home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 27

С тяжелым сердцем Эстелла наблюдала, как по равнине ползли тени надвигавшегося вечера. По мере того как проходила каждая минута, она понимала, что надежд на спасение остается все меньше. Если какой-нибудь самолет не найдет их до наступления темноты, то у них не будет шансов оказаться обнаруженными до следующего утра… А она знала, что это будет слишком поздно… для Мерфи.

Сидя в полной тишине, Эстелла слышала лишь жужжание мух, которое, будто аккомпанемент, сопровождало ее мрачные мысли. Она знала, что жизнь Мерфи медленно угасала.

— Не могу поверить, что мы здесь умрем, — прошептала молодая женщина, смахивая слезы, бежавшие по щекам.

Она смотрела на Мерфи, без движения лежавшего рядом с ней, и время от времени проверяла, дышит ли Майкл, чтобы убедиться в том, что он еще жив.

— Ты хороший человек и еще так молод, — сказала она. — Ты не заслужил такой смерти… здесь, на равнине…

Эстелла опустила голову на колени и разрыдалась.

Мерфи открыв глаза, протянул руку и легонько коснулся ее ладони.

— Не плачь, Эстелла, — прошептал Майкл. — Кто-нибудь за тобой прилетит… я тебе обещаю.

Эстелла смахнула слезы и взяла его ладонь в свои. Несмотря на жару, рука Майкла была холодной как лед.

— Я не могу позволить тебе вот так умереть… Не могу.

— Может, пришло мое время… но не твое, — прошептал он. — И ты проживешь отличную жизнь… со своим малышом, — в словах Мерфи было столько убежденности, что Эстелла почти поверила ему.

— Только не забывай меня, хорошо? — он с трудом улыбнулся, и эта улыбка больно ранила сердце Эстеллы.

— Я… — она отвернулась и вытерла соленые слезы тыльной стороной ладони. — А как далеко до… до пастбища Ятталунга?

Страх сжал его сердце. Он надеялся, что она не додумается до того, чтобы попытаться туда дойти.

— Слишком далеко…

— В каком оно направлении?

Нахмурившись, Мерфи покачал головой из стороны в сторону.

— Нет, — прошептал он.

— Я пойду туда и приведу помощь. Не могу просто так сидеть тут и смотреть, как ты умираешь. Это неправильно.

— Даже если я умру, Эстелла, обещай мне, что останешься рядом с самолетом. Помощь придет. Может быть, не сразу, но она придет, я клянусь, — он подумал, что, если умрет, воды и еды в неприкосновенном запасе хватит на более длительное время. Тогда у Эстеллы появится реальный шанс спастись.

Глаза Эстеллы наполнились слезами, и она прикусила нижнюю губу, чтобы справиться со своими эмоциями. Эстелла знала, что никогда не сможет простить себя, если не попытается его спасти.

— Обещай мне это, Эстелла. Ты так много не понимаешь. Если уйдешь отсюда, то на равнине тебя уже никто не найдет. Здесь у тебя есть еда и вода, защита от солнца. Сколько людей умерло, пытаясь идти по равнине. Это просто невозможно. Даже для опытного человека, отлично знающего равнину, шансы совсем невелики. А у тебя их вообще нет. Поэтому ты должна ждать помощи здесь. Пообещай мне, что сделаешь это.

Но Эстелла не могла ничего обещать. Она выпрыгнула из самолета. Ей хотелось выть от отчаяния.

— Это несправедливо. Жизнь — жестокая штука, — ее колени подкосились, и она с размаху ударила кулаками о землю, зарыдав в полную силу.

— Эстелла, — позвал ее Мерфи слабым голосом. Но Эстелла не слышала его: у нее началась истерика.

— Слышишь, Эстелла? Слышишь… это? — снова повторил Мерфи.

Эстелла подняла заплаканное лицо и отбросила назад волосы.

— Слышу что?

— Я что-то слышу…

Несколько секунд она прислушивалась.

— Ничего не слышу, — сказала Эстелла уныло. Много раз ей казалось, что она слышит гул двигателя, и всякий раз она разочаровывалась. Эстелла была уверена, что у Мерфи начались галлюцинации.

— Прислушайся! Неужели ты не слышишь?

Эстелла посмотрела в небо.

— Нет… Говорю же тебе, там ничего нет, — сказала она, начиная злиться.

— Иногда самолет можно услышать задолго до того, как его становится видно. Шум двигателя несут восходящие потоки воздуха.

Эстелла знала, что это правда, но сейчас слышала лишь одну тишину. Она почти забыла, каков вообще бывает шум, даже шум большого города.

Прикрыв рукой глаза от солнца, Эстелла посмотрела в огромное небо у себя над головой, молясь о том, чтобы Мерфи оказался прав. Но она была уверена, что тот ошибался. И вдруг Эстелла что-то увидела… различила какую-то точку… но ей показалось, что это лишь большая птица… орел, высматривающий добычу. Эта крохотная точка была так далеко… Эстелла моргнула и снова посмотрела в ту сторону. Она боялась поверить в то, что увидела… Ее сердце учащенно забилось. А потом Эстелла услышала самый прекрасный звук в своей жизни — гул самолетного двигателя. Эстелле показалось, что она вот-вот лопнет от радости.

— Это… это самолет! Я вижу самолет!

Она стала визжать и смеяться в одно и то же время.

— Смотри, не спугни их, — проворчал про себя Мерфи, но Эстелла была слишком взволнованна, чтобы обращать внимание на его слова.

Бросившись со всех ног к Мерфи, она закричала:

— Теперь с тобой все будет в порядке, Мерфи! Теперь нас спасут, — сжав лицо Майкла в ладонях, она поцеловала его.

— Как бы они не пролетели мимо, — с трудом проговорил Мерфи, и от его слов ей стало страшно.

А он почувствовал огромное облегчение: теперь уж она не останется здесь одна. Майкл прекрасно понимал, что для нее это было бы невыносимо. И если бы он умер прямо сейчас, то умер бы счастливым от сознания, что теперь Эстелла в безопасности.

Подбежав к костру, Эстелла бросила в него еще одну ветку с зелеными листьями, чтобы он задымил, потом повернулась и принялась неистово размахивать руками и кричать.

— Они… они тебя не слышат, — прошептал Мерфи.

Эстелле показалось, что пилот самолета их не видит… Но потом заметила, как самолет, накренившись на одно крыло, стал делать вираж.

Мерфи повернул голову, чтобы смотреть в открытую дверь, и как раз в этот момент самолет попал в поле его зрения.

— Глазам не верю, — сказал он.

— Что-то не так? — с дрожью в голосе спросила Эстелла, переводя взгляд с Мерфи на кружившийся самолет.

Мерфи слабо улыбнулся.

— Это Дэн, — сказал он. — Оказывается, чудеса все-таки случаются, — он попытался приподняться, чтобы помахать рукой, но у него закружилась голова, и Майкл снова потерял сознание.

— Мерфи, держись! — крикнула ему Эстелла, наблюдая за тем, как самолет заходит на посадку.

Эстелла со страхом наблюдала, как старый и, казалось, очень неуклюжий самолет Дэна коснулся земли и тяжело запрыгал по полосе, поднимая облака пыли. Когда он полностью остановился, она со всех ног бросилась к нему.

Выбравшись из кабины, Дэн чуть не рухнул на землю после пережитого напряжения последних секунд.

— О, Дэн! — воскликнула Эстелла, бросаясь ему на шею с такой силой, что он даже задохнулся. В первый раз за все время с момента вынужденной посадки «сессны» она откровенно призналась самой себе, что действительно думала, что уже никогда не увидит ни Дэна, ни Чарли…

— Спокойно, Эстелла! — Дэн закашлялся и мягко снял ее руки со своей шеи. Сделав шаг назад, он осмотрел ее с ног до головы. — Боже, как я рад вас видеть! — воскликнул он, чувствуя, как бешено бьется его сердце. — С вами все в порядке? — Он ужасно боялся, что больше не увидит ее.

— Со мной — да. А вот с Мерфи… — слезы снова брызнули у нее из глаз.

Схватив свой медицинский саквояж, Дэн вместе с ней поспешил к разбитой «сессне». Увидев Мерфи и пропитанную кровью марлю у него на ноге, он нахмурился.

— Нужно как можно скорее доставить его в больницу, — сказал он, щупая у Мерфи пульс. — Ему нужна кровь, срочно.

Дэну даже не нужно было измерять Мерфи давление — он и без того видел, как сильно оно упало.

Приподняв марлю и посмотрев на ногу, Дэн даже зажмурился от увиденного.

— А почему вы прилетели один? — спросила Эстелла.

Дэн открыл глаза.

— Никто не захотел лететь со мной… да я бы и не разрешил, — сказал он, доставая из своего саквояжа бинты.

«О Боже! — подумала Эстелла. — Оказывается, нам все еще грозит опасность».

— Вы сможете помочь мне нести носилки? — обратился Дэн к Эстелле. — Я бы не стал вас просить, но один буду тащить его слишком долго, а нам надо очень спешить… Я постараюсь взять на себя большую часть веса.

Чтобы остановить кровотечение, он туго перебинтовал рану, стараясь не дотрагиваться до кости.

Эстелла заметила, как дрожат его руки.

— Конечно, я вам помогу, — ответила она на его вопрос.

— Вы уверены, что… что с вашим ребенком все в порядке? Не было никаких болей?

— Со мной все отлично, Дэн, не волнуйтесь. Я ведь даже сделала эту… это жалкое подобие взлетно-посадочной полосы.

Шокированный, Дэн широко открыл глаза.

— Эстелла, вам нельзя было этого делать.

— Но я была должна. Посмотрите, что случилось с нами и нашим самолетом, когда мы попытались здесь сесть.

Оглядевшись, Дэн увидел глубокую борозду, оставшуюся после вынужденной посадки «сессны».

— Нам нужно торопиться, — сказал он. Дэн понимал, что Мерфи срочно требовалось переливание крови. Без этого он мог протянуть не больше двух часов.


Во время взлета самолет Дэна так устрашающе скакал по земле, что Эстелла закрыла глаза и стала молиться. Когда они, наконец, взлетели и легли на обратный курс, Эстелла посмотрела на раскинувшуюся внизу равнину. Только теперь она поняла, как им все-таки повезло, что они остались живы во время вынужденной посадки. Еще она поблагодарила судьбу, что ей не пришлось идти пешком многие мили в поисках помощи. Теперь оставалось только надеяться, что старый самолет Дэна без приключений долетит до Кенгуру-кроссинг. Дэн развил максимальную скорость, на которую мог осмелиться, — 150 километров в час, и самолет протестующее завибрировал и затрещал.

— По дороге к вам я пролетел мимо Чарли и его поисковой группы. Они успели отойти от города почти на двадцать километров, — сказал Дэн, и, бросив взгляд на Эстеллу, увидел, как поразилась она его словам.

— Я помахал им рукой, чтобы они возвращались… Надеюсь, они поняли, что я взял ситуацию под контроль.

Он застенчиво улыбнулся. На самом деле Дэн совсем не чувствовал себя так, будто контролировал ситуацию. Его руки так сильно дрожали от волнения, что он едва удерживал штурвал. Он пообещал себе, что если снова вернется в Кенгуру-кроссинг, то первым делом поцелует свой самолет и землю.

— А как вам удалось вытащить самолет из ангара? — спросила Эстелла. — Мерфи сказал мне, что для этого нужно, по крайней мере, двадцать человек, а потом еще надо снова ставить на место пропеллер.

— Я запряг в самолет восемь верблюдов, — ответил Дэн, улыбаясь.

— Верблюдов? — Эстелла вдруг вспомнила, что в город должны были привезти корм для скота. — Неужели…

— Да, корм привезли. И кстати, появление этих самых верблюдов оказалось как раз вовремя. Я ужасно нервничал, но был полон решимости лететь к Уилсон-крик, чего бы мне это ни стоило. Я так волновался, что сначала собрал двигатель и заправил самолет, а уж потом вспомнил, что не смогу выкатить его из ангара. Уже собирался просто разбить ангар кувалдой, но тут в город вошел караван. Когда попросил погонщиков запрячь верблюдов в самолет, они, кажется, решили, что я сошел с ума. Упросить их было непросто, но меня поддержали Барни, Марджори и Фрэнсис.

Представив себе эту сцену, Эстелла улыбнулась.

— И погонщики помогли мне с пропеллером. Замечательные ребята! — сказал Дэн. — Услышав вашу отчаянную просьбу о помощи, я должен был что-то предпринять.

— Я так вами горжусь, Дэн, — сказала Эстелла. — Надеюсь, вы не против, но когда я спросила Мерфи об этом самолете, он рассказал мне о катастрофе… и об Уильяме Абернати.

Дэну на какое-то мгновение стало не по себе, но он понял, что Мерфи пришлось объяснять ей, почему, в общем-то, исправный самолет стоял без дела, в то время как они запросто могли погибнуть на равнине.

— Я понимаю, что чуть не свел себя в могилу из-за этого чувства вины, — сказал он. — Просто не мог простить себя за то, что случилось.

— Но Мерфи сказал, что вы были не виноваты.

— И я даже соглашался с ним в те редкие моменты, когда мог думать здраво. К несчастью, все не так просто. Уильям был особенным ребенком, и мое сердце отказывалось принимать тот факт, что в его гибели нет моей вины, — какое-то время он смотрел перед собой, а потом снова повернулся к Эстелле. — Вы, наверное, решите, что я сошел с ума… если скажу вам, что именно Уильям дал мне силы на этот сегодняшний полет?

Черты лица Эстеллы смягчились.

— Конечно, нет.

— Когда я катился по взлетной полосе, почти ничего не соображая от страха, то посмотрел на кресло, в котором сейчас сидите вы… и увидел его.

— Кого?

— Уильяма. И он убедил меня, что я смогу это сделать, — Дэн снова застенчиво улыбнулся. — И клянусь, за все это время я совершенно не пил.

— Я знаю, Дэн.

— В баре нет ни капли спиртного, — сказал он, и Эстелла поняла, что от него потребовались все его сила воли и выдержка, чтобы встретить свои страхи на трезвую голову.

— Даже не знаю, как вас благодарить за то, что вы отправились на наши поиски, — сказала она.

— Я бы перестал чувствовать себя человеком, если бы подвел вас и Мерфи из-за событий, которые произошли в далеком прошлом.

Протянув руку, Эстелла сжала его плечо. Она даже не подозревала, что Дэну уже давно казалось, что он в нее влюбился.

— А между прочим, Эстелла… Вы действительно построили эту самую взлетно-посадочную полосу?

— Да. Мерфи сломал ногу во время нашей вынужденной посадки. Я вправила ему кость и наложила шину, но он попробовал работать на полосе, упал и повредил ногу еще больше.

— Вы сделали отличную работу, — сказал Дэн, качая головой, будто был по-прежнему не в силах в это поверить.

Эстелла посмотрела на свои ладони, покрытые мозолями.

— Мерфи приходилось намного тяжелее, потому что он не мог ничего делать, чтобы нас спасти, к тому же ужасно мучился от боли в ноге. К счастью, у меня с собой оказалось немного морфия. — Эстелла вспомнила о признаниях Мерфи, которые он сделал, находясь под действием обезболивающего, о том тяжелом грузе, который он носил в своей душе. — По крайней мере, Майкл смог починить радио, — ее глаза наполнились слезами. — Дэн, я уже думала… думала, что он не выживет.

— Нельзя сказать, что Мерфи уже вне опасности, Эстелла, но я сделаю все, что смогу.

Смахнув слезы, Эстелла молча стала молиться о том, чтобы Мерфи остался жив.

Дэн чувствовал, что в отношении Эстеллы к Мерфи было больше, чем она говорила. И хотя эта мысль причинила ему боль, он подумал, что Мерфи очень повезло.

— Как только мы сделаем ему переливание крови, думаю, с ним все будет в порядке. Когда у него стабилизируется давление, мне придется оперировать его ногу.

Дэн посмотрел через иллюминатор на землю.

— Смотрите, вон грузовик Уэгза и поисковая группа, — сказал он. — Они еще не повернули назад, — сказал он, понимая, что те все-таки решили его подстраховать.

Он снизил самолет до четырехсот метров, и Эстелла помахала им рукой. Она даже успела увидеть, как ее дядя начал отчаянно махать в ответ, широко улыбаясь.


Уже почти стемнело, и Эстелла, вдруг вспомнив о кенгуру на взлетно-посадочной полосе города, запаниковала.

— А как же мы сядем в темноте?

— Не беспокойтесь об этом, — ответил Дэн, но его голос прозвучал не очень уверенно.

— А вы когда-нибудь сажали самолет ночью?

Дэн уловил в ее голосе страх.

— Да, но это было уже давно, — признался он.

— А как же кенгуру?

Дэн тоже беспокоился из-за них, но вдруг его лицо просветлело.

— Только посмотрите вперед! — воскликнул он.

Глянув в иллюминатор, Эстелла увидела картину, которую никак не ожидала. Под ними лежал город. И она отчетливо видела полосу, отмеченную двумя рядами огней.

— Кто… кто это сделал?

— Наверное, те, кто остался в городе.

— А эти огни отпугнут кенгуру?

— Надеюсь… — Дэн постарался ободряюще улыбнуться. Но даже в полутемной кабине Эстелла увидела, как в его глазах появился страх.


Когда самолет коснулся земли, Эстелла затаила дыхание и бросила взгляд на Дэна. Его лицо было полностью сосредоточено, и она заметила, как побелели костяшки его пальцев, сжимавших штурвал. Эстелле эта посадка напомнила их с Мерфи аварию на равнине, и ей стало дурно от страха. И только когда самолет полностью остановился, она заметила, что Дэн глубоко вздохнул и вытер пот со лба.

— Вы посадили самолет, — хрипло прошептала она.

Дэн удивленно заморгал.

— А ведь точно…

Эстелла даже не ощущала, как сильно она дрожит, пока не стала расстегивать пряжку ремня безопасности и не поняла, что пальцы ее не слушаются. Бросив взгляд на Мерфи, лежавшего в хвосте самолета, она помолилась, чтобы тот был жив.


Пока Дэн осматривал Мерфи, Эстелла на дрожащих ногах выбралась из самолета и была приятно удивлена, увидев, как шумно ее приветствуют все остававшиеся в городе жители. Глядя на их счастливые лица, освещенные светом костров, она едва не задохнулась от нахлынувших на нее чувств. Впервые после своего приезда в Кенгуру-кроссинг она ощутила себя настоящим гражданином города.

— Что с Мерфи? — с тревогой в голосе спросила Филлис, заглядывая в самолет.

— Он жив, — ответила Эстелла.

Фрэнсис шагнул вперед, чтобы помочь Дэну вытащить носилки.

— Мне понадобятся Кев и Конни, чтобы они сдали кровь для Мерфи, — сказал Дэн.

— Конечно, — хором ответили те.

— Слава Богу, вы оба живы! — воскликнула Марджори, когда все столпились вокруг самолета.

— Большое вам всем спасибо за то, что осветили полосу, — сказала Эстелла. — Эта нам очень помогло.

— Мы старались сделать все что могли, чтобы помочь Дэну привезти вас с Мерфи назад в целости и сохранности, — сказал Барни Эверетт. Не знающий истории Дэна посторонний человек мог подумать, что Барни и горожане ничуть не сомневались, что он вернется в целости и сохранности. — Эдна рассказала нам, что это вы с Чарли организовали доставку корма с юга в наш город. Владельцы пастбищ и весь город в огромном долгу перед вами.

— На самом деле эту идею подала мне Энни Холл, когда сказала, что на ферме ее брата излишки корма, а организовал все Чарли. Я же просто счастлива, что его, наконец, привезли.

— Корм уже развозят по пастбищам, — сказал Барни.

— Мы были чрезвычайно высокого мнения о Россе Купере, — сказала Марджори, — и думали, что никто не сможет его заменить, но вы доказали, что мы ошибались.

Эстелла чувствовала смесь радости и огромной вины. Она понимала, что сейчас было самое время рассказать им правду.

— Я кое-что должна сказать вам всем… — она бросила взгляд на Мерфи. — Но это должно подождать, пока я не буду знать, что Мерфи вне опасности. Давайте встретимся в баре завтра вечером?

На лицах горожан появилось выражение замешательства и даже опасения, но ей было некогда объяснять свои слова. Она поспешно зашагала в больницу следом за Дэном, Фрэнсисом, Кевом и Конни.

— Эстелла от нас уедет, — сказал Барни разочарованно. — Именно это она хочет нам сказать.

— Она столько пережила, — сказала Бетти, тоже направляясь в больницу. — Когда Эстелла оправится после шока, то, может быть, еще изменит свое мнение.


Мерфи немедленно сделали переливание крови. Когда его кровяное давление стабилизировалось, Дэн прооперировал его ногу. Эстелла приняла ванну, и Дэн урвал минутку, чтобы осмотреть ее раны, прежде чем Бетти стала их перевязывать. А затем Бетти настояла на том, чтобы Эстелла легла в постель. Но спать Эстелла не могла, потому что очень волновалась за Мерфи. Он выдержал операцию, но Дэн сказал, что все решат следующие несколько часов. К тому же ей надо было проведать дома свою «пациентку». Она не хотела плохо думать о Мэй, но знала, что ту нельзя назвать очень уж обязательным человеком, который ни в коем случае не забудет присмотреть за больной собакой.

Потихоньку выскользнув из больницы, Эстелла направилась домой. Она прошла сразу к конуре на заднем дворе, но решила перед тем, как возвратиться в больницу, убедиться, что с Мэй и Бинни все в порядке. Обогнув свой дом, она увидела дымившиеся остатки костра и поняла, что Мэй и Бинни где-то поблизости. Кроме того, Эстелла чувствовала запах жареного мяса. Она с удовольствием увидела, что ее «пациентка» находится в добром здравии. Собака выглядела сытой, а на полу ее конуры стояла миска со свежей водой.

Эстелла осматривала рану на ноге собаки, когда вдруг услышала:

— Ты вернуться.

Встав и обернувшись, Эстелла улыбнулась.

— Здравствуйте, Мэй, — ее всегда поражало умение этой женщины совершенно бесшумно подкрадываться.

Широкая улыбка Мэй свидетельствовала о том, что она явно была очень рада видеть Эстеллу.

— Собака… она в порядке, — сказала аборигенка.

— Уже вижу. Она выглядит отлично, — рана на ноге собаки была чистой и хорошо заживала. К счастью, Марти перевел Звездочета обратно в свою конюшню незадолго до того, как Эстелла полетела на пастбище Ятталунга. — Вы использовали свои лекарства, Мэй?

— Да. Твои лекарства и мои лекарства… вместе хорошо.

— Как мы с вами, Мэй, — сказала Эстелла, счастливо улыбаясь. Ее сердце наполнилось радостью, когда она увидела, что Мэй ее не подвела.

Мэй застенчиво переступала с ноги на ногу, но улыбалась при этом, как школьница.

— Как там Бинни? — спросила Эстелла, не видя девочку у костра.

— Она в доме, спит. Бинни будет рада видеть тебя снова.

По тону Мэй Эстелла поняла, что Бинни по ней скучала. Она бросила взгляд на сумку с тотемом, висевшую на поясе Мэй.

— Мне нужно вам кое-что сказать, Мэй, — обратилась она к аборигенке. Ей хотелось, чтобы Мэй первой узнала, кто она такая на самом деле. — Вы же знаете, что до вас Росс был женат, так ведь?

Мэй кивнула.

— Он жениться на белой леди… который уехать, — и по своей привычке Мэй махнула рукой в воздухе.

— Все правильно, Мэй. Эта леди… была моей матерью. Я… я дочь Росса.

Мэй молча смотрела на Эстеллу своими черными выразительными глазами, но Эстелла не понимала, о чем та думает в этот момент.

— Простите, что не сказала вам этого раньше… — пробормотала Эстелла, надеясь, что эта новость не испортит их крепнущую дружбу.

— Вот почему этот динго крутиться здесь. Он искать тебя.

Эстелла была потрясена до глубины души. Казалось, ее слова не произвели на Мэй совершенно никакого впечатления; она не обиделась на то, что Эстелла столько времени молчала об этом; не удивилась… не ревновала. Эстелла вспомнила, как Чарли говорил ей, что аборигенки совершенно простые существа, и впервые поняла, что он имел в виду.

— Чарли в курсе. Но я не хотела, чтобы об этом знал еще кто-нибудь, потому что Росс… потому что его так все любили и уважали. Мне надо было, чтобы меня приняли такой, какая я есть, а не сравнивали с ним. Вы понимаете меня, Мэй?

— Ты хорошая женщина и отлично… приживешься в этом месте.

Эстелла почувствовала большое облегчение. Мэй оказалась прекрасной подругой.

— Спасибо, Мэй, — ей в голову вдруг пришла одна мысль, от которой она улыбнулась. — Раз у нас с Бинни один отец, мы с ней единокровные сестры.

Мэй тоже улыбнулась.

— Сестры! Бинни будет счастлива.

— Я тоже счастлива, Мэй. А если бы Росс был по-прежнему жив, вы бы стали моей мачехой, — Эстелла расхохоталась, потому что Мэй была не намного старше ее.

Мэй ответила ей мудрой улыбкой, которая как бы говорила, что она намного глубже Эстеллы разбирается в людях и их взаимоотношениях. Рядом с ней Эстелла казалась себе чуть ли не ребенком. Она вспомнила их первую встречу, когда решила, что Мэй просто сумасшедшая. Это, в свою очередь, навело ее на мысль о том, как многому ей еще нужно учиться. Она посмотрела на сумку с тотемом. «И обучение можно начать именно с этого», — подумала Эстелла.

— Мэй, я хочу вас кое о чем попросить. А можно я прочитаю дневник своего отца? Это поможет мне узнать, что было у него на сердце.

Черные глаза Мэй сверкнули в темноте.

— Да. Если динго искать тебя, то мне тотем не нужен. Этот динго… он все вертеться вокруг этой клетки.

Пока Мэй снимала сумку с дневником Росса с ремня у себя на поясе, Эстелла поняла, что она имела в виду. Если этот динго увивался вокруг ее «пациентки», значит, у той была течка.


Глава 26 | Звезды южного неба | Глава 28