home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



9

Когда я проснулась утром, Арина уже привычно хозяйничала. Она разогрела оставшиеся пирожки и молоко, растопила на огне снег в медном тазике, для умывания. За окном еще было темно.

— Проснулась, Айюшка? Вставай, ешь, а я побегу к бабушке, узнаю, что там, в лесу происходит. К обеду вернусь, поесть тебе принесу. Не забоишься тут одна оставаться?

— Конечно нет, Арина, я же дома. И чем заняться до твоего прихода, найду.

— Ну, тогда я побежала, — сказала Арина и ушла.

А я снова отправилась бродить по дворцу. Сегодня ночью я собиралась вернуться в тот мир. Потому что завтра приезжает Игорь. Но если ищейки не уйдут, мне придётся задержаться здесь.

Я решила проверить кладовые и спустилась в подвал. Все двери кладовых были открыты, никаких припасов там не осталось, и комнаты, где хранилось семейное государственное золото, тоже пусты. Я не нашла ни одного даже самого маленького золотого слитка или монетки. Мне, там где я сейчас живу, это золото не нужно, я хотела отдать его Арине, чтобы они с бабой Костой ни в чем не нуждались. Не вышло…

Я вернулась на второй этаж, несколько раз прошла мимо дверей в свою комнату, и комнат родителей, не решаясь войти. Ведь их убили прямо здесь… и Арина сказала, что у них нет могилы.

Всё же я решилась начать с комнаты отца. Осторожно приоткрыла створку двери и заглянула внутрь.

Здесь царил погром: кровать перевернута, гардины сорваны, зеркала разбиты. Я хотела взять что-нибудь на память об отце, но ничего не нашла, шкатулка с так хорошо знакомыми мне запонками и булавками для галстуков была пуста. Одежда в гардеробе висела, но она слишком большая, а мне нужно что-то маленькое.

Так я ничего и не нашла, и перешла в комнату мамы. Там тоже было всё поломано и разбросано, драгоценности исчезли. Но я не думала, что их украли наши слуги или горожане. Наши подданные любили своих правителей, и никогда ничего не взяли бы у них даже после их смерти. Я была уверена, что это сделали воины Адарии, или даже она сама. Узнать это просто: нужно прочитать заклинание возврата в прошлое, и можно увидеть то, что здесь произошло. Только увидеть, а не изменить. Но мне нельзя применять магию, иначе меня найдут.

Я осмотрела комнату мамы в поисках вещи на память, но здесь всё было разрушено даже более основательно, чем в комнате папы. Гардероб пуст. Жадная старуха Адария забрала даже их.

Вообще-то я не знала, сколько Адарии лет. Но по рассказам Арины и бабы Косты, и обрывкам разговоров, которые я слышала на Празднике, она представлялась мне семидесятилетней старухой.

Я заглянула под кровать. На полу в пыли что-то тускло блеснуло. Я наклонилась и подобрала серебряное колечко, с лунным камнем, но поменьше, чем в моем магическом кулоне. Это колечко не волшебное, его маме подарил папа, еще когда они не поженились. Вот и память, и о маме, и о папе.

Я думала, что расплачусь, но слёз не было. Я не нашла ни высохших трупов, ни скелетов мамы и папы. Может, потому, что я не видела родителей мертвыми, они казались мне живыми. Мне хотелось верить, что они тоже где-то, в каком-то параллельном мире, живут, но по какой-то причине не могут сюда вернуться.

Можно было уходить, но я медлила.

Мое внимание привлекли светлые пятна под тонким серым слоем пыли на полу около камина. Я подошла поближе к пятнам. При ближайшем рассмотрении стало понятно, что это две кучки пепла. И не простой это пепел. Он белый, как снег. Я никогда не видела, как действует колдовской огонь, но знала, что в нём сгорает всё, даже металл, и получается вот такой пепел, похожий на снег, который не тает. Каким-то шестым или седьмым чувством я поняла, что это всё, что осталось от моих родителей.

Не знаю, сколько времени я сидела на обломке кресла и плакала. Тут меня и нашла Арина.

— Девочка моя, что случилось? — она бросилась ко мне.

Я указала на пепел.

— Арина… это… они…

— Ну откуда ты знаешь?

— Я нашла… это… здесь, — я показала няне мамино кольцо. — А она… никогда… его не снимала… И они здесь… всё это время…

Арина обняла меня, и сказала:

— Теперь понимаю, почему их тел не нашли. Крепись, милая.

— Я должна похоронить их, — всхлипнула я. — Но как я сделаю это, не выдав себя? Что мне делать, Арина?

— А знаешь, твоя мама сказала мне однажды, что хотела бы жить долго и счастливо, и умереть в один день с твоим папой, — проговорила моя няня. — И почти всё сбылось. Они были счастливы, и умерли в один день. И еще твоя мама призналась мне, что хотела бы, чтобы их пепел смешали и развеяли над Рио с самой высокой башни. Ты сможешь сделать это, когда стемнеет. А сейчас давай вернемся в мою комнату. Я принесла поесть и новости.

И мы пошли в комнату Арины. Но сначала я бережно собрала пепел до последней пылинки в полотняный мешочек, который нашла няня в одном из разбитых комодов.

Она принесла от бабы Косты не только еду, но и рюкзак, курточку и все мои вещи, в том числе и мобильный телефон.

Пока я ела, Арина рассказала, что баба Коста с помощью медовухи выведала у ищеек. Они не знали, кто открывал портал в лесу, но предполагали, что это какой-то маг, прячущийся в другом мире, прибыл на Праздник Морозного Веселья. Маг этот наверняка сильный, а как мне уже известно, Адария Нагзис уничтожает всех сильных магов. Они понимали, что во время праздника искать этого мага бесполезно, поэтому дождались окончания, и разослали ищеек по всей округе. Адария далеко, и они ничего ей об этом не сообщали, но если они поймают этого неизвестного мага, и приведут к Адарии, получат награду. Ради нее они и стараются. А чтобы поймать мага наверняка, они по всему лесу расставили магические шары, которые начинают светиться при приближении к ним существа, владеющего магией.

— Так что, наверное, придется тебе тут задержаться, пока ищейки не уйдут, — закончила рассказ Арина.

— Задержаться на три или четыре месяца? — возмутилась я. — Но я не могу! Я уже завтра должна быть в интернате! Меня будут искать, если я не появлюсь!

А если я не появлюсь, меня будут искать у Маши и Лизы, и тогда выяснится, что я вообще к ним не приезжала! Но об этом я Арине говорить не стала. Тут она мне ничем помочь не сможет.

— Ты готова рискнуть только потому, что тебя будут искать? Ты не сделаешь этого!

— Я должна, — обреченно проговорила я. — Они же не могли поставить ищейку под каждой ёлкой. Я сумею от них убежать.

— Нельзя полагаться на удачу, — назидательно сказала Арина. — В прошлый раз тебе повезло, но глупо надеяться, что так будет всегда.

— Ты что, предлагаешь мне жить во дворце три месяца? Да я за один месяц сожгу здесь всю мебель, и всё равно замерзну! Не можешь же ты носить мне кроме еды еще и дрова. А если каждый день будешь сюда шастать, кто-нибудь заметит.

— Через пару дней я смогу отвезти тебя в село, к своим родственникам. До весны поживешь у них. А когда ищейки уйдут, я тебе сообщу.

Арина, как всегда, была права, но ее план мне не нравился. Я должна найти другой выход. А пока ничего не придумала, решила уложить рюкзак, потому что Арина не знала, как расстегнуть молнию на рюкзаке, и просто сбросала все мои вещи в мешок. Да и рюкзак из темно-синей джинсовки в белый горошек, с множеством блестящих молний и плюшевым мишкой, пришитом к карману, пожалуй, вызвал бы удивление у горожан, если бы она его надела на спину.

В мешке я обнаружила ту батистовую ночную сорочку, которую для меня сшила Арина, рукавички, связанные бабой Костой, две банки моего любимого варенья, земляничного и черничного, и две толстые тетради, исписанные мелким аккуратным почерком Арины.

— Что это? — удивилась я.

— Тут я записала всё, что запомнила из магических книг, — ответила Арина. — Может быть, в том мире, где ты сейчас живешь, тебе это не пригодится, но на всякий случай ты должна знать основные заклинания, чтобы передать их своему ребенку с магическими способностями.

— Спасибо, — с чувством сказала я. — Это лучший подарок, который ты могла мне сделать.

Когда стемнело, мы с Ариной поднялись на башню, и развеяли белый пепел над городом, который так любили мои родители. Потом вернулись в комнату, и я углубилась в чтение Арининых записей.

Тетради были разделены на четыре части: магия Созидания, Разрушения, Перемещения и Нейтральная.

— Я старалась не путать заклинания из разных частей, — смущенно пояснила Арина. — Хотела, чтобы всё было, как в книгах, от простого к сложному, но пришлось записать в том порядке, в котором вспоминала.

— Ничего, разберусь как-нибудь, — я быстро пролистала первую тетрадь, в которой были заклинания Созидания и Разрушения. Пролистала раздел с Нейтральной магией, и углубилась в чтение заклинаний Перемещения.

И почти сразу наткнулась на заклинание, из которого выходило, что можно открыть портал куда угодно, в любое место любого мира прямо из той точки, где я сейчас нахожусь. Само заклинание было несложное, похожее на детский стишок, как и то, которым воспользовалась я, чтобы сбежать из своего мира. И, как оказалось, это заклинание не имеет привязки ни к лунному, ни к какому-то другому магическому камню. Вот только надо очень точно представлять место, куда хочешь попасть, иначе попадешь совсем не туда, куда планировала, или вообще не попадешь никуда, портал просто не откроется.

Значит, та поляна в лесу мне не подходит. А вдруг я неправильно представлю какое-нибудь дерево или кустик, и окажусь не в России, вблизи поселка, в котором живу, а на другом континенте в лесу где-нибудь в Канаде. Или на другой планете.

Я показала заклинание Арине.

— Оно только с виду кажется легким, — сообщила няня.

— Да я уже поняла, — кивнула я.

— У твоей мамы специальная комната была, для использования этого заклинания, — добавила Арина. — Чтобы из любого места домой быстро вернуться. Твоя мама называла её комнатой прибытия.

— А ты знаешь, где эта комната?

— Вход в нее из камина в комнате твоей мамы.

— Я хочу посмотреть. Пойдем?

Мы пошли в спальню моей мамы, и Арина показала мне неприметную дверку в боковой стене камина, которая казалась просто металлическим листом-отражателем, с другой стороны был такой же. Я открыла дверку и вошла в темное помещение. Под потолком сразу засветился магический шар. Я увидела, что оказалась в маленькой, примерно два на два метра, комнатке с абсолютно голыми гладкими белыми стенами, без окон. Только на одной из стен был нарисован герб нашего рода: меч, на мече щит, на щите роза. Я хорошо его помнила, ведь я видела его практически на каждой вещи, пока жила во дворце. Вышитым на носовых платках, на подкладке плащей, шуб и шляп, вырезанным на шкатулках с украшениями и спинках стульев и кресел, нарисованным на фарфоровой посуде. Гербов не было лишь на дорожной одежде. Однажды в детстве я спросила у мамы, почему. И она ответила, потому, что в пути могут встретиться не только хорошие, но и плохие люди. Хорошие и так не тронут, а плохим незачем знать, что я принцесса магического рода.

Да, в такую комнату переместиться легко, ведь тут практически ничего, кроме герба, представлять и не нужно. Очень умно.

В мире Игоря у меня нет такой комнаты, но есть одно место, которое я знаю достаточно хорошо.

— Арина, я воспользуюсь этим заклинанием, прямо отсюда, из дворца, — сказала я решительно.

— Ты уверена, что получится? — спросила Арина.

Конечно, нет! Я не была уверена, но говорить об этом не собиралась. Потому что не могу себе позволить исчезнуть из того мира на четыре месяца. Вдруг Игорь подумает, что я ушла в свой мир насовсем?..

Я внимательно перечитала заклинание и пояснения к нему, чтобы не упустить ничего. Арина напомнила, что в применении заклинаний важна каждая мелочь, и каждое слово в них не случайно, а рифма нужна для создания ритма, который помогает магическим свойствам человека подействовать в нужном направлении. Я согласно кивнула. Этому меня еще мама учила, хотя тогда я ее почти не слушала. Думала, достаточно заклинаний и магических способностей, а понимать необязательно. Но сейчас мне нужно действовать наверняка, так как нельзя оказаться в другом месте вместо интерната.

Мы еще посидели с Ариной у камина, вспоминая прежние годы. Я рассказывала ей о том мире, в котором живу сейчас, и, возможно, останусь в нём навсегда. Но пообещала, что при любой возможности буду приходить сюда. Хотела снова предложить Арине и бабе Косте, чтобы пошли со мной в тот мир, но не предложила, потому что теперь Арина уж точно не уйдет. Куда она от своего Николы. А баба Коста без Арины не пойдет.

Я еще раз уложила рюкзак, переоделась в свою куртку, а когда время перевалило за полночь, собралась уходить.

— Арина, ты здесь до утра будешь, или домой пойдешь?

— Домой пойду.

— Не боишься одна?

— Нет, меня Никола за воротами ждет.

— Понятно, — кивнула я. — Ну, тебе лучше быть подальше от дворца, когда я начну применять магию.

Арина обняла меня и всхлипнула.

— До свидания, Айюшка, моя дорогая девочка. Прошу тебя, будь осторожна и внимательна с этим заклинанием.

— Буду, Аринушка, — заверила я. — А когда я приду сюда снова, чтобы ты уже вышла замуж. И бабе Косте передай, что я еще обязательно приду в гости.

— Передам.

Арина ушла. Я проводила ее до дыры в парковой ограде, и еще некоторое время смотрела, как она идет в сторону прохода в городской стене. Потом вернулась во дворец, взяла рюкзак и вошла в мамину комнату прибытия. Комната осветилась магическим шаром. Раньше во дворце было много таких шаров, но когда Ник первый раз привел меня сюда, я не обнаружила ни одного. Но этот, скрытый в маленьком помещении в толще стены, не нашли, а его магическое действие настолько слабое, что ищейки не смогли его почувствовать. Иначе уже были бы здесь, несмотря на то, что дворец окутан суевериями.

Я постояла несколько минут, собираясь с духом. Заклинание я хорошо запомнила. И место хорошо представила, даже форму облупленной штукатурки на стене и трещинки на кафельной плитке на полу. Все в интернате уже спят, так что я не рискую там никого встретить. Хотя… вдруг кому-нибудь ночью приспичит?

Но придется рискнуть. И представить немножко другое место, потому что подстраховаться не помешает. Я достала телефон, включила его. Странно, Игорь ни разу не пытался мне позвонить и не послал ни одного сообщения. Пришло несколько реклам от сотового оператора, да сообщение от какого-то афериста, что я выиграла автомобиль. Я набрала номер ночной няни.

— Слушаю, — ответила Мария Семеновна. Она давно была на пенсии, но продолжала работать в интернате.

— Тётя Маша, это я, Аня Иванова, добрый вечер, — сказала я.

— А, Анечка, здравствуй, моя дорогая, — обрадовалась моему звонку Мария Семеновна. — А ты чего это так поздно не спишь?

— Я в интернат из гостей возвращаюсь, поэтому не спится, — ответила я. — Тётя Маша, вы не знаете, у нас в интернате что-нибудь ремонтировали?

— Да нет, какой ремонт, никто ничего не делал, — сказала Мария Семеновна. — Рождественские каникулы, никто работать не хочет. А ты почему спрашиваешь-то?

— Я просто хотела, чтобы в нашей комнате тоже кое-что подремонтировали, — ответила я. — Но если ремонтники уже были, то снова уже не придут.

— Не беспокойся об этом, Анечка, нам их еще месяц ждать придется, — сказала Мария Семеновна.

Я попрощалась с нянечкой. Набрала номер Игоря, но на кнопку с телефонной трубочкой так и не нажала. Ночь ведь, наверное, он спит. Решила, что позвоню утром, выключила телефон и уверенно начала читать заклинание.

— Солнца свет, появись,

От луны отразись,

Путь короткий покажи

В место, где хочу я быть.

Мне не пришлось повторять заклинание дважды. В тот же момент передо мной возник круг серебряных искр, и в нем сквозь водяную рябь я увидела интернатовский туалет в конце коридора на втором этаже, последнюю кабинку от входной двери, в которой посетителей бывает меньше всего, потому что до нее дальше бежать. А я всегда ходила в нее, чтобы как можно реже кричать: «Занято!». Когда мне хотелось побыть одной, я подолгу в ней находилась, и делать мне было больше нечего, кроме как сидеть на унитазе и разглядывать каждую царапинку, каждый сучочек на двери кабинки. А недавно унитаз в этой кабинке сломался, и на двери снаружи повесили объявление, что кабинка не работает. На двери изнутри нацарапано: «Я люблю Андрея!!!», а чуть ниже подписано фломастером: «Ну и дура». Это убедило меня, что я попала в то самое место, которое мне нужно, и я смело шагнула в круг.

И уперлась носом в дверь кабинки.

Вот блин! Портал открылся слишком близко к двери, буквально в пятнадцати сантиметрах. В кабинке вообще мало места, я стояла там, где в том мире находится унитаз. И что будет с рюкзаком за спиной и той частью меня, которая останется за кругом портала, когда тот закроется, я не знала. Может, ничего, а может, ничего хорошего. И у меня меньше полминуты, чтобы сообразить, как выйти из этого дурацкого положения. Кабинка заперта снаружи на задвижку, без применения магии ее никак не открыть.

Тут я вспомнила, что мой амулет, лунный камень, не висит на шее, а лежит в кармашке рюкзака, я сняла его, когда мы с Ариной собрались на Праздник Морозного Веселья, и больше не надевала. Значит, мои магические способности ничем не блокируются. Я провела рукой по тому месту, где снаружи находилась задвижка, и с помощью Нейтральной магии отодвинула ее. Открыла дверь и вывалилась из кабинки как раз в тот момент, когда портал закрылся. Я облегченно вздохнула, обнаружив, что все части моего тела при мне.

Но не успела сделать и шага, как дверь соседей кабинки открылась, и вышла Соня, в ночной сорочке и накинутом сверху халате, моя одноклассница, которая жила в соседней комнате.

— А… ты чего здесь? — удивленно спросила она.

— Я только что приехала, в вагоне туалет закрыт был, вот я и побежала сразу сюда, — нашлась я.

— Так ведь эта кабинка не работает, — сказала Соня.

— Ой, — я сделала вид, что смутилась. — Но я не видела никакой таблички. Я думала, его уже починили.

Я тихонько повела пальцами, и табличка «Туалет не работает» переместилась в задний карман моих джинсов. Я отошла от кабинки, и Соня убедилась, что таблички на двери нет.

— Опять младшие баловались, закинули куда-то, наверное, — сказала она. — Ну ладно, я спать.

— Спокойной ночи, — ответила я.

— И тебе, — Соня повернулась и вышла из туалета.

Я повесила табличку обратно, и тоже вышла.

Мои соседки по комнате спали, я тихонько прошла к кровати, расправила ее, разделась и юркнула под одеяло. Рюкзак просто запихнула под кровать, завтра разберу.

Утром я проснулась, когда соседки уже ушли в столовую. Сейчас каникулы, режим особо соблюдать необязательно, можно и попозже позавтракать. Ребят в интернате мало, и поварихи в это время добрые. Хотя задерживаться особо тоже не стоит.

Первое, что я сделала, встав с кровати, это позвонила Игорю, хотела сообщить, что уже вернулась. Но его телефон был выключен. Какая я дура, он же сейчас в самолете, а там телефоны отключают.

Я сходила в душ, позавтракала, и решила разобрать рюкзак. Достала его из-под кровати и сразу запихнула обратно, пока никто не заметил. Потому что половина плюшевого мишки была срезана, словно бритвой. Оказывается, ходить через порталы не так уж безопасно.

Пришлось дождаться, пока девчонки уйдут. Они собрались в кино, звали и меня, но я отказалась. Скоро приедет Игорь. Мне не терпелось встретиться с ним, послушать его рассказ о горнолыжном курорте, и самой рассказать о том, как я побывала в своем мире. Он говорил, что его самолет прилетает в одиннадцать, он сразу поедет в интернат, так что в первом часу уже будет здесь.

Я спорола остатки плюшевой игрушки с рюкзака и выбросила в мусорный бак. Давно хотела это сделать, но Игорь отговаривал, зачем, с мишкой прикольнее. А вот теперь на его месте осталось тёмное невыгоревшее пятно.

В двенадцать часов я села на подоконник и стала ждать Игоря. Прошло полчаса, а он не появился. Потом еще полчаса, и снова ожидание было напрасным. Я сходила в столовую, пообедала без всякого аппетита, и снова уселась на окно. Позвонила. Телефон всё еще был выключен. Но его самолет давно уже приземлился! Может, просто забыл включить?

Когда Игорь не появился в интернате и к ужину, я уже с ума сходила от беспокойства. Я даже позвонила в аэропорт, и мне сказали, что рейс, на котором он должен был прилететь, благополучно сел в аэропорту. Я снова позвонила Игорю, и снова он был недоступен. Ну вот, сам подарил мне телефон, и сам же мне не отвечает.

Я уже не находила себе места, вышла на улицу и стала бродить по аллее от крыльца к воротам.

Со счета сбилась, который раз я уже шла к крыльцу от ворот, и была уже в нескольких шагах, когда вдруг услышала за воротами шуршание шин по снегу. Я повернулась и в свете уличного фонаря увидела, что подъехала машина Юрия Сергеевича. Дверца машины открылась, и вышел Игорь. Мне захотелось броситься к нему, но я не побежала. Я обиделась, в конце концов! Мог хотя бы позвонить и сообщить, что задержится. Поэтому я медленно пошла навстречу Игорю, который так же медленно шел навстречу мне.

Мы встретились на середине аллеи и остановились в шаге друг от друга. На мгновение мне показалось, что Игорь не рад видеть меня. Но это ощущение быстро прошло, когда он улыбнулся, шагнул ко мне и обнял.

— Айя! Я соскучился…

— Я тоже.

— Честно говоря, я думал, что ты решила остаться в своем мире насовсем. После того, как ты сказала, что в твоем мире тебе телефон не нужен. И после того, как написала сообщение, что позвонишь, только когда вернешься. Я боялся возвращаться… приду в интернат, а тебя нет… думал, что больше тебя не увижу, — тихо сказал Игорь.

— Я же сказала, что вернусь. А почему твой телефон не отвечал? Почему ты не позвонил, что задержишься?

— Извини, я отключил телефон в самолете, а когда хотел включить, обнаружил, что заряд почти закончился, и не стал включать. Папа уговорил меня заехать домой, вот я и задержался. Ну как, в твоем мире всё хорошо?

Я машинально отметила, что уже не Юрий Сергеевич, и не отец, а папа, и его дом уже считает своим. Это, в общем, неплохо. Я сообщила:

— Да. Арина выздоровела, и у нее есть жених. И время я провела отлично. А остальное всё по-прежнему не очень. Чуть ли не сотня ищеек на меня охотилась. Но мне удалось от них уйти. А как твой горнолыжный курорт? Понравилось?

— Очень. Я научился кататься на горных лыжах и сноуборде. Но давай обо всем расскажем друг другу завтра. Я ужасно устал и почти засыпаю. Пойдем.

Мы вернулись в интернат и разошлись по комнатам.

У нас оставался еще целый день каникул, и утром сразу после завтрака мы с Игорем ушли на любимую скамейку в парке, несмотря на то, что на улице было морозно. Сначала мы, конечно, поцеловались, хотя мне сразу почему-то вспомнился поцелуй Ника, и испортил всё впечатление.

— Ну, рассказывай, — сказала я, чтобы поскорее забыть о том и об этом поцелуе.

— В отеле было очень здорово, — начал Игорь. — Мы с папой жили в двухместном номере. Нас там было несколько новичков. Я подружился… с некоторыми. Сначала учились… было весело. Павда, один парень ногу сломал. Но остальные научились. Это классно, летишь по склону, такая скорость, полное ощущение полета… А наверх поднимались на канатном подъемнике, таком, с креслами. Тоже, как будто летишь, только медленно. Да вот, у меня фотки есть, смотри.

Он достал из кармана телефон и показал мне несколько фотографий с отцом, с группой молодых людей, парней и девушек, с лыжами, со сноубордом, в горнолыжной экипировке. Одно фото было сделано в номере отеля, еще одно, вместе с отцом, в ресторане.

— Ну, а вечерами ты что делал? — спросила я.

— Пару раз ходил на дискотеку, — ответил Игорь. — Но в основном мы с папой сидели в номере и разговаривали. А ты что делала в своем мире?

Какой-то очень короткий и скомканный рассказ у него получился. Я мысленно удивилась. Ведь о первой встрече с отцом и о том, как он первый раз был в его доме, Игорь рассказывал так подробно, что я как будто видела всё своими глазами. А сейчас у меня ни одной картинки не возникло, несмотря даже на фотографии. И мне показалось, что фотографий должно быть больше. Хотя я-то вообще ни разу не догадалась сфотографировать хотя бы Арину и бабу Косту. Ничего, я их потом по памяти нарисую.

— А я каждый день ходила на Праздник Морозного Веселья, — рассказала я. — С горок каталась, снежную крепость брала, в ледяном дворце танцевала. Волшебные фейерверки смотрела… — я хотела рассказать, как красиво смотреть на них с башни дворца, но осеклась. Ведь на башне я была с Ником. — А едва праздник закончился, ищейки сразу начали меня искать. И мне пришлось скрываться во дворце.

Я рассказала, как нашла пепел моих родителей, как развеяла его над городом, как думала, что из-за ищеек придется задержаться в своем мире на три месяца, как Арина принесла мне тетради с заклинаниями, я нашла в них другое заклинание перемещения, и переместилась прямо в интернат, в кабинку женского туалета.

И всё-таки мой рассказ тоже оказался далеко не таким длинным, как я ожидала. Я почти ничего не рассказала про праздник, потому что всё это время провела с Ником, и не хотела проговориться. И врать, что была одна или с Ариной, не хотела. Кажется, о первом посещении своего мира я рассказывала дольше, хотя в тот раз была там всего несколько часов, а в этот раз — целых семь дней.

Мы даже замерзнуть не успели, а наши рассказы уже закончились.

— А пойдем в кино, — предложил Игорь.

И мы пошли.


предыдущая глава | Возвращение в сказку | cледующая глава