эллия, и я, Валлия.

— Мы пришли к вам за помощью, — начала я.

Эллия кивнула:

— Мы знаем о вашей проблеме. Нам известно о трех отшельниках, живущих в отдаленных окрестностях нашего города. Двое из них — мужчины, но одна — женщина.

— Это она, моя бабушка! — радостно воскликнула я. — Скажите, пожалуйста, где нам ее найти?

— Вас к ней проводят, — сказала Эллия.

— Спасибо, — сказала я. И вдруг вспомнила, что долг платежом красен, и добавила: — А чем мы можем отблагодарить вас за услугу?

Старейшины переглянулись. Безмятежные выражения лиц сменились на озабоченные.

— Поверьте, мы не просили бы вас ни о каких ответных услугах, — сказала Эллия. — Но вы оба — маги. А нам очень нужна магическая помощь.

— Но вы сами — существа магические, — удивленно сказал Ник.

— Да, нам подвластны некоторые силы Природы, мы можем в небольшой степени влиять на рост растений, но мы не маги, — сказал Криз. — Перед магией колдунов и волшебников мы бессильны.

— Что мы можем для вас сделать? — спросила я.

— Мы живем вдали от людской цивилизации, — начала Валлия. — И думали, что Адария Нагзис сюда не доберется, что ей нечего делать в этих безлюдных местах.

— Но она сюда и не добралась, — сказал Ник.

— Да, здесь нет ее ищеек и воинов, — кивнула Эллия. — Но ее колдовство добралось и сюда.

— Какое колдовство? — удивилась я.

— Оно губит растения, которыми мы питаемся, — сказал Син. — Они покрываются белым налетом и засыхают. Пока это заметно только на окраинах леса, но это очень тревожит нас. Мы не можем уйти в другой мир, как лесовики или водяные, мы, как и люди, одновременно живем лишь в одном мире. В этом мы ближе к людям, чем к магическим существам. Но если колдовство Адарии будет продолжаться, нам будет нечем питаться, и мы просто вымрем, как мамонты и динозавры в свое время.

— Вы хотите, чтобы мы открыли вам портал в другой мир? — спросил Ник.

— Нет, нет, мы не хотим уходить из этого мира, — запротестовала Валлия. — Каждый мир кем-то населен, и мы в нем будем чужими.

«Как я в мире Игоря», — подумала я. Нет, тот мир вовсе не плохой, и даже мне нравится, в нём живет человек, которого я люблю, но я всё равно никогда не чувствовала себя там дома.

— Нет, мы хотели бы, чтобы вы нейтрализовали колдовство Адарии.

— Но… — я хотела сказать, что мы с Ником не настоящие маги… то есть настоящие, но не обученные, и не представляем, как можно нейтрализовать неизвестную нам магию. Но Ник ткнул меня локтем в бок и договорил за меня:

— Мы попробуем вам помочь, но сначала мы должны найти бабушку Айланны.

— Хорошо, — кивнула Эллия. — Завтра на рассвете Кэл отведет вас к дому отшельницы. А пока будьте нашими гостями. Кэл проводит вас в гостевой домик, где вы сможете поесть и отдохнуть.

— Спасибо, старейшины, — сказал Ник. — Мы на самом деле устали и проголодались.

Я хотела возмутиться, что Ник решил выйти из роли моего сопровождающего, и принять на себя командование нашей экспедицией, но вдруг поняла, что это мне даже нравится. Я внезапно поняла, как давила на меня ответственность за успешное выполнение собственного плана, и была рада, что Ник взял часть ее на себя. И промолчала.

Мы попрощались со старейшинами, и пошли за Кэлом по подвесным мосткам. Всё-таки я тихонько выговорила Нику:

— Ты зачем обещал то, что мы заведомо не сможем сделать?

— Почему не сможем? — возразил он. — Я же уничтожил магическую сеть, в которую ты попала. Может, это колдовство тоже типа сети. И потом, я же не обещал ничего конкретного. А если мы найдем твою бабушку, она сможет нам помочь, если не магией, то хотя бы советом.

Он был прав, и я молча согласилась. Мне очень хотелось прямо сейчас пойти туда, где живет моя бабушка, но день уже клонился к вечеру, и мы на самом деле проголодались и устали.

Кэл привел нас в небольшой дом на одной из платформ на дереве. В домике-юрте было уютно. Там стояли две деревянные кровати, покрытые мягкими зелеными покрывалами, а занавески на окнах были из паушелка. На столе стояли деревянные чашки с ягодами и орехами, глиняный кувшин с фруктовым соком. В домике даже присутствовал душ — лесные люди могли влиять на погоду, и потому наполняли резервуары дождевой водой тогда, когда им это было нужно. Вода, правда, была не горячая, а только чуть теплая, нагретая за день летним солнцем, но после нескольких дней лазанья по горам я была рада и этому. Вода в горных озерах и ручьях была очень холодной, поэтому я там не купалась, иногда лишь обтиралась влажным полотенцем. Но эту процедуру никак не сравнить с душем.

Мы по очереди помылись, поели фруктов и орехов, и улеглись в мягкие постели. И я поняла, как мало надо человеку, чтобы почувствовать себя счастливым.

Я уснула, а проснулась оттого, что Ник тряс меня за плечо:

— Айя! Что случилось? Почему ты плачешь?

— Да ничего я не… — сердито начала я, и вдруг почувствовала, что щеки у меня мокрые, и вспомнила, что мне снилось. Я осталась совсем одна… Все, кого я любила, бросили меня. Кто умер, кто просто ушел. Игорь тоже. Во сне я не видела, что он умер, но почему-то знала это. И в том, что это случилось, виновата я. Если бы я не стала дружить с ним, он бы не нашел отца, тот не подарил бы ему машину, и никакой аварии бы не произошло.

— Тебе что-то приснилось? — с участием спросил Ник и сунул мне в руки носовой платок. Я взяла его, вытерла глаза и щеки.

— Да. Извини, что не даю тебе спать.

Я протянула платок обратно, но Ник взял мою руку с платком и сжал пальцы в кулак.

— Оставь себе, может, еще пригодится. Послушай… я не настаиваю, но если ты поделишься со мной тем, что тебя тревожит, тебе станет легче.

— Ник, я уже не ребёнок, чтобы меня опекать! — раздраженно сказала я. — Мне просто приснилось, что меня все бросили, и я осталась одна. Наверняка потому, что сегодня ты спал на другой кровати, а не у меня под боком, к чему я уже привыкла. Придется отвыкать.

— И я в твоем сне тебя тоже бросил? — спросил Ник.

— А тебя в моем сне вообще не было. Иди, спи, восход скоро, а на восходе мы отправляемся.

Ник ушел и лег, а я долго еще боялась снова уснуть.

В лесу не было тишины. Я слышала отдаленное пение, смех, звеневший, как колокольчики, музыку. Я встала и посмотрела в окно. Сквозь полупрозрачный паушелк я видела, что полной темноты тоже не было. Я видела светящиеся окна домов на деревьях, костры на площадках, и вспомнила, что лесные ведут полуночной образ жизни, а летом почти совсем не спят. Потом я услышала тихий шорох за стеной нашего гостевого домика, такой тихий, что услышать его я смогла, только усилив слух магией — хотела расслышать слова песни, которую пели у далекого костра среди ветвей деревьев. А услышала шорох за стенкой и тихий шепот:

— Этот юноша из людей такой мужественный…

Да, они правы, Ник по сравнению с лесными был мускулистым и широкоплечим, как культурист по сравнению с человеком, не занимающимися никаким спортом.

— А девушка красивая, но толстая, — услышала я.

Кто, я? Толстая?! Да это лесные все такие худые, что кажутся почти дистрофичками!

— Неужели они пара? — продолжали шептаться девушки.

— Наверное, они так подходят друг другу…

Что?! Еще чего! Я отдернула занавеску и выглянула в окно. Три лесные девушки, сидевшие на корточках у стены домика, взвизгнули, прыснули в разные стороны, и как птички, упорхнули по мосткам.

Это происшествие развеяло мое мрачное настроение. Я задернула занавеску, легла в постель и уснула, теперь уже без всяких снов.

Как только взошло солнце, Кэл, Ник и я отправились к жилищу отшельницы. Кэл предупредил, что идти туда не меньше двенадцати часов, если не останавливаться, и идти быстро. Мы решили идти быстро.

Кэл шёл впереди, скользил между деревьев, как лесной дух, почти не касаясь веток. Нам с Ником приходилось хуже, ветки то и дело хлестали нас по лицу, плечам и другим частям тела. Через четыре часа такой ходьбы, не смотря даже на применение магии, я выдохлась и попросила о передышке.

Мы устроились на привал на поляне у небольшой речки. Кэл ненадолго исчез, и появился с большим листом лопуха, свернутым в кулёк и наполненным ягодами. Хотя в моем рюкзаке еще осталось несколько пакетиков каши быстрого приготовления, но чтобы ее приготовить, нужно разжигать костер и кипятить воду, а мы не хотели задерживаться надолго.

Мы поели ягод и решили отдохнуть еще минут десять.

Я и Ник расслабленно сидели на полянке, прислонившись спинами к сухому пню, а Кэл бродил по берегу речки, так как не устал. Вдруг мы услышали, как юноша вскрикнул. Мы вскочили и бросились к нему.

— Что случилось? — спросил Ник.

— Смотрите, — Кэл указал на несколько растений у самой воды. По очертаниям они были похожи на щавель. Это растение весьма популярно в кулинарных рецептах лесных.

Листья и стебли щавеля были словно покрыты инеем, хотя на росшем рядом пырее ничего не наблюдалось. Но сейчас же самый теплый месяц, жарень, середина лета, откуда на растениях может быть иней? И почему он покрывает растения так избирательно?

— Вот то, о чем говорили старейшины, — добавил Кэл. — Но мы в самом сердце тайги. Еще пару дней назад эту заразу видели лишь на окраинах леса. Как она пробралась сюда так быстро?

Еще я чувствовала вокруг этих растений зло. А иней едва заметно посверкивал — и становился гуще, а листья и стебель под ними сморщивались. Прямо на наших глазах белый налет ссыпался на землю с почерневших высохших листьев. Несколько белых искорок упало в воду. А по воде плыла утка.

— Вот как она распространяется, — сказала я.

— Что же нам делать? — растерянно спросил Кэл. — Мы думали, у нас есть хотя бы пара лет, чтобы как-то подготовиться к напасти… но времени совсем нет…

Несколько минут мы стояли молча. Но как помочь лесным людям, я не знала. Сама не знаю, зачем, я достала из рюкзака полиэтиленовый пакет, накрыла им одно растение, с которого белый налет еще не ссыпался, оторвала стебель, зажав его в ладони вместе с пакетом, завязала узлом и сунула в рюкзак. К белым пылинкам я старалась не прикасаться.

— Послушай, Кэл… — проговорил Ник, положив руку на плечо юноши. — Мы очень хотим вам помочь, но пока не знаем, как. Нам нужно скорее попасть к той отшельнице.

— Простите, я не могу провожать вас дальше, — сказал Кэл. — Но вы не заблудитесь, если пойдете в ту сторону, и никуда не сворачивая. Когда дойдете до одинокой скалы, обойдите ее с левой стороны, увидите каменную лестницу к пещере, где и живет ваша отшельница. А мне нужно вернуться, чтобы сообщить, что зло уже здесь.

Он стряхнул руку Ника с плеча и шагнул к лесу.

— Кэл, подожди, мы не найдем дороги без тебя, — сказала я. — А если мы заблудимся, то совсем не сможем вам помочь. А та отшельница — бывшая волшебница, и она может посоветовать нам, что делать. Ты должен проводить нас до её жилища.

Юноша поколебался несколько мгновений, посмотрел на небо и сказал:

— Ладно, пойдемте. Но больше останавливаться не будем.

И мы помчались через лес почти бегом. Кэл шел впереди, и нам с Ником пришлось приложить немалые усилия, чтобы поспевать за ним, и не потерять из вида.

Я чувствовала себя загнанной лошадью, когда Кэл, наконец, остановился. Он указал на виднеющиеся среди стволов деревьев скалы и сказал:

— Теперь вы не заблудитесь. А мне пора. Я вернусь за вами завтра.

И он исчез так быстро, будто его и не было.

Мы шли медленно, отдыхая после неистовой гонки. Над лесом спускались сумерки, когда мы вышли к большой скале. Она поднималась из земли, словно застывшая каменная волна, была чуть выше окружавших ее деревьев и занимала площадь, наверное, не меньше квадратного километра. Гребень волны такой гладкий, что на нем даже мох не рос. Скала была достаточно крута, чтобы по ней нельзя было подняться на вершину. Мы обошли ее и под гребнем, в почти отвесной скале и грубо вырубленную увидели лестницу к пещере, находившейся на высоте метров десяти. Бедная моя бабушка! Она вырубала эту лестницу, совершенно не пользуясь магией! А сколько времени нужно, чтобы вырубить пещеру! Сколько же лет она на всё это потратила…

Мы поднялись на небольшую площадку перед темным входом в пещеру.

Мое сердце, казалось, сейчас выскочит из груди не столько от быстрой ходьбы, сколько от волнения. Я сейчас увижу бабушку, с которой не встречалась двенадцать лет…

Дорогу нам преградила деревянная дверь. Я постучала. Но из-за двери не послышалось ни звука. Я толкнула ее, и дверь со скрипом отворилась. У нас не было магического шара, но мы зажгли светлячки на ладонях, и в их тусклом свете увидели, что пещера пуста.

Она была обжита, обставлена самодельной мебелью, и выглядела даже уютно. По вышитым и обвязанным крючком салфеточкам, застилавшим каменные полки с глиняной посудой, было понятно, что здесь живет женщина.


предыдущая глава | Возвращение в сказку | cледующая глава