home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Вторник, 7 мая 2143 года

Когда колонна наконец-то встретилась с ДПП-1 в понедельник днём и Вэнс увидел путь вниз, о котором Антринелл сообщил но коротковолновому радио, он решил, что это злая шутка. Стена каньона была ниже, потому что долина оказалась более пологой, чем та, которую они только что оставили позади. ДПП-1 стоял близко к краю, где водопад гораздо меньшего размера падал метров семьсот до замёрзшей реки Дольче внизу.

По одну сторону от неровных ледяных лент, струившихся по вертикальному утесу, под едва заметным углом к поверхности скалы тянулась длинная осыпь из валунов и каменных осколков. Вэнс был не одинок в своем мнении по поводу пути на дно каньона. Люди выходили из машин и недоверчиво глядели на осыпь. Камм и Дарвин поднимались обратно – две темные фигурки, пробиравшиеся через предательски рыхлый снег.

Но выбора не осталось, так что пришлось выработать план действий с использованием лебёдок, которыми была оборудована каждая машина. Трос надлежало прицепить к большому и надежному валуну на вершине, чтобы машина могла задним ходом медленно перевалить за край, после чего лебёдка должна была принять на себя нагрузку. Остаток понедельника они провели, оценивая предложенный Каммом и Дарвином маршрут, проверяя валуны вдоль него на пригодность в качестве устойчивых якорей.

Во вторник на рассвете они принялись за дело в бледном розовом свете, под лёгким снегопадом. Вэнс настоял, чтобы первым поехал «Тропик»; они не могли позволить себе потерять последний ДПП, и он уж точно не хотел рисковать танкером или оставшимся грузовиком.

Антринелл вызвался вести «Тропик». Он медленно, задним ходом съезжал за край каньона, нос машины поднимался, пока угол между ним и стеной ущелья не составил примерно семьдесят градусов, и единственным, что держало «Тропик», остался трос лебёдки; безусловно, колеса теперь были бесполезны, они давали устойчивость и больше ничего. Все наблюдали с безопасного расстояния, поскольку история с буксировочным тросом и грузовиком была свежа в их памяти.

Лебёдка выпустила пятьдесят метров троса, что позволило с запасом удержаться в пределах допустимой нагрузки. Олрг и Дарвин прицепили «Тропик» к ближайшим валунам, после чего лебёдку прикрепили заново, и машина спустилась ещё на пятьдесят метров.

На спуск ушло больше двух часов, но «Тропик» одолел обрывистый склон и достиг дна без происшествий. Раздались громкие радостные возгласы. Все знали, что если получится спуститься к Дольче, то и путь к Сарвару, возможно, завершится успехом.

К вершине осыпи подъехал «Тропик» – 2, и его лебёдку прицепили к валуну. Вэнс мог организовать спуск машин лишь по одной. Масштаб катастрофы в том случае, если на осыпи их окажется несколько и одна сорвется, был слишком велик, чтобы о нем даже думать.

Когда все машины оказались внизу, на широком ледяном дне каньона, было уже далеко за полдень. Лишь после этого Вэнс дал отмашку на спуск саней. Снегопад усиливался, и полковник, глядя на снижающиеся тучи и тускнеющий свет, беспокоился о том, что на ночь они будут разделены с санями. Лебёдки сняли с машин и устроили из них на осыпи нечто вроде релейной линии. Это помогло существенно ускорить продвижение.

Течение событий воодушевило Вэнса. А потом док Конифф вызвала его и сообщила, что Рави Хендрик пришел в себя.

Во входном отсеке биолаборатории-2 Вэнс стряхнул снежную корку, прилипшую к парке и водонепроницаемым брюкам. Потом открылась внутренняя дверь, и его ударила волна теплого воздуха, от которой оставшиеся белые ледяные частицы мгновенно потемнели и начали таять. Побежали капли, падая на ботинки.

Рави Хендрик по-прежнему выглядел ужасно, но был в сознании и пил бульон из большой кружки, которую для него держал Хуанитар.

Вэнс вынудил себя улыбнуться, пока стягивал печатную балаклаву, рассеивая вокруг новые капли воды.

– Выглядишь лучше, – солгал он.

– Полковник, – сказал Рави. – Я просто рад, что живой.

– Я просмотрел твой визуальный кэш, пока доктор тебя лечила. Ты везучий. Это была всем битвам битва.

– Так вы его видели? Видели монстра?

– Да, видел.

– А деревья, кнутовники? Марк Читти об этом хотел нам рассказать.

– Знаю, – сказал Вэнс. – Теперь мы не можем возвращаться в заросли.

Смех Рави был наполовину истерическим.

– И как же мы проберемся в Сарвар через джунгли?

– Им придется послать за нами вертолёт, по меньшей мере. Я приказал запустить ещё одну коммуникационную ракету. Кен и Крис разгружают её с саней прямо сейчас.

– Хорошо, это хорошо. – Рави опустился обратно на тонкий матрас.

– Рави, я должен узнать. Ты попросил Анджелу, чтобы она пришла и вытащила тебя?

– Да.

– Понятно. Почему? Почему её?

– Ей удалось выжить после встречи с монстром. Я ей доверяю. Только ей.

– Мог бы меня позвать.

– В колонне есть саботажник. Мне только что сказали, что Каризма дезертировала с ДПП-один. Но я даже не уверен, она ли это. Может, есть кто-то ещё. Все пошло плохо ещё до того, как мы вообще подумали о колонне.

Вэнс едва сдержался, чтобы не заорать на раненого, накачанного токсом пилота. Полковник сам удивился, насколько его беспокоило то, что кто-то из находящихся под его командованием ему не доверяет. Будь проклята Каризма с её завистливым предательством!

– Думаю, мы можем с полным правом считать, что это была Каризма, – сказал он, обращаясь к Рави.

– Пришелец все ещё где-то там, – ответил пилот. – Он не позволит нам покинуть эту планету живыми.

– Если монстр на это рассчитывает, он будет серьезно разочарован. А теперь отдыхай.

– «Берлин» не долетит к нам из Сарвара без дозаправки. «Дедалы» не полетят над горами. – Голос Рави становился все выше. Несколько индикаторов на мониторах сменили цвет на оранжевый по мере роста уровня стресса. – Нам ни за что не выбраться. Мы тут застряли, и он будет убивать нас по одному, пока никого не останется. Никого! Выхода нет.

– До этого не дойдёт, – заверил его Вэнс, взглядом попросив Конифф о помощи.

– Я в него стрелял. Я стрелял ему в лицо в упор. Он даже не заметил.

– Нет, заметил. Я просмотрел твою запись. Он пытался увернуться от выстрела.

Рави рассмеялся неприятным высоким смехом.

– Увернуться? И все? И больше ничего? Это были девятимиллиметровые экспансивные пули. И они ему… не понравились?

– Доктор, – позвал Вэнс.

Конифф уже стояла рядом, изучая показания мониторов. Видимо, её элка отдала какое-то указание оборудованию. Рави протяжно вздохнул и лениво улыбнулся.

– О да, точно, это ответ на все вопр…

Голова пилота упала набок, и он уснул.

– С ним все будет в порядке? – спросил Вэнс у Конифф.

– При условии, что лечение будет продолжаться. Меня все ещё беспокоит его позвоночник, но рана на спине неплохо заживает. Есть остаточный шок от потери крови и переохлаждения, но он снижается, поскольку мы обеспечиваем ему достаточное количество жидкости. Повезло, что Анджела его вытащила. Ещё несколько часов были бы фатальными.

– Спасибо – сказал Вэнс. Он спросил себя, всегда ли у медицинской профессии такой мрачный вид.

Во входном отсеке он натянул на себя все слои одежды и перчатки, потом надел шлем. Погода ухудшалась. Где-то над темными тучами сверкала молния, и её вспышки казались ослепительными трещинами на клубящемся подбрюшье облаков. Он слышал, как басовито грохочут раскаты грома, отражаясь от стен каньона. Снегопад густел, хлопья теперь были размером с половину его ладони. Поднявшийся в каньоне ветер неуклонно усиливался и нес хлопья прямиком на машины колонны.

Последние сани ползли на середине осыпи. Вэнс уже не видел её вершины. Он вызвал Кена и спросил:

– Сколько до запуска?

– Пятнадцать минут, полковник. Мы уже поставили пусковую установку. Идёт последняя проверка.

– Все ли получится в такую погоду?

– Должно получиться. Но я все же беспокоюсь о том, сумеем ли мы поддерживать связь. Наши тралы – большей частью хлам, а эта гроза отнюдь не улучшает положение. Но настоящая проблема в стенах каньона. Они точно заблокируют сигнал.

– Но Абеллия его получит?

– Да, сэр, они должны его получить. При условии, что их тарелки ещё в рабочем состоянии.

– Понял. Продолжайте.

Кен уже высказывал опасения по поводу коммуникационной ракеты, и потому Вэнс составил сообщение для Вермекии и тех, кто ещё мог находиться в Абеллии. В нем содержался визуальный кэш Рави Хендрика и мольба о срочной эвакуации. Тревожная общность монстра и кнутовников оказалась для Вэнса глубоким потрясением. Такая сила придавала существу почти сверхъестественные свойства. Он никому не сказал, что на самом деле разделяет мнение Рави по поводу того, что живыми им из джунглей не выбраться. Вермекия должен был прислушаться, должен был им помочь. Даже он, вращаясь в своем мирке мелкой офисной политики, не мог и дальше игнорировать объем доказательств, собранный Вэнсом.

Эльстон пересек небольшой круг машин и забрался во входной отсек биолаборатории-1. На этот раз к нему прилипло больше снега, чем когда он заходил в биолабораторию-2. Яростно его стряхнув, Вэнс вошёл в главный отсек. Там сидели Антринелл, Тамиша и Рорк и наслаждались кофе. Горячие напитки были единственным, что они пока могли не нормировать. Все трое провели снаружи много часов и как следует потрудились, чтобы спустить машины по осыпи. Губы у них потрескались и опухли, и у всех на лицах появились красные пятна в тех местах, где холод забрался под балаклавы и шарфы.

Вэнс стянул верхнюю одежду, мокрую от снежной каши, и сел за маленький откидной столик у стены. Тамиша предложила ему кружку кофе, которую полковник с благодарностью принял.

– Я проверял, сколько у нас осталось горючего, – начал Антринелл. – Впритык, при условии, что дальше мы будем двигаться по плану.

– Да, – согласился Вэнс.

– Но мне кажется, мы все знаем, что план неосуществим. Наличие тварей все меняет. И теперь известно, что джунгли можно обратить против нас. Мы не доберёмся до Сарвара. Все просто.

– Не ожидал от тебя такого, – беспечно ответил Вэнс. – Так или иначе, в сообщении, которое будет транслировать коммуникационная ракета, я попросил об эвакуации.

– В сообщении, которое может и не пробиться.

– После этого запуска у нас останутся ещё три ракеты.

– Прошу прощения, сэр, но мне кажется, что вы не очень-то понимаете, с чем мы столкнулись. Теперь ясно, что джунгли каким-то образом реагируют на разумного пришельца. Здесь действует какая-то сила, которую мы очень сильно недооценили.

– Хочешь сказать, я должен был поступить как-то иначе? – спросил Вэнс.

То, что Антринелл обратился к нему «сэр» в присутствии ксенобиологов, было плохим знаком. Они знали друг друга слишком долго для подобных формальностей. Он понимал, что люди испуганы, но подобное вызывающее поведение было беспрецедентным для старшего офицера.

– Мы все владеем той же самой информацией, сэр, – сказала Тамиша. – Мы пришли к тем же самым выводам. На их основе мы решили, что отправиться в путь было правильным шагом. На тот момент.

– И теперь вы пересмотрели свое мнение? Вообще-то, стоило бы об этом подумать до того, как мы спустились на дно каньона, потому что, Господь милостивый свидетель, обратно нам не подняться.

– У нас нет возражений ни по поводу колонны, ни поводу её местоположения, – сказал Антринелл. – Но вы должны принять в расчет сложившуюся ситуацию.

– Думаешь, я не в курсе, что происходит? Ты серьезно?

– Сэр, – осторожно сказал Рорк, – дело не в осведомленности, ведь всем известно, что происходит. Нас беспокоит подоплека.

– Вэнс, это война, – сказал Антринелл. – Я не уверен, что ты это осознал. Она развивалась медленно и постепенно, потому мы и не отреагировали так, как следовало бы. Что бы там ни таилось, оно твердо решило нас уничтожить. Планета реагирует на наше присутствие, сами деревья пытаются нас убить. Лично я теперь верю, что появление солнечных пятен – часть конфликта. Здесь задействованы неведомые силы. Феноменальные силы – возможно, равнозначные Занту. И они абсолютно враждебны по отношению к людям.

– Да. С этим я не спорю.

– Значит, нам следует запустить оружие, которое мы получили именно на этот случай.

– Антринелл, я не могу разрешить такое. Метавирус-зеро создан, чтобы убить всю жизнь на Сент-Либре – все, в чем есть местные гены. Безусловно, в эту категорию попадает и существо-хранитель, учитывая ту связь с флорой, которую оно продемонстрировало. Мы не можем так поступить. Нам с тобой в особенности ясно, что Господь не допустил бы такого преступления.

– Если мы не задействуем это оружие, если мы ничего не сделаем, Сент-Либра победит. Мы не доберёмся до Сарвара, если придется противостоять твари и джунглям. Мы все видели запись Рави. Пули не оказывают ни малейшего воздействия на монстра. У нас больше ничего не осталось. Метавирус уничтожит эту тварь. Это наша единственная возможность выжить. А если мы не выживем, кто предупредит АЗЧ и транскосмические миры? Метавирус-зеро был создан по той причине, что мы не можем иметь дело с двумя инопланетными угрозами одновременно. И уж точно не в таких масштабах, какие мы здесь видим. Надо устранить угрозу прежде, чем она уничтожит нас.

Вэнс в полном смятении смотрел на своего соратника, офицера и Воина Евангелия. Казалось невероятным, что человек, который дал те же обеты, разделял те же взгляды, что и он, мог прийти к диаметрально противоположному решению. Антринелл не понимал одного – глубины и твердости веры самого Вэнса в Господа. Она была для него всем, основой его существования. Он знал, что жизнь и Вселенная должны иметь какую-то цель. И лишь Господь мог её поставить. Ибо Господь создал Вселенную, и этому должна быть причина. Вэнс никогда не надеялся её узнать – он целиком и полностью понимал, что слишком незначителен для такого, – его устраивало просто быть частью столь славного бытия. Жить так, чтобы его Господь это одобрил.

– Нет, – сказал он тоном, не терпящим возражений. – И ты больше никогда не вернёшься к этому вопросу. Мы не запустим метавирус-зеро. Я не считаю враждебность одного сбитого с толку хранителя достаточным оправданием геноцида.

– Геноцида? – вскричал Антринелл. – Это же растения!

– Будь оно так, мы бы сейчас не разговаривали.

– Ты обрекаешь нас на смерть. Без метавируса-зеро нам ни за что не добраться до Сарвара.

– Если так будет суждено, Господь укажет нам путь. Кроме того, я вовсе не уверен, что метавирус сработает в таком климате. Боеголовки могут распылить его в своих реактивных струях, да. Но он не сможет зацепиться за что-нибудь живое, когда упадет на землю. Эта температура убьет его так же верно, как огонь. Уйдет больше времени, но результат будет таким же. Никакого экспоненциального роста, никакого заражения.

– Ладно. Но ты забыл, что на Сент-Либре есть одна форма жизни, которая вполне жива и активна, – начал уговаривать Антринелл. – Может, нам и не одолеть джунгли этой планеты, но мы можем справиться с ублюдком, который нас убивает. Давай же, позволь нам попытаться. У нас ведь тоже есть право на жизнь.

Вэнс обдумал идею. Повернулся к Тамише:

– Возможно ли создать узконаправленный распылитель, что-то вроде пистолета, который мы могли бы использовать против существа?

– Почему бы и нет, – задумчиво проговорила она. – Думаю, у меня получится придумать что-то, способное поместиться в наши экспансивные пули. В лаборатории есть парочка микроточных принтеров для производства запасных частей, они должны подойти для этого дела.

– Начните работу. Я подумаю над тем, как деактивировать боеголовку и извлечь метавирус, чтобы его можно было пересадить в новое вместилище.

– Да, сэр.

– Если, – он пригрозил Антринеллу пальцем, – эта система окажется работоспособной, то пистолет буду носить я.

– Не важно, кто выстрелит, если пуля попадет в цель.

– Хорошо. – Вэнс допил свой кофе. – Мне нужно присутствовать на запуске ракеты. Тут мы закончили. Тема закрыта.


Понедельник, 6 мая 2143 года | Звёздная дорога | Среда, 8 мая 2143 года