home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



13


Бессонница. Размышления Анки. Ночная операция. Два камешка. Отвага мед пьет.

Короткой команде хозяина все трое молча подчинились, но уснуть не смогли. Ворочаясь на жесткой подстилке на полу, Емелька все спрашивал себя: «Кто же объявился там, у лодки, и так поспешно, воровато исчез?» Никакого ответа придумать не мог и строил догадки. Прислушиваясь к ровному дыханию Костика, он мысленно позавидовал ему: как это важно - верить, что утро вечера мудренее! Но Костик вдруг пошевелился и спросил напряженным шепотом:

- Если кто-то ночью топчется возле лодки, значит, она кому-то нужна?

Старшой облегченно вздохнул:

- Ты тоже не спишь?

- И я не сплю,- тихонько откликнулась Анка.- То Смехач видится с большой сумкой в руке, то тень возле лодки…

- А что, если с вечера спрятаться и проследить? - предложил Костя.

- Не забывай,- поразмыслив, ответил Емеля,- мы тут гости. Если хозяин спокоен, чего же нам трусить?

Костик едва не прыснул смехом:

- Ну, забавный дед. Это же надо: перепутать шпалу и щуку!

Анка легонько подхватилась с жесткой постели:

- А зачем ему та шпала нужна? Зачем ее в камыше прятать?

- Да, дед какой-то особенный,- неопределенно заметил Емелька.- И разговорчивый, и добрый. Кто мы ему?

- А вот приютил…

- Он и того приютил, страшного,- напомнила Анка.- Что за человек Смехач? Откуда он такой?

Старшому не понравились эти тревожные Анкины вопросы, и он приказал ей шепотом:

- Спать!

Приказать другому, как видно, проще, нежели самому себе. Емельян еще долго раздумывал о событиях, которые странно переплетались вокруг этого бревенчатого домика, и внезапная мысль окончательно лишила его сна… Он словно бы снова увидел, как осторожно, крадучись, приближался Тит бережком к времянке, как озирался но сторонам, неся обвисшую, по-видимому, очень тяжелую сумку. «Вот заглянуть бы в ту сумку! - подумал Емельян.- Что притащил в ней Смехач в свою комнатенку?»

«Принимаю решение,- сказал он себе, ощущая под ложечкой холодок опасности.- Завтра же проследим за Смехачом и, едва он отлучится из дому, откроем окошко, проберемся в комнатенку, отыщем сумку и узнаем, что в ней».

И, утвердясь в решении, Емелька забылся здоровым и крепким сном, настолько крепким, что даже не слышал, как поднялась, подобно тени, Анка, переступила через Старшого, звякнула щеколдой, отчего едва не вскрикнула, но сдержалась и, приоткрыв дверь, выскользнула на крылечко. Чтобы не разбудить спящих, она прикрыла дверь совсем бесшумно, потом осмотрелась по сторонам и сделала шаг, другой к темной времянке Смехача…

Ночь, полная мерцающих звезд, была так тиха и берег так черен и отчужден, что Анка вдруг испытала незнакомое тревожное чувство одиночества. «Что со мной? - подумала она обеспокоенно.- Неужели я… боюсь? Ну, если бы Емелька или Ко-Ко увидели меня в эту минуту…»

Неслышно ступая по росистой траве, она обошла вокруг домика, приблизилась к окну. Лунный свет преломлялся на внутренних разводьях стекол, и потому Анке сначала показалось, что окно освещалось изнутри.

В трудных случаях жизни Анка приободряла себя поговорками. Сколько довелось их услышать, скитаясь, веселых, бойких, уверенных! Вот и сейчас ей припомнилась солдатская поговорка: отвага мед пьет… И решилась приникнуть к нижнему уголку окна, заглянуть в каморку.

Комнатенка, заполненная густым лунным светом, была пуста. Это значило, что Тит отправился в одну из своих очередных таинственных ночных вылазок.

Сразу же осмелев, Анка обошла времянку, легонько толкнула дверь, и та, настороженно пискнув, приоткрылась. В левой части времянки, в которую ступила Анка, окна не было, и потому там стояла густая темень. Девочка нащупала вторую, внутреннюю, дверцу, легонько толкнула ее и вошла в каморку Смехача… Дымчатый лунный свет падал из малого окошка прямо на ящик, заменявший квартиранту стол, и на нем Анка увидела чем-то наполненную сумку. Шаг, другой - и она взяла из сумки два холодноватых округлых камешка.

В те самые секунды, когда Анка рассматривала в смутном свете эти серые, невзрачные камешки на ладони, заметив на каждом из них малое бумажное пятнышко наклейки, на окошко резко надвинулась тень, и Кудряшка замерла в испуге: это возвращался в свою берлогу Тит. Не появился бы он так внезапно, девочка успела бы возвратить камешки в сумку. А так…

И тут ее поразила догадка: ведь эту брезентовую сумку с ее необычным грузом она видела в руках того седого и запыленного путника, который назвался дядей Михеем и угощал их, следопытов, на лесной полянке хлебом и салом. Почему сумка вдруг оказалась у Смехача? Могло ли такое случиться, чтобы дяденька Михей собирал-собирал камешки, а потом выбросил их? Если же не выбросил, то, значит. Тит… украл их? Все эти мысли пронеслись в сознании Анки так быстро и так взволновали ее, что лишь чуточку позже, забившись в уголок темной прихожей, она вспомнила про два камешка, зажатых в кулаке.

Тяжело и хрипло переводя дыхание. Смехач вошел в прихожую, пошарил по двери, нащупал крючок и набросил на дужку. Споткнувшись, он коснулся рукавом куртки Анниной щеки. Она прикусила губы и не дышала. Что-то недовольно бормоча, Тит протиснулся в комнатенку: было слышно, как жалобно скрипнула под его грузным телом койка.

Анка напряженно вслушивалась в тишину, различая близкий сторожкий шорох и тоненький писк. Она едва не вскрикнула и не метнулась в сторону: во времянке водились мыши, а Кудряшка при всей своей смелости очень боялась этих маленьких зверьков.

Легенда о черном алмазе

Но вот наконец из-за внутренней дверцы послышался шумный вздох, потом неразборчивое бормотание и протяжный храп. Значит, Смехач уснул… Расставив руки и осторожно ступая в полной тьме, Анка двинулась в сторону входной двери. Если бы у нее было время внимательнее осмотреться в прихожей, она еще до того заметила бы и запомнила, что здесь, кроме весел, приставленных к стене, старого бочонка и рыболовной сети, висевшей в углу на большом гвозде, было еще и жестяное ведро, которым дедушка Митрофан вычерпывал из своей лодки воду. То неказистое, помятое ведро стояло на полу, неподалеку от бочонка, и Анка задела его ногой. Ведро опрокинулось и загремело, а храп, доносившийся из каморки, стих. Неужто Смехач даже сквозь сон услышал, как загремело ведро?!

Тут было чему удивиться: глухонемой… услышал?! И память подсказала Анке, что подобное уже случалось. Когда здесь же, на берегу реки, она допытывалась у Смехача, куда ушел дедушка Митрофан, глухонемой указал на дальние тополя и отчетливо произнес: «Там…» Потом он словно бы спохватился и затянул свою бессмысленную привычную песенку: ти-ти-ти… А теперь - ну чудеса! - Анка вторично уверилась в своей удивительной догадке: этот глухой - вовсе не глухой, а возможно, даже и не немой…

Крючок свободно поддался, и Анка бесшумно выскользнула из времянки. Легкая в беге, быстрая и ловкая, она в несколько мгновений промчалась через двор и притаилась в тени за углом дома. Выглядывая из-за сруба, она видела, как Смехач, босой и растрепанный, с трудом протиснулся через узкий дверной проем, оглянулся по сторонам и, распахнув дверь настежь, стал озадаченно осматривать и ощупывать крючок.

Странный приемыш деда Митрофана был встревожен. Его движения, обычно замедленные, сделались резкими и угловатыми. Он снова осмотрелся, обошел вокруг времянки, спустился к лодке, присел на борт, но тут же спохватился и вернулся в свое жилище.

Облегченно вздохнув, Анка поднялась на крылечко, приоткрыла дверь и юркнула в комнату. В пятне лунного света Емелька и Костик безмятежно спали на полу, от них веяло теплом и покоем. Из соседней комнаты доносилось равномерное похрапывание деда Митрофана. Анка бесшумно опустилась на пол и легла на самый краешек старенького байкового одеяла.

Спать ей не хотелось, а будить Старшого она не решилась: похвалит он за смелую разведку или пожурит? «Должно быть, похвалит,- решила она, поразмыслив.- Эти два камешка в руке определенно что-то значат. Нет, Емелька не станет упрекать: уж он-то знает, что отвага мед пьет!»


12 Щедрая передача. Подвиг деда Митрофана. Емелькины дороги. Встреча с Костей. Загадочный силуэт. | Легенда о черном алмазе | 14 Похвала подружке. Переправа. Дорога к Старой кринице. Страшная ворона. Раненый в землянке.